Море мести, горы лжи

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в теплые оттенки оранжевого и розового.  Адиль остановил машину возле дома Бедрие и уверенно направился к дверям. Постучав он переминаясь с ноги на ногу стал ждать. Дверь отворилась и на Адиля удивленно уставился Хадыр. —Мир вам.— поздоровался Адиль. —И тебе мир, добро пожаловать господин Адиль.— обрадовался Хадыр пожимая руку Кочари. —Если ты не против я хочу поговорить с Эмине.— произнес Адиль. —Конечно брат, я позову жену. Эмине!— Хадыр унесся в поисках супруги.  Через несколько секунд в дверях появилась младшая сестра Эсме. —Если хочешь спросить где моя сестра…— начала Эмине. —Если бы я спросил, ты бы сказала? —перебил её Адиль. —Не сказала бы!— отрезала Эмине.— сестра ни разговаривать ни видеть тебя не хочет.— Женщина нахмурилась, глядя на Адиля. —Хорошо.—применительно ответил мужчина.— Но скажи, твоя сестра правда в порядке ? Еда , деньги? У нее все есть ? — требовательно спросил Адиль. —Она в порядке.— утвердительно сказала Эмине складывая руки на груди. —нет проблем.  —В прошлый раз когда вы были уверены что она в порядке ей пришлось одной хоронить нашу дочь.— язвительно произнес Адиль. Эмине замялась кусая губы. —В это раз Кочари, она похоронила только вашу любовь. —Ладно , ладно!— поднял руки Адиль.— я только еще один вопрос задам . Почему она уехала?  Эмине тяжело вздохнула. — Сестра сказала что Рамадан наступил. Сказала, в этот священный месяц нет ни одного мусульманина за столом которого она хотела бы сидеть . —Так и сказала ?— спросил убитым голосом Адиль. —Именно так .— подтвердила Эмине. Адиль кивнул Эмине и развернувшись направился к машине. Двигатель тихо заурчал, нарушая вечернюю тишину. Мужчина откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как тяжесть слов Эмине оседает в груди. "Нет ни одного мусульманина, за столом которого она хотела бы сидеть..." Эти слова звучали как приговор, как окончательное отречение. Закат догорал, оставляя на небе лишь последние отблески уходящего дня. Адиль смотрел на дорогу, но видел лишь лицо Эсмэ, ее печальные глаза. Ему хотелось кричать, хотелось вернуться к Эмине и вытрясти из нее местонахождение Эсме, но слова застревали в горле. Он не знал, что делать дальше. Машина несла его прочь от дома Бедрие, прочь от ответов, которые мужчина так и не получил. *** На кухне роскошного особняка Фуртуна царила оживленная атмосфера – шла активная подготовка к сухуру. Оруч, Исо и Фатих вместе хлопотали над приготовлением блюд.  Исо сосредоточенно помешивал ароматный куймак, Оруч ловко нарезал свежие овощи, а Фатих, параллельно проверяя румяные сладкие булочки в духовке, заваривала крепкий свежий чай. Братья и сестра работали слаженно, словно единый механизм, ничуть не мешая друг другу. В этот момент на кухню вошла госпожа Ширин. С теплой улыбкой она по очереди подошла к каждому из своих внуков и нежно поцеловала их. Ее присутствие добавило кухне еще больше тепла. Госпожа Ширин с гордостью наблюдала за внуками, за их старанием и взаимопониманием. Она знала, что эти моменты совместной работы, наполненные ароматами готовящейся еды и тихим гомоном, станут одними из самых дорогих воспоминаний для них. —Мои дорогие, вы такие молодцы,—проговорила она, ее голос звучал мягко и ласково. —Все так вкусно пахнет. —Да уж молодцы!— недовольно зашла на кухню госпожа Зарифе. —Обнимайтесь обнимайтесь ! Троих детей родила и не от одного не увидела толку. Исо хмыкнул , Фатих мрачно поджала губы, а Оруч повернулся к матери ослепительно улыбаясь.  —И тебя с праздником дорогая мамочка.  —Вы посмотрите на него , еще и язвит матери.— госпожа Зарифе хлопнула Оруча по плечу и вышла из кухни . —С утра пораньше начала ворчать.— прокомментировал Исо.— у Фатих развод откладывается, я жену домой не привел, а ты какую подлость этой женщине сделал брат ?