⌀• Змеиный взгляд •⌀

— Чтооо? Снова задание? — я возмущённо размахивала руками, выражая недовольство. — Аши, смилуйся! Я и так чуть жизни не лишилась, пока у Ржавых возилась с поиском твоей безделушки… А теперь снова куда-то топать? Мужчина, сидя в кресле, лишь усмехнулся. — Эл, ну хоть ты скажи! — Я? — девушка с каре вопросительно прожигала меня взглядом. — Мне нечего сказать, сеньорита. Я давно привыкла к таким поручениям, а если не хотите попасть в тюрьму Магистериума, советую сделать то, что просит сеньор Карн. — Уфф, какие вы все правильные… — приняв поражение, я легла вниз головой, рассматривая пространство уже вверх ногами. — Ладно, выкладывай, в какое болото мне надо проникнуть на этот раз? — Всё… гораздо проще, чем ты себе представляешь. Мне нужно, чтобы ты провела пару дней вместе с Сайленом! Сказать, что я была мягко говоря в ахуе шоке, это ничего не сказать. — Эээ, Аши, он вроде взрослый мальчик. Зачем вдруг этому крашеному попугаю сиделка? — Дело в том, что Сайлен, скажем так, в плохом состоянии, а я обещал зайти к нему. Но так сложились обстоятельства, что на сегодняшний совет Магистериума приезжает соцпроверка, которую я не могу пропустить… — А-а-а-а… а то я уже подумала, что ты меня с ним свести хочешь! — я облегчённо вздохнула и снова уселась в кресло, сделав вид, что внимательно слушаю Карна. Пока я витала в облаках, меня посетила мысль, что я действительно не против навестить этого парнишку. Всё-таки со вчерашнего дня не видела, хотя Сайлен мог максимум пару часов не появляться в поле зрения. «… там найдёшь его комнату…» Какой же он всё-таки паразит, самый настоящий. Он так сильно засел у меня в голове, что перед лицом постоянно только его физиономия. И вот интересный факт: как только его встречаешь, сразу ждёшь очередную глупую шутку… ну или не очень глупую. «… ему необходимо принимать лекарства…» Ах да, ещё и эта ситуация в канализации. Хоть я и не показывала напрямую, но где-то глубоко внутри мне впервые было… неловко, что ли. Ну серьёзно, когда нам нужно было пройти мимо охраны, он не придумал ничего лучше, чем притвориться влюблённой парочкой. Пока он отвлекал их внимание, его руки небрежно сжимали ткань моего костюма. Небрежно и одновременно мягко… А его янтарные глаза и выпирающие наружу клыки так вообще делали его не человеком, а змеем каким-то. — … мисс Аверрис!!! — А, да? — Ты всё запомнила? — Да-да… давать два раза лекарство… — съязвила я, даже сама не понимая, как запомнила эту информацию. — А если у него там целый склад таблеток, как я пойму, чем его травить? Увидев, как Ашриэль снял очки и потёр переносицу, я поняла — мой юмор он не оценил. — Всё нужное я написал на листке, чтобы наверняка не забыть. И ещё… — он достал из верхнего ящика мешочек с монетами и какую-то записку, — передай Сайлену. Пусть пока отдыхает! — Ну ничего себе! Значит, он валяется в кровати и ему прибавку к зарплате дали, а я, которая жизнью рисковала ради твоей коробочки, должна с ним нянчиться!? — Лирен, не забывай, где ты находишься! Это не настолько сложное задание, так что не устраивай истерику по мелочам. Честно говоря, я не знала, что и сказать. Да и какое право он имел так со мной разговаривать? Индюк надутый… Я поспешила выйти на свежий воздух, чтобы выпустить пар наедине с холодным ветром. Уже вечерело, солнце казалось вот-вот уйдёт за горизонт, и наступит долгожданная темнота. Пройдя дальше по каменному мосту, я зло смотрела на асфальт и попадающиеся под ноги камни. Эмоции накатились внезапно, и я с силой швырнула ногой камень, к несчастью попавший в одно из окон домов. От нового срыва меня успокаивал лишь стук собственных каблуков. Да, я сильно разозлилась на Ашриэля, но не за поручение… За то, что он будто ставит себя выше меня. Думает, если у него почётный титул главы совета и шикарный офис с видом на весь Верхний город, то ему позволено так грубо обращаться с людьми вроде меня. Возможно, у меня не самые остроумные шутки и не самый лучший сарказм, но разве