Брат вернулся домой

ㅤ Пугающая тень накрыла Эдну, а затем быстро исчезла, направляясь к самому пику горы. В месте, которое Эдна бережно охраняла все эти столетия, место, в которое должен был вернуться самый дорогой серафим, посетила беспроглядная тьма. Не думая ни секунды, повинуясь порыву сердца, что было мочи, не закрывая привычного зонта, Эдна поспешила к пику. Всё её тело, вся её сущность словно неистово кричала, пыталась что-то сказать. Или же желала забиться в истерике и не дать ступить шагу. Эдна боялась своего предчувствия гораздо больше самой тьмы. На пике её встретил дракон. Сильнейший и злейший, вобравший в себя колоссальное количество скверны. Впору было броситься наутёк. Бежать без оглядки в панике и страхе, однако Эдна осталась. Поняла по глазам и родному элементу земли, кто предстал перед ней. Их встреча должна была стать для неё счастливейшим днём. Немые слёзы, что стекали по её щекам, должны были символизировать безграничную радость, а не проглоченный крик горя. Эдна опустила раскрытый зонт: тяжело было держать обессилившей рукой. Она едва не отпустила его, отдавая в жертву ветру, но что-то не позволило ей сделать этого. Сама того не понимая, вцепилась так, словно от него зависела её жизнь. А слёзы всё текли, никак было не остановить. — Глупый братик, — чудом удалось выровнять голос и сдержать тихие всхлипы. — Я так хотела, чтобы ты, наконец, вернулся, — стиснула она зубы, чтобы не разрыдаться как маленькая девчонка. Однако в итоге всё равно перешла на крик боли вперемешку с обидой: — Но кто говорил, что ты можешь вернуться в таком виде?! Почему?! Почему?! — упала она на колени, заливаясь слезами и крича в голос. Ничего не хотелось. Эдна будто выплакала всю свою душу. Она сидела у скалы чуть поодаль от дракона, прячась под зонтом. Смотрела на брата пустым взглядом. Дракон не трогал её, вёл себя тихо. Казалось, что он ещё не потерял разум, глядя на Эдну, но не видя её. «Помнит ли он меня? Знает ли, кто я? — задавалась он раз за разом, пересекаясь взглядом. — Хочу верить, — опускала голову под тяжестью сдерживаемого отчаяния. — Он всё ещё там. Он мой брат». — Уверен, что видел здесь дракона? — неуверенно спросил кто-то из людей. Один из местных, кто приносил регулярно подношения. — Абсолютно! — говорил спутник с энтузиазмом. — Мы сможем увидеть легенду воочию! «Глупцы, — тихо думала про себя Эдна, — стремиться в когти собственной смерти. — Однако Эдна не стремилась что-либо предпринять, как-то остановить их, потому что была уверена: — Братик не тронет их. Иначе бы он уже давно съел меня». Одним ударом лапы дракон разрушил её надежды и веру. Люди умерли мгновенно, обратившись в кровавое ничто. Это был больше не её брат. Тогда она осознала это так ясно. И всё же не ушла, а подошла ближе. Искала ли смерти, потеряв всякий смысл жизни? Возможно. Но дракон лишь нарычал на неё, пытаясь отпугнуть, и отлетел, едва не сдув зонтик ветром от могучих крыльев. «Он помнит меня? Он всё ещё там?» — вновь задалась Эдна вопросом. Кровь, подступающая к ногам, была более чем ответом, но искра надежды пробилась, не давая окунуться во власть спасительного забвения. «Только я важна. Только я осталась в памяти. А значит, только я могу защитить тебя от себя», — нашла она новый смысл для своего существования. Не позволить брату убивать — стало её целью. Беречь остатки его души до тех пор, пока она до конца не стёрлась из его памяти. ㅤ