— спросил парень обращаясь к Оручу.  —Я только на Сухур встал, ничего не делал, спал. — устало произнес Оруч.  —Ну ка , ну ка!— госпожа Ширин ловко собрала два контейнера со снедью и повернулась к юношам. — Так дети, берите пироги и сладости и езжайте как к Кочари. Внуки с удивлением взглянули на бабушку. —Ты !— произнесла госпожа Ширин указав на Исо.—поедешь к жене . А вы двое. — ткнув пальцем в Оруча и Фатих,— не оставите брата одного. Раз уж у нас мир с Кочари и дядю одолели, то правильно сделали. Сухур нельзя праздновать по отдельности. Давайте ка!— госпожа Ширин уверенно подталкивала внуков к дверям .  —Давайте, парни. Пойдем— поддакнула бабушке Фатих.— так хоть с мамой не придется ругаться.— улыбнулась женщина братьям. Они быстро оделись и на двух двух машинах выдвинулись в сторону деревни Кочари.  Дорога до деревни была знакомой, но в этот раз она казалась особенно значимой. Исо, сидя за рулем пикапа, чувствовал, как напряжение постепенно отступает. Он думал о своей жене, о том, как она встретит его, и надеялся, что сегодняшний день станет началом примирения, а не очередным поводом для разногласий. «И может быть»—надеялся парень, «может быть первый день Рамадана даст нам отсрочку.» Исо знал, что сейчас время очищения и прощения, и он отчаянно цеплялся за эту надежду. Он представлял, как Фадиме, возможно, смягчится под влиянием священного месяца. «Может быть я смогу еще немного побыть её мужем.» Оруч, рядом с Фатих в другой машине, молчал, погруженный в мысли об очередной выходке матери и о  зеленоглазой «гречанке» с сютлачем. Фатих, наблюдая за дорогой, чувствовала, как в ней зарождается надежда. Развод с мужем был для нее очень болезненным процессом, и то что заседании опять отложили больно ударило по нервам женщины которая просто надеялась уже закончить это дело и забыть как страшный сон . *** За большим столом в особняке Кочари собралась вся семья. Адиль и Фадиме, Ильве и Гезеп . Даже христианка Элени  решила вместе с близкими держать пост, встала вместе со всеми на сухур.  Все были в сборе.  Позвали также дядю Амерума с Уюбханом. Ильве заботливо разливала ароматный липовый чай, а Гезеп с улыбкой раскладывал всем сладкие, пышные лепешки. Адиль сидел за столом молчаливо и как-то замкнуто, словно погруженный в свои мысли. Заметив это, дядя Амерум сделал ему замечание: — Мой Адиль, даже если не хочется, все равно съешь что-нибудь. Не напрягай остальных своим молчанием. — Да ем я ! Ем! — возмутился Адиль о кусывая кусок от хлеба с куймаком. На лестнице раздался звук шагов и через несколько секунд кто то постучал в дверь . —Уюбхан!— попросил Адиль сидевшего ближе всех к двери парня.— посмотри кто пришел . Юноша встал из за стола пошел ко входу.  Дверь тихонько скрипнула, и на пороге появились Оруч, Исо и Фатих. Их лица, освещенные мягким светом фонаря, сияли предвкушением, но улыбка стазу сошла с лица Исо когда он увидел , кто открыл дверь.  Выражение на лице Уюбхана, открывшего дверь было не лучше. Смесь неприязни и удивления . Юноши переглянулись, Фатих хмыкнула . Исо тщательно вытерев ноги протиснулся в дом мимо Уюбхана турнув его плечом и пытаясь сдержать приступ своей ревности, увидев этого человека в доме Фадиме .  —Где моя жена?— спросил он у Уюбхана.— Внутри! Отойди милый!— съезвил он глядя на парня который пытался перегородить ему дорогу .  Оруч и Фатих зашли в дом и разувшись прошли в след за Исо. — Салам Алейкум! — Исо вошел в столовую, обращаясь к сидящим за столом. Фадиме, увидев мужа на пороге, едва сдержала возглас удивления. Несмотря ни на что, она была несказанно рада его видеть. "Почему я радуюсь?" — спрашивала она себя. "Ведь мы разводимся, ничего не изменилось. Мы снова станем чужими людьми. Так почему же мне так радостно от его присутствия здесь, на сухуре?" — Алейкум салам, — тепло ответил Адиль, приветствуя ребят. —Гостей принимаете ?