История одной болезни

***

— Есть планы на вечер? — Нет, а что? — Хотел предложить прогуляться после работы. — Окей, — Хан собирает бумаги со стола и ударяет стопкой о стол, чтобы выровнять. — Вижу, ты прям светишься. Что произошло? Вора нашли? — Нет, к сожалению. В полиции разводят руками и ничего не могут сделать, у них нет зацепок. Этот домушник – слишком осторожен. — Ничего. Я уверен, что на каждого умного найдётся ещё умнее. — Тоже верно, — Джисон выключил компьютер, взял рабочую сумку и направился к выходу, а следом за ним и Чан.

***

      Они вышли на улицу и решили перекусить в районе Мапхо-гу, где расположена целая улица с уютными и стилистически разношёрстными кафе и барами.       Им приглянулось местечко с видом на реку Хан и было принято обоюдное решение осесть именно там.       Чтобы занять столик у окна, пришлось подождать около получаса, но оно того стоило. Настроение младшего, казалось, ничто не может испортить и Чан смотрел на него с интересом. Не то чтобы Джисон редко улыбался, но он давно не видел его таким счастливым. Наверное, с последнего курса обучения точно. — У тебя щёки не болят? — Прости, что? — Говорю, улыбаешься так широко. Что тебя так обрадовало? — А, даже не заметил... — Хан схватился за щёки и слегка размял их пальцами, — Просто впервые так хорошо выходные провёл. И Хёнджина получилось вытащить, и с тобой, наконец, вырвались из рабочей рутины. Погода сказочная... — он отвернулся к окну, залипая на вид. Солнце ещё довольно высоко и не думает опускаться в ближайшие пару часов, покрывая своим золотым свечением водную рябь. — На тебя весна так действует? — Чан смотрит в полные восторга глаза Джисона и, кажется, влюбляется ещё сильнее. Когда эти глаза переполняет счастье, старшему хочется верить, что так будет всегда. Хан прекрасен в своём благополучии. Оно ему больше к лицу, чем мрачная вуаль печали. — Скоро лето. Я очень хочу поехать к родителям в отпуске, но до августа ещё дожить надо. Может, сорвусь к ним на выходных, этих или следующих. Им наверняка нужна моя помощь в хозяйстве. — Ты чудесный сын. Твоим родителям очень повезло. — Это их заслуга. Каким воспитали, — Хан отпивает горячий чай и ставит кружку на керамическое блюдце, — А ты что планируешь делать в отпуске? — Хочу слетать к сестре в Австралию. Она там учится на музыкального продюсера. Хочу поддержать её. Она прекрасно поёт и связь с музыкой у неё с детства. Думаю, она будет в этом успешна. — Как её зовут? — Ханна. Бан Ханна. — Необычное имя, но красивое. Мне по-доброму завидно, что у тебя есть сестра. Я бы тоже хотел иметь сиблинга. Может, было бы не так скучно. — Посмотри на Хёнджина: вот ему скучать уж точно не приходится, — друзья рассмеялись и продолжили наслаждаться атмосферой лёгкой непринуждённости, несмотря на то, что рабочая неделя только началась.

