Любой вечер в квартире генерала Костенко

...И вот, в очередной раз генерал-майор Костенко пришёл в свою родную-неродную квартиру. Родная она ему тем, что прожил он там больше тридцати лет. А неродная поскольку генерал практически живёт на Лубянке. В своей квартире Сергей появляется очень редко. Потому что чаще остаётся на работе допоздна, там и засыпает на диванчике в своём кабинете. Сегодня было не особо удачное задание. Ему предстояло задержать террористов оккупировавших детский сад. Когда он только узнал об этом задании, то сразу сорвался собирать спецназовцев на выезд. Маленькие дети, ни в чëм неповинные жертвы подвергались опасности. Сумасшедшие парни (штук 5) залетели в здание с автоматами наперевес и начали угрожать охранникам, воспитателям, детям. ФСБ сработало слаженно, быстро приехали. Но... не смогли спасти всех. Да, конечно почти все были живы кроме одного мальчика. Маленький мальчик пяти лет - единственный кого не смогли спасти. И в чëм вся "комедия", то этот мальчик очень был похож на самого Сергея. Такой же рыженький (как Костенко в молодости), зеленоглазый, смелый (собой он закрыл девочку, таким образом спасая её). Короче, теперь, лёжа на кровати в форме звёздочки, его накрыло не то депрессией от вечного одиночества, не то депрессией от обиды и злобы на себя, что он не смог спасти ребёнка. Кроме этой депрессии к нему пришла и ностальгия. Он вспомнил, как ещё служа юнцом в КГБ, также не смог уберечь маленькую жертву. Только тогда, ещё даже в Припяти в 1984 году это была девочка, а в нынешнем 2017 мальчик. Ещё в далёком 1984-ом он так увлёкся своей девушкой (дошло до поцелуев, что для таких, как Сергей неприемлемо, особенно на улице в обществе) что конечно видел краем глаза, как насильно уводят маленького ребёнка, но ничего для этого не сделал. Почему? Да он сам не понял, любовь глаза затмила. Может быть из-за этого случая у него и нет жены. Может думает, что любовь мешает карьере. И настолько сильно накрыла его ностальгия, что слëзы сами покатились, безмолвно. Плакал он тихо, без всхлипов, без вздохов, как будто думал, что слëзы это слабость, и что если его увидят или услышат, то это будет страшным позором. В принципе, если у Костенко что-то не получалось, то на работе он естественно вида не подавал, но когда оставался один в квартире, то всё. Пиши пропало. Он начинает злиться на самого себя за все не спасённые жизни, которые он сам не смог спасти. Он винил себя во всём, в чëм угодно. Будь-то любая смерть, к которой он непричастен. Он пытается, пытается изо дня в день помогать всё больше и больше, спасать всё больше и больше. И вроде бы у него получается, причём даже прекрасно. Но нет, если есть хоть какой-то минус, на работе он винит подчинённых, а дома только себя. Сегодня эта депрессии настолько его затмила, что он еле-еле на ватных ногах дошёл до кухни. И не для того чтобы хоть что-то поесть после трудного дня. И не просто так, развеять мысли хоть какой-то ходьбой. А для того чтобы взять бутылку коньяка. В такие моменты ему самому только этого и хочется. Ничего больше. Ну или просто умереть. Но такие мысли Слава Богу оставались только мыслями. Господи, как же ему бедному одиноко. Даже такое горе запить не с кем. С щелчком, характерным для дорогого алкоголя, он открыл новую бутылку. Сколько он выпил алкоголя за этот месяц? За год? За то время, как он переехал в Москву из Припяти? Никто не мог знать. Но это был единственный способ подавить желание застрелиться или выйти в окно. Янтарная жидкость наполнила прозрачный бокал. Пару глотков коньяка проникли внутрь, и пару слëз скатилось на пол с его щёк. В такие моменты даже хотелось курить. Но Костенко в жизни не курил. Хотя... Всё же заначка у него есть. Дойдя на таких же ватных ногах до книжного шкафа, наполненного разной литературой, он пошарил рукой на верхушке него и достал закупоренную, ни кем не открытую пачку сигарет. Сколько она там пылилась? Хрен знает. Откуда она у него? Да тоже не помнит. Вроде год назад гостил у него друг, курить тот любил, ну и забыл, а Серёга эту пачку припрятал. Просто так. Ну или на крайний случай. Достав одну сигарету, он пошёл на балкон. Прохлада от открытого окна резко освежила его, хоть и не выветрила до конца всю злобу и обиду. Не с первого раза зажëгши бедную тростиночку с табаком, он осел на пол балкона. В свете ночной луны он выглядел и мило и как-то жалостливо. Вроде ему, генералу за пятьдесят уже завалило, а сидит и глушит боль, как молодой парень, расставшийся со своей девушкой. Хотя конечно его можно понять. Просидев так минут двадцать, выкурив штуки четыре сигареты, он бы так на полу балкона и уснул. Если бы не ветер, резко подувший из открытого окна. На негнущихся ногах, с противным состоянием, Костенко еле смог добраться обратно к кровати. Но на удивление он быстро уснул, хоть и с такими же противными мыслями. И как бы это не странно, но таким образом он проводил любой вечер в своей квартире...