— спросила зашедшая в комнату Фатих. —Что за вопрос золовка? Вы разве гости ?— спросила женщину Ильве и начала тыкать брата.— Гезеп двигайся, пусть золовка сядет. — Добро пожаловать! —С добром пожаловали !— с улыбкой произнес Оруч усаживаясь на стул рядом с Элени. —Уюбхан, братец принеси еще 2 стула.— попросил парня Адиль.  И тому пришлось сцепив зубы отправиться в глубь дома за стульями.  —Бабушка сладости передала, — сказал Исо доставая из сумки контейнеры и выставляя их на стол.— Фатих свежие булочки испекла. —Ох золовка здоровья твоим рукам. — произнес Гезеп хватаясь за всё еще теплую булочку и откусывая кусок.— Очень вкусно. —Спасибо , Господин Сулейман.— поблагодарила его девушка . — Золовка , ну мы же договорились что я Гезеп!— с обидой произнес мужчина. —Хорошо хорошо, Гезеп.— улыбнулась Фатих принимая из его рук чашку с горячим чаем. Фадиме, чье лицо озаряла легкая улыбка, словно пробудившись от сна, вдруг встрепенулась. — Брат, мы с Исо еще тарелок принесем. Пойдем! — она решительно направилась на кухню. Исо, казалось, был только рад такому повороту событий. Войдя на кухню, Фадиме тут же принялась доставать из шкафа тарелки и приборы. Обернувшись, она увидела Исо, который стоял совсем рядом. Он смотрел на нее с едва заметной, но такой теплой улыбкой. Щеки Фадиме мгновенно залил жар.  "Что же со мной происходит, черт возьми?" — пронеслось в её голове.  Почему его присутствие вызывает такую радость, и почему тело так странно реагирует на мужа?—задавала себе вопросы девушка. Стоило им оказаться в тесном пространстве, как внутри нее всё сжималось от необъяснимого напряжения. Фадиме отвернулась пытаясь сосредоточиться на простых действиях — аккуратно собрать тарелки, достать приборы, но мысли ускользали, унося ее в бесконечный водоворот чувств и сомнений. Сердце билось чаще, дыхание становилось прерывистым, и она ловила себя на том, что кажый взгляд Исо , или простое прикосновение его руки к её, казалось электрическим разрядом, пробегающим по всему телу. Она знала, что это не просто обычное волнение — это что-то гораздо глубже, что-то, что она не могла объяснить и принять. Взгляд Исо на нее всегда оставался теплым и внимательным, не смотря ни на что. В его глазах не было ни осуждения, ни недоумения — только тихое понимание и поддержка. Это еще больше сбивало Фадиме с толку, ведь она привыкла скрывать свои чувства, прятать их за маской агресивности и уверенности.  Она ловила себя на том, что хочет сказать что-то важное, что-то, что давно копилось внутри, но слова застревали в горле. Вместо этого она просто улыбалась, стараясь не выдать своего внутреннего смятения.  Фадиме поняла, что боится не столько своих чувств, сколько того, что они могут изменить. Изменить привычный ход вещей, разрушить устоявшиеся границы, которые она сама же и построила вокруг себя. Но сейчас, в этом маленьком, почти интимном пространстве кухни, казалось что все барьеры рушились. — Исо…— неуверенно произнесла Фадиме. —Да, дорогая жена.— тут же отозвался парень. —Исо ты…—начала она, но их прервал кашель стоявшего за их спинами Уюбхана. Фадиме заметила, как мгновенно изменилось лицо Исо. Его улыбка, та самая, с ямочкой, которая так нравилась Фадиме (хотя она никогда бы в этом не призналась), исчезла. В глазах вспыхнул недобрый огонек. Уюбхан вальяжно прошел на кухню, остановившись за спиной Исо и с ухмылкой наблюдая за парой. Исо злобно обернулся, уперевшись в него взглядом. —Чего вылупился ?— мрачно уточнил он у Уюбхана. —Тебе какое дело Фуртуна?  —Мне какое дело ? — прорычал юноша оборачиваясь к Фадиме. — дорогая жена, дай мне пять минут, мы с господином обсудим пару моментов и… В этот момент Фадиме поняла, как его успокоить. Впервые она сама взяла Исо за руку. От неожиданности он замер, ошеломленно глядя на нее. На его лице вновь появилась та самая мальчишеская улыбка с ямочкой на щеке. —Мой заносчивый муж, пойдем пожалуйста. — просит она глядя ему в глаза.  