это моя проблема, что он их не понимает? Наконец выдохнув, я искала на листке информацию с адресом проживания Сайлена. Лучше бы я этого не делала… — Чего? Может, тут опечатка или… Он что, реально живёт в канализации? Хах, надо же, становится всё интереснее. Учитывая, что Сайлен был по большей части картографом, своё жильё он всегда помечал координатами. Мне, конечно, не составило труда найти это место — ведь какой же из меня тогда капитан, если элементарных вещей из географии не знаю? Как оказалось, в той части канализации был проход в секретное крыло, которое напоминало небольшую общагу. Оставалось только найти его дверь и постучаться. Вдруг внутри что-то мелькнуло… А что, если он не будет рад меня видеть? Он же всё-таки ждал Ашриэля, а тут я заявилась. Ладно, была не была! Я несколько раз постучалась, но не услышала никаких звуков. После второй попытки послышались шаги, и дверь наконец открылась. — Наконец-то ты при… — его взгляд упал на меня, и улыбка сползла. — Лирен? Что ты здесь делаешь? — Я тоже рада тебя видеть, белобрысик. Он посмотрел по сторонам, но, не обнаружив никого больше, впустил меня внутрь. — Проходи… — грусть в его словах заставила меня волноваться. — Твой… дружок просил тебе передать. — я поставила на ближайший стол вещи, которые дал мне Ашриэль. Но он даже не посмотрел на меня, молча лёг на диван и уставился в потолок. — Передай, что мне от него ничего не нужно. — Так, я вам не почтовая сова. Что случилось? И где твои весёлые шуточки? Ты хоть представляешь, как мне было скучно? Меня этот тиран постоянно звал к себе на нудные долгие разговоры, мне даже пришлось самой сарказмы придумывать… — Я рад, что у него всё стабильно и без меня. — Сайлен, что случилось? — спросила я, присев ближе. — Или ты совсем разболелся? — Это… не совсем болезнь… но не думаю, что тебе нужно это знать. — Та-а-ак, я заинтригована, рассказывай! В этот момент в его глазах сверкнул янтарь. — Ну… об этом знаю только я и Карн, но теперь, похоже, и ты. Это сложно понять. Моё состояние становится таким очень редко. И возможно, твоё мнение обо мне поменяется после моих слов, но я родом из Нового света! — ДА НУ! А я балетом занимаюсь, представляешь? — насмешливо сказала я. — Хмм… — на его лице проявилась заметная ухмылка. — Я знал, что ты не поверишь, но ты хоть раз задумывалась, почему мои глаза меняют цвет? — Эммм… возмо-ожно, не отрицаю… Но, честно говоря, я думала, ты просто линзы носишь! — мне стало смешно от своих же слов, и, закинув ногу на ногу, я продолжала хихикать, прикрывая рот ладонью. — Но мне интересно другое. Если ты действительно из… Нового Света… то как ты оказался здесь? Ведь, насколько мне известно, пересечь Разлом смогла только я. — Тебе действительно интересно, или ты просто ищешь на меня компромат? Его первая шутка за сегодня немного разозлила меня, поэтому он мгновенно получил хороший крепкий подзатыльник. — Ай, за что? — Для профилактики. Шутить совсем разучился, белобрысик… Вдруг Сайлен вскочил с места и навис над креслом, где сидела я. — Будьте поосторожнее с выражениями, мисс Аверрис. Я долго терпел, но ваша кличка начинает не на шутку меня… заводить. Сайлен явно блуждал взглядом по моему лицу, будто пытаясь за что-то зацепиться. Он ещё больше сократил расстояние между нами, когда потянулся к моим волосам и заправил выбившуюся прядь за ухо. — Я… я… — кажется, от такой картины мои щёки покраснели. Это было какое-то странное и довольно приятное тепло внутри. Сердце забилось чаще, зрительный контакт никак не хотел прерываться. Его глаза вновь сменили цвет: теперь ранее коричневый превратился в манящий оттенок яркого янтарного тона, а зрачки стали слегка вытянутыми и узкими. Этот манящий змеиный взгляд… Я не смогла выдержать столько эмоций. Внезапно мои руки сами потянулись и легко оттолкнули парня. — Т-ты не ответил на мой вопрос… Он игриво ухмыльнулся, затем сел обратно. — Моя мама была из Нового света, отец был одним из членов команды на корабле. Я точно не