Дела семейные

Патруль проходил в обычном для Дика состоянии: он одной рукой держал себя вверх ногами, опираясь на пик какого-то высокого здания. В Блюдхейвен хорошо, в последнее время преступников так легко не выловишь — и хорошо! — а длительные операции на то и длительные, сейчас Дик для них не нужен. В наушнике знакомый шум, разбивка звука мерцающих звёзд, и Дик дважды бьёт по корпусу малюсенького гаджета в ухе, слышится знакомый голос. — Найтвинг на связи! — радостно поговорить в этот вечер хоть с кем-то, и Дик медленно сползает с пика. — Да, привет. Это Тим, — голос слегка нервный, но доброжелательный. — О, привет, привет! Чего звонишь, нужна помощь в Готэме? Старик уже не справляется? Наушник молчит достаточно, чтобы забеспокоился о том, что их линию засекли. — ...Нет-нет, ну то есть да. Короче, дела есть, но Брюс пока не в курсе. Короче, приедешь на днях в Готэм? — Д-а-аап, — соглашается Дик, даже не думая. Возьмёт собачку, Альфред будет рад, и папашу давно не видел. Устроит себе выходные. ... Вообще-то, Брюс ни разу не извращенец. Он просто принёс подарок. Потому что ну, красиво же летают они по арене. Весело же. Но "летающие" Грейсоны, вероятно, восприняли бутылку шампанского и большой, даже здоровенный букет как флирт. Может, они думали, что миллиардер не может просто так зайти в гримёрку, чтобы просто... поздравить, поблагодарить. Он это им и сказал. Потому что не хотелось получить в рыло от глубоко семейного человека, мистера Грейсона. Потому что не хотелось, чтобы миссис Грейсон считала, что с ней — замужней женщиной — флиртуют. "Я не в этом смысле! Я просто благодарил за хороший вечер..." Они не поверили. Но и не ругались. Брюс на опыте убедился, что звёзды слегка более сексуально раскрепощённые, чем кажется на первый взгляд. Как-то так получилось, что мурлыкающий голос миссис Грейсон легко повалил двухметрового Брюса на пол. Ничего страшного, там мягкий и пушистый ковёр, и ловкие, ласкающие руки мистера Грейсона привели убедительные аргументы там же и остаться. — А… А как же презервативы? Они, эм, есть у Джона? Они оба посмеялись. Не злобно, так, слегка. — Я на таблетках, — Брюс потупил взгляд, но принял это довольно легко. Вот до чего технологии дошли! Потом ему думать было некогда, на середине второго оргазма у него уже мутнело сознание. Сложно было думать, когда Мэри целовалась со своим мужем, оседлав член Брюса, до этого посидев у него на лице. Даже обижаться не хотелось, это была такая красивая любовь. Наверное, у него были какие-то фетиши. Он кончил смущающе быстро. Смущало ещё то, что внутрь. Ничего страшного, она на таблетках. ... Мирный сон — это редкая щедрость вселенной, особенно когда ты в плохо встретившем старость фургоне на улицах Готэма. Но Джейсон не сильно опасается. Тихонько сопит, положив ноги на панель управления — Брюс бы ворчал — и видел во сне волшебных овечек. Телефон злобно пропищал, злодейски прервав прекрасное (двухчасовое) мгновение. Цыкнув и продрав глаза, не осталось ничего, кроме как взять трубку — он же уже проснулся — Чего надо? — чмакая губами с просонья, Джейсон бубнил слегка неразборчиво. На другом конце послышался знакомый и бодрый голос. — Это Тим. Свободен в ближайшие дни? Джейсон не отвечал, чисто из желания повыделываться, едва ли у него был график, о котором можно беспокоиться. — Ага, куда ехать? ... Брюс не был уверен, откуда эта девушка. Женщина уже. Иногда на его вечерах, которые на деле устраивал Альфред, появлялись особенно вертлявые господа, что пробирались в самые темные углы его коридоров, шкафов, комнат и тумб. Думается, она одна из таких. Он и не против, позволяет себя повалить на одну из тех кроватей, на которых он никогда не спит. Это вроде бы называлось гостевыми комнатами. Дик шутил, что они только для того, чтобы всякой элите было где заниматься сексом на приёмах. Брюс начинал соглашаться, даже если она не из элиты. Видно, что она оглядывается по сторонам, ищет, что прикарманить. Не то чтобы Брюс сильно против. Он знает, что ему повезло сильно больше