Исо вновь улыбается ей. — Дорогая жена. Пойдем. Он поднимает руку повыше демонстрируя их переплетенные  пальцы Уюбхану и так и не разомкнув рук уводит Фадиме из кухни.  Все так же держась за руки ребята вернулись в столовую, передавая Оручу и Фатих чистые тарелки.  За ними, скрепя зубами, шел Уюбхан неся стулья .  Увидев эти самые стулья в его руках Исо усмехнулся: —Милый , так хлопотать тебя заставили. Уюбхана аж перекосило от бешенства . Он с трудом сдержался что не кинутся на ублюдка Фуртуну. —Давай я помогу .— Встал Оруч беря у него стулья и ставя их для себя и Исо. —Держи зять. Оруч.—Ильве протянула ребятам стаканы с крепким черным чаем —Вот для тебя девочка. — Амерун же с особой заботой налил Фадиме ароматную чашку горного чая.  Адиль с легкой улыбкой наблюдал за этой пестрой компанией, собравшейся за столом. Он в очередной раз поразился тому, насколько органично дети семьи Фуртуна влились в его собственную семью. Насколько правильно они смотрелись за столом в его доме. Его слегка озадачивало поведение сестры, которая несколько раз проигнорировала Уюбхана, просящего передать ему стакан воды. Он уже не в первый раз замечал эту холодность к парню со стороны Фадиме, но не акцентировал на ней внимание. За столом царила непринужденная атмосфера: шутки про голодного Гезепа перемежались с аппетитными угощениями. Оруч тихонько наставлял Элени, объясняя тонкости соблюдения поста. Исо и Фадиме, казалось, были погружены в свой собственный мир, их взгляды то и дело встречались. Адиль в который раз мысленно похвалил зятя который всегда клал первый кусок на тарелку чем мы прежде чем положить себе .  Он отпил глоток чая, чувствуя, как его вкус смешивается с ароматом еды и теплом от присутствия близких. Несмотря на недавние волнения, связанные с Эсме, на сердце Адиля поселилось умиротворение. Это было глубокое, всеобъемлющее ощущение принадлежности, которое он испытывал, глядя на эту смешанную семью, где кровные узы переплетались с узами, созданными любовью и уважением.  Он снова отпил липового чай, чувствуя, как его тепло разливается по телу, и в этом простом действии находил утешение и подтверждение того, что жизнь, несмотря ни на что, прекрасна.  *** Раннее утро окутало деревню тишиной. Солнце только-только начинало свой путь по небу, освещая спящие дома. Большинство жителей еще нежились в объятиях сна, восстанавливая силы после сухура. Но не все.  Уюбхан, с каким-то недобрым огоньком в глазах, бесшумно подкрался к пикапу Исо.  По его знаку из соседнего дома появился человек, чье лицо скрывалось в полумраке. Это был механик, с которым Уюбхан заранее договорился. Когда они уже готовились приступить к делу, дверь особняка распахнулась, и на улицу стремительно вышел Адиль. Мужчинам пришлось спешно укрыться, чтобы не попасться ему на глаза.  "И куда же тебя понесло с утра пораньше?" – с досадой подумал Уюбхан, затаившись за собственным пикапом и выжидая, пока Адиль не уедет. Наконец, послышался рев мотора, и машина Кочари, сорвавшись с места, умчалась вдаль. Уюбхан и механик выбрались из своего укрытия. Быстро и незаметно они завершили свою темную работу, повредив тормоза пикапа Исо.  —Я сделал так, что он проедет достаточно долго, прежде чем поймет, что произошло,— сказал механик, принимая от Уюбхана увесистую пачку денег. —Твой начальник будет доволен. —Спасибо, брат, можешь идти,—попрощался с ним юноша и механик растворился в тенях наступающего дня. Уюбхан почти ласково провел рукой по гладкому боку красного пикапа и переведя взгляд на окна спальни молодоженов произнес:  —Радуйся, пока можешь, Исмаил Фуртуна! Сегодня последний день твоей жизни.