Fell special

Воздух над выжженным полем дрожал от жары, пахло потом, резиной и скошенной травой. Минхо снял тяжелую защитную форму и пошел к выходу со стадиона в майке и шортах. Мокрая от пота ткань прилипала к его спине. Легкий ветерок не приносил прохлады, а только раздражал кожу. Альфа провел рукой по подбородку, убирая капли пота. — Минхо, осторожно! — кричат с поля. Он успевает лишь обернуться, как футбольный мяч врезается ему в голову. Возможно, он бы удержал равновесие, если бы не зацепился об камень и не полетел на землю, ударяясь головой. Солнце нещадно палило, пробиваясь сквозь закрытые веки Минхо, заставляя его жмуриться ещё сильнее. Голова раскалывалась, пульсируя в такт с каждым ударом сердца. Он слышал чей-то голос — мелодичный, приятный, словно журчание ручья. А нос учуял нотки чего-то сладкого и цветочного. Постепенно сквозь пелену начали проступать обрывки воспоминаний. Мяч. Футбольное поле. Удар. Падение. Земля. Минхо попытался пошевелиться, но тело его не слушалось. Кто-то мягко коснулся его лба, и Минхо почувствовал холодное твёрдое прикосновение. Голос снова зазвучал, теперь ближе, с нотками беспокойства. — Эй, ты в порядке? Открой глаза, пожалуйста. Собрав последние силы, Минхо медленно приоткрыл веки. Сначала всё расплывалось, но постепенно очертания стали чётче. Над ним склонился парень. Омега. И Минхо замер. Это был самый красивый человек, которого он когда-либо видел. Кожа медового оттенка подчёркивала нежные черты лица. Пухлые губы, слегка приоткрытые, казались такими мягкими. А глаза… Глаза были цвета шоколада, обрамлённые длинными ресницами, и в них читалось искреннее беспокойство. Светлые волосы, слегка растрёпанные, окружали лицо, словно нимб. А пах он жасмином, который хорошо сочетается с его собственным грейпфрутом. Минхо был уверен — перед ним настоящий ангел. Ангел, который спустился с небес прямо на футбольное поле, чтобы спасти его. — Ты меня слышишь? — говорит омега. Минхо начинает что-то мямлить в ответ, заворожённо смотря на парня. Тот на это заламывает брови, не понимая его. Он слышит смешок и переводит взгляд за спину светловолосого. Там стоят три альфы из его команды. Минхо тут же приходит в себя. Он резко садится, пугая этим парня, что выпрямился и прижал банку колы к своей груди, что ранее приложил к голове Ли. Из-за резкого движения Минхо начинает хвататься за голову, морщась. Когда головная боль отступила, он почувствовал прикосновение к своему плечу. Убрав ладони от лица, Хо смотрит на блондина. — Всё нормально? — А-а... — разевает рот Ли. — Да, всё хорошо. Немного ушибся головой. — Немного? — усмехается парень. — Ты прямо-таки свалился к моим ногам. Ты явно сильно приложился. — Да нет, всё нормально, — улыбнулся он, прикрывая глаза. — Слушай, а как... — Прости, мне нужно бежать, — прерывает его блондин, смотря в свой телефон. — У меня пара начинается через три минуты, — он встал, подхватив свою сумку, которая служила подушкой для головы Ли, и направился в университет, перед этим впихнуть альфе в руки банку газировки. — Прости, Минхо. Я не думал, что мяч прилетит прямо в тебя, — подходит к нему с извинениями футболист. — Да всё в порядке, — не особо обращая внимания на него, отвечает Ли, смотря на спину уходящего парня. — Влюбился что ли? — спрашивает один из футболистов. — Ой, заткнись, — цокает Хо и пихает парня плечом.

***

Ну да, конечно, не влюбился. За одну неделю Минхо вычислил, что того омегу зовут Хан Джисон, ему двадцать, он на 2 курсе дизайна. Его друзья какие-то Ник, Эрик и Феликс. А ещё оказалось, что Феликс — парень Хёнджина, с которым Ли играет в одной команде. И Минхо это было на руку. Потому что на тренировках Феликс всегда приходил с Ханом и сидел с ним на трибунах. А ещё оказалось, что Джисон довольно популярен, исходя из слов других. И как Минхо раньше его не замечал. Минхо, конечно же, не из-за его присутствия старался выкладываться на все сто. А ещё иногда снимать футболку из-за жары. Кидал, как ему казалось, незаметные взгляды, получая такие же в ответ. Библиотека пахла пылью и старыми книгами, что всегда казалось Минхо невыносимым. Свет из больших окон падал косо, освещая пыльные лучи и длинные ряды темных деревянных полок. Минхо здесь только потому, что он заснул на паре, преподавательница это заметила и отправила в библиотеку взять какие-то книги по экономике. Спросив, где находится нужный раздел, получив сухой ответ библиотекарши и мах рукой, он направился вглубь библиотеки. Проходя мимо стеллажей, Ли останавливается, когда слышит тихие ругания и знакомый запах. Он поворачивает голову и видит Джисона, что стремительно тянется на носочках до нужной книги, но никак не может дотянуться. Довольная улыбка растянулась сама по себе на лице. Вот он, тот самый момент. Когда он наконец заговорит с этим ангелом. Минхо подошел ближе, стараясь не шуметь. Он встал за спиной пыхтявшегося парня. Прижавшись грудью к спине парня, что замер от прикосновения, он прошептал на ухо: — Помочь? — А-а... — Хан отошёл в сторону, разворачиваясь и открывая рот в изумлении. — Да, пожалуйста, — получив нужную книгу, он прижал её к своей груди. — Спасибо большое. — Не за что, — ухмыльнулся Минхо, засовывая руки в карманы джинс. — Я тебя раньше здесь не видел, как тебя зовут? Ты первокурсник? — делает из себя дурачка, как будто это не он всю неделю узнавал у знакомых о омеге. — Хан Джисон, и нет, я не первокурсник, — смеётся младший. — Я на втором. — Надо же, — усмехается Ли. — Странно, что я не заметил такого ангела раньше. Хан почувствовал, как его щеки заливает румянец. — Спасибо, — пробормотал он, опуская взгляд. — Я тоже тебя раньше не видел. Ты, наверное, старшекурсник? Минхо кивнул, его глаза сияли озорным блеском. — Так и есть, — он сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними и вжимая Хана в книжный шкаф. — Но это не значит, что я не могу помочь младшим. Особенно таким милым, как ты. Джисон смущённо усмехнулся и опустил взгляд. — Слушай, мне нужно идти, — положил ладонь на грудь футболиста он, отодвигая. — Ещё раз спасибо. — Подожди, — сказал альфа, когда парень развернулся. Тот остановился и повернул на него голову. — Дашь свой номер? Или что-то другое — не озвучил он. — Да, конечно, — улыбнулся он и продиктовал свой номер. — Пока, ещё увидимся, — помахал тот рукой. Когда Хан скрылся за стеллажами, Минхо выдохнул с влюблённой улыбкой на лице. — А зачем я пришёл?

***

Начало учебного года выдалось влюблённым. Минхо никогда не ощущал себя таким окрылённым. Нет, ему и раньше нравились омеги в школе. И у него были отношения в университете. Но по сравнению с тем, что он чувствует к Джисону, это пустой лепет. В университете альфа всеми силами пытался пересечься с Джисоном. Он заучил его расписание, чтобы «просто пройти мимо». На обеде он просто опирался подбородком об кулак, мечтательно смотря на Хана, который болтал со своими друзьями, не замечая его. А когда замечал – начинал улыбаться и махать ему рукой. Они переписывались каждую ночь, несмотря на то, что им нужно было вставать через три часа. Рассказывали о проведенных днях, узнавали друг о друге, сплетничали о преподавателях. Минхо любил подвозить на своей машине Джисона после занятий, часто предлагая заехать куда угодно, лишь бы провести с ним побольше времени. Они заглядывали в маленькие книжные магазинчики, где Джисон с восторгом рассматривал старые издания, а Минхо с нежностью наблюдал за его горящими глазами. Иногда они просто шли, держась за руки, по залитым солнцем улицам, наслаждаясь тишиной и присутствием друг друга, будто весь мир остановился для них двоих. На тренировки по футболу Джисон теперь приходил не из-за желания Феликса, а из-за своего желания попялиться на его горячего пока ещё не парня. А после тренировок приносил ему бутылку воды. После очередной их гулянки Минхо подвозил Джисона до дома. В Калифорнии тёплый сентябрьский вечер. Воздух всё ещё хранит дневное тепло, но уже ощущается лёгкая прохлада, предвещающая приближение ночи. Джисон, не желая расставаться, задержался на пороге машины, собирая последние слова, чтобы еще немного продлить их вечер. — Джисон, – начал Минхо, его голос был тихим, но настойчивым. — Ты будешь моим парнем? Сердце Джисона забилось быстрее. Он не ожидал такого поворота, хотя, признаться, сам давно мечтал об этом. Его взгляд, полный изумления и радости, устремился на альфу. — Ты серьезно? – прошептал он, не веря своим ушам. Минхо кивнул, легкая улыбка тронула его губы. — Более чем. Так что? — Он протянул руку, его пальцы коснулись щеки Джисона, нежно поглаживая кожу. — Мы будем встречаться? Джисон, поддавшись порыву, подался вперед и прижался губами к губам Минхо. Это был нежный, но страстный поцелуй. Когда они наконец отстранились, оба тяжело дышали, а их глаза светились счастьем. — Да, – выдохнул омега, его голос дрожал от переполнявших его чувств. — Да, конечно, мы будем встречаться, — Минхо улыбнулся и притянул того обратно, врываясь своим языком в его рот. Джисон отстранился первым и, попрощавшись, вышел из машины, направляясь к своему дому. — Джисон, подожди! — окликнул его Минхо из открытого окна машины. Хан остановился и развернулся, смотря с вопросом на парня. — Я устраиваю вечеринку у себя дома в пятницу и приглашаю тебя. Джисон на его слова счастливо улыбнулся и закивал головой.

***

— Вы с Джисоном встречаетесь? — спросил сокомандник, надевая чистую футболку. Вся команда сейчас переодевается после тренировки. — Да, — усмехнулся Минхо, вытирая мокрые волосы полотенцем. Футболисты начали смеяться и странно улыбаться, переглядываясь между друг другом. — Что? — не понял их реакции Ли. — Джисон ещё та шлюха, — говорит Эйден. — В смысле? — хмурит брови Минхо, не обращая внимания на упавшее полотенце. — Ты что, не видел видео? — Нет, какое видео? Я не понимаю! Эйден опустился на скамью, доставая телефон, начиная в нём что-то искать, и похлопал рядом с собой. Когда Минхо опустился рядом, тот развернул телефон в его сторону, включая видео: — Зацени. На экране высветилось видео... Интимного характера. Камера снимала сбоку неподалёку от кровати. А на самой кровати было два человека. Джисон и альфа, чьего лица не было видно. Омега во всю выгибался и стонал во весь голос, пока парень вколачивался в него. — А правду говорят, что милые омеги такие только с виду, — говорит кто-то сзади. Минхо просто не моргая смотрит на экран, плотно сжав губы. — Ой, фу, — сказал Хёнджин, отворачиваясь от экрана. — Не хочу смотреть на голого друга своего парня. — Мой совет, — переводит взгляд с видео на Ли Эйден. — Трахни его как следует, а потом дай пинка под зад. — Если не хочешь, то отдай мне, — посмеялся футболист за спиной. — Замолчите, — поднялся со скамьи Хо, забирая сумку с вещами. — Не хочу слушать этот бред, — сказал он и напоследок хлопнул дверью раздевалки.