помню, как наши люди всё-таки оказались на той стороне, но, увидев их мир, он не захотел возвращаться обратно. Так и жил среди их народа, старался не выделяться и постоянно маскировался. Чуть позже он познакомился с мамой в одном магазине, ну и дальше закрутилось… Когда я родился, моя кожа была вся в цветных пятнах, но на мне это смотрелось довольно странно, поскольку мой основной цвет был как у людей. Потом я вырос… и нас внезапно раскрыли… На тот момент людям было запрещено жить на их территории, поэтому нам пришлось вернуться в Старый свет. Мы спрятались на одном из кораблей ремезаров, и во время патруля они наткнулись на один из наших кораблей. Пока ремезары проводили проверку, мы незаметно перебрались на другой корабль и после должны были плыть домой, но судно попало в сильный шторм… Я очнулся один. Рядом не было никого. И родителей тоже. Парень наконец сделал паузу. Я пыталась переварить его слова, в которые было трудно поверить. Неужели это случилось в тот самый день, когда я потеряла брата? После того шторма на корабле нашли только меня, но каким образом там оказался Сайлен?! — Так ты тоже… твои родители пропали во время шторма? — Да. Именно на том же корабле, Лирен. Тишина повисла тяжёлая, как свинцовое одеяло. Я смотрела на него и не узнавала. Вместо вечно улыбающегося белобрысого нахала передо мной сидел вымотанный парень с чужой болью в глазах. Той самой, которую я носила в себе очень много лет. — Боже… — выдохнула я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Сайлен… я… я не знала. — Откуда? — он криво усмехнулся, но в его улыбке не было привычной игривости. — Мы никогда не говорили на эту тему. Сайлен резко поднял голову. — Твой брат… он ведь был на том рейсе? — Был. — я сжала пальцы в кулак, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. — Ему было двадцать. Он хотел увидеть Новый свет. Говорил, что это приключение всей жизни. — Лирен… — Не надо. — я подняла руку, останавливая его. — Я справилась. Просто… зная, что ты был там… Чёрт, Сайлен. Мы могли знать друг друга. Ты мог сидеть в соседней каюте, пока я ругалась с братом из-за того, что он стянул мою заколку. Он тихо рассмеялся — первый настоящий смех за вечер. — Я бы запомнил девушку, которая швыряется в брата обувью. — Откуда ты… — Стены тонкие были. — его глаза снова блеснули янтарём, но на этот раз мягче. — И ты очень громко кричала что-то про «верни, пока я не прибила тебя этим проклятым сапогом». Я открыла рот. Закрыла. Потом рассмеялась — сначала нервно, а потом всё громче, пока на глаза не навернулись слёзы. — Это был мой любимый сапог, между прочим. — Я помню. — он улыбнулся, и в этой улыбке промелькнуло что-то тёплое, почти нежное. — Ты потом его выкинула за борт. Сказала, что он «проклят и виноват во всём». — Ты всё это время знал, кто я? — я вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Значит, когда мы впервые встретились около Элизиума… ты уже знал. — Знал. — Сайлен потупил взгляд. — Но вот ты меня тогда не застала, ведь я буквально прятался от всех членов экипажа за простой бочкой в углу. Тогда я был тощим подростком с вечно потрёпанной одеждой! — фыркнул парень. — А теперь ты… — я запнулась, потому что сейчас, в тусклом свете его комнаты, с растрёпанными волосами и этой полуулыбкой, он выглядел иначе. Взрослее. Опаснее. И чертовски привлекательно, хоть я никогда бы не признала это вслух. — Теперь я? — он приподнял бровь. — Теперь ты картограф-неудачник, который живёт в канализации. — быстро закончила я и поднялась. — Всё, хватит соплей. Где у тебя лекарства? Ашриэль сказал, ты их не принимаешь. — Потому что от них клонит в сон. — Сайлен поморщился. — А мне нужно работать. — Сайлен. — я упёрла руки в бока. — Ты сейчас еле сидишь. Либо ты пьёшь таблетки, либо я вызываю Элеонор, и она споёт тебе свою любимую колыбельную про «маленьких зелёных ремезаров». Он побледнел. — Ты не посмеешь. — Проверь. Мы смотрели друг на друга с полминуты. Он сдался первым. — В аптечке. Зелёная