Алоэ

Мальчик был уверен что всё в мире так или иначе имеет смысл. Чай нужен был для того, чтобы потом его можно было обменять в соседних деревнях на рис и лён. А если чайные листья будут хорошего качества, то может даже получится обменять их на мясо и шкуры оленей. И именно ради этого нужно было усердно трудиться и ухаживать за чайными кустами. По крайней мере так говорили взрослые, а они очень умные и не могут быть не правы. Он всегда старался во всём их слушаться, поэтому сегодня, как только в окошко стало видно первые солнечные лучи, взял деревянное ведро и принялся носить воду из ближайшей речки к чайным кустам. Взрослые говорили они любят воду. – Чжун Ли! Чжун Ли! Мальчик был уверен что всё в мире так или иначе имеет смысл. Но в такие моменты он начинал очень сильно в этом сомневаться. Его подруга часто делала странные и непонятные вещи: постоянно сбегала из деревни непонятно куда, доставала соседскую кошку, а та потом царапала ей руки до крови, вылазила ночью через окно, чтобы посмотреть на звёзды, потому что «это весело и вообще ты ведёшь себя как старик и не замечаешь сколько вокруг красоты». Чжун Ли и правда не замечал и не понимал как можно во всём видеть что-то удивительное и прекрасное. За пределами деревни были такие же деревья и речки, кошка была облезлой, а ночью нужно было спать, чтобы утром были силы работать. Она же восхищалась каждым камнем, считала кошку самой красивой и замечательной, не обижаясь на неё даже тогда, когда она не выдерживая постоянных объятий и сюсюканий начинала шипеть, кусаться и сбегать. А на ночное небо она могла смотреть до рассвета, поэтому приходилось загонять её обратно в дом, чтобы родители не узнали про эти ночные вылазки. Уже после завтрака, с красными от недосыпа глазами, она восторженным шёпотом рассказывала как увидела падающую звезду и загадала желание, говоря что в следующий раз они пойдут вместе.

– Будет нечестно если только моё желание исполнится!

– Я не верю в эти выдумки.

– Ну, Чжун Ли! Прекращай притворяться занудой!

Она вообще всегда любила звать его по имени. Возможно из-за того что раньше, когда она только научилась говорить, у неё всё никак не получалось правильно его произнести, выходило то «Цзю Ли», то «Жу Ли», то ещё что-то непонятное. Поэтому когда, к четырём годам, она наконец-то сказала «Чжун Ли» её счастью не было предела. В тот день она даже уговорила родителей устроить праздник и, пока тётушка, смеясь, готовила им праздничное печенье, подруга бегала за ним по дому постоянно повторяя его имя.

– Чжун Ли! Чжун Ли! Чжун Ли!

– Да, я понял что ты смогла правильно произнести моё имя, молодец! Но хватит уже! Ты полдня повторяешь его без остановки!

– Чжун Ли!

– …

– Хи-хи!