***

Всё же у Эйдена получилось проникнуть в голову Минхо. Потому что видео не отпускало его. Ли не знал, как реагировать. Злиться, разочароваться, расстроиться, поговорить? Он не знал. Поэтому решил ничего не решать между ними и наблюдать за поведением парня. Сейчас же он ждал парня у него дома. Изначально он хотел подождать на улице, потому что не хотел знакомиться с мамой Джисона так быстро, но та заметила его через окно и спросила, не к Джисону ли он. И тут было не отвертеться. — Так значит, ты новый парень моего сына? — спросила она. Они сидели в гостиной. Миссис Хан разместилась в кресле, подогнув под себя ноги и попивая вино из бокала. Альфа расположился напротив. По мнению Минхо, вид у матери Джисона был... Усталым. Она выглядела так, как будто на солнце не выходит неделями. — Да, мэм, — смущённо улыбнулся Минхо. — Его внимание тяжело удержать. Какая мать, такой и сын, — отпила из бокала женщина. Минхо не особо понял, что это значит. Но спросить ему не удалось, Джисон начал спускаться с лестницы. — Что? — спросил Хан, не понимая взгляда парня, что пялится на него минуту. Наступила пятница, и они в квартире Минхо. Такая большая квартира у него, как понял Хан, от родителей. Расположились они на маленьком диване, на котором помещались только они вдвоём. — Ничего. — Почему ты так смотришь? — Да я... Просто задумался на минутку, — опустил старший взгляд, сжимая в руке бутылку пива. — Я веду себя странно? — Нет, ты вёл себя мило, — улыбнулся уголками рта блондин. — Не хочу говорить банальности, — поднял снова на него взгляд. — Но ты правда самый красивый парень на свете. Джисон приоткрыл рот, не зная, что ответить. Но вместо слов он налетел на него с поцелуем. Губы Минхо были мягкими, но настойчивыми, отвечая на внезапный порыв Хана. Руки омеги скользнули по щекам Хо, словно пытаясь впитать всё тепло, всю нежность, которую он чувствовал. Поцелуй углублялся, становясь требовательным, обещающим, словно два океана, ищущих друг друга, сливались в бушующем танце. Ладони Минхо сжались на талии Джисона, его тело прижалось ближе, словно желая раствориться в нём. Затем Джисон, не разрывая поцелуя, взгромоздился на него, коленями по бокам от бедер альфы. Его собственные джинсы были тесны, и Минхо почувствовал это всем телом. Дыхание Джисона стало прерывистым, когда его пальцы, непослушные и настойчивые, нашли пряжку ремня альфы. Металлический щелчок прозвучал как выстрел. — Стой, — Ли резко разорвал поцелуй, смотря расширенными и непонимающими глазами на Хана, что почти запустил свою руку тому в бельё. — Ты не хочешь? — хлопает глазами младший, отодвигаясь и убирая руки. — Нет, нет... — взял того за руки, гладя большими пальцами костяшки Хана. — Просто... — Тогда не вижу проблемы, — слез с его колен блондин и схватил покрепче за руку. — Уединимся? — прошептал в самые губы, смотря из-под ресниц. Да плевать, что Минхо представлял их первый раз в другой обстановке. Не на шумной вечеринке и не когда они пьяны. В порыве он хотел спросить про то видео, но Хан не дал ему договорить. Возможно, это к лучшему. Минхо всё же решил просто плыть по течению. Поэтому он ведёт Хана за собой в свою комнату. Закрыв дверь комнаты на замок, чтобы им точно никто не помешал. Развернувшись, он налетел на парня, не ожидавшего такого порыва. Руки Минхо скользнули под майку омеги, ощупывая горячую, дрожащую кожу. Его пальцы медленно поднимались выше, касаясь нежных сосков, которые тут же напряглись под прикосновением альфы. Хан застонал тихо, впиваясь пальцами в широкие плечи Минхо, выгибаясь навстречу, чувствуя, как его тело откликается на каждое движение. Его бёдра потёрлись о твердую выпуклость в штанах альфы, и Минхо сжал узкие бёдра омеги с такой силой, что тот мысленно искал на коже будущие синяки — и в глубине души желал их. — Минхо… — выдохнул младший, когда поцелуй прервался, и потянул за низ майки, стягивая её через голову. Минхо помог, аккуратно снимая одежду и бросая её на пол, чтобы сразу вернуться к омеге, целуя шею и покусывая ключицу. Его руки расстёгнули джинсы Хана, спуская их вместе с боксерами. Член омеги вырвался на свободу, уже влажный от предвкушения, и Минхо обхватил его ладонью, медленно лаская. Джисон толкнул старшего на кровать, забираясь сверху. Он снял с него футболку, сразу припадая к груди Ли поцелуем. Его язык обрисовал дугу грудной мышцы, задержался у соска, почувствовав, как тот твердеет от прикосновений омеги. Минхо ахнул, пальцы впились в мягкие бёдра Хана, ища опоры. Когда Хан начал спускаться поцелуями ниже, Минхо перевернул их, нависая над омегой. — Я сейчас, — прошептал альфа, чмокнув младшего в губы. Минхо отстранился, подошёл к комоду напротив кровати и снял с себя джинсы вместе с боксерами. Он достал презервативы, развернулся и замер, глядя на Хана, который опёрся спиной о спинку кровати, раздвинув ноги и показывая себя во всей уязвимости. Джисон с трудом сглотнул, чувствуя, как его тело дрожит от волнения, и Минхо опустился на колени, возвышаясь над омегой. Рядом он бросил всё необходимое. — Ты такой… — прошептал альфа, гладя колени Хана и не отрывая от него глаз. — Какой? — прикусил губу Джисон, смотря снизу вверх. — Красивый, — выдохнул тому в губы, сразу захватывая их своими. Минхо целовал его яростно, жадно, но в то же время нежно, пытаясь передать всю ту гамму чувств, что переполняла его. Он чувствовал, как тело Джисона отзывается на его прикосновения, как дрожит от желания, как бьётся сердце, отдавая ему сумасшедший ритм. Руки Минхо скользнули ниже, исследуя упругие бёдра, притягивая Хана ближе. Он почувствовал, как напряглось тело младшего, как он издал тихий стон, будто бы прося ещё. Минхо отстранился, оставляя Джисона задыхаться от нехватки воздуха. Он посмотрел на его покрасневшее лицо, на блестящие глаза, на приоткрытые губы, и его сердце замерло. Он никогда не видел ничего прекраснее. Он снова потянулся к Джисону, его пальцы скользнули по его груди, касаясь напряжённых сосков. Хан тихо всхлипнул, замирая от наслаждения. Выцеловывает каждый сантиметр, параллельно с этим засовывает пальцы в мокрую дырочку. Джисон прикрывает рот рукой и закатывает глаза от трёх пальцев, что с лёгкостью вошли. Минхо наклонился ниже, его губы коснулись шеи Джисона, оставляя влажные дорожки. Он чувствовал, как младший дрожит от наслаждения, как его пальцы сжимают простыню. Минхо надевает презерватив и медленно входит на всю длину, стараясь быть осторожным. Джисон прикусывает губу и жмурит глаза от наслаждения, хватаясь за крепкие плечи старшего. — Давай. После его слов Минхо не медлит. Джисон чувствовал, как волны наслаждения прокатываются по его телу, накатывая одна за другой, и он полностью отдавался им, не пытаясь сопротивляться. Ли двигался в унисон с Джисоном, его движения становились всё более уверенными и быстрыми. Он чувствовал, как пульс Джисона ускоряется, как его тело напрягается в предвкушении, и это только подстёгивало его. Он видел, как лицо Джисона искажается от удовольствия, как его губы приоткрываются в беззвучном стоне. — Минхо… — выдохнул Джисон, его голос был полон мольбы, но в то же время и требования. Он не мог больше ждать, он хотел всего и сразу. Минхо не знал, что им управляло, но он захотел схватить Джисона за шею. Что он, собственно, и сделал. Ладонь сжалась вокруг шеи блондина, не прекращая хаотичных движений в парне. — Минхо, — позвал его Хан, но тот его не слышал, расцеловывая грудь. — Нет, нет, — он резко оттолкнул того от себя. — Стой. — Какого хрена, Минхо?! — продолжил он, когда Ли прекратил свои действия. — А что такого? — не понял брюнет. Он сейчас мало что понимал, феромоны вскружили ему голову. — Зачем ты так, я не мог дышать! — обнял себя Джисон от резко нахлынувшегося холода. — Я думал, тебе понравится, — стушевался старший. — С какого хера мне должно было понравиться? — почти что кричит омега. — Джисон, прости, я не знал, — сел на край кровати Ли, отворачиваясь от парня. Ему стыдно. Очень стыдно. — Это было неожиданно. — Прости, я никогда тебя не обижу, — сказал Ли, закрывая ладонями лицо. — Просто не делай так больше, — Хан сзади завозился, подползая ближе и садясь рядом. — Сначала спроси, — пауза. — Или я попрошу, — прошептал он, опираясь подбородком в плечо альфы. Минхо убирает ладони от лица, поражённо смотря на парня, что хлопает ресницами и приближается к губам. Минхо с ним сойдёт с ума.

***

— Они сказали, что найдут мне образцового омегу, когда приедут, но я им рассказал про тебя, поэтому они вроде как успокоились, — говорит старший. Сейчас они у него дома, сидят на диване и смотрят фильм. Ну как смотрят. Они закинули его на пятнадцатой минуте. — Они постоянно чего-то хотят от меня. Это невыносимо. Я еле как уехал от них. Папа хотел, чтобы я поступил на экономический в Сеуле, но мне удалось его переубедить, что Калифорнийский лучше. И что если его сын будет учиться заграницей, то все его друзья-омеги обзавидуются. Но даже здесь от него нет покоя, — возмущается Ли, не обращая внимания на Джисона, что расцеловывает его шею. — Они так ужасны? — говорит между поцелуями Хан. — Не то чтобы. Просто... Хотят, чтобы я был идеальным, — смотрит на того Ли. — А чего я хочу, их не интересует. После окончания университета я уже буду работать у отца в компании, а после буду директором, — откидывает голову на спинку дивана. — Я в принципе не против, но я так привязался к этому городу за всё это время, что возвращаться обратно в Корею мне не хочется. Тем более здесь... — не договорил он, потому что к нему на бёдра взобрался младший. — Ну тогда откажись и всё, — усмехнулся омега, елозя задницей на бёдрах, и захватывает губами мочку уха парня. — Если бы всё было так просто. — Я всю неделю думал об этом, — поцеловав брюнета в шею, Джисон прошептал: — Хочу, чтобы ты меня трахнул, — потянулся к губам. — Зачем ты всё сводишь к сексу? — Минхо уклонился от поцелуя, нахмурившись. — Что? — убрал от него руки Хан. — Я пытаюсь серьёзно поговорить. — Прости, — он слез с его колен. — Да ладно, ничего, — сказал Минхо через минуту нагнетающей тишины.

