Долина тьмы | R U B E D O

01. *** Бездна. Застилая глаза сущим мраком, она воет. Притягивает к себе и зубастой хваткой цепляется за горло. Сначала трудно дышать. В глазах темнеет, но тело не ощущает присущей физической тяжести. Так всегда бывает, когда пересекаешь пространство и время. Плоть расщепляется на множество частиц, которые при переходе в другое измерение собираются воедино, а душа служит проводником для безопасного перемещения — некий якорь, так сказать. Первый вдох. Элис распахивает глаза и осматривается вокруг. Ничего, что можно было бы оставить незамеченным. Позади полоса света, ведущая куда-то выше. Интересно, куда? Да и где она теперь? После фокуса Райфауэр с перемещением во времени, Элис трудно сосредоточиться сейчас. А ведь ученица могла сломать портативный квантум. Она продолжает вглядываться в расщелину света, под таким углом кажется, будто луч разделяет пространство надвое. Теперь её внимание привлекает земля, состоящая из смолы или чего-то иного? Нужно бы взять образец, уж до боли интересна структура данного места. И только девушка тянется за колбой из своей сумки, вдруг чувствует, как земля под ногами проседает, готовая поглотить её с головой. Неизвестные щупальца, походящие больше на руки людские, тянутся склизкой массой по обуви, штанам и выше, доходя уже до талии. Элис мигом выдирает ногу, что успела уже потонуть до щиколотки, сохраняя должное спокойствие. Не хватало еще паниковать в такой ситуации, и не с такими проблемами сталкивалась! «Что б тебя.» — крутится в мыслях. Новая среда совсем недоброжелательна, как кажется на первый взгляд. Вторя эфемерным словам, шепот, до этого не подававший признаков жизни, начал постепенно множиться. Из миллиардов отголосков алхимик слышит стоны боли, плач, вздохи разочарования. Да, голоса шепчут о разном, но все их объединяет одно — утрата чего-то сокровенного. «Души... Это скопление разлагающихся душ. Законы Вселенной жестоки однако. Я бы могла их все очистить, но надо ли оно мне? Судя по всему, существование этого места здесь неспроста. Да и в чем мне польза? Только время зря теряю.» Элис подносит руку к небу, если так можно назвать окутанный мрак, посреди которого сияет столб света. Всё её тело напрягается от силы, взятой из глубин темной материи, а на кончике пальца едва проступает темный шарик, равный массивностью в несколько сотен тысяч миллиардов тон. Преображая силу в абсолют, Элис формирует медленно но верно своеобразный коллапсар, пока её ноги тонут во тьме. — Ну давай же, почти получилось... — Не нужно разрушать мой дом. Слышится где-то поблизости, но отчего так далеко? Алхимик щурится, пытаясь разглядеть неизвестного во мраке. Сначала проступает силуэт: темный, склизкий, как само место, а затем, подходя ближе, виднеется и полноценная фигура. Мужчина. Он заботливо поправляет складки пиджака, как бы отряхиваясь, и ступает на землю. Под его ботинками стонущие души рассеиваются, забиваясь в густоту уголков тьмы, а некоторые и вовсе испаряются с приближением его шагов. Когда он соизволяет подойти ближе, Элис задирает голову, находясь на пол метра ниже его и рассматривая расслабленные черты лица. — Рад, что в мой дом заходят гости, жаль только без приглашения. Манерно, он склоняется и подает руку. Алхимик не реагирует, продолжая на пальце, словно на цепи, держать сокрушительную силу. — Ты хозяин этого места? — Я. — беззаботно утверждает он. — Мои любимцы не любят, к сожалению, когда их беспокоят. У нас большая дружная семья. — Я заметила. — Ну так что? Собираешься тонуть и дальше или наконец примешь мою помощь, незнакомка? Деваться некуда. Алхимик протягивает вторую руку, и мужчина, не прилагая