"...Сэр, может вам нужна помощь?"
Хэнк не ответил. Лишь отмахнулся от него свободным движением руки, хватая в другую новый блендер. Пока что целый, нетронутый. Чистый. Он даже не мыл их никогда. Зачем? Это было бессмысленно, он даже мог сказать это по самому себе, ведь после каждой миссии ты снова грязный. А на те, где нужно быть тихим, Хэнка просто напросто не берут. Кассир мог лишь наблюдать за Хэнком, как тот в очередной раз уходит. Как часто он уже приходил? Сколько моделей он уже купил? Каждый раз разные, не похожие, но с одинаковым функционалом: режет, молотит, ломает. ... Он больше не хотел думать о том, зачем Хэнку так много блендеров. *** Сны. Хэнк не был из тех, кто запоминает свои сны под утро. Даже если они были, это были ужасы. То, что не должен видеть обычный человек/грант. Но Уимблтон никогда не был обычным. Он монстр. Ужасный. Бесчеловечный. Когда Хэнк вновь проснулся посреди ночи от неприятного сна, а сердце забилось немного быстрее от страха, он не пытался снова уснуть. Его тело автоматически поднялось с кровати и направилось на кухню. За блендером. Он не понимал почему. Не понимал зачем. Но маленький моторчик уже включился, лезвия закрутились, начав жужжать. Звук успокаивал, убаюкивал. Он оставил его включённым, подойдя к холодильнику и открыв дверцу. Спустя мгновение в руках машины для убийств было свежее мясо, которое он получил вчера утром. Один из грантов подошёл слишком близко к дому Хэнка за что и поплотился. Лучше убирать свидетелей, чтобы потом не принимать гостей. Мясо полетело в прозрачный стаканчик. Лезвия запротестовали на несколько секунд, имея в начале трудности, но спустя мгновение начали работать. Кровавые следы окрашивали внутреннюю сторону блендера, пока внутри создавался фарш. Он съест это потом. В этом можно было не сомневаться. ... Не успел Хэнк полностью насладиться картиной, которая перед ним встала, моторчик опять забарахлил. Ещё один блендер сломался. Всё таки не выдержал. *** *** Рано или поздно ему должно было это надоесть. По крайней мере, так думал Док, который являлся основным работодателем Хэнка и основателем S.Q.. Он просто не мог не заметить резко появившуюся любовь Хэнка к блендера, особенно когда он возрождал его каждый раз после смерти и проводил намного больше времени, чем все остальные. (Никому, кстати, не нравилось, что Хэнк возвращался к жизни. Даже ему самому.) ... Доку стало интересно. Купив себе один блендер, по случайности в том же магазине у того же кассира, он решил опробовать его на чём-то. В отличие от Хэнка, Док хотя-бы немного понимал для чего были созданы данные машинки и использовал не чьи-то пальцы или плоть, а обычное яблоко. Он порезал его специально для того, чтобы не перенапрягать лезвия, и закинул внутрь. ... Он почувствовал ничего. Это просто была техника для более комфортной жизни, особенно для тех, кто любил делать различные смузи или молочные коктейли. Но не для таких, как Док. Если на то пошло, то он мог поесть и из обычных консерв, как делают большинство. ...откуда у него яблоко? Когда у тебя есть своё подразделение, отряд из убийц, то у тебя должны быть связи. Особенно в Неваде. Он даже мясо грантов не ел. Это Хэнк был особенным в этом плане. Один из немногих, из под крыла Дока, кто занимался подобным. ... Ну, 2В съел то, что получилось. Но он лишь пожалел о том, что потратил на это деньги. ***"Хэнк, хватит покупать блендеры."
Не выдержав, начал разговор Док. После миссии, Хэнк вернулся с вспоротым животом и Доку приходилось это зашивать. Он был не доктором, но Скиннер был занят другими. Теми, за кем не уследил Игрок на прошлой миссии. Глупый хлюпик. Хэнку не нравилось, что Док начал об этом разговор. Он намекал на то, что у него была зависимость. Как от убийств. Ему это не нравиоось. Уимблтон замолк, резко уйдя в себя. Из-за всего, что ему пришлось пережить, он мог легко уйти в "другой мир", начиная ни о чём не думать. Даже когда иголка протыкала его грубую кожу, он молчал. Всегда молчал. Его порог был слишком низким для криков, слишком незначимым для боли."В них даже нет ничего особенного."
"Нет".
Резко ответил Хэнк. Его голос был хриплым, шипящим. Он редко разговаривал и не мог проговаривать некоторые звуки из-за отсутствия нормальной нижней челюсти и губ. У него даже носа не было, вместо него у Хэнка была дырка. Влажная и глубокая. Взгляд Уимблтона резко повернулся в сторону Дока, но тот даже не вздрогнул. Когда работаешь с психопатом долгое время, то привыкаешь к его выходкам. После этого они молчали. Уговаривать Хэнка перестать было бесполезно. Он всё равно не перестанет, пока сам не наиграется. И так будет всегда. Сломается один, появится другой. Даже если не было возможности, всегда можно было вернуться туда, где был прошлый. Большой. Это было что-то прекрасное. То, как оно разрубало на части тогда, продолжит сниться в сладких нах Хэнка, пока он полностью не забудет об этом после очередного возрождения. Никто не сможет заставить его перестать.