***

— Ну как? — разводит руки и крутится вокруг себя, показывая свой образ, Джисон. Через две недели Хэллоуин, и Хан уже придумал себе костюм и составил его. И, конечно же, он хочет показать его своему альфе. У Минхо расширяются глаза, когда он видит это. Образ пирата. И нет, не тот, который подразумевает закрытый костюм. На блондине приталенная рубашка, концы которой завязаны в узел, обнажая плоский живот. И короткие шорты, что плотно обтягивали ягодицы, а из ремня торчала шпага. Только из-за присутствия на голове пиратской шляпы можно было понять, что это пират. — Нет, это слишком, — махает руками он. — Уж извини меня, но ты в этом никуда не пойдешь. На поникший взгляд и надутые губы Минхо говорит: — Может, ты наденешь, к примеру... О! Наденешь мою футбольную униформу. Это тоже образ. Ну или же просто сделаешь свой костюм менее... Таким, — вертит он рукой. Видя, что Джисон не выглядит хоть немного радостней, он встаёт с кровати и подходит к нему. — Ну ты чего? — обнимает младшего за талию сбоку, чмокая в висок. — Тебе очень идёт этот костюм. И ты постарался над ним, — утыкается тому в волосы носом. — Но тебе не кажется, что это слишком? Я не то чтобы ревнивый, но на вечеринке будет много альф, что будут пялиться на тебя. Поэтому давай ты наденешь что-нибудь другое. Хорошо? — Хорошо, — на лице Хана появляется неуверенная улыбка, и он прижимается ближе в объятия. — Я люблю тебя, — говорит в макушку Минхо и вдыхает любимый запах жасмина, закрывая умиротворенно глаза. Проходит несколько секунд, когда Джисон тихо отвечает: — Я тебя тоже. — Давай мы лучше подумаем, что ты наденешь на карнавал, — предлагает Ли, отстраняясь.

***

Карнавал в самом разгаре. Люди с улыбками на лицах прогуливаются среди толпы, наслаждаясь сладкой ватой и воздушными шарами, которые развеваются на ветру. В воздухе витает смех и радостные возгласы. Все катаются на аттракционах, а вокруг расположены киоски с угощениями, источающие аромат сладостей. — Куда пойдём сперва? — спрашивает Минхо, смотря на вывеску со всеми аттракционами в парке. — Давай на колесо обозрения, — прижимается к его плечу Джисон. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оттенки оранжевого и розового. Очередь двигалась медленно, но никто не торопился, окутанный атмосферой праздника. Вокруг слышались обрывки разговоров, звон монет, ожидание и предвкушение. Минхо и Джисон, держась за руки, с любопытством рассматривали мелькающие лица, яркие наряды и сияющие глаза других посетителей. Наконец подошла их очередь. Они забрались в кабинку, мягко толкнувшись, когда она начала медленно подниматься. Омега прижался к запотевшему стеклу, его дыхание оставляло на нем легкий след. Внизу парк словно превращался в игрушечный: крошечные фигурки людей, разноцветные ленты аттракционов, светящиеся гирлянды, которые, казалось, сплелись в волшебный узор. Ветер ласково трепал их волосы, принося с собой запахи попкорна и сахарной ваты, которые теперь казались еще более сладкими. — Я хочу мороженое, — сказал Джисон, когда они вышли из колеса обозрения, и сжимает чужую руку в своей. Они сразу направились к ларьку, где продаётся мороженое, и встали в очередь. — О, Минхо, это ты? — раздалось из-за спины парней. — Привет, — обернулся Минхо, видя Эйдена и Кевина. — Так вы типа встречаетесь? — спросил с улыбкой Эйден. — Что? — натянуто усмехнулся Ли, начиная бегать глазами. — Нет, просто тусим. — Просто тусите? — переспросил Кевин. — Ага, да, просто тусим, — сказал Минхо, он не смотрел на Хана, но чувствовал его прожигающий взгляд. — Майкл сломал руку, ты слышал? — говорит Эйден. — В следующем матче точно участвовать не будет. — Нет, — нахмурил брови Минхо. — Он же квотербек, будет тяжело его заменить. — Тренер тоже не знает, кем его заменить. Я вот тут подумываю, может мне его заменить, — улыбается Эйден, играя бровями. — Ну хотя бы попробовать. — Да парни из «Ястребов» тебя задавят, — пихает того в плечо Кевин. — Нет, ну серьёзно. Они как будто только протеином и питаются. Вот из меня вышел бы хороший квотербек, — указывает на себя пальцем альфа. Минхо, слыша это, только смеётся про себя. Дошла его очередь. — Можно два шоколадных мороженых, пожалуйста, — просит продавца. — Ты? Не смеши, — кривит губы Эйден. — Ты на скамейке запасных чаще сидел, чем я видел родителей за этот год. — Ха, а ты типа лучше. Минхо, как думаешь, из кого бы вышел лучше квотербек? — поворачивает на Минхо голову Кевин. Принимая из рук продавца два мороженых, отдавая одно омеге, он начинает: — Слушайте... — не даёт ему договорить звук упавшего в мусорку мороженого и уходящих ног за спиной. Обернувшись, он видит спину Хана, что стремительно уходит. — Джисон! — крикнул он, пытаясь догнать омегу, но тот, казалось, двигался с невероятной скоростью. Сердце Минхо сжалось. Неужели все настолько плохо? — Джисон, постой! — кричал альфа, его голос становился все более хриплым от бега. Но Хан, походу, не собирался останавливаться. — Подожди! — сумел его догнать Минхо, сцепив пальцы на запястье блондина. — Почему ты так сказал? — Хан медленно повернулся. Его глаза были полны печали и чего-то еще, что Минхо не мог понять. — Что мы тусуемся? Это не важно, Джисон. Это просто фигура речи. — Это важно. — Не особо. — Ты же сказал, что любишь меня, — сжимает кулаки блондин. — А это тут при чём? — Ты сказал им, что мы даже не в отношениях, — махнул рукой в сторону ларька с мороженым, где уже не было футболистов. — Потому что я знаю Эйдена, он начнёт нести херню, — вздыхает и прикрывает глаза Ли. — Например? — изогнул бровь и усмехнувшись спросил омега. — Про тебя или что-то ещё, — отвёл от него взгляд, пытается уйти от ответа. — В смысле, ты о чём? — О том, что ты делал, — смотрит прямо в растерянные глаза омеги Минхо. — Что я делал? — делает из себя дурачка он. — Слушай, Джисон, я не хочу сейчас об этом. Мы на карнавале. — Я не знаю, о чём ты. — Это не такой уж и большой секрет, Джисон, — повышает голос альфа, но когда видит, что омега с каждым словом становится всё больше и больше печальным, он смягчается. — Знаешь, всё круто. Давай закончим на этом. Я, наверное, пойду, — разворачивается и уходит, оставляя позади парня, что из последних сил сдерживает слёзы. Надув щёки и прикрыв глаза, Хан пытается успокоиться. Карнавальный шум, который еще минуту назад казался таким веселым и беззаботным, теперь стал невыносим. Звон колокольчиков, смех незнакомцев, громкая музыка – все это давило, усиливая чувство одиночества. Джисон чувствовал, как слезы подступают к горлу, но изо всех сил старался их сдержать. Он не хотел, чтобы кто-то видел его таким. Здесь, среди ярких огней и масок, он чувствовал себя потерянным и уязвимым. Он снова приоткрыл глаза, пытаясь сфокусироваться на чем-то конкретном. Пестрая толпа людей, мелькающие фонарики, разноцветные шатры – все сливалось в один размытый калейдоскоп. Ему хотелось раствориться в этом многоцветии, исчезнуть, чтобы никто не заметил его слабости. Но вместе с тем, где-то глубоко внутри, теплилась надежда, что Минхо вернется. Омега решает найти укромное место. Пройдя через толпу, он натыкается на скамейку, расположенную между двух ларьков, мимо которой все проходят, не обращая никакого внимания. Садится и начинает сидеть в телефоне, пытаясь прийти в себя. Через несколько минут листания соцсетей он улавливает знакомые голоса. Хан поднимает голову, замечая мимо проходящих Феликса и Хёнджина, что счастливо смеются, держась за руки. — Хоть кто-то хорошо проводит праздник, — говорит про себя блондин, смотря с грустной улыбкой на спины уходящей парочки. — Скучаешь? — раздался голос сверху. Подняв голову, Джисон видит недавнего знакомого, с которым познакомился на днях. — Привет, Демьян. — Привет, — сел рядом альфа. — Разве ты не был с Минхо? Я видел вас возле колеса обозрения. — Был, но мы... — сжался в плечах омега, опуская глаза в землю. — Немного повздорили. — Оу, понял. Неловко вышло, — Демьян нервно усмехнулся, наблюдая за тем, как Джисон старательно избегает его взгляда. – Ну, я вообще пришёл с друзьями, но когда я заметил здесь одинокого милого омегу, мне уже с ними не интересно. Джисон смущённо кивнул, его пальцы перебирали край своей футболки. Разговор с Минхо был недолгим, но ощутимо болезненным. Казалось, вся радость от праздника испарилась, оставив после себя лишь горький привкус обиды. Он не хотел сейчас никого видеть, но вот Демьян, появившийся словно из ниоткуда, нарушил его уединенное горе. — Не хочешь на карусель? — спросил Демьян, вскакивая на ноги. — Ну не знаю, я... — замешкался Хан, но альфа схватил его за руку, ведя за собой. — Пойдём, будет весело. Карусель, сверкающая всеми цветами радуги, казалась ему сейчас таким неуместным символом детской беззаботности. Джисон чувствовал себя не в своей тарелке, пытаясь не отставать от энергичного Демьяна. Возможно, Минхо не ушёл и тоже здесь, и мысль об этом сжимала сердце парня, заставляя дышать глубже. Каждый поворот головы мог обернуться новой порцией боли. Демьян, казалось, этого не замечал, или просто игнорировал, увлеченно рассказывая о какой-то шутке, услышанной от своих друзей. Его голос звучал громко, перекрывая музыку и смех других посетителей парка. Джисон слушал вполуха, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, кроме своих невеселых мыслей. Может быть, действительно стоит попробовать отвлечься, позволить этому празднику, пусть и случайно, унести его подальше от неприятной реальности. Когда они подошли к карусели, Демьян уверенно выбрал лошадку, тут же усадив туда Джисона. Альфа устроился рядом, его плечо почти касалось плеча омеги, и Джисон напрягся, пытаясь найти компромисс между желанием отстраниться и ощущением, что быть рядом с кем-то – уже лучше, чем оставаться совсем одному. Музыка стала громче, лошадки начали медленно подниматься и опускаться, а мир вокруг закружился в веселом, но для Джисона таком чужом танце. Он закрыл глаза, пытаясь вдохнуть в себя эту суету, этот шум, надеясь, что всё, что гложет его внутри, останется там, за порогом этой кружащейся конструкции. Добрая улыбка Демьяна, мелькнувшая перед его закрытыми веками, не вызывала никакого отклика. Карусель остановилась, и Джисон с облегчением спрыгнул на землю, чувствуя, что даже эти несколько минут абсолютного отключения от реальности дали ему крошечную передышку. — Там мои друзья, пошли к ним. Выпьешь, отвлечёшься, — сказал Демьян, кладя ладонь на спину омеги. Джисон колебался. Мысль о людном месте, о необходимости поддерживать разговор, казалась невыносимой. Он кивнул, но без энтузиазма, позволяя Демьяну вести себя сквозь толпу. В воздухе витал сладковатый запах алкоголя и ядрёный запах альф, смешивающийся с ароматом попкорна. — Ты где пропадал? — спросил один из альф у Демьяна, когда они подошли ближе. Но взгляд альфы упал на рядом стоящего омегу, и он ухмыльнулся. — А, ясно, можешь не говорить. Будешь? — предложил он бутылку с пивом Хану. Джисон вздрогнул. Прикосновение ладони Демьяна к его спине, казавшееся таким утешительным всего мгновение назад, теперь ощущалось как якорь, привязывающий его к этой нежеланной реальности. Он попытался отстраниться, но Демьян лишь сильнее сжал руку, будто почувствовав его сомнения. — Он будет, — ответил Демьян, забирая бутылку из рук друга, отдавая её омеге. — Сядем, а то он устал, — он перевёл взгляд на Джисона. Джисон почувствовал, как щеки заливает краска, но лишь кивнул. Он не хотел пить, не хотел больше никакого внимания, кроме того, которого, как он чувствовал, ему так не хватало. Он провёл руками по своим джинсам, будто пытаясь разгладить невидимые складки, и отпил из бутылки. Сразу ощущая сладко-горьковатый вкус пива на языке. — Ты выглядишь бледным, Джисон, — сказал другой альфа, проследив за взглядом первого. — Всё в порядке? Джисон лишь пожал плечами. Он чувствовал себя загнанным в угол, его лёгкие сжимались, и он отчаянно искал выход. Этот алкогольный, дурманящий запах и вкус, который обычно вызывал у него предвкушение веселья, теперь казался удушающим. — Просто немного устал, — пробормотал он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более ровно. — Думаю, мне лучше пойти. Хан приподнялся, собираясь встать с лавки, но Демьян ухватился за его футболку, сжимая ткань в кулак и сажая обратно. Он снова почувствовал взгляд альф, оценивающий, изучающий, и ему захотелось провалиться сквозь землю. — Ты уверен? — спросил Демьян, обнимая за талию и шепча на ухо. — По-моему, тебе сейчас нужна хорошая компания, чтобы расслабиться. — Я... — начал омега, но ему не дала договорить ладонь, что спустилась с талии на задний карман джинс, касаясь ягодицы. — Твой запах просто божественнен, — прижался носом к шее Демьян, кладя другую руку на внутреннюю сторону бедра омеги. — Парни, вы согласны? Напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Джисон застыл, сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Слова Демьяна, сказанные с приторной нежностью, больше напоминали угрозу, чем предложение. Он чувствовал себя объектом, выставленным напоказ, и это было унизительно. — Я… мне действительно нужно идти, — повторил он, пытаясь вырваться, но хватка Демьяна лишь усилилась. Взгляды остальных присутствующих, которые он старался игнорировать, теперь казались жгучими. Он чувствовал, как по его коже пробегают мурашки от одной мысли о том, что они, возможно, думают. — Не будь таким занудой, Сони, — усмехнулся один из альф, сидевший напротив. — Демьян прав. Тебе стоит расслабиться. Мы же тут все свои. Слова «все свои» прозвучали как приговор. Хан знал, что это значит. Это означало, что его слабость, его страх, его нежелание — всё это теперь было выставлено на обозрение, и никто не собирался ему помогать. Он был один против них. Он просто хотел, чтобы хоть кто-нибудь заметил, что ему здесь некомфортно, и заступился. — Отпусти его, — походу, его молитвы были услышаны, и сверху раздался знакомый голос. Все замерли, повернув головы. Напротив стоит Феликс, а за его спиной Хёнджин. Феликс, обычно такой мягкий и улыбчивый, сейчас выглядел напряженным. Его глаза, обычно полные тепла, сверкали стальным холодом, а голос, несмотря на свою бархатную мелодичность, звучал резко и повелительно. Он не кричал, но в его словах была такая сосредоточенная сила, что никто не посмел возразить. Альфы, еще мгновение назад самоуверенные и насмешливые, теперь растерянно переглядывались. Присутствие Хёнджина, стоявшего чуть позади Феликса, несомненно, сыграло свою роль. — Ты не слышал? — повторил Феликс, сложив руки на груди. — Отпусти его. — Да ладно тебе, — убрал руки от омеги Демьян. — Он сам был не против. — Даже если он сначала был не против, — взял Хана за руку, подняв на ноги. — Это не значит, что ему сейчас всё это нравится. Вздернув носом и громко хмыкнув, Феликс развернулся, не выпуская руки Джисона, направился к выходу из парка. Хёнджин молча последовал за ними, его присутствие ощущалось как невидимая стена, отгораживающая их от любопытных взглядов. В воздухе повисло напряжение, густое, как предгрозовой туман, но никто не посмел его нарушить. Джисон, все еще дрожа от пережитого, крепко сжимал руку Феликса, шаги его были неуверенными. Феромоны омеги витали вокруг, пропитанные страхом и облегчением. Они быстро дошли до машины Хёнджина. Усадив Джисона на заднее сидение, Феликс сел спереди. — Я не понимаю, — сказал Ликс, когда они выехали на проезжую часть. — Где Минхо? Вы же были вместе. — Мы поссорились, — ответил Хан, смотря на свои руки, сложенные на коленях. — Он ушёл. — Просто ушёл? — нахмурился Феликс, повернув голову на Хана. — Просто ушёл и оставил тебя там одного? Я был о нём лучшего мнения. Джисон опустил голову ниже, пальцы нервно теребили край футболки. Феромоны его всё ещё витали в воздухе, густые и сладкие. Хёнджин, крепко сжимая руль, бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида, его ноздри слегка раздулись. — Я думаю, что он поступил правильно, — тихо пробормотал Джисон, голос дрожал. Феликс повернулся полностью, его глаза горели гневом. — А я считаю, что нет. Даже если вы поссорились, он должен был довести тебя домой, а не оставлять одного на празднике. — Омега перевёл взгляд снова на дорогу, зажмуривая глаза. — Если бы мы не проходили мимо, мало ли что случилось бы. — Всё, успокойся, — сказал Хёнджин, кладя ладонь на бедро парня, чувствуя в запахе своего парня грустные нотки. — Всё обошлось, это главное. Давай не думать, если бы что-то произошло. Феликс глубоко вдохнул, пытаясь унять разгорающийся гнев. Он знал, что спор с Хёнджином сейчас ни к чему не приведет, но образ беспомощного Джисона, оставленного одного, не давал ему покоя. — Чтобы он там ни наговорил, ты не виноват. Джисон поднял на него глаза, в них плескалась благодарность. Феромоны страха немного рассеялись, уступая место более спокойным нотам. Он слабо улыбнулся, но улыбка тут же погасла. — Куда едем? — спросил Феликс, взглянув на Джисона. — Домой? — Да, пожалуйста, — тихо ответил Хан, прижимаясь теснее к окну. — Я хочу просто забыть этот вечер. Феликс обернулся, чтобы посмотреть на него, и в этом взгляде было столько тепла и заботы, что у Джисона снова навернулись слезы. Он не знал, что могло бы случиться, если бы не эти двое, появившиеся так вовремя.