коробка. Я нашла её через минуту, насыпала в ладонь две таблетки, как было написано в инструкции, и протянула вместе со стаканом воды. — Пей. — Ты командуешь так, будто мы на твоём корабле. — проворчал он, но проглотил. — Потому что ты ведёшь себя как капризный пассажир. Он откинулся на подушки, и почти сразу его веки отяжелели. -Кстати, а что у тебя за болезнь? -Показать? -Оно что... где-то у тебя на теле? -Отвечаешь вопросом на вопрос, сеньорита! Но да, это обычные пятна. Они не часто проявляются, но при них мое состояние ухудшается чуть ли не до лихорадки из-за того, что я живу не в привычном мире. Сайлен медленно поднялся с дивана и несколько секунд смотрел на меня сверху вниз. После он развернулся ко мне спиной и медленно начал снимать рубашку, пуговицу за пуговицей. Когда ткань спустилась с его плеч до лопаток, я засмотрелась на крупные мышцы рук, а его спина... Боже, его тело было божественно! Уже вторым планом я осматривала его темные пятна. Они были таким же цветом как кожа у ремезаров, поразительно... -Ну как тебе? -Это... очень необычно... - я коснулась пальцами его кожи, отчего он кажется вздрогнул. -Кхм, красивые пятнышки. Может мне тебя коровкой называть теперь? -Ну нет, уж лучше белобрысик! - усмехнулся парень, а я в который раз зевнув, хотела посмотреть ночное небо. — Не уходи… — пробормотал он, уже проваливаясь в сон. — Вдруг мне станет хуже… а тебя не будет… — Я никуда не уйду, белобрысик. — тихо сказала я, накрывая его пледом. Он что-то невнятно промычал в ответ и отключился. Я сидела рядом, слушая его дыхание, и смотрела, как в тусклом свете его лицо становится беззащитным. Таким же, как возможно у того маленького мальчишки. «Только не вздумай в него влюбиться», — одёрнула я себя. Было уже поздно.

***

Я уснула в кресле, поджав ноги и укрывшись своей курткой. Проснулась от того, что кто-то накрывал меня чем-то тёплым. — Не замерзай, — раздался хриплый шёпот над ухом. Я распахнула глаза. Сайлен стоял надо мной, шатаясь, но держа в руках одеяло. — Ты больной идиот! — я вскочила и усадила его обратно на диван. — Тебе нельзя вставать! — А тебе нельзя спать в кресле. — он не сопротивлялся, но смотрел на меня с такой усталой нежностью, что у меня что-то сжалось в груди. — У меня есть нормальная кровать. Иди туда. — Я не буду занимать твою постель. — Лирен. — он взял меня за запястье. Пальцы у него были холодными, но хватка — цепкой. — Пожалуйста. Мне будет спокойнее, если ты выспишься. — А если тебе ночью станет плохо? — Разбужу. — он улыбнулся. — Я всё равно сегодня почти не спал. Я хотела возразить, но он смотрел так, что язык прилипал к нёбу. В полумраке его глаза светились слабым янтарём — как два уголька среди яркого огня. — Ладно. — сдалась я. — Но если ты умрёшь, я воскрешу тебя и убью заново. Он хрипло рассмеялся и отпустил мою руку. Кровать оказалась удивительно мягкой и пахла чем-то пряным — можжевельником, что ли? Я забралась под одеяло, чувствуя себя невероятно чужой в этом пространстве. Сайлен устроился на диване, натянув плед до подбородка. В комнате стало тихо. Только где-то далеко капала вода. — Лирен? — позвал он через несколько минут. — М? — Ты не спишь? — Спала, пока меня не разбудил ненормальный. Он помолчал. — А ты помнишь тот случай в канализации? Когда мы притворялись парой. Сердце пропустило удар. — Ну, — осторожно сказала я, — было дело. — Я тогда соврал. — Что соврал? — Про «притворялись». — его голос звучал приглушённо, будто он сам не верил, что говорит это. — Мне не пришлось притворяться. В комнате стало совсем тихо. Я лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как щёки горят. — Сайлен, — прошептала я, — ты сейчас говоришь это потому, что у тебя температура? — Наверное. — он вздохнул. — Но это не значит, что неправда. — Спи. — велела я, потому что иначе сказала бы что-то, о чём потом пожалела бы. — Спокойной ночи, Лирен. — я услышала в его голосе улыбку. «Вот же змей», — подумала я, закрывая глаза. Уснула я с улыбкой.

