Тены прошлой ненависти

Некогда яркое и светлое небо, которое простиралось в своих просторах непреодолимым синим, как непомерная ширина и красивые светлые облака, с солнцем, ярким, как улыбка. И теперь облака были чёрными, как огонь и больше как открытая рана, сквозь которую стекал пепел. Эта рана была результатом войны между двумя королевствами Фейзендхоп и Даркфолл. Одно царство веры и надежды, где жизнь - самое ценное в живом существе, оно защищено как ученик глаза, а другое царство шипов, тьмы и боли, где жизнь тех, кто ниже в иерархии, ни кого-либо вообще не стоит ни копейки. В этой ране, открытой годами, дождь не приносит никакого облегчения, он был тяжёлым, как если бы расплавленная ртуть, и каждая капля, словно, была поглощена на кожу. Фил Торнхарт стоял в самом центре мёртвой зоны войны, казалось, что вокруг него горят рай и земля. Эта изуродованная земля плакала, увидев реки крови и фрагменты штабелей своих хозяев, а также фрагменты флагов королевства Фиендхоп, когда-то живущих. Враг не осуществил атаку, как ожидалось, поэтому они не могли каким-либо образом избежать его ярости. Но внезапно всё изменилось, и именно для Фила все пошло на убыль и сузилось до одного места поддержки - для неё. Диана лежала на водке, её руки вытянуты так, будто она пыталась обнять эту проклятую землю. Рядом с ней, немного содрогаясь от последних сил, творение эфира растворилось. Золотой волк скрывал свою любовницу от магического огня до последней секунды. Медленно, как будто он тает, его тело текло золотыми слезами в кровавые лужи, а его уже тихий загорание утихло вместе с сердцебиением Дианы. Фил оказался рядом с ней, опустился на колени, его собственная когда-то покорная магическая сила, которая проливалась в его жилах, теперь стала как ядовитый свинец. — Диан… — его шёпот едва был слышен, пробиваясь сквозь грохот уже далёкой, на первый взгляд, грозы. — Посмотри на меня… Фил оказался рядом с ней, опустился на колени, его собственная когда-то покорная магическая сила, которая проливалась в его жилах, теперь стала как ядовитый свинец. — Диан… — его шёпот едва был слышен, пробиваясь сквозь грохот уже далёкой, на первый взгляд, грозы. — Посмотри на меня… Легко прикоснувшись к щеке, она выглядела прохладной, как мороз яростной зимы. В тот момент казалось, что нить, которая зашила их душу, ломалась с оглушительной трещиной, как будто часть его груди была вырвана его сердцем живым. Без неё, без её света, который ранее успокоил его внутренний шторм, эта энергия внутри него начала постепенно гнить. Диана была единственным барьером, который удерживал его тьму, его тьму душ в углу, и теперь этот барьер исчез. Медленно поднимая голову, его взгляд был направлен на холм, где возвышались остатки фортов и штаб-квартиры Фейзендхоп. Глядя точно на огонь союзника, те, кто отправил её в этот смертельный ад, отправили её на смерть как удобный ресурс. И с другой стороны, залог Даркфолла сгорал - «УБИЙЦЫ», которые выпустили в неё эту смертельную стрелу. — Вы все… — его голос стал низким, звучал почти нечеловечески. Поднимаясь с колен, вены на его шее и щеках начали проступать через кожу, тянувшись к самым зрачкам, пока глаза не превратились в два озера чёрной непроглядной тьмы. Свет его души гас, а тьма заполняла его, разогреваясь до белого каления. — Вы обменяли её на клочок этой гнилой земли? Променяли её на свои ржавые короны?! Земля под его ногами задрожала и начала раскалываться, а облака над полем битвы закрутились, словно в гигантскую смертельную воронку. Дождь под влиянием его гнева и силы превратился в острые ледяные иглы, которые словно поражали и тело, и душу воинов. Его магия больше не была тем искусством, которым восхищалась Диана — нет, она стала первобытным проклятием. — Пусть этот мир сгорит, — произнёс он, будто процеживая слова сквозь зубы. — Я стану вашей тенью. Я стану тишиной, что придёт за вашими армиями. В последний раз взглянув на создание эфира, на его последние искры, уже почти угасшие, Фил почувствовал, как его тело больше не просто испытывает боль — оно горит изнутри, переплавляя плоть и душу. Повернувшись, он направился к линии кровавого боя. Дождь расступался перед ним, словно боясь коснуться. После каждого его шага на земле оставались чёрные выжженные следы, где уже никогда ничего не вырастет. Эта война забрала у него всё.И теперь он собирался забрать у этого мира его будущее. В небе над ним появились невесомые, едва заметные тени — его крылья ещё не прорезались физически, но уже имели эфирное тело. Его магия, когда-то бывшая инструментом, теперь стала частью его самого, исказив его до неузнаваемости.Он потерял последний проблеск света, приняв тьму внутри себя, которая превратила его во что-то большее, чем просто мага.Отныне он стал живым проклятием, чьё сердце теперь билось в такт его ненависти к людям.В тот день они не убили просто девушку-призывательницу.Нет — они породили ненависть демона, который лишь ждал, чтобы выйти на свободу. С того дня королевства Фейзендхоп и Даркфолл обрели своего собственного демона — того, кого породили их гордыня и ярость друг к другу.