***

Прошла неделя с их ссоры на карнавале. В эту субботу уже Хэллоуин. Все мысли Минхо заполонил Джисон. Думал о том видео, которое оказалось не единственным. Ещё и обнаженные фото в придачу. Все знакомые, узнав, что они вроде как вместе, решили лучшим решением скидывать и рассказывать всё возможное про омегу Минхо. Альфа пытался его понять, но не получалось. Он не понимал, почему Джисон настолько себя не уважает. Но больше всего его бесило, когда тот притворялся, что этого не было. Прикинулся дурачком. Как на карнавале. Даже его мама знала, что он делал. Джисон часто сводил всё к сексу, сам не понимая проблемы. Буквально каждая встреча оканчивалась одним и тем же, если Ли не останавливал его. Минхо замечал его работы по дизайну. Видел его эскизы и какие-то незамысловатые рисунки. Видел книги на полках и вкладки в ноутбуке с фильмами. И не понимал, почему тот ничего не рассказывает о своих увлечениях. Минхо замечал, как тот уделяет много внимания своему внешнему виду. Укладка, макияж, уход за кожей, диеты, красивая одежда, в частности слишком открытая и обтягивающая. Минхо видел в его шкафу худи, толстовки и не понимал, почему даже когда они вдвоём в его комнате, Хан предпочитает короткие шорты, футболки, оголяющие ключицы и плечи, хотя ему явно бывает некомфортно. Нет, Минхо нравилось, как одевался Хан. И другим тоже. Он неоднократно замечал взгляды его сокомандников или мимо проходящих альф и бет на его парне. Он не был ревнивым, но иногда омегу хотелось скрыть от всех возможных взглядов. Из мыслей его вырвал звук захлопывающейся двери шкафчика совсем рядом. — Почему Джисон больше не приходит? — спросил его Хью, отходя к своей спортивной сумке на скамейке. — Увидел ещё одно видео? — смеётся тот. — Повтори, — моментально оказался рядом с футболистом. — Ты чего, я просто пошутил, — нервно усмехнулся Хью, получая сразу же кулаком в челюсть. Тот отшатнулся, но тут же ответил, мощным ударом отправив Минхо в шкафчики. Звон металла и треск пластика разнеслись по помещению, заглушая их яростные крики. Они метались по раздевалке, словно обезумевшие звери. Простые удары быстро сменились более жестокими: Хью пытался повалить Минхо, тот же отчаянно отбивался, цепляясь за любую возможность нанести ответный удар. В самый апогей их ярости, когда казалось, что драка вот-вот перерастет в нечто более страшное, дверь распахнулась. На пороге стоял тренер, его лицо, минуту назад спокойное, теперь исказилось гримасой гнева. — А ну прекратили! — его громовой голос пронесся по раздевалке, заставив обоих альф замереть. — Хью, Минхо! — Тренер... Это... — начал было защищаться Хью, но ему не дали договорить. — Не хочу ничего слышать! Никаких драк здесь не будет. Оба отстранены от тренировок на неделю! — указал на них пальцем мужчина. — Вы меня поняли? — Да, тренер, — одновременно сказали футболисты, стреляя в друг друга молниями из глаз.

***

Отец Джисона был безумно красив. Настолько, что к нему относились по-особому. Его мама очень злилась, что он флиртует с другими омегами. Но она была неправа. Он очень её любил. Любил их обоих. Его отец всегда мечтал, чтобы мечта Джисона стать модным дизайнером осуществилась. Родители ругались, как ругаются все родители. — Твой отец очень ревнивый, — сказала мама за ужином, попивая вино из бокала. — И не может найти постоянную работу. Джисон, слушая это, сразу понял, к чему та ведёт. Его желудок сжался, а съеденная еда подступила к горлу. Его надежды, что родители в конечном итоге помирятся, разрушились вдребезги. Хану было тяжело, а слухи, которые пошли между его одноклассниками, делали всё хуже. — Подруга твоей мамы сказала подруге моей мамы, что твоя мама изменила твоему папе, — сказал ему его одноклассник. — Это правда? Джисон тогда весь урок химии проторчал в туалете. Сидя на крышке унитаза в закрытой кабинке, захлёбываясь в собственных слезах. Сначала он злился на маму, обижался, считал, что она лицемерка. А потом понял, что папа не идеален, так же как и мама. Может, они просто не подходили друг другу. Отец навещал его на каждых выходных. Но потом он стал приезжать реже. Иногда не приезжал больше месяца. А потом и вовсе перестал. Не отвечал на его звонки и сообщения. На мамины тоже. Просто пропал, как будто его и не было вовсе тринадцать лет его жизни. В четырнадцать лет он впервые влюбился. Так ещё и в альфу старшеклассника. Конечно, это было не взаимно, но он быстро об этом забыл, потому что его внимание привлёк кто-то другой. Джисон был влюбчивым. Сильно влюбчивым. Он влюблялся во всех, с кем встречался. Ему было неважно, умный или глупый, милый или грубый. Всё равно. Было достаточно сделать зрительный контакт, и он сразу готов кинуться в объятия. Он не любил быть одним. В шестнадцать лет он достиг возраста согласия и перешёл в старшую школу. И тут понеслось. У всех разгар сексуального интереса. И Хана, конечно же, это тоже коснулось. Естественно, что всех интересовал и привлекал иностранец омега с милым, красивым личиком. Так ещё и с красивой фигурой, которую Хан специально подчёркивал. Печально, что всех его парней интересовал только секс и его внешность. Больше ничего. Некоторые настаивали на видео и интимных фото, и он соглашался, пусть и без желания. И он знал, что большинство парней после расставания будут сливать эти фото и видео. Но ничего не мог поделать. Когда Джисон увидел в первый раз видео с его участием, у него случилась паническая атака, которую он пережил в полном одиночестве. Потом поступление на специальность мечты. Ничего не изменилось. Парни менялись. Оставались максимум на 4 месяца. Он себя не уважал. Хан думал, что весь его опыт в отношениях — это нормально. Нормально, что все хотят от него одного и того же. Он всегда удивлялся, когда смотрел на своих ровесников, у которых только ванильно-сладкий период. На омег и бет, за которыми нужно бегать, чтобы получить хоть немного внимания. Он удивлялся, смотря на Феликса и Хёнджина. Что встречаются уже год. Когда Феликс рассказывал, как они переспали только через месяц отношений. Хан пытался не обращать внимания, хотя чувствовал душущую зависть. Перейдя на второй курс, он знакомится с Минхо. Парнем из футбольной команды. И Джисон был окрылён, как и всегда, впрочем. Минхо был красивым, ещё и спортсменом. Конечно, он встречался с баскетболистами, бейсболистами. Но Минхо казался чем-то возвышенным. Он понимал, что Минхо уйдёт, когда потеряет интерес. Но он попытается растянуть удовольствие подольше.

