Извините, но я буду выражаться по французски

— Деда Том, ну деда Том, ну расскажи как вы на Дамблдора охотились... ну пожалуйста! — Зеленоглазая девчушка лет пяти, сделав щенячьи просящие глазки, теребила мужчину выглядящего лет на сорок, у которого сидела на коленях. — Пожалуйста! — Пикселька, ну я же тебе рассказывал. Уже не раз! — Ну и что! Всё равно интересно! Тем более, ты каждый раз что-то новое вспоминаешь! — Ну хорошо, ладно, егоза, слушай. Всё началось давным-давно. Благодаря возможностям Кричера, твоим прабабушке и прадедушке - четырежде, не стало проблемой прошерстить Отдел Тайн. Первым делом, они украли артефакт. Герпия Злостного. Артефакт, который воссоздал моё тело, но взял за это плату: я стал рабом твоего четырежды прадедушки Гарри. — А... — Эту историю я тебе расскажу в другой раз. Когда подрастёшь. Не перебивай. — "Ага" — кивнула малышка. — Так вот... когда твои в четвёртый раз прабабушка Гермиона и прадедушка Гарри стали разбираться — они нашли архив тайнюков. Большой архив, в котором была информация о их делах ещё задолго до того, как вообще появилась Британия. Уходя вглубь документов они узнавали всё больше и больше. Поначалу они искали информацию по Дамблдору: ведь отравили их в Отделе Тайн, а сделать это мог только Дамблдор. Ну или кто-то по его приказу. Вот они и стали искать любую информацию о нём. И по артефакту Герпия Злостного. Оказалось, что, по расследованию сначала в открытых источниках, а затем закрытых библиотеках всех британских магических родов, никто не знает, как, когда и где появился этот маг, и каким образом оказался в Англии. Он просто появился. Вместе с островом и замком Азкабан — где почти безвылазно и жил. — С дементорами? — С дементорами, — подтвердил мужчина. — Потом он исчез: опять же никто не знает как и куда, и когда, а замок и остров остались. Но, с тех пор, примерно раз два-три поколения магов, начал появлялся аномально сильный маг. Один умирал, и после его смерти, примерно через года два рождался ребёнок, который вновь становился сильнейшим. Дети рождались всегда в разных семьях, ребёнок вырастал и, всегда, становился долгожителем. Иногда это были мужчины. Иногда — женщины. Но у всех у них были две постоянных черты — ярко-рыжие волосы, и, всегда — длинные: вне зависимости какого пола был или была эта личность. И — долгожительство. Им показалось это очень странным. Почему? Да потому, что твои дедушка с бабушкой смогли связать их появление с активацией артефакта вернувшего меня. Артефакт, всегда, активировался за год-полтора до смерти этого мага. И всегда, после этого срока, активировался другой: при выяснении его действия оказалось, что он формировал некое вместилище, которое забирал тот, кто появлялся из первого. И после этого, вновь рождался маг, рыжий, который предпочитал носить длинные волосы, и — долгожитель. — Ааа... а зачем это кто-то документировал? — Это происходило само. Сами артефакты создавали записи: это было нужно создателю, чтобы отслеживать как и что изменяется при изменении предварительных условий перед срабатыванием. Создатель этих артефактов экспериментировал с условиями собственного перерождения: он хотел чётко задавать пол ребёнка в котором перерождался. Но, до последнего — это не получалось. — До последнего? — Не утерпел ребёнок. — До последнего. Моё возвращение было последним его активацией. Не сбивай меня. В общем, последним рыжеволосым магом связанным с этими артефактами оказался Дамблдор. И если бы не Волдеморт и твой прадедушка Гарри — то лет через сто-стопятьдесят он бы снова активировал артефакты, и — переродился. — Ой... — выдохнула понятливая девчушка — Герпий Злостный и Дамблдор... один и тот же маг?! — Умничка. Да. — И откуда же он взялся? — А вот тут придётся немного отступить от нашей истории, и, вернуться к устройству нашего мира. Расскажи что ты помнишь. — Уууу... — скривилась малышка. — Давай ты сам. — Нет, егоза, давай ты. — Маг, легонько, щёлкнул её по носу. — Ладно... — вздохнув, начала она. — Наш мир состоит из пространственных складок, которые, все... ну, по крайней мере, все известные, имеют выход на один общий "уровень". Мир планеты Земля. Это как если бы в Хоге все факультеты имели бы единственную дверь, открывающуюся только в Большой Зал, а уже оттуда можно было бы попасть и в другие помещения. — Умничка! У тебя очень образно получается. Продолжай. — Похвалил Том девочку. — В каждой "складке" магия немного отличается: магия так называемой "русской" складки отличается от японской: русская — это волхование, а японская — скорее симбиоз с демоническими планами. Но не с теми демонами, что привычны в христианском представлении. Хотя и такие тоже есть, но входы на эти планы охраняются сводными отрядами всех магов Земли, чтобы не допустить прорыва этих созданий. — Молодец. Отдохни, а я продолжу. — (ребёнку всё же сложно долго говорить). — Ты упустила небольшое добавление по русской складке: в ней есть свои складки — территория слишком большая и общая складка похожа на ёжика. Каждая "иголочка" — отдельная складка со слегка... или — не слегка, различной магией: маги Сибири отличаются способом магиченья от магов, скажем Чукотки или Кыргызстана. Когда-то эта страна была очень огромной, так получилось, что разные складки объединились, и чтобы выйти на общую складку, им сначала надо выйти на русскую, а только потом — на общую. Точно так же объединены складки магов Японии и Китая. А так же — народов Севера — чукчей, эвенков, якутов... — Деда! Я знаю это!! Ты про Герпия расскажи! Откуда он? — Торопыжка! — улыбнулся маг. — Герпий появился из своей собственной складки. Что он с ней сотворил — мы точно не знаем, но она, скажем так, схлопнулась. А всё что осталось — остров и замок Азкабан, вместе с выжившими дементорами, "выдавило" прямо в мир Земли. На наше счастье. На самой Земле, где живут обычные люди, магический уровень недостаточен для их размножения. Территориально, место куда его выдавило, принадлежало Британии. Будущей Британии. Вот он и закрепился у нас. — Деда, а зачем был нужен второй артефакт? — Когда Герпий как бы умирал, раб из первого забирал вместилище и подсаживал выбранной женщине. И Герпий перерождался. Вот такая хитрая система. — А зачем ему всё это было надо?! — малышка смешно округлила глаза: ребёнку не понять такого. — Он хотел банального — власти. Полной, всеоблемлющей власти над всеми магами и их складками. — Дурак! — вынесла вердикт девочка. — Власть... это такая морока! Идём, мороженого поедим. Том выдохнул, поднялся из пляжного кресла прямо с малышкой на руках, и пошёл к видневшемуся недалеко тросниковому бунгало: там как раз стоял, на первый взгляд, совершенно обычный холодильник, в морозилке которого лежали все виды мороженого, что только существовали и существуют. Гарри и Гермиона, что так и остались выглядеть лет на тридцать-тридцать пять, с улыбками проводили взглядом ушедших: — Всё таки, Гарри, ты, таки, неведома зверушка, что не только ухитрилась передать свои гены потомству, но и меня переделал себе под стать. Гермиона потянулась к нему за поцелуем. — Не, не... это не я! Оно... само! Или... Это... Саншайн! Целоваться сидя в разных креслах было неудобно и, Гарри, не вставая, перетянул жену к себе.