Будни морской пехоты на "Сулако"

Как тут 😃       День прошёл на удивление спокойно — без тревог, без внештатных ситуаций. Вечером, как положено, провели стандартные проверки систем «Сулако». На мостике остались лишь дежурные; остальные, уставшие, но довольные, разошлись по каютам — набираться сил перед грядущими испытаниями.       В отсеке, где располагались каюты, царила тишина, нарушаемая лишь приглушённым гулом вентиляционных систем. Васкес не сдержала короткого смешка, наблюдая, как Хопс копается в ящике, выискивая маркер. — Нашла! — торжествующе прошептала Хопс, вытаскивая чёрный фломастер. — Детский план, конечно, но всегда веселит. Он же любит шутки… Пожалуйста, пусть это его порадует!       План и вправду был прост, как квантовая физика. Ничего замысловатого: пробраться в каюту к спящему шутнику и придать его лицу… более серьёзный вид. Не шедевр боди‑арта, конечно, но для разового перформанса сойдёт.       Хопс и Васкес дождались, когда в отсеке станет совсем тихо, и, сдерживая смех, двинулись к цели. Тихо, почти бесшумно открыли дверь. Внутри — полумрак, лишь тусклый аварийный свет пробивается сквозь вентиляционные решётки. — Где он спит? — шёпотом спросила Хопс, вглядываясь в ряды коек. — Э‑э‑э, а хрен знает… Наверное, там, — Васкес указала на одну из четырёх кроватей, где смутно угадывался силуэт.       Хопс подкралась так тихо, что даже сама не услышала шороха своих кроссовок. В темноте трудно было разобрать, кто где. Она осторожно приподняла край одеяла…        Бишоп... Сердце почему-то чуть в кроссовки не упало от неожиданности. Она тут же аккуратно накрыла его обратно. Лишь на мгновение увидела его лицо — бледное, спокойное, почти безмятежное. И это спокойствие поразило её: в нём не было ни напряжения, ни тревоги, ни тени той вечной настороженности, которую она привыкла видеть в нем днем. Он спал — и в этот момент казался таким уязвимым ... Тем временем Васкес уже нашла Хадсона. И мщение началось.        На лице шутника постепенно проступал новый образ — разъярённого самурая, готового к битве. Острые брови, стрелки на веках, бородка, пара иероглифов… Девушки едва сдерживали смех, работая с усердием художников‑авангардистов.       Вдруг где‑то в углу кто‑то пошевелился. Обе замерли, а потом, не сговариваясь, рванули к двери.       Васкес, пытаясь укрыться за столом, споткнулась и с грохотом рухнула на пол. Хопс бросилась ее поднимать , но сама рухнула рядом. — Сука! — в приглушённом голосе Васкес смешались паника, адреналин и неудержимый смех.       Они на корточках выползли из каюты и бросились прочь, оставляя за собой тишину, нарушаемую лишь их сдавленным хихиканьем. —Васкес, а маркер- то перманентный...