***

С момента их ссоры на карнавале Минхо не писал, а Джисон тем более. Так и проходили дни до Хэллоуина. Омега думал, что Минхо напишет, извинится, и они пойдут веселиться на вечеринку. Но ничего. А потом он узнаёт от Хёнджина, что Минхо вовсе никуда не собирается идти. И психанув, он обиженно собирается на вечеринку, которую организовывает Демьян. Но ему плевать. Он надевает на праздник свой первоначальный вариант костюма. — Вау, — присвистнул Ник, когда увидел спускающегося по лестнице Джисона. — Ты такой горячий, — сам бета был в образе охотника за привидениями. — Согласен, тебе очень идёт, — улыбнулся Эрик, который был одет в костюм вампира, и приобнял Джисона за плечи. — Все альфы будут твои, а про этого козла Минхо забудь. — Да, Минхо ещё пожалеет, что не пришёл и не увидел эту красоту. — Спасибо, — ответил на объятия омеги Хан. — Но... Давайте сегодня не говорить про Минхо. Я всё ещё расстроен тем, что произошло. — Прости, мы не подумали, — стушевался бета. — Да, про Минхо ни слова, — показал знак того, что рот на замке, Эрик. — Всё в порядке. Кстати, где Феликс? Я думал, он с вами, — выгнул бровь Джисон. — Феликс с Хёнджином в машине. Пойдёмте, — схватил двух омег за руки, ведя к выходу из дома, Ник. — Когда ты говорил, что оденешься в пирата, я ожидал другого, — сказал Феликс, поворачивая голову, когда парни разместились на задних сиденьях. — Джисон, тебе не кажется, что... — кинул неуверенный взгляд на Хана Хёнджин, собираясь сказать что-то про костюм омеги. Но на гневный взгляд своего парня, который говорил, что ему лучше промолчать, он не продолжил. — Забудь. — Вообще было два варианта костюма, и первый, как видишь, выиграл, — усмехнулся Хан, не обращая внимания на странное поведение Хвана. Он разместился по середине, а по бокам к нему прижимаются омега и бета. — А вы, как я понимаю, зомби-футболист и Драко Малфой. Я думал, что вы будете в парных образах. — Мы хотели. Но кому-то не нравилось всё, что я предлагаю, — посмотрел на альфу прожигающим и недовольным взглядом Ликс. — Ну прости. В следующий Хэллоуин одену всё, что ты захочешь, — положил ладонь на бедро парня. — Ладно, — улыбнулся счастливо Феликс, беря ладонь на своём бедре и сжимая руку. — Только вот на твоём месте я бы не давал себе выбор, что тебе надеть. Я же буду мстить. — Ради тебя я потерплю. — Какие вы сладкие! — пропищал Эрик. Он приобнял Хана за руку, кладя голову тому на плечо. — Когда я уже встречу своего альфу, — мечтательно вздохнул омега. Все в салоне рассмеялись, услышав слова Эрика. Атмосфера в машине была пропитана легкостью и предвкушением предстоящего веселья. Каждый из них, в глубине души, надеялся на приятный вечер. Наконец, салон остановился перед сверкающим в ночи зданием, украшенным гирляндами и паутиной. Музыка доносилась снаружи, смешиваясь с возбужденными голосами гостей, уже собравшихся внутри. Парни вышли из машины, их взгляды скользнули по мрачному, но празднично оформленному фасаду. Дверь распахнулась, и их словно накрыло волной громкой музыки и яркого света. Комната пульсировала в ритме басов, а воздух был плотным от смеха, запахов присутствующих и алкоголя. А все вокруг были одеты в костюмы. — Я хочу выпить, — сказал сразу, как они вошли, Эрик, беря под локти Ника и Хана, направляясь к выпивке. — А вы? — спросил Джисон, когда видит, обернувшись, что Хёнджин с Феликсом не идут за ними. — Мы пойдём поздороваемся с парнями из команды, — ответил Хван, приобняв омегу за талию. Музыка заглушала все остальные звуки, но Джисон, несмотря на это, чувствовал, как сердце бешено колотится в груди. Он огляделся, стараясь привыкнуть к ослепительному освещению. Вокруг мелькали яркие костюмы, смешанные с откровенными нарядами. Эрик, казалось, не обращал внимания на суету. Он уже подходил к барной стойке, попутно оценивая разнообразие напитков. — О, тут даже есть джин, — усмехнулся он. Ник, всегда более осторожный, подошел к нему, оглядываясь по сторонам. Он заметил, как группа молодых парней приближается к барной стойке, и его взгляд зацепился за одного из них — высокого, с копной темных волос, который весело смеялся, что-то рассказывая своим спутникам. — Ты видел? — тихо спросил Ник, кивнув в сторону приближающихся. — Кажется, нам придется познакомиться. Эрик лишь отмахнулся, уже держа в руках стакан. — Сначала выпьем. У меня сегодня ночью грандиозные планы, и они начинаются с этого джина. Джисон, пытаясь не выделяться, прижался плотнее к друзьям. Он заметил, как Хёнджин и Феликс, держась за руки, уверенно пробираются в сторону группы парней. Грустно ухмыльнувшись и резко почувствовав себя одиноко, он обнял себя руками за плечи. Ник, заметив его состояние и проследив за его взглядом, наливает в стакан джин. — Держи, — протянул стакан с напитком омеге. — Давай сегодня не грустить, пожалуйста, — когда Хан сделал глоток, он продолжил. — Допивай и пойдём танцевать. Когда Джисон допил, Ник обнял того за плечи и потянул за себя Эрика, который вскрикнул, не ожидая этого. — Эй, — недовольно глянул на Ника омега. — Я только начал строить глазки тому красавчику. — Ещё успеешь с ним пофлиртовать, — вздохнул бета, закатывая глаза. — Не видишь, нашему другу нужно развеяться. Трое друзей, влившись в поток танцующих, начали двигаться в ритм музыке и подпевая песням. Джисон, забыв про свою былую грусть, смеялся, уворачиваясь от случайных прикосновений и наслаждаясь атмосферой. — Я отойду, — сказал друзьям Хан, чувствуя, что стало слишком жарко и в горле пересохло от криков. Отойдя к стене, где никто не стоял, он прикрыл глаза, прижавшись спиной к прохладной стене. Выдохнул и достал телефон из кармана шорт. Руки сами потянулись к мессенджеру, открывая переписку с Минхо. На экране высветились сообщения, отправленные ещё днём. «Ты придёшь на вечеринку?». И «Мы поговорим?». Сообщения остаются без ответа, даже непрочитанными. — Да пошёл ты, — ругается про себя Джисон и, психанув, направляется к столам, заваленным алкоголем. Он схватил бутылку вина, не глядя, какое именно, и сделал несколько глотков прямо из горла. Холодная жидкость обожгла горло, но принесла некоторое облегчение. Парни, проходившие мимо, что-то кричали ему, но он едва их слышал, погруженный в свои мысли. Минхо. Опять Минхо. Почему он так упорно игнорирует его? Неужели можно считать, что они расстались? Джисон снова сделал глоток, потом ещё один. Голова немного закружилась, но это было даже хорошо. Так он, возможно, сможет забыть о своей обиде, хотя бы на время. Он огляделся. Друзья, кажется, всё ещё танцевали, увлечённые музыкой. Он не хотел портить им вечер своим настроением. Высушив всю бутылку вина, он направляется к противоположной стороне танцпола, подальше от друзей. Его шаги стали более размашистыми, движения — резкими и отрывистыми. Он бросался в центр круга танцующих, словно пытаясь выплеснуть всю накопившуюся боль и разочарование в каждом движении. Казалось, он борется с невидимым противником, отталкивая от себя призраки обиды и непонимания. Движения его тела становились всё более дикими, несвязанными, отражая бурю, бушующую внутри. Каждое резкое движение, каждый поворот головы, каждый взмах рук — всё это было криком души, загнанной в угол. Музыка, казалось, подпитывала его, становясь саундтреком к его внутреннему молчанию. Он не замечал людей вокруг, не видел их одобрительных или осуждающих взглядов. Его мир сузился до ритма, до ощущения разгоряченного тела, до той самой пустоты, которую он пытался заполнить. Тут к нему сзади прижалось чьё-то тело, и он почувствовал запах имбиря. Повернув голову, он видит Демьяна, что, ухмыляясь, смотрит на того. Возможно, ему нужно было оттолкнуть альфу, но ему было плевать. Демьян, не получая сопротивления, лишь сильнее прижался, позволяя их телам слиться в единое целое. Запах имбиря стал гуще, навязчивее, но теперь он не вызывал отвращения, а скорее смешивался с потом, с его жасминовым запахом, создавая новую, пьянящую смесь. Музыка продолжала играть, но теперь она звучала иначе, словно акцентируя каждый момент их близости, каждый тихий выдох. Он почувствовал руки, что поползли к его бёдрам, а к его заднице прижался чужой пах. Внутри него начало разливаться тепло, сначала робкое, потом уверенное, распространяясь по венам. Воздух казался густым, пропитанным чем-то неосязаемым, но ощутимым – предвкушением. Он не знал, что произошло, но сопротивляться этому течению не хотелось. Сердце забилось в другом ритме, ускоряя темп, вторя музыке, вторя движению чужого тела. Демьян провёл ладонями по его бёдрам, его пальцы проскользнули под ткань одежды, касаясь гладкой кожи. Это прикосновение было одновременно и напористым, и осторожным, словно играя на грани позволенного. Он ощутил, как чужое тело чуть напряглось, а затем расслабилось, полностью отдаваясь моменту. Запах имбиря стал почти осязаемым, обволакивая, проникая в каждую клеточку. Хан закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на ощущениях. Голова кружилась, но не от алкоголя, а от чего-то иного, более глубокого. Он чувствовал, как дыхание Демьяна стало прерывистым, касаясь его уха. Демьян наклонился ещё ниже, его губы коснулись мочки уха. Лёгкий, щекочущий поцелуй, который прошёл по телу дрожью. — Отойдём? — прошептал он омеге на ухо. Хан не ответил сразу, лишь издал еле слышный стон, в котором смешались трепет и предвкушение. Его рука полезла за спину, сжимая пальцами ткань брюк Демьяна, словно боясь отпустить. Мир сузился до этого момента, до ощущений, до нарастающего желания, которое, казалось, разрывало его изнутри. Он чувствовал, как его собственное тело отзывается на каждое движение Демьяна, становясь податливым, желающим. Демьян воспринял его действия как согласие и потянул за собой сквозь шумную толпу. Дверь в комнату альфы захлопнулась с глухим щелчком, отрезая их от остального мира, от шума вечеринки, от чужих взглядов. В тишине, которая тут же окутала их, Хан почувствовал, что голова начала кружиться сильнее. Альфа, не теряя ни секунды, прижал Джисона к стене. Демьян накрыл губами губы блондина с такой силой, с такой страстью, что у Хана перехватило дыхание. Это был не нежный поцелуй, а скорее требование, голод, который копился в Демьяне, и который он теперь изливал на Хана. Язык Демьяна вторгся в рот Джисона, исследуя, пробуя. Хан почувствовал, как его тело отзывается на каждое прикосновение, как его собственные руки сами собой обвились вокруг шеи Демьяна, притягивая его ещё ближе. Он стонал в поцелуй, звуки смешивались с приглушенными стонами Демьяна. Демьян отстранился лишь на мгновение, чтобы перевести дух, его глаза горели в полумраке комнаты, полные дикой, первобытной страсти. Он жадно вдыхал жасминовый запах Хана. Затем, не разрывая поцелуя, Демьян подхватил его под бедра и, с силой прижав к себе, усадил на прикроватную тумбочку. Омега тут же оказался в самом центре бушующего пожара, его ноги непроизвольно обвились вокруг бедер Демьяна. Воздух вокруг них, казалось, стал гуще, наполненный их учащенным дыханием и стонами. Альфа торопливо расстегнул ремень на шортах, а потом и ширинку. Его ладонь залезла в шорты и сразу полезла к уже намокшей дырочке. Джисон ахнул и оторвался от поцелуя, опираясь руками позади себя и откидывая голову, открывая длинную шею. Губы Демьяна скользнули ниже, исследуя изгиб шеи, оставляя влажные следы. Он вдыхал аромат омеги, терпкий и сладкий, сводящий с ума. Его пальцы, ловко и нежно, стали исследовать тело Джисона, касаясь кожи, вызывая дрожь и новые стоны. Демьян, почувствовав, как тело омеги откликается на его ласки. Он резко ввёл палец в влажное нутро, получая в ответ громкий стон. Хан в этот момент как будто протрезвел. — Подожди, — с отдышкой говорит