– Кто-нибудь спасите меня…

Вот и сейчас, вынырнув из каких-то зарослей, она неслась к нему ураганом, продолжая звать его и распугивать всех птиц в округе. – Успокойся. Тебя, наверное, уже вся деревня слышала. – Ничего подобного! Деревня достаточно далеко отсюда, мы ж поэтому и решили работать именно здесь, чтобы нас меньше контролировали. – Начнём с того что это ты решила… – Вот давай только без твоих нравоучений! – … а закончим тем, что ты сейчас похожа на лесного демона. Она и правда выглядела так, будто жила в лесу как минимум месяц: спутанные белые волосы из которых, как маленькие рожки, торчали веточки, одежда была вся в грязи и водорослях, а в довершение всего великолепия на плече сидела маленькая зелёная жаба. – Ну да, наверное, немного похоже, – рассмеялась подруга. – но зато я нашла кое-что что может тебя заинтересовать! С сияющими глазами она протянула ему полупрозрачный камешек, который казалось светился изнутри необычным светом. – Ты где это нашла?.. – пробормотал Чжун Ли рассматривая камень с разных сторон. – Это же наверняка что-то очень ценное. – На горе Цинмэн! Там на вершине находится исток ручья и я увидела что между камнями в воде что-то блестит. Оказалось вот этот камень. Скажи же красивый! Мне кажется, он как будто олицетворяет саму природу этих мест – начала тараторить подруга, но он её перебил. – Гора Цинмэн говоришь? Так ты ещё и залезла на самый верх? Это очень опасно Цзы Ця- – Нет! Я же просила не называть меня по имени! Я хочу дождаться церемонии взросления и получить своё настоящее имя, вот тогда уже и будешь обращаться ко мне по новому имени. В деревне с давних времён существовала церемония взросления, считалось что когда ребёнку исполнялось шестнадцать лет он «ступал на свой истинный жизненный путь», чтобы это не значило. Бабушка рассказывала что когда-то, ещё в своём далёком детстве, она, кажется, слышала легенду объясняющую историю ритуала. С тех пор прошло уже много десятков лет, поэтому, к сожалению, она не могла детально вспомнить ту историю, говорила только, что смена имени нужна для защиты от демонов. Правда мало кто тогда ей поверил. Чжун Ли тоже относился к тому рассказу больше как к сказке, которой пугают маленьких детей перед сном. У тому же он не был родом из этой деревни, поэтому решил что ему не нужна никакая церемония и имя, единственную память о матери, он сохранит. Подруге же историю про демонов он не рассказал, тётушка была против, сказав что маленькому ребёнку рано о таком слушать. Он впрочем был с ней согласен. Всё что тогда рассказали пятилетней девочке, так это то что существует такая церемония, она считается этапом взросления и тогда она получит новое имя. Её реакция на эту традицию была, мягко говоря, неожиданной, как для Чжун Ли, так и для родителей, которые уже начинали жалеть о том что вообще завели этот разговор со своей маленькой дочкой. Подруга, через пару дней после услышанного, заявила что теперь называть её по имени можно будет только после того как ей исполниться шестнадцать и она получит своё «взрослое» имя, а то которое у неё сейчас ей не нравится и она не хочет, чтобы кто-то называл её так. Родители, конечно, расстроились, ведь именно они выбирали ей имя при рождении, и отчаянно пытались выяснить что же случилось. Девочка же только молчала и дулась, ничего не объясняя, устраивая истерику когда кто-то пытался назвать её по имени, так что со временем всем пришлось смириться с этим новым правилом.

– А как мне тебя теперь называть?

– В смысле?

– Тётушка и дядюшка теперь обращаются к тебе «доченька», а как быть мне?

– Ну… Ты можешь называть меня «дорогая и самая лучшая подруга»!

– …

– Хи-хи! Ладно можешь звать меня… Цзы! Это ведь моя фамилия и она не изменится даже после церемонии.

– Договорились, Цзы.

