Я сорвусь за тобой

Дни шли один за другим. Неделя сменилась другой. Прошло ровно две. В сегодняшнюю пятницу выписывают Дженну из больницы. Её состояние хоть и стабильное, слабость отступила,а здоровье подправилось. Оливер был рядом,помогал в больнице,и вернуться домой. Она позже узнала,потеря ребёнка. К сожалению, она не смогла его сохранить,но она и не знала что он был. Не знала,но уже потеряла. В мыслях было только то,что в этом виноват Оливер. Если бы не он,то они бы могли стать счастливой семьёй. Да,он вроде всё осознал,сделал сегодня предложение руки и сердца,но Ортега сказала что подумает. А подумать ей действительно было над чем,как ей казалось. Доверие пропало,безопасности она больше с ним рядом не чувствовала. Всё казалось чужим,квартира встретила её как золотая клетка,с мнимым ощущением безопасности и стабильности. И единственное что стало лучиком света,это Томас,который слегка похудел за её отсутствие,скорее всего Оливер не очень то и заботился о нём. Дженна села на диван в гостиной,Томас улёгся ей на руки мурча и требуя внимания от хозяйки,Оливер раскладывал вещи по своим местам. Всё было не так и не тем. Ей хотелось сбежать и спрятаться. В тот вечер,она помнила,ложилась засыпать с мыслью что нужно просто привыкнуть к новой реальности,но всё произошедшее дало ей понять,ничего не будет как раньше. Она помнила что в больнице постоянно был Оли рядом,помогал ей и ухаживал. Но она помнила фрагмент воспоминания,где была девушка,которая поцеловала её в щёку. Вот только кто это был,она вспомнить не могла,и было ли это? Может это был сон? Всё может быть. Переложив Томаса рядом на диван,она направилась на кухню. Чайник поставленный на газовую плиту жалобно проскулил,а чашка громко звякнула,слабость в руках дала о себе знать. Тут как по заказу подлетел Оливер. - Милая,сиди отдыхай,я сделаю чай,и хочешь вкусного чего-то? - Не нужно,я хочу посидеть в тишине,уйди пожалуйста - Да,хорошо,как скажешь,но я буду рядом если что Выпроводив Оливера с кухни,он ушёл в комнату,а она открыла окно. Холодным воздух обдувал её лицо давая надежду на что-то хорошее. Скоро уже Новый Год,праздник который нужно отмечать с семьёй. Ей же не хотелось этого всего,её семья была далеко в Италии,а Оливер стал чужим человеком. Внизу суетился город. Загорались первые вечерние огни, люди спешили домой с пакетами, полными подарков, кутаясь в шарфы. Все ждали чуда. А внутри Дженны была лишь звенящая, ледяная пустота. Она посмотрела на свои руки. Пальцы мелко дрожали — то ли от слабости, то ли от едва сдерживаемого крика, который рвался наружу все эти дни. Новость о ребенке, которого она даже не успела осознать, но уже потеряла, разделила ее жизнь на «до» и «после». И как бы Оливер ни старался стереть это своей гиперзаботой, невидимая трещина между ними уже превратилась в пропасть. На безымянном пальце правой руки все еще горело фантомное ощущение тяжести кольца, которое Оливер протянул ей сегодня утром. «Я подумаю», — сорвалось тогда с ее губ просто потому, что у нее не было сил сказать твердое «нет». Но сейчас, глядя в темнеющее небо, она понимала: думать не о чем. Нельзя построить будущее на руинах доверия. Кольцо не станет пластырем для разорванной души. Вдруг в тишине кухни снова раздался тихий звук. Чайник на плите закипел, свистя уже более настойчиво. Дженна выключила конфорку и потянулась за любимой кружкой, но пальцы снова подвели. Фарфор выскользнул и с глухим стуком упал на деревянный пол. К счастью, кружка не разбилась, но этот звук показался ей оглушительным. - Дженна? Все хорошо? - Голос Оливера из коридора прозвучал мгновенно. Она буквально физически почувствовала, как он замер у двери, боясь нарушить ее личные границы, но отчаянно стремясь контролировать каждый ее шаг. Этот голос звучал как гром среди ясного неба. Никто не хотел,но он есть. - Все нормально, Оливер. Не заходи - Резко, чуть громче чем нужно, ответила она. Шаги за дверью затихли. Наступила тяжелая, давящая тишина. Она понимала, что он искренне пытается искупить вину. Он не отходил от ее койки, ловил каждый взгляд, сдувал пылинки. Но Дженну это только душило. Его забота казалась ей попыткой заглушить собственную совесть. Она