Джисон. Он пытается убрать от себя руки, что собирались стянуть с него шорты вместе с бельём. — Хватит. Альфа оторвался от него и опёрся ладонями о поверхность по бокам от бёдер. — Джисон, ты мне очень нравишься, — смотрит на блондина он. — Я никому не скажу. — Я знаю, — попытался улыбнуться Хан. — Хорошо, — выдохнул Демьян тому в шею, опаляя её дыханием. — Никто не узнает, — поцеловал в ключицу. Джисон отстранил того от себя, оперев ладонь тому в грудь. — Я слишком много выпил, мне пора домой, — сказал он, застёгивая шорты. — Ты шутишь? — отошёл от тумбочки Демьян, хмуря брови. — Нет, прости, — спрыгнул с тумбы, направляясь к двери. — Прости за что? — усмехнулся альфа. — Кем ты, блядь, себя возомнил? — резко понизил он голос. — Что? — растерялся Хан, обернувшись. — Если мы не будем трахаться, тогда что? — Ты сейчас серьёзно? — Ты думаешь, я здесь, потому что ты мне интересен? Думаешь, мне интересны твои слова или мысли? Думаешь, ты такой интересный? Какой же ты тупой, — усмехнулся Демьян, сжимая пальцами переносицу. — Ты сам ко мне подошёл, помнишь? И с тех пор ты приходишь, заводишь меня и начинаешь ныть о своём парне. Каждый раз, когда ты начинаешь говорить, я думаю: «Кем он, блядь, себя возомнил?». Ты же такой скучный. Эй, я буду честным с тобой, в отличие от остальных. Любой, кто скажет тебе, что им от тебя нужен не только секс, пиздит. Удачи с твоим парнем, — махнул рукой и отвернулся. Услышав надломленный всхлип, он поворачивается обратно. — Теперь ты плачешь. Какой сюрприз, — кривится он, смотря в глаза, полные слёз. Джисон выбегает из комнаты с зажмуренными глазами. Он мчится к выходу, расталкивая людей на своём пути. Прерывисто дыша, Хан выбегает на улицу, вдыхая свежий воздух. Подняв голову, он замирает на месте. Минхо. Минхо стоит напротив, смотря потрясённо на омегу. — Минхо, — шепчет он и, всхлипнув, подбегает к застывшему парню, врезаясь в того. Обвив руки вокруг тела альфы и спрятав лицо у того в груди, он начинает громко плакать. Джисон почувствовал, как руки Минхо неуверенно, но крепко обнимают его в ответ. Крепкие объятия альфы, обычно такие уверенные и тёплые, сейчас казались ему единственным якорем в бушующем море его собственных эмоций. Слёзы текли по щекам, смешиваясь с запахом Минхо, такого родного и успокаивающего. В груди Минхо было так безопасно, словно весь мир снаружи перестал существовать. — Всё хорошо, малыш, — прошептал Минхо, его голос дрожал, но был полон решимости. Он нежно гладил Джисона по спине, пытаясь унять его дрожь. — Я здесь. Я с тобой. Джисон не мог говорить, лишь сильнее прижимался к Минхо, вдыхая знакомый аромат грейпфрута, который сейчас казался ещё более ценным. Он чувствовал, как Минхо крепче сжимает его, словно боясь потерять. Страх, который сковывал его раньше, начал отступать, сменяясь чувством облегчения и невероятной нежности. — Что случилось? — спрашивает Ли, когда парень поднял на него голову. Но тот на вопрос только сильнее начинает плакать, утыкаясь обратно в грудь. Минхо прижал Джисона к себе ещё крепче, чувствуя, как его собственное сердце колотится в груди. Он не настаивал, понимая, что слова сейчас могут быть бесполезны. Вместо этого он продолжал тихонько поглаживать Джисона по спине, шепча успокаивающие слова, не требуя ответа. Каждый сдавленный всхлип пронзал его насквозь, но он не подавал виду, стараясь быть той скалой, которая так нужна Джисону сейчас. Прошло, казалось, целая вечность, прежде чем дыхание Джисона начало выравниваться. Он всё ещё дрожал, но уже не так сильно. Медленно, словно боясь спугнуть хрупкое спокойствие, он отстранился, уткнувшись лицом в ладонь Минхо. Его глаза, опухшие от слёз, смотрели с такой болью, что Минхо едва сдержался, чтобы не обнять его снова. — Просто… Всё произошло не так, как я ожидал, — наконец выдавил Джисон, его голос был хриплым и едва слышным. Он сглотнул, пытаясь собраться с силами. — Я хочу уйти, — Он зажмурился, словно пытаясь стереть неприятные воспоминания. Как назло, подул холодный ветер, заставившийся его ещё больше задрожать. Заметив, что омега обнимает себя руками, пытаясь уйти от холода, пронзившего тело, Минхо стянул с себя рубашку, оставаясь в майке. Накинул на дрожащие плечи парня, гладя их. — Залезай, — сказал Ли, открывая дверь машины. Которую Хан не заметил. Джисон, всё ещё пребывая в состоянии шока, послушно забрался в машину, не в силах произнести ни слова. Тепло от рубашки Минхо, смешанное с его запахом, начало успокаивать, прогоняя остатки дрожи. Он прислонился головой к подголовнику, закрыв глаза, и попытался сосредоточиться на дыхании, на ощущении ткани под пальцами. Образы того, что произошло, продолжали мелькать перед глазами, но теперь они казались менее яркими, менее пугающими. Минхо, не спрашивая, завёл машину и плавно тронулся с места. Он взглянул на Джисона краем глаза, замечая, как тот всё ещё сжимает в кулаке край рубашки. Сердце сжалось от сочувствия. Он понимал, что слова сейчас бесполезны. Единственное, что он мог сделать, — это предложить тихое присутствие, чувство безопасности. — Тебя отвезти домой? — наконец спросил Минхо, его голос звучал мягко, не нарушая тишины, которая теперь казалась такой необходимой. Он видел, как Джисон вздрогнул от звука, но не открыл глаз. Джисон помолчал, обдумывая ответ. Он не хотел оставаться один. — Нет, к тебе, — прошептал он, его голос едва слышно. Он знал, что это было нагло, но сейчас он не мог думать ни о чём другом. Минхо кивнул, понимая. Он не осуждал, а только ускорил движение, стремясь как можно скорее доставить Джисона в безопасное место. Дорожные огни мелькали за окном, отражаясь в глазах парня, когда он наконец приоткрыл их. В них всё ещё плескалась боль, но теперь к ней примешивалась и еле заметная искра доверия. Старший сбавил скорость, въезжая в тихий район, где его квартира пряталась за аккуратными многоэтажками. Он припарковался у подъезда, заглушил мотор и повернулся к Джисону. Тот всё ещё не отпускал рубашку, пальцы побелели от напряжения. Минхо осторожно коснулся его руки, но не стал тянуть — просто дал понять, что здесь, рядом. — Пойдём, — тихо сказал он, выходя из машины и обходя её, чтобы открыть дверь для Джисона. Тот кивнул, сползая с сиденья медленно, как будто каждое движение отзывалось болью. Минхо протянул раскрытую ладонь, в которую сразу же вцепились, и они вместе поднялись по лестнице. Квартира Минхо поглотила их тишиной, нарушаемой лишь скрипом кожи дивана в коридоре под весом Джисона. А запах грейпфрута был повсюду, что заставило омегу удовлетворённо втянуть воздух. — Будешь чай? — спросил Ли, присаживаясь на колени у ног младшего, что сел на диван. Пальцы с тёплыми суставами ловко отстёгивают молнию на высоком сапоге Джисона. Кожа, ещё хранящая холод с улицы, шипит, освобождаясь. Джисон закинул голову на спинку, глаза закрыты, но под веками — быстрое движение зрачков. Он выдыхает, и его грудная клетка под рубашкой альфы опадает. Минхо стягивает первый сапог, аккуратно ставит его в сторону, принимается за второй. — Нет, — приоткрыл глаза Хан, когда ноги освободились от обуви. — Я хочу помыться, лечь спать и забыть этот день раз и навсегда. Минхо кивнул, его взгляд скользнул по стройным щиколоткам, затем поднялся к лицу Джисона. На губах мелькнула лёгкая, понимающая улыбка. — Хорошо. Тогда я тебе помогу, — проговорил Минхо, поднимаясь с колен. — Иди прими ванну. Я принесу тебе твою одежду. Джисон слабо улыбнулся в ответ, благодарный за невидимую поддержку. Он медленно поднялся, ощущая лёгкость в ногах, и направился к ванной комнате, оставляя Минхо одного в гостиной. Шаги его были тихими, будто он боялся потревожить эту хрупкую тишину, которая так заботливо окутала их. Вода обрушилась на него тёплым потоком, смывая усталость дня. Джисон закрыл глаза, позволяя струям скользить по коже, унося с собой все тягостные мысли. Он стоял, покачиваясь, едва удерживая равновесие, веки отяжелели, грозя захлопнуться в любой момент. Казалось, само тело отказывалось подчиняться, погружаясь в сон прямо здесь, под душем. Но инстинкт самосохранения, пробуждённый тёплой водой, всё ещё держал его на плаву. Джисон моргнул, пытаясь сосредоточиться. Его ресницы слиплись от туши, оставляя тёмные разводы под глазами. В зеркале он увидел своё отражение – размытое, уставшее лицо с нелепыми, потёкшими линиями макияжа, напоминающими следы от траура. Лёгкий стон вырвался из его груди. Он знал, что ему нужно смыть это, прежде чем он решит, что это новый модный тренд. Рука неловко потянулась к полке, нащупывая пузырёк с мицеллярной водой, которую он оставил ещё с первой ночёвки у альфы. Прохладная жидкость на ватном диске приятно освежила кожу, мягко растворяя остатки туши и подводки. Он тщательно протёр лицо, чувствуя, как к нему возвращается ясность. Зубная щётка с пастой стали следующим шагом в этом ритуале возвращения к жизни. Закончив с умыванием, он повернулся к стиральной машинке, на которой лежали его боксёры и пижама. Одев бельё, он смотрит на пижамные штаны с рубашкой. Руки уже тянуться к рубашке, но взгляд цепляет футболку альфы, висящую на батарее. Хан, не долго думая, хватает её и надев, выходит из ванны. Зайдя в комнату, которую освещает только тёплый свет прикроватной лампы. Джисон видит Минхо, что сидит на краю кровати и пялит в одну точку. Ли вздрагивает, когда слышит, как сзади прогинается кровать под чужим весом. — Давай спать, — бормочет омега, залезая под одеяло и отворачивается к стене. Проходит где-то минута, как свет остаётся всё ещё горящим, а остальная часть одеяла нетронутой. Джисон открывает глаза и поворачивает голову, натыкаясь на взгляд старшего, что всё ещё сидит на краю. — Что? — не понимает Хан. — Что случилось на вечеринке? — Я не хочу это обсуждать, — отворачивается от него омега. — И не думаю, что захочу. — Ладно, — шепчет Минхо, смотря на спину парня. Джисон думает, что старший сейчас выключит свет и залезет под одеяло, но того не происходит. Полежав так ещё несколько минут, Хан чувствует, как тишина начинает давить на него. Он собирается снова повернуться и спросить, в чём дело, но Минхо опережает его. — Извини, я не должен был так говорить тогда на карнавале. И извини, что не писал и не отвечал после этого. Я много думал и решил... — Хорошо, — перебивает его Хан, боясь услышать, что он там себе решил. — Я прощаю, — он обернулся, смотря уставшими глазами. — А теперь давай ляжем спать, я очень устал. И обними меня, я скучал. Замерев, альфа медленно повернулся к Джисону. Теплый свет лампы мягко освещал его лицо, подчеркивая беспокойство в глазах. Он видел, как усталость отражается на лице младшего, как он старается сдержать эмоции. Минхо медленно приблизился, его пальцы едва коснулись плеча Джисона, словно он боялся спугнуть этот хрупкий момент примирения. Тело младшего подалось навстречу, и Минхо осторожно обнял его, прижимая к себе. Тишина, которая еще недавно давила, теперь казалась уютной, заполненной их общим дыханием. Джисон уткнулся лицом в плечо Минхо, вдыхая знакомый, успокаивающий запах. — Я тоже скучал, — наконец прошептал Минхо, его голос звучал глухо от близости. Он провел рукой по шелковистым волосам Джисона, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело. Эта ночь была долгой, полной недосказанности и боли, но сейчас, в этом объятии, они оба чувствовали, что наступил долгожданный мир. Минхо наконец выключил свет, оставив комнату погруженной в темноту, освещенную лишь лунным светом, проникающим сквозь шторы. Он осторожно улегся рядом с Джисоном, продолжая держать его в объятиях. Усталость быстро взяла свое, и вскоре они оба уснули, чувствуя тепло друг друга, зная, что завтрашний день принесет новые надежды.