***

— Не верю: вы, наконец, потрахались, — Хёнджин сорвался на высокие ноты, когда Джисон рассказал ему о том, что они с Минхо начали строить отношения. — Пиздец. Как ты пришёл к такому выводу? Я лишь сказал, что теперь мы вместе. — Брось, у тебя на лбу висит огромный таблоид: «Меня трахнул мой горячий парень». — Да пошёл ты... — Джисон толкнул друга в плечо и ускорил шаг, озираясь тревожно по сторонам. — Как же я рад за вас! Неужели это, наконец, случилось? Я ждал этого момента столько лет... дружище, как твои яйца не лопнули в ожидании хорошего... — Завались, по-братски, — Хан зажал другу рот ладонью, гневно прожигая дыру в его черепе.       Он заехал к нему в гости, но Хван спустился вниз, предложил пройтись, потому что Бин сейчас занят – у него рабочий созвон. Чтобы не мешать старшему и побыть наедине, они отправились в ближайший парк, затарившись энергетиками и снеками. — Если честно, мне кажется, что это всё сон. Ещё в прошлом году я и мечтать о чём-то подобном не мог. Чтобы Минхо посмотрел на меня не как на друга, своего младшего... знаешь, мне не верится, — они сели на ближайшую лавочку, где было не так многолюдно. — Могу ущипнуть, — и он это сделал. — Ай, вот ты говнюк, — Хан ущипнул в ответ. — Всё, всё, тормози, — Хван рассмеялся с их ребячества. Господи, Хвану уже двадцать три, но у него всё ещё детство в жопе играет. И этот человек ещё что-то говорит о Чонине... — Сам начал! — И Хан туда же. — Я очень рад за вас. Ты должен быть счастлив, слышишь? Обязан! Если этот кошак тебя обидит, то я ему не дам спокойно упокоиться. — Не обидит. А если попробует – то я смогу за себя постоять. Мне не нужна твоя защита, — он фыркает, но ему всё равно приятно. Наконец, он может поделиться и чем-то хорошим. Хватит уже депрессии и тлена. Кажется, он вновь вспоминает, каково быть собой. — Ну вот и славно. Хватит быть размазнёй! Мне вот даже интересно, какой ты в отношениях. Мне это сложно представить. — Мне давно не приходилось вспоминать, что это такое – быть с кем-то в отношениях. Честно, я и сам пока не представляю, как буду себя вести и чувствовать. Но уж точно не буду таким приторным, как вы с Бином. — Это мы ещё посмотрим. Нужно будет устроить парное свидание! — Кошмар. Я пошёл, — Хан попробовал встать, но внешняя сила заставила его упасть обратно. — Размечтался. Сиди и слушай, вот что я придумал...

***

      Джисон вернулся домой в то время, когда уже обычно засыпает. Часы показывают, что скоро полночь. Они с Хёнджином болтали всё это время, пока ему не начал названивать Бин. Потерял своего возлюбленного.       Он достал телефон из кармана и написал Минхо, что уже дома и собирается в душ, а после спать.

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

А почему так поздно?

23:21

Вы: С Хёнджином заболтались А ты чего не спишь? 23:22

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Без тебя уже не спится

Видимо, привык за неделю

23:23

      Хан тоже привык и думает, что тоже не сразу сможет уснуть. Минхо такой мягкий и тёплый, а в его объятиях всегда спокойно. И он так приятно пахнет, даже без духов или геля для душа. Так хочется уткнуться ему носом в шею и почувствовать на себе его сильные руки... Вы: Я уже скучаю... 23:24

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Я могу приехать

Только скажи, что дождёшься

23:24

Вы: Глупый хён Спи уже Сладких снов (⁠ ⁠˘⁠ ⁠³⁠˘⁠) 23:25

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Хан-и

23:25

Вы: Что? 23:25

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Пришлёшь мне своё фото?

23:26

Вы: *Изображение* 23:28

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Ты очень милый, Хани-я

Особенно твоя улыбка

Но я немного о другом

формате фото говорил...

23:29

      Минхо что, хочет от Джисона ню?.. Вы: Эм... зачем? 23:30

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Потому что ты безумно

красивый у меня и я должен

видеть тебя , когда захочу, раз

уж ты не позволяешь, чтобы я к

тебе приехал сейчас

23:31

Хан-и, я за выходные

не успел тобой насытиться

Так что не удивляйся такой

просьбе

23:32

      Вот это у него аппетиты. Что-то Хан начинает переживать за свою, пока ещё нетронутую Ли, задницу. Вы: Обойдёшься Спи, озабоченный 23:33

Минхо-хён /ᐠ. .ᐟ\ฅ :

Значит, я позже на тебе

отыграюсь

Потом не говори, что я не

предупреждал

Доброй ночи, малыш :*

23:34

      Теперь он точно не сможет уснуть.