особых усилий вытягивает её на поверхность. Когда ноги касаются затвердевшей "почвы", девушка продолжает удерживать коллапсар, перекатывая его на ладонь. — Как тебя зовут, хозяин этого места? — Аваддон. Если будет проще — Малек. А тебя, разрушительница чужих домов? — Элис. Ленивый взгляд перетекает на миниатюрную, но уже начавшую искривлять пространство, черную дыру, Малек усмехается, пряча руки в карманы брюк. Весь его расслабленный вид вторит о том, что он не боится ни её, ни творения в хрупкой ладошке. Наоборот. С любопытством осматривает как некий диковинный экспонат на выставке. Снисходительная улыбка никак не хочет спадать с лица, и Элис отчетливо лицезреет то, как мужчина медленно наклоняется ближе, готовый сунуть свой нос в горизонт событий. Хватает доли секунды и женская ладонь схлопывается в кулак. — Что ты сделала? — Расщепила. — Забавно. — произносит он и замолкает на долю секунды. Наверняка смакует следующую мысль. — Как ты оказалась здесь? Я больше, чем уверен, что ты не здешняя, Элис. — Я отвечу тебе, взамен ты скажешь, где я нахожусь, Малек. Я еще в Солнечной системе, так? Планета Земля... — Не совсем так, но отчасти верно. — Я чувствую, что мир, в котором нахожусь сейчас, неотрывно связан с этой планетой. Также как и чувствую на тебе следы моей бывшей подопечной. Ты знаком с Арианой? Мужчина прищуривается, лаконично отвечая: — Она боролась ни за что. И где она сейчас, я не ведаю. Скорее всего сгинула во время апокалипсиса. С астрейцами я её не видел с тех пор, как погибла... Он не заканчивает, оставляя Элис вариться наедине со своими мыслями. Напротив, он разворачивается и уходит вглубь темноты. А Элис, действительно, крепко задумывается, не замечая, как осталась на мгновенье одна. И только спустя несколько минут, она нагоняет неспешного Малека, но держится чуть позади. От этого мужчины можно ожидать всё что угодно. — Теперь твоя очередь отвечать на вопрос. Как ты здесь оказалась? Оглядываясь вокруг, алхимик не сразу берет во внимание слова Аваддона. Мысли о Ари, о безликих измученных душах не дают ей покоя. Хочется смыть с себя всю злосчастную вонь этого уродливого места, но она терпит. Да и можно ли отмыться вообще? Готовая путешествовать в другие миры, Элис уже тогда знала, что её ждет на других человеческих планетах, но к такому просто невозможно быть готовым. Когда мужчина резко останавливается, Элис следует тому же примеру, сохраняя заметную дистанцию. Прекрасно знает, что от нее ждут и без труда отвечает: — Бездна. Это своего рода канал в другие реальности. Я путешествую. — Преследуешь что-то? Или кого-то? — последнее слово он выделяет с особой интонацией, Элис морщится. — Это уже другой вопрос, но да. Преследую одного человека. Однако учти, я рассказала тебе это не по доброте душевной, если кому-то сболтнешь лишнего, я убью и тебя и уничтожу весь этот мир. Данный разговор только между нами. Надеюсь, ты уяснил. — Что ж, умеешь внушать страх. Он даже не делает вид, что пугается. На лице полное... безразличие? Элис кивает, принимая ответ как договор, клятву, закрепленную не самым надежным способом. Запугивание — последнее к чему она прибегает. На самом деле ей просто не хочется потом разгребать последствия своих выборов, поэтому проще заткнуть рот посредника её секретов. Малек насвистывает какую-то странную мелодию, а девушка разглядывает его владения, пока не вспоминает резко о колбе. — Кстати, раз уж выяснилось кто хозяин этого места, то невежливо будет с моей стороны своевольничать, поэтому спрошу: можно ли взять образец "почвы" , если это так называется? — Хочешь взять частицу безликих на опыты? Не ожидал такой жестокости от дамы. — Сугубо чистый