***

Последующие две недели проходили так, как будто ничего не произошло. Как будто не было никаких видео. И как будто на Хэллоуин ничего не случилось. Ли хотел спросить у того, что же такое произошло на вечеринке. Но решил не донимать парня вопросами. Если захочет, сам расскажет. Минхо ощущал между ними напряжение. Но такое ощущение, что только он его и ощущал. Джисон же вёл себя как обычно. Минхо считал, что у них сейчас не лучший период в отношениях. А ещё, как назло, приезжают его родители из Кореи. Которые по большей части приехали, чтобы познакомиться с его омегой, чем увидеть вживую сына. Ли переживал. Он не знал, как отреагируют его родители на Джисона и как Джисон отреагирует на его родителей. Всё же и те и те были специфичные. Вот и наступил день их знакомства. Они сидели за столом в квартире Минхо в полной тишине. Родители просто молча рассматривали Хана, который, к несчастью, оделся как и всегда. Узкие джинсы и обтягивающий топ. Куча украшений и яркий макияж. Обычно в таком виде не знакомятся с родителями своего парня. — Минхо, — повернулся папа-омега к сыну с недовольным лицом. — Что за недоразумение ты сюда привёл? — Что? — замер на месте Минхо, он почувствовал, что то же самое сделал и рядом сидящий омега. — Минхо, ты будущий директор нашей компании. И тебе нужен омега под стать тебе. А не это... — отец глянул презрительным взглядом на Хана, что весь сжался в плечах, стараясь стать меньше. — Он выглядит как, как... — Прошмандовка, — закончил за него муж. — Пап! — вскрикнул Минхо. — А что? Разве я не прав? По нему же видно. Сын, уж прости, но забудь про него. Я не потерплю ересь кого в нашем доме, — прикрыл глаза от злости. — К счастью, я на всякий случай нашёл подходящего омегу для тебя. И не прогадал же. Поверь мне, как только ты с ним познакомишься, ты и не вспомнишь про этого... этого... — пытается вспомнить имя парня. — А впрочем, неважно. Не переживай, тот омега сразу тебе понравится. Он... — Извините, — резко встал с места Джисон, не смотря ни на кого из присутствующих, и стремительно пошёл к выходу. — Ну он хотя бы такие слова знает, — язвительно усмехнулся омега, услышав звук захлопывающейся двери. На хмурый взгляд сына он спросил: — Что такое, солнышко? — Он не такой, как вам кажется, — ответил он и встал из-за стола. Он направился за Джисоном, не обращая внимания на крики отца, и громко хлопнул дверью. Подъездная дверь захлопнулась за спиной. Улица встретила прохладным вечерним ветром, пропитанным запахом надвигающегося дождя. Тучи сгущались над головой, тяжелые, как его вина и отчаяние. Он огляделся, и там, в полумраке уличных фонарей, увидел Джисона. Тот шел быстро, сутулясь. Плечи дрожали — не только от холода, но от той же бури эмоций, что разрывала их обоих. Добежав, Ли схватил Хана за руку — крепко, отчаянно, словно хватаясь за жизнь. Развернул его к себе, и их взгляды встретились. В глазах омеги — океан боли, слезы, смешанные с дождевыми каплями, что вот-вот польются. — Мне так жаль, — начал он извиняться. — Я, конечно, знал, что всё будет не гладко, но не настолько. Мне безумно стыдно за своих родителей, — взял и вторую ладонь Ли, сжал их в утешительном жесте. — Не подумай, что я их послушаю. Мне никто не нужен... — Я с ними согласен, — перебил его Хан, без единой эмоции на лице. — Что? — замер альфа. — Нет, они неправы, — помотал он головой. — Они правы! — повысил голос младший. — Пожалуйста, не убеждай себя в обратном, — развернулся, чтобы уйти. — Постой! — дождь хлынул внезапно, тяжелыми каплями, размывая мир вокруг. Вода стекала по лицам, смешиваясь со слезами. — Всё не так! — Всё так! — крикнул Хан, резко разворачиваясь. — Знаешь что? — он горько усмехнулся. — Я почти изменил тебе на Хэллоуин. Я неинтересный. Я просто шлюха, которая постоянно влюбляется. С моей репутацией... — его голос надломился. — Я, возможно, не смогу устроиться на работу. Я никогда не смогу выбраться из этого дерьма. Я... — он опустил голову, сдерживая слёзы. — Я не достоин быть твоим парнем. Ты такой хороший, заботливый, и тебе интересно не только моё тело, я это вижу. Но... Я не заслуживаю тебя. Твои родители правы. Тебе стоит найти кого-нибудь получше. Минхо шагнул ближе, игнорируя поток воды, пропитавший одежду насквозь. Он прижал Джисона к себе, обнимая крепко, словно пытаясь слить их в одно целое. Омега сопротивлялся лишь миг, потом обмяк, уткнувшись лицом в плечо альфы. Рыдания сотрясали его тело. —Я люблю тебя несмотря на это,— сказал Ли в блондинистую макушку.—Если ты думаешь, что ты не интересный, то я с тобой не согласен. За это время пока мы встречаемся, я многое заметил в тебе. У нас похожи вкусы в музыке, книгах, фильмах. Я заметил какая у тебя страсть к моде. Твои эскизы просто прекрасны. И меня так задевало, что ты никогда не рассказывал мне о своих увлечениях. Будто...—пытался подобрать слова Минхо. —Будто боялся твоей реакции на это...—закончил за него Хан, оторвав лицо от плеча альфы. Минхо грустно улыбнулся, смотря тому в глаза. —Да, именно так. И с репутацией... У тебя есть ещё два года, чтобы это исправить. И в любом случае каждый пожелеет, что не взял на работу такого талантливого дизайнера,—он взял лицо младшего в ладони. От его слов взгляд Хана смягчился, а на губах появилась неуверенная улыбка. —Я люблю тебя и уйду только если ты сам этого захочешь. И я хочу помочь тебе, потому что знаю, что помощь тебе необходима. Джисон замер, чувствуя тепло ладоней Минхо на своих щеках, словно они жгли душу, выжигая все сомнения. Глаза альфы, полные такой бездонной нежности, отражали его собственное отчаяние, но и надежду — ту, что он сам давно похоронил. —Я тоже люблю тебя,— прошептал он, голос дрожал, как лист на ветру, а сердце колотилось в унисон с болью, которую так долго прятал. Минхо на это только нежно улыбнулся и прижался лбом ко лбу Хана, делясь своим дыханием, своей силой, будто передавая частичку себя, чтобы заполнить пустоту внутри омеги.