прислонилась лбом к холодному оконному стеклу и закрыла глаза. И снова, уже в который раз за день, перед мысленным взором всплыл тот странный, размытый силуэт из больницы,обрывки фраз. Ведь она говорила довольно таки чётко и внятно. Но что? Она не помнила. Белые стены палаты, полумрак, писк приборов, и мягкое, почти невесомое прикосновение прохладных губ к ее щеке. Запах,какой-то знакомый, едва уловимый аромат цитруса и ментола, совсем не похожий на резкий парфюм Оливера или больничный антисептик. Где-то она уже его чувствовала,но вот где,не помнила. И тихий, шепчущий голос, который обещал, что все будет хорошо. "Кто же это был?" - Било пульсом в голове. Сон? Галлюцинация от ударной дозы обезболивающих? Или кто-то действительно приходил к ней, пока Оливер отлучался? Столько вопросов, и хоть бы один ответ. Доктор ей сказал что она может позже вспомнит всё,что происходило в палате,от стресса и лекарств у неё была короткая потеря памяти,и как неудачливо,она забыла именно этот эпизод. В груди странно потеплело от этого воспоминания. Это был единственный момент за все две недели, когда она почувствовала себя в безопасности. Настоящей, а не поддельной. Пусть она и не помнила кто это был,но точно запомнила,цитрусы и ментол от сигарет. Дженна вернулась в гостиную. Томас, почувствовав ее присутствие, лениво потянулся на диване и издал короткое «мяу», призывая хозяйку вернуться на место. Она слабо улыбнулась - впервые за этот бесконечно долгий день - и опустилась рядом с котом, зарываясь пальцами в его мягкую шерстку. - Ничего, маленький, мы прорвемся - тихо прошептала она, и эти слова предназначались скорее ей самой, чем коту. В комнату осторожно заглянул Оливер. В полумраке его силуэт казался понурым. Но почему-то это не вызывало в ней ни жалости,ни интереса. Он стал для неё тенью,с которой она хотела научиться жить. - Дженна,мы можем поговорить с тобой? - Я не думаю что в состоянии сейчас Оливер,это что-то важное,или ты снова хочешь извиниться? - Хотел извиниться,но видимо мои извинения сейчас ни к месту,хочешь поужинаем вместе? Я закажу твою любимую пасту в ресторане,на дом привезут,как раньше,вместе и под сериал? Дженна посмотрела на него. «Как раньше» уже никогда не будет,хоть ей и хотелось этого,но понимание что ей понадобится время,а Оливер этого может не принять,начинало душить. Хотелось что-бы это всё оказалось сном. Долгим страшным сном. Совсем скоро Новый Год, и хотелось его встретить с семьёй. Только вот единственная семья была далеко,а Оливер перестал быть её частью. Впервые она его встретит фактически в одиночестве. Хотя,может он уйдёт на корпоративную встречу с другими преподавателями,но она не хотела,она останется дома с Томасом. - Хорошо, Оливер - тихо ответила она, продолжая гладить Томаса лежащего на её коленях - Давай поужинаем,как раньше,вместе Она решила дать себе несколько дней. Дней на то, чтобы вспомнить ту девушку из сна и найти в себе силы сделать шаг в совершенно новую, неизвестную жизнь,где она или будет учиться жить дальше с Оливером,или научиться жить рядом,но сама с собой,без него в её жизни. Где-то через шесть дворов от них было спокойно. Хотя в душе Майерс бушевал пожар. Она узнала что сегодня Ортегу выписывали,но вспомнит ли она хоть что-то о том случае в палате? Она не знала. В глубине души Эмма хотела что-бы Дженна вспомнила,но понимала,тогда изменится всё. И только Милена с Робертом в соседней комнате сидели спокойно и смотрели сериалы,их отношения были плавными и открытыми,их души не рвались на части от невзаимной страшной любви. Эмма снова открыла окно,холодный декабрьский воздух ворвался в её комнату, мгновенно вытесняя все мысли из головы,кроме одной. Скоро Новый Год. И ей хотелось сделать хотя-бы небольшой подарок для Дженны. Символический. Доставая сигарету из пачки,она вновь закурила,и к холоду в комнате добавился запах дыма и ментола от её сигарет. Она обещала бросить,но не могла,как и выбросить мысли об Ортеги из своей головы. Шесть дворов,два разных мира,и одинаковые мысли друг о друге. Только одна помнила и всегда думала о другой,а вторая не могла вспомнить,о ком же её все мысли. Новый Год,время чудес. Случится ли чудо в их жизни?