Диагноз − выходной

Кибернетик принюхался, не открывая глаз. Пахло старой кожей, немного книгами и едва уловимо − мятой. Обычный запах маленькой краковской квартирки Доктора. Он потянулся, ощущая, как все еще поднывают мышцы живота − от смеха. Вечер накануне они провели, хохоча как ненормальные, хотя планы изначально были немного другими. Началось все с того, что Доктор приволок из чулана что-то, напоминающее гибрид ежа и старой радиолы. Кибернетик узнал в нем «арома-проектор», некогда модное устройство для домашних кинотеатров, синтезирующее запахи к фильму. В ответ на скептические взгляды Доктор заявил, что это ретро, а значит это хорошо. Впрочем, настройка проектора много времени не заняла, и уже на этом этапе Кибернетик заподозрил неладное. Он был уверен, что подобные штуки более капризны − не заработают, пока весь как следует не изведешься. Фильм был цветной, хоть на том спасибо, но на сцене дуэли в комнате запахло не порохом, а жареной картошкой с сардельками, а во время любовного признания отчетливо понесло старыми тряпками, благо, сцена была короткая... Кибернетик заметил, что, должно быть, прибор подцепил какую-нибудь калечную сигнатуру из вентиляции чулана. Он сказал это вполне серьезно, и уже хотел было заняться калибровкой, но Доктор остановил его − мол, так даже интереснее. Кибернетик поинтересовался, в чем же интерес нюхать остаточную квантовую память соседского ужина, но первым же начал смеяться, когда конюшня запахла абрикосовыми карамельками. Дальше действительно было веселее, потому что автомат понесло вдохновенно генерировать максимально комичное и далекое от сюжета: от чесночных кренделей до химического душка латекса. Незатейливое развлечение, однако факт оставался фактом − напряжение долгой разлуки растворилось в этом совершенно дурацком смехе без следа. Кибернетик отодвинул одеяло, собираясь все же добраться до проектора и вправить ему мозги, но Доктор − сонный, теплый и страшно авторитетный в вопросах здоровья − был начеку и положил руку ему на грудь: − Это еще что такое?.. У тебя пульс и давление в порядке, органических повреждений нет, диагноз − выходной. Лежание в постели обязательно. Куда собрался? Кибернетик вздохнул и откинулся обратно на подушку. Спорить в таких случаях бесполезно. − Хотел посмотреть проектор. − А, все еще жаждешь исправить этого блудного сына? − хмыкнул Доктор. − Поздно, он нахватался плохого. Я давно смирился. − Если тебе так нравятся нестандартные автоматы, привезу тебе уборщика в экзистенциальном кризисе, − пробурчал Кибернетик, расслабляясь. Доктор открыл глаза, убедился, что он не сбежит, потянулся за сигаретой, щелкнул зажигалкой. Довольно выдохнул, устраиваясь поудобнее. − Будет ворчать, как старая горничная? Помилосердствуй. − Нет, будет классифицировать мусор по степени философской значимости. − Ха! Объявит мои окурки «суетой сует»? − Угу... А огрызок яблока − символом грехопадения. И тому подобное. Вот повеселишься. − Лучше бы ты притащил автомат, который носит кофе в постель. И я сейчас серьезно. − Лентяй. − Иногда можно, − фыркнул Доктор, поглядывая сквозь дымок и щурясь. Пыльно-золотистый солнечный луч просочился сквозь брешь в полосках жалюзи и устроился на полу… Паузы, наполненные теплом и немного остатками вчерашнего смеха. Весеннее позвякивание трамваев через приоткрытое окно. Дыхание рядом. Пожалуй, не такая уж плохая идея, провести первый за три месяца земной выходной в постели, − внезапно подумал Кибернетик. − Так что там про грехопадение? − спросил Доктор как бы невзначай. Но Кибернетик отлично знал эти хитринки в голосе − как искорки, поэтому на всякий случай отодвинулся на край кровати и напомнил: − Кофе. Доктор покачал головой, раздавил сигарету в пепельнице и подобрался ближе. Он остро пах табаком и утром выходного дня, когда можно никуда не спешить. Лучше, чем все арома-проекторы на свете. − Я передумал. В Эдемском саду сначала были яблоки...