***

      Хан, Минхо и Хёнджин с Чанбином отправились в вечер пятницы в караоке.       Хёнджин подумал, что немного алкоголя и музыки поможет Хану расслабиться. Он переживает о реакции друзей на их с Минхо союз, но объяснить, почему так происходит, он не может.       Видимо, причина кроется в том, что он давно не был в отношениях, а теперь он состоит в паре с тем, кого безответно любил на протяжении долгих лет.       Но самого Минхо, кажется, ничего не смущает: он смело кладёт свою руку на талию Джисона и жмётся к нему так, будто Хан растворится в воздухе, если он даст ему чуть больше свободы. Для младшего это... непривычно. Как минимум. А как максимум – смущающе. Потому что Хван и Бин смотрят на них так, будто ментально они уже прочистили им все двести с лишним косточек. — Хан-и, спой то, что тебе нравится. Хватит отмалчиваться, — Хёнджин толкает его в бок и суёт под нос микрофон. Он говорит не громко, чтобы слышал только друг. — Я... ладно, сейчас, — он открыл список песен и выбрал среди них «A Long Dream – SE SO NEON».       В комнате прозвучал лёгкий гитарный проигрыш и ненавязчивые ритмичные ударные разрезали тишину. Голос Джисона влился в этот мягкий поток звуков настолько естественно, словно эта песня была написана для него:

— *В череде странных ночей*

*В какой-то момент я изменился,*

*Когда моя выцветшая улыбка*

*Бестактно прорывается наружу,*

*В день, когда стих свежий ветер*

*В какой-то момент я изменился.*

      Минхо смотрит на него, не отрывая глаз и Джисон это чувствует. У него от такого взгляда мурашки по телу бегут и он не может сдержать своей широкой улыбки. Его очаровательные щёки мило покрываются румянцем и, чтобы не растеряться от такого внимания, Хан прикрыл глаза и продолжил петь:

— *Когда скрытые во мне чувства*

*Пробуждают во мне интерес к тебе*

*Я хочу снять фильм с тобой*

*Держать тебя за руку и идти,*

*Бежать, лететь с тобой*

*Почему я расцветаю, когда смотрю на тебя?..*

      В этот момент его глаза открылись и он взглянул на Минхо, который, кажется, сменил пост Хана и, встретившись с ним глазами, опустил голову, скрывая свою улыбку. Он что, покраснел ушами? Как же мило это выглядит...       Джисон положил свою руку ему на бедро и ласково провёл ей до колена и обратно, опуская голову перед Ли и перехватывая его взгляд. Они улыбаются друг другу, пока Джисон, подпитавшийся уверенностью от реакции старшего, заканчивает своё ему признание через слова песни любимой инди-группы.       Хёнджин с Чанбином переглянулись и посмеялись себе под нос. — Ну да, Хан Джисон. Уж ты-то точно не будешь таким же приторным, как мы. Ты будешь ещё хуже. — Детка, он тебя не слышит. — Так и задумано, — Хван потянулся за поцелуем к Чанбину, который с удовольствием ему ответил взаимностью. — Я ещё не видел, чтобы Минхо так сильно к кому-то был привязан. Переживал, что из-за того, что ты выбрал меня, наша дружба кончится. Но, видимо, этот крендель и сам не осознавал, что уже давно и бесповоротно сох по этому ребёнку. Просто немыслимо. — Мне тоже кажется, что он хернёй страдал, тогда как Хан-и всё время крутится вокруг него. Я знал, что рано или поздно всё именно так и закончится, — Хван кивнул в сторону друзей, которые уже забыли о том, что не одни здесь и вовсю слюнявят друг другу гло́тки. — Ты прав. Он о Хане чаще говорил, чем о тебе или о себе. Это было пиздец как ожидаемо. Так забавно было наблюдать за ним, когда он только-только стал осознавать всю патовость своего положения. Какой же идиот, — Чанбин вздёрнул уголком губ и отпил соджу с бутылки. — Да на Хан-и тоже без слёз нельзя было взглянуть. Это ж надо быть настолько помешанным на одном человеке, чтобы трусы покрылись паутиной. Он же себя берёг для Ли, как даже невесты не берегут свою невинность для будущего мужа. — Они друг друга стоят. — И не говори, — пара чокнулась бутылками и выпила на брудершафт.