других, сильно больше, чем ей. Ещё видно, что она не привыкла к таким... пассивным партнёрам. Брюс лежит бревном, если не сказать больше, слегка потерянный. Ей странно быть сверху, но она старается не подавать виду и уверенно расстёгивает Брюсу штаны — даром руки дрожат. В голове у Уэйна только "раз-два, раз-два", и он даже не успевает заметить, когда она опускается на его член. С его пальца сняли кольцо — и ладно. Это справедливая цена. Жаль, что он презервативы в карманах не носит. ... — Брюс! Голос прокричал ему прямо в ухо. Ай. Больнее, чем от слабеньких ударов мефедроновых шестёрок Пингвина. Он правда с ними уже разобрался, но эта ночь спокойная. Наверное, усилиями Джейсона, хотя признавать этого не сильно хочется. Но гордая улыбка пробирает при этой мысли. И Тим очень помогает — он такой собранный молодой человек. — Бр-ю-ю-юс! — снова кричит ему голос в наушник. — Слышу-слышу. На пути обратно. Что такое? Тим на другой стороне выдыхает от того, что Бэтмен наконец-то ответил. — О, раз ты уже едешь, то ничего серьёзного. Дик и Джейсон тоже дома. Брюс резко изменился в лице, глубоко удивившись. Бандиты рядом, пусть связанные и побитые, подленько захихикали. — Вот оно как, — Брюс прочистил горло, — а повод-то какой? Тим загадочно замолчал, и даже без слов и лица перед глазами было понятно, что он улыбается как довольный кот в сметане. — Тебе понравится, — так же загадочно ответил Тим. ... Ему не совсем понравилось. Вообще-то он был в мандраже и лёгком ужасе. Альфред для незнакомого человека, может, и был безразличен, а вот Брюс видел, как он снобски доволен. На диване Дик и Джейсон всё поняли, были в смятении, но оба были больше заняты борьбой за власть над тарелкой хлопьев. Но у Дика была складка между бровей, а у Джейсона — испарина на лбу. Волнуются. На экране, большом и отблескивающем синим, большими буквами и такими же большими, пха, "миниатюрами" лиц Брюса, Дика и Джейсона, была надпись: "Родство 99,9%". Тим улыбался, как делает это особенно скользкий репортёр, задавший каверзный вопрос. Поставив в тупик и ожидая, когда бедняжка Бэтмен расколется. — Думаю, нам нужно в документах оформить мастера Дика и мастера Брюса как родных. Альфреда нельзя было не любить. — Блестящая идея, Альфред, я займусь этим попозже, — когда поймёт, что наплодил ещё двух детей. И не знал. — А я разве по документам не дохлый? — доносится откуда-то сзади голос Джейсона. Дик захихикал, и от того, что ослабил хватку на тарелке, все хлопья попадали на пол. Альфред цыкнул. Обоим вдруг стало невероятно стыдно. — Сплюнь, Джейсон. Не говори о себе так, — назидающе сказал Брюс, но его тоже этот вопрос беспокоил. Может, сказать, что два ребёнка с одинаковым именем — это совпадение? Тим даже закатил глаза — как-то он чего-то живее ожидал. Он такое расследование провёл, всё втихаря, чтобы никто не догадался! А они, блин... — Не знаю, не знаю... Когда ты успел столько повеселится, а, Брюс? — голос Дика слышится почти что из под дивана, достает последним остатки хлопьев. Вот же нахал! Был такой милый мальчик в детстве! Писклей такой. А Джейсон вот сидит краснеет до самых бровей. — Замолчи, я не хочу слышать истории и том, как Брюс занимался, э-э-э... Ты понял. Оставалось только улыбаться. Брюс хихикнул. — Ммм, скучные вы. Но с другой стороны я рад, что не начался пятый круг драмы. Большая рука, нет, лапища Брюса потрепала Тима по голове. Он зашипел но сопротивлятся не стал. — А ты чего захотел это все устроить? — смиренно спросил Брюс. Тим широко расскрыл глаза, не ожидая что он сам окажется жертвой опроса. Новоиспечённые кровные братья тоже новостирили уши. — Да просто у вас лица одинаковые. Я и подумал, какой шанс что три амбала родятся примерно в одном месте с практически одинаковыми чертами лица? Ну и как-то .. само собой. Тим был милым ребенком тоже. Хотя он и не ребенок больше, но у Брюса на самом деле проблемы с получением новой информации. Может, поэтому он и не сильно беспокоится. Все равно это ничего особенного и не изменило. Они и так ему дети.