***

Проснулась я от запаха кофе. Открыла глаза и увидела Сайлена, стоящего у маленькой плитки. Он крутил в руках турку, выглядел лучше, чем вчера — хотя под глазами всё ещё залегли тени. — Ты жив? — спросила я хрипло, садясь на кровати. — Жив. — он обернулся и усмехнулся. — Главное чудо этого утра. — Что ты делаешь? Тебе нельзя вставать! — Мне нельзя лежать сутками. — он налил кофе в две кружки и протянул одну мне. — Врачи, знаешь ли, иногда советуют двигаться. — Ты ходил к врачу? — я сделала глоток. Кофе оказался крепким и горьковатым — таким, как я любила. — Нет. Но я слушал передачи по радио. — он сел напротив, поджав ноги. — Считай, образовал себя. Я фыркнула. — Ты невыносим. — А ты вчера сопела во сне как маленький ёжик. — Я не сопела! — Сопела. — он расплылся в довольной улыбке. — И ещё говорила «отдай сапог, кому сказала». Я запустила в него подушку. Он поймал, не проронив ни капли кофе. — Рефлексы, — пояснил он с видом знатока. День тянулся медленно. Я заставила его принять лекарства, съесть горячий суп (консервированный, но, по словам Сайлена, «всё лучше, чем ничего»), он показал мне стихи над которыми трудился в перерывах между работой, а потом мы сидели на диване и смотрели, как темнеет за огромным панорамным окном. — Расскажи про Новый свет, — попросила я. — Каким он был? Сайлен задумался. — Другим. — сказал он наконец. — Воздух там тяжелее, что ли. Но зато ночью небо — оно светится. Не звёздами, а чем-то другим. Словно кто-то разлил краску по всему небу. — Красиво звучит. — Это было красиво. — он помолчал. — Но там я всегда чувствовал себя чужим. А здесь… здесь я тоже чужой. Кроме, может быть, одного места. — Какого? Он посмотрел на меня — долго, внимательно. — Рядом с тобой. Сердце снова пропустило удар. — Сайлен, — выдохнула я, — ты опять? — Опять. — он не отводил взгляда. — И завтра опять скажу, и послезавтра. — А если я не хочу этого слышать? — Тогда скажу молча. — он взял мою руку. Просто и легко, будто мы делали это сотни раз. — Но ты… чувствуешь то же самое, правда? Я смотрела на наши сплетённые пальцы. На его янтарные глаза, в которых плескалась надежда и страх. На его клыки, чуть выступающие из-под губы. — Правда. — прошептала я. — И это бесит меня больше всего. Он рассмеялся — радостно, мальчишески, совсем не так, как вчера. — Твоё «бесит» — лучшее признание в жизни. — Заткнись. — я пихнула его плечом, но он не отпустил мою руку. — И… не говори Ашриэлю. Он меня засмеёт. — Ашриэль? — Сайлен удивлённо поднял брови. — Лирен, он нас с тобой всё это время пытается свести. Думаешь, это случайно он отправил именно тебя меня проведать? Я замерла. — Что? — Он даже календарь вёл, в какой день мы поцелуемся. Говорил, что мы как 2 сапога пара, хахах. — МЫ НЕ ЦЕЛОВАЛИСЬ! — Пока нет. — согласился Сайлен, и в его глазах зажёгся хищный янтарный огонь. — Но вечер ещё не закончился. Он потянулся ко мне медленно, давая возможность отступить. Я не отстранилась. Первое прикосновение с ним было таким нежным, обжигающе приятным. Его губы оказались тёплыми и мягкими, пахли кофе и почему-то морем. Его руки притягивали меня за талию все ближе, пока мои ладони касались его шеи. Он целовал осторожно, словно боялся сломать, и я вдруг поняла, что дрожу. — Ты замерзла? — шепнул он мне в губы. — Нет, — выдохнула я. — Продолжай. И он продолжил.

***

Через два дня в офисе Ашриэля. — Ну как? — Ашриэль Карн с деланным безразличием просматривал бумаги, не поднимая головы. Я стояла перед его столом, скрестив руки на груди. — Ты — засранец, — сказала я. — Это я уже слышал. — он поднял глаза. — Он жив? — Жив. — Лекарства принимает? — С моего позволения. — И… — Карн сделал паузу, — что-то ещё? Я молчала. Мне было трудно сдерживать эмоции, чтоб не выплеснуть на него непристойные слова, но что сказать... В этом вся я! — Календарь, значит, вёл? — спросила я вместо ответа. Ашриэль улыбнулся. Очень довольно. — Обязательно. Хотите ознакомиться? — Пошёл ты, — сказала я, развернулась и вышла, чтобы через час вернуться — но уже в другую дверь. В ту, что вела в комнату в подземелье, где на диване спал белобрысый картограф, а рядом на столике стояли две кружки из-под кофе. Я села рядом, поправила одеяло и прошептала: — Никому не говори, но я, кажется, влюбилась. Сайлен не открыл глаза, но улыбнулся. — Знаю, — прошептал он. — Я тоже.