***

Зал гудел от сдержанного гула голосов и щелчков фотокамер. Джисон сидел, откинувшись на спинку стула, пальцы нервно перебирали край программки. Его взгляд не отрывался от сцены, где выстраивались в ряд выпускники в чёрных мантиях и смешных квадратных шапочках. И среди них — он. Его альфа. Его Минхо. Джисон до сих пор не понимает, что он здесь делает. Он и мечтать не мог, что когда-нибудь окажется на выпускном своего парня. — Ли Минхо! — громко объявил декан. И он пошёл — грациозной, почти хищной походкой, которую не скрывала даже нелепая мантия. Хан почувствовал, как в животе закружился знакомый вихрь. Смертельно красивый. Удостоившись диплома, Минхо повернулся, обведя зал взглядом. Джисона сердце замерло, когда их взгляды встретились. Легкая, едва заметная улыбка тронула губы Минхо, и для Джисона это было как прилив адреналина. Его альфа. Все еще его. Когда церемония подошла к концу, Минхо, стараясь не выделяться, направился к выходу. Омега, стараясь держаться в тени, последовал за ним. Ему так хотелось обнять его, поздравить, но он знал, что Минхо сам найдет его. И он не ошибся. — Джисон! — его голос, низкий и бархатный, прозвучал совсем рядом. Джисон обернулся, и перед ним стоял Минхо, уже без мантии, в элегантном костюме, который, казалось, был сшит специально для него. — Минхо! Поздравляю! — воскликнул Джисон, бросаясь ему на шею. Минхо крепко обнял его, уткнувшись носом в волосы. — Спасибо, милый. Ты пришел. Я так рад. — Джисон почувствовал, как его щеки покрываются румянцем. — Конечно, пришел. Я бы ни за что не пропустил твой выпускной. — Они отстранились друг от друга, и Минхо покрепче обнял того за талию. — Как ты... — Эй, Минхо! — раздалось неподалеку. — Мы собираемся отпраздновать в баре, ты с нами? — спросил один из футболистов. Альфа заметил, как у Джисона слезла улыбка и опустилась голова, поэтому он поспешно ответил: — Простите, парни, — его голос звучал мягко, но твердо. — У меня другие планы. Футболист пожал плечами и, пожелав Минхо удачи, удалился, присоединившись к остальным. Минхо снова повернулся к Хану, улыбаясь. — Что ж, — он отошёл на шаг, разрывая объятия, и протянул ладонь омеге. — Не хотите ли вы провести этот вечер и ночь со мной? Джисон удивленно поднял на него глаза. Мгновение он молчал, переваривая предложение, а потом на его губах вновь расцвела прежняя, нежная улыбка. Его ладонь, такая теплая и хрупкая, легла в ладонь Минхо. — С удовольствием, — прозвучал его голос, тихий, но наполненный невысказанной нежностью. Ли чувствовал, как учащается биение его сердца, и не мог сдержать ответную улыбку. Он сжал руку Джисона, чувствуя, как тот слегка прижался к нему, словно ища опоры. Они вышли на улицу, где уже сгущались сумерки, окрашивая небо в пастельные тона. Минхо придержал для Джисона дверь своей машины. Хан, все еще немного ошеломленный, но счастливый, осторожно забрался в салон, стараясь не задеть старшего. — Куда мы? — спросил омега, когда Минхо сел за руль. — Ко мне, — ухмыльнулся старший. Ли плавно тронул с места, машина бесшумно скользила по вечерним улицам. Джисон, примостившись на сиденье, с любопытством смотрел на проплывающие мимо огни города. Тишина в салоне была комфортной, наполненной ожиданием и зарождающейся близостью. Он чувствовал легкое волнение, но рядом с альфой оно было приятным, обещающим что-то волшебное. Когда они прибыли к нужному месту, Минхо помог Джисону выйти из машины, и они, держась за руки, направились к подъездной двери. Прохладный вечерний воздух приятно освежал, а звезды уже начинали робко мерцать на бархатном небе. Квартира встретила их прохладой и полумраком. Ли мягко прикрыл за ними дверь, оставляя их в полутьме, где лишь слабый свет, пробивавшийся из кухни, очерчивал контуры мебели. Джисон, всё ещё ощущая отблески прошедшего дня, огляделся, пытаясь привыкнуть к обстановке. — Проходи, — голос Минхо прозвучал мягко, — иди в ванную, помой руки. Мне нужно кое-что сделать. Джисон послушно кивнул и направился по коридору. Проходя мимо комнаты, он заметил, что дверь в гостиную плотно закрыта, что показалось ему немного странным. Обычно Минхо оставлял её открытой, но сейчас, погружённый в свои мысли, Хан не придал этому особого значения. В ванной комнате, под струями тёплой воды, Джисон почувствовал, как напряжение покидает его. Зеркало отражало его задумчивое лицо, а мысли возвращались к вечеру, к Минхо, к этому странному, но такому притягательному ощущению близости. Он знал, что этот вечер только начинается, и он был готов к тому, что его ждёт. Сняв пиджак и отбросив на стиральную машину, Хан разминает шею и спину. Он некоторое время рассматривает своё лицо в отражении и только потом выходит из ванной. Джисон вышел из ванной, ожидая услышать привычный шум или голос Минхо, но в квартире царила тишина. А единственным источником света была гостиная. Пройдя по коридору, он увидел, что дверь в гостиную широко распахнута, совершенно иначе, чем он видел её раньше. Приблизившись к дверному проёму, Джисон заглянул внутрь. Комната выглядела по другому: В центре комнаты возвышался стол, покрытый белоснежной скатертью. На нём расположились фрукты, блюда явно из ресторана и бутылка вина. Хан опустил взгляд ниже: у его ног и вокруг стола были рассыпаны лепестки роз. По комнате разливался мягкий свет свечей. — Как тебе? — раздался в тишине голос. Омега поднял взгляд, натыкаясь на парня, стоящего у окна. Голос Минхо, мягкий и успокаивающий, заставил Джисона вздрогнуть. Он ещё раз оглядел комнату, пытаясь осмыслить происходящее. Романтическая обстановка, всё это было так странно и непривычно для него. — Это… поразительно, — прошептал Джисон, чувствуя, как по его щекам разливается румянец. Он не мог отвести взгляд от альфы, который сейчас выглядел ещё более привлекательным в полумраке, освещённом лишь мягким светом свечей. Казалось, сам воздух в комнате наполнился каким-то особенным, волнующим ожиданием. — Я хотел сделать тебе сюрприз, — Минхо подошёл ближе, его глаза сияли теплотой. Он слегка улыбнулся, и эта улыбка заставила сердце Джисона забиться чаще. — Надеюсь, тебе нравится. Я старался, чтобы всё было идеально. Минхо отодвинул стул для Джисона, приглашая сесть, и тот, слегка смущённый, послушно занял место. Альфа сам уселся напротив, взял в руки бутылку вина с элегантной этикеткой и принялся разливать янтарную жидкость по изящным бокалам. Джисон наблюдал за каждым движением Минхо, очарованный его грацией и спокойствием. — Ты всегда так готовишься? — робко спросил Джисон, когда Минхо поставил бутылку и повернулся к нему, его глаза искрились. — Я не привык к такому вниманию. Минхо взял свой бокал, поднёс его к свету, любуясь игрой света в вине. — Только когда это для тебя, — ответил он, его голос стал ещё мягче. — Я хочу, чтобы ты почувствовал себя особенным. Чтобы ты понял, как много ты для меня значишь. В ответ на слова Минхо Джисон почувствовал, как его щеки заливает лёгкий румянец. Он опустил взгляд на свои руки, лежащие на коленях, ощущая, как тепло разливается по телу. Слова старшего были такими искренними, такими настоящими, что сердце Джисона забилось чаще. Он не мог поверить, что стал объектом такого внимания, такой заботы. — Ты… ты тоже очень много значишь для меня, Минхо, — прошептал Хан, наконец подняв глаза и встретившись с взглядом Ли. — Я… я никогда не думал, что встречу кого-то вроде тебя. Минхо улыбнулся, и эта улыбка была такой же тёплой и нежной, как его слова. Он протянул руку через стол и осторожно коснулся руки Джисона, его пальцы легко переплелись с пальцами младшего. — Я знаю, — тихо сказал Минхо, его глаза не отрывались от глаз Джисона. — И я тоже не думал, что такое возможно. Но теперь, когда это так, я не хочу ничего менять. Джисон дрогнул от прикосновения, но не отстранился. Вместо этого он позволил себе расслабиться, наслаждаясь моментом. Он чувствовал себя в безопасности рядом с Минхо, словно все его тревоги и сомнения растворились в воздухе, наполненном ароматом вина и мягким светом. — Я рад, что ты здесь, Джисон, — продолжил Минхо, его голос был полон нежности. — Я рад, что ты позволил мне показать тебе, насколько ты важен. И это только начало. Джисон делает глоток вина из своего бокала, ощущая, как терпкий вкус приятно обжигает горло. Он медленно опускает бокал и снова ловит взгляд Минхо. В его глазах теперь читается не только нежность, но и лёгкая серьёзность, что немного настораживает. — Что-то не так? — спрашивает Хан, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Ли кивает, его улыбка чуть тускнеет, но теплота во взгляде остаётся. Он слегка наклоняется вперёд, приближая лицо, и мягко произносит: — Да, Джисон. Есть кое-что. Я… я давно хотел сказать тебе. Произнеся это, Минхо ненадолго замолкает, словно собираясь с мыслями. Джисон перестаёт дышать, его сердце начинает учащённо биться в предвкушении. Он чувствует, как напряжение вновь охватывает его, но теперь оно смешивается с любопытством и даже тревогой. Что же такого важного хотел сказать Минхо? — Насчёт моей работы в компании отца, — продолжает Минхо, его пальцы вновь легко прикасаются к руке омеги, словно ища опоры. — Хоть было и тяжело, но я договорился, что буду работать на удалёнке и останусь здесь, с тобой. Но это лето я должен работать в Корее. Так вот... Я хотел спросить, не хотел бы ты провести это лето в Сеуле? У меня там есть квартира, поживёшь со мной. Как тебе? Хан замер, пытаясь осмыслить услышанное. Лето в Сеуле? Провести его с Минхо? Предложение было настолько неожиданным и желанным, что он едва мог поверить собственным ушам. Улыбка медленно расцвела на его лице, прогоняя последние тени тревоги. — Ты… ты серьёзно? — прошептал Джисон, его голос дрогнул от переполнявших эмоций. Альфа ласково сжал его руку. — Очень серьёзно, — ответил он, его губы растянулись в искренней, сияющей улыбке. Сердце Джисона запело. Он чувствовал, как внутри него разливается тепло, куда более сильное, чем от выпитого вина. Это было предвкушение, смешанное с нежностью и безграничной радостью. Он всегда мечтал о таком летнем приключении, особенно если оно будет разделено с любимым человеком. Джисон, переполненный бурей эмоций, вскакивает со стула. Его ноги словно обрели крылья, и прежде чем Минхо успевает понять, что происходит, он уже оказывается на коленях у альфы. Крепкие объятия опоясывают шею Минхо, прижимая его к себе так сильно, как только может. Из груди Джисона вырывается пронзительный, но радостный визг: — Да! Да, я согласен! О, Минхо, я так согласен! — Он не может сдержать своего восторга, его тело дрожит от счастья, а смех смешивается со слезами радости. Минхо, слегка ошарашенный, но безмерно счастливый, обнимает Джисона в ответ, чувствуя, как его собственное сердце бьётся в унисон с сердцем омеги. Он гладит его по спине, пытаясь успокоить, хотя сам едва может сдержать улыбку. — Я знал, что тебе понравится, — шепчет он, уткнувшись лицом в мягкие волосы Джисона. В этот момент все трудности, все сомнения исчезают, оставляя лишь чистое, незамутнённое счастье. — Еда уже остывает, — напомнил Минхо, его голос всё ещё звучал немного растерянно, но теперь в нём появилась нотка умиления. Джисон, всё ещё бурлящий от переизбытка чувств, покачал головой. — Не хочу есть, — ответил он, его глаза сияли. Он спрыгнул с колен Минхо, но не отпустил его руку, а, наоборот, потянул за собой, побуждая Ли подняться. Его быстрые, уверенные движения казались игрой, в которой он вёл альфу за собой, словно очарованный. — А чего ты хочешь? — ухмыльнулся старший, обнимая парня за талию, следуя за ним в спальню. — Тебя, — прошептал в самые губы Хан. Джисон никогда не мечтал о том, что сейчас имеет. Ещё полгода назад это казалось невообразимым. Он знал, что из всего того дерьма будет тяжело выбраться, но он сможет. Обязательно сможет.