– Может тогда и тебе сокращение придумаем? Например…

– Только не это…

– Что ты имеешь ввиду под «настоящим» именем? – спросил Чжун Ли, понимая что сейчас подруга будто специально подталкивала его к тому, чтобы он задал этот вопрос, ей явно хотелось поделиться своими мыслями с кем-нибудь. Раньше они никогда не говорили на эту тему. Чжун Ли видел как Цзы реагировала на вопросы об этом от родителей и не хотел лишний раз её расстраивать. – Ну, наверное, я немного неправильно выразилась. Не «настоящее» имя, а «взрослое». Хотя для меня это почти одно и тоже, ведь когда ты становишься взрослым, то это значит что ты уже сформировавшаяся личность, а значит ты становишься настоящим. – А сейчас ты тогда какая? Ненастоящая получается? – Чжун Ли понимал что задаёт глупые вопросы, но ничего не мог с собой поделать. В деревне его считали умным ребёнком и говорили что он всё понимает с первого раза, но когда дело касалось размышлений подруги ему казалось что даже с десятого раза он не сможет полностью понять ход её мыслей. Приходилось задавать наводящие вопросы и просить объяснить ещё раз, только более простыми словами. – Эх, как всегда. – вздохнув, Цзы поудобнее устроилась на скошенной траве и принялась объяснять. – Наибольшие изменения в человеке происходят в молодости: меняется характер, жизненные цели, мнение насчёт тех или иных вещей. И вот уже когда человек определился со всем этим, то он начинает жить в гармонии с собой и становится взрослым. То есть взрослый – это уже сформировавшаяся личность. – А сейчас ты?.. – Сейчас я тоже настоящая, но как бы не до конца. У меня ещё может измениться характер, появятся цели в жизни, в будущем я буду ещё лучше понимать себя и вот тогда я стану целостной личностью и получу имя, которое будет меня олицетворять, своё настоящее имя. Чжун Ли слушал, приоткрыв рот. Признаться честно, он всегда считал свою подругу легкомысленной, ни о чём серьёзном не задумывающейся девочкой. Она любила природу, звёзды и кошек, не любила букеты цветов, потому что они быстро вяли и ей было их жалко. Она пекла просто замечательные булочки с яблочным повидлом и всегда, если находила красивые камни, приносила их ему, зная что он их коллекционирует. Она была его лучшей подругой, почти сестрой, замечательной и жизнерадостной. И ему даже в голову не приходило что она может переживать о подобных, серьёзных вещах. – Поразительно. В пять лет додуматься до такого. – пробормотал Чжун Ли и замолчал, видя что Цзы отчего-то смутилась. – Эм… Если уж быть совсем честной, то тогда я подумала что если существует церемония взросления, то тогда всё время до моего шестнадцатилетия во мне видели и будут видеть глупого ребёнка и не будут со мной считаться, того и обиделась. А про взросление и человеческую личность я стала задумываться где-то прошлой зимой. – Вот как… – Кхм, давай не будем про это. – пробормотала подруга. – И вообще мы о камне говорили, помнишь? Как тебе, нравится? – Очень. – честно ответил Чжун Ли. – Ты прямо само красноречие, впрочем как всегда. – хмыкнула Цзы и немного подвинулась, молча предлагая присесть рядом. – Давай придумаем ему название. Подруга всегда считала что имена очень важны. Считала она так не только из-за традиций их деревни. Однажды, разговорившись со странствующими торговцами из далёких земель, Цзы узнала что на их родине верят что имя оказывает прямое влияние на судьбу, поэтому имена обязательно должны означать что-то хорошее. С тех пор, проникшись этими историями, подруга стала ночным кошмаром всех живых существ. Она выслеживала каждого дворового пса, каждую бездомную кошку, даже пеликанам в пруду не удалось избежать этой участи. Потом какое-то время следила за поведением каждого и давала имя, основываясь на характере. Надо ли говорить что не все животные были рады такому пристальному вниманию, так что очень часто Цзы возвращалась домой с «боевыми ранениями», которые Чжун Ли потом аккуратно обрабатывал травяными мазями. И несмотря на это, подруга помнила имя, внешность и характер каждого, даже могла различать их по голосу. И верила что вместе с хорошим именем дарила им и счастливую судьбу. Так что сейчас она фактически предлагала «подарить судьбу» этому камешку. – Ты всегда говорила что у меня плохо с фантазией, так что давай ты придумаешь сама. – Ну, уж нет! Это теперь твой камень, поэтому ты просто обязан придумать ему счастливое «имя». Можешь воспользоваться моим методом, подумай о чём хорошем ты вспоминаешь смотря на него и назови его, основываясь на этом. Чжун Ли замолчал. О чём он думает смотря на этот камень? Его цвет очень необычный – зелёный, но не чистый, а будто с примесью светло жёлтого и голубого, как растения возле речки на рассвете, впитавшие утренние солнечные лучи и кристально чистую воду или… Как глаза Цзы. Эта мысль пришла внезапно, но он больше не мог выкинуть её из головы. – Нефрит чистой воды. – Ого, хорошее название, мне нравится, – улыбнулась подруга. – а почему так? – Секрет. – Эй, а вот это уже нечестно! Я тебе всегда рассказываю о чём думала, придумывая название. Чжун Ли! А Чжун Ли смотрел в глаза Цзы и думал что выбрал идеальное имя и у этого камня точно будет счастливая судьба. Ведь его название будет напоминать ему о дорогой подруге. Нефрит – ты дорога мне. Чистой – я восхищаюсь тобой. Воды – куда бы не завела нас дорога, я буду рядом.