интерес. Ничего личного. Ну так что? — Возьми, но только немного. Они и так несчастны, а ты еще отбираешь частицы истерзанных душ. — Сожалею, но им, полагаю, уже ничем не помочь. —Не помочь... «Что это? Нотки грусти в голосе? Этот мужчина способен сострадать? Вот уж удивительно... Кажется, ему тоже приходится не сладко.» Девушка опускается на колени и зачерпывает немного дымчато склизкой субстанции в продолговатую колбу, сразу же её закупоривая. Жижа бурлит, пытается выбраться, а Малек грустно усмехается, не сводя взгляда от оторванной души. Слышится шепот. Снова. Безликие молят отпустить, молят о пощаде, молят о прекращении боли, но Элис сохраняет невозмутимость, запихивая склянку в сумку. — Что ж, я сделала всё, что хотела. — Значит, пора выбираться. Рой голосов шепчет громче, быстрее, а Элис закрывает глаза. Невыносимо видеть размытые людские силуэты, невыносимо слушать и пронизывать через себя всю боль этих душ, невыносимо просто здесь быть. — Прошу, давай поторопимся. Это унылое место, полное разочарования и скорби. Я не вынесу здесь еще одной минуты. С виду спокойная, но то, как немного сминается ткань его пиджака под её пальцами заставляют наконец улыбнуться Малека. Мужчина бережно накрывает ладонь Элис и мягко произносит. — Нам наверх. Держись крепче, хорошо? — Впервые вижу такую местность Бездны, где нужно лезть наверх, а не идти по ровной дороге или спускаться вниз. — Мы полетим. — Что?.. Не говоря больше ни слова Малек аккуратно подхватывает девушку на руки и отрывается от земли. Та не жмурится, не держится за шею, лишь притягивает ближе к себе сумку, рассматривая с ребяческим любопытством скалистые выступы, покрытой такой же субстанцией образца. Она готова поклясться, что прошло всего несколько секунд, а они уже на поверхности. Когда ноги касаются снега, Элис буквально проваливается в него по колено, но на этот раз приходит радость от осознания, что это не чье-то искаженное эфирное тело. Она улыбается, прикрывая ладонью лицо от бушующего морозного ветра. Малек нет. Он как стоял, так и стоит. Руки всё также в карманах, лицо расслаблено, и всё равно кажется, будто он сам рад, что выбрался оттуда. — Неожиданно, что ты и летать умеешь. — хочется подцепить. — Думала, в твоей компетенции только напускать безразличный вид на лицо и тешить себя безликими душами. — На самом деле я очень скромный. Веришь? — Ммм, нет. Алхимик проходится чуть дальше, стараясь изучить местность впереди. Жаль, что она поздно замечает притаенный под слоем льда обрыв, однако спаситель действует наперед, хватая её за капюшон мантии и оттесняя назад. — Не знал, что тоже летать хочешь научиться. Странноватый способ, Элис. — Спасибо. — Теперь ты моя должница. Запомни это. Она не знает, говорит ли Малек это в шутку или всерьез, но в любом случае принимает как должное. Он замечает, как её руки трясутся холода, поэтому молча снимает пиджак, а когда девушка отказывается брать его, ссылаясь, что такая температура вполне обычная для организма, он закатывает глаза и накидывает поверх хрупких плеч. — Не люблю когда люди строят из себя невесть что, хотя таковыми не являются. — Я не... — Видишь, впереди огромный замок? И как он резко меняет темы. Алхимик стискивает от негодования зубы, но послушно смотрит по направлению его руки. Впереди и правда мелькает большое здание. Отсюда не совсем видно, но эти высокие шпили, напоминающие ледяные заточенные иглы не совсем внушают доверия. А когда Малек произносит следующие слова, сердце алхимика пропускает удар: — Добро пожаловать в Снежную Долину, Элис. Чертоги Шепфамалума рады новым гостям. Возрадуйся, ведь Бог Тьмы может даровать тебе свое благословение.