Взлётная черта

Этот вечер заставил Аделию реально задуматься. Страх перед неизвестностью и знакомый с детства азарт не вставали в один ряд. Именно, это и было проблемой. В протоколе нейтрального атлета черным по белому: не контактировать с атлетами из других федераций. Обычно девушка всегда следовала правилам, но этот парень... он был ее одной большой проблемой. Внеплановой проблемой. С одной стороны это ее свобода, с другой ее страна. Петя поддерживал ее, но на то он и друг. Соня тоже, но ей было страшно. Никак спортсменке, а как девушке. И это было самое страшное. Когда личное счастье сталкивается с работой, ты просто не знаешь, что тебе делать. Отступление — автоматическое поражение, но она не могла не попробовать. Может она и останется дурой, но хотя бы попытает удачу. «Аделия, почему именно он? Какая же ты некомпетентная дура! Надо же было влюбится в Малинина. Это даже звучит абсурдно! Что мне делать теперь? Как быть? А он что чувствует. Страшно! А если он считает меня назойливой мухой? Так брр, не дай бог» И ведь правда. Аделия в первую очередь не робот, она человек и чувства не контролирует. И ведь девушка была тревожная, что никак не улучшало ситуацию. Это лишь ее усугубляло. Десять сценариев и ни одного с хорошим концом. Пессимизм + тревожность = абсолютный коктейль Молотова, который делает дробежку мозгов. И проблема даже не в этом. Она хочет быть уверена, что эта влюбленность не на долгий срок, что было почти, невозможно. Пока тут происходил полный «мозговой штурм» недалеко в олимпийской деревне происходило непонимание. В общем холле сидела Эмбер Гленн и обдумывала увиденное в кафе. «Это не была случайная встреча, это было целенаправленное свидание. Как минимум это так выглядело. Это против правил, но если она нравится Илье, мне плевать. Этому калькулятору давно пора было почувствовать встряску. И если она сделала это, то точно подходит. Я должна помочь своему «братишке».» Для Эмбер вся сборная была, как семья и ей было важно помочь другу. Она вытаскивала его из состояния полного отчаяния после расставания с его девушкой и поможет с новой, если этого будут требовать обстоятельства. И нет это не конец. Илье тоже было над чем поразмышлять в своей комнате. Там не было расчетов идеальной формулы любви, но там был интерес и симпатия. В его понятии это не имело значение. Наверное не имело. «Без коньков, она какая-то другая... красивая» — на языке Малинина это равноценно признанию в любви. Его лед тронулся, но не так сильно, чтобы его отбросило. Илья не философ и в своей голове размусоливать что-то особо не любит, но может Аделия станет той, кто заставит его задуматься о чем-то важном? Их чувства уже можно назвать айсбергом или лавиной. Айсберг — медленно плавает по морю. Лавина — имеет быстрый и мощный толчок. Зная Малинина и его любовь поговорить о ребрах коньков, он может испортить все, но может именно такого партнера не хватает Аделии?