Ангел

***

Три года — это много, если измерять их в шрамах. И ничтожно мало, если мерить их вечностью Разлома. Воздух здесь пах не антисептиком. Он пах гнилым озоном, старой кровью и чем-то сладковато-тошнотворным — так пахнет сама смерть, когда она перестает стесняться. Дмитрий сплюнул на белый снег, не опуская оружия. Вокруг, в дрожащем мареве искаженного пространства, копошились тени. Отродья. Они не нападали, лишь кружили по периметру, издавая звуки, похожие на скрежет металла по стеклу. — Их слишком много, — прохрипел Дмитрий. — Каин, мы не пробьемся назад, если задержимся. Каин не ответил. Он шел вперед, и твари расступались перед ним, как перед хозяином или как перед самой страшной бездной. Его белые волосы казались единственным чистым пятном в этом проклятом месте. А потом они увидели её. Она сидела прямо на краю разверстого Разлома, там, где реальность крошилась, как старое печенье. Спокойная. Тихая. В рваной одежде, которая когда-то была спецформой. *** *Три года назад. Сектор «Н».* * Она верила в цифры больше, чем в молитвы. Она стояла перед полковником, дерзко закинув голову.* *— Вы не понимаете, — чеканила она. — Вы пытаетесь запереть бурю в спичечную коробку. Он — не объект. Он — системная ошибка вашего мироздания.* *— Лэйн, — полковник смотрел на неё с жалостью. — Ты слишком много на себя берешь. Психологический допуск аннулирован. Уходи.* *Она усмехнулась тогда. В её глазах горел огонь любопытства, который невозможно было потушить.* *** Сейчас в её глазах не было огня. Там не было даже пепла. Она не вздрогнула, когда подошел Каин. Не обернулась на крик Анны где-то позади, прикрывающей тыл вместе с Грегом. Она просто смотрела в никуда. Каин подошёл и медленно опустился на одно колено перед ней. Его движения были плавными, почти нежными, что пугало больше, чем рычание отродий за спиной. Он протянул ей ладонь — бледную, с тонкими пальцами. Она медленно перевела взгляд на его руку. Потом на его лицо. Ни искры узнавания. Ни тени страха. — Кто ты? — голос её был надтреснутым, как сухая ветка, но удивительно ровным. В нем не было эмоций. Только вежливый, пустой интерес. *** *Три года назад. Ночь в лаборатории.* *— Эй, белый, — шептала она через стекло. — Если я вытащу тебя отсюда, ты покажешь мне мир без кодов?* *Каин приложил ладонь к стеклу с той стороны. Их руки разделяли сантиметры бронированного пластика. В его глазах тогда впервые вспыхнул тот холодный красный цвет.* *— Мир без кодов — это хаос, Лэйн, — ответил он ей ментальным эхом. — Ты к нему не готова.* *** Каин смотрел на неё сейчас, и его ледяные глаза на мгновение потемнели. — А кто ты? — спросил он в ответ. Лэйн замерла. Её пальцы, тянувшиеся к его ладони, задрожали и повисли в воздухе. Вопрос ударил её сильнее, чем могла бы ударить любая физическая сила. Она попыталась нащупать внутри себя имя. Лэйн? Криптограф? Девушка с ключами на поясе? Ничего. Внутри неё был только сухой холод фильтров и запах антисептика, который давно выветрился, оставив после себя гулкую, бесконечную пустоту. — Я… — она запнулась. Её лицо, до этого напоминающее посмертную маску, исказилось первой судорогой осознания. — Я не знаю. Где-то вдали взревело особенно крупное отродье. Грег выругался, открывая огонь. — Нам пора, — Каин решительно перехватил её пальцы. — Если ты не помнишь, кто ты, я напишу для тебя новый код. Лэйн позволила ему поднять себя. Она стояла рядом с ним у края бездны — тихая, бесчувственная, стертая до основания. Лэйн больше не знала людей. Лэйн больше не знала кодов. Но она знала одно: этот бессмертный с ледяными глазами — единственное, что отделяет её от того, чтобы окончательно стать частью этой серой, крошащейся стены.