Я люблю тебя до слёз, без фиалок и мимоз.

Чонгук проснулся ровно по будильнику. Вставать жутко не хотелось. Хотелось поваляться и понежиться, потому что всю ночь снилось что-то откровенно приятное, но омега как ни старался, вспомнить свой сон не мог. В голове лишь калейдоскопом проносились неприличные картинки, а в животе бабочки пытались расправить свои маленькие крылышки. Приятно. Чонгук опомнился и сполз с кровати. Срочно появилось желание совместить приятное с полезным и омега, слегка порозовев щеками, уже было направился в ванную. Но... Ему вдруг срочно захотелось увидеть свою машинку, свою Бурумбулечку, которую он всегда оставлял на небольшой парковке возле дома. Чонгук широким размахом отодвинул штору и выглянул в окно. - Твоего же папу за ногу! Нет, его Бурумбулечка целая и невредимая стояла на своём месте, поблёскивая белыми полированными бочками. Да и куда она денется, когда Чон отстёгивает бешеные баблищи за охрану - там было всё в порядке. Смутило другое. Прямо перед его глазами красовался огромный плакат, разрисованный диковинными цветами и с потрясающей надписью. Я люблю тебя до слёз, Без фиалок и мимоз! Чонгук подавился воздухом и хихикнул. - Вот же повезло кому-то. Гук всё-таки направился в ванную, бабочки продолжали трепыхаться и омега уже почти попискивая дошёл до двери, как его пришибло странной мыслью и он притормозил. Бабочки возмущённо замерли. - На первом этаже живёт пожилая семейная пара. Вряд ли почтенный альфа будет писать своему омеге такую нелепицу, на втором я, на третьем - какой-то омега - синий чулок, тоже в почтенном возрасте, профессор истории. Не может быть, чтобы у него был такой поклонник - идиот. Чонгук вздрогнул, бабочки окончательно сложили свои крылышки нахрен. - Выходит это мне? Сука, рифмоплёт недоделанный. Хули меня так позорить? Материться Гук умел, хоть и делал это крайне редко. Школа по освоению ненормативной лексики у него была превосходнейшей и до сих пор его навыки постоянно усовершенствовались благодаря лучшему другу. Юнги делал это часто и с удовольствием, иногда напоминая младшему. - То, что мы работаем в журнале, обязывает нас знать всё. Даже это. Даже, если это тупое омежье чтиво. Так что не стесняйся, учись и пользуйся. И Гук хоть и стеснялся, но пользовался. Может не так умело, как Юнги, но как говорится какие его годы. А в таких ситуациях, как сегодня, очень даже то, что надо. *** Душ пришлось принять по быстрому, время на месте не стояло. Дресс-кода у них не было. Хотя нет. Всё таки был и название ему - переплюнь коллегу. Перед кем омеги выпендривались, было непонятно, но старались знатно и иногда даже дело доходило не только до мелких потасовок, но и до крупных драчек с разбитыми носами и визгами, слышными на нескольких этажах сразу. Чонгук и Юнги плевать хотели на эти омежьи соревнования и на работу ходили в чём удобно. Их считали странными и кто-то даже попытался наставить на путь истинный, но Юнги быстро рассказал почём фунт лиха на базаре и омеги повыпендривались да подзаткнулись. А тем, которые сдаваться не желали, Юнги пообещал, что отправит туда, где раки зимуют и пригрозил непонятным словом "Колыма". Омеги нихрена не поняли, но на всякий случай благоразумно отстали. Так и работали. *** Гук постоял перед раскрытым шкафом и решил сегодня немного позлить неадекватных коллег. Ну он же тоже омега - ему захотелось, поэтому натянул на себя джинсы в облипку, чтобы местные гадюки завистливыми соплями изошли, лицезрея зачётную фигурку омеги. Рубашку белую расстегнул на одну пуговичку больше, чем положено, чтобы не выглядеть совсем ботаником. Кроссовки обул любимые, дорогущие заразы, но красивые и удобные. На руки браслеты, на пальцы кольца. Немного любимых духов. Тяжело выдохнул и пошёл на выход. *** Чонгук человеком-невидимкой спустился во двор и стараясь не отсвечивать, мелкими шажками подбирался к плакату. Вблизи диковинные цветы оказались ещё красивее. Омежье сердце предательски дрогнуло, он смутился, но одёрнул себя и взялся за плакат. Снялся тот на удивление быстро и легко, и Чонгук принялся ловко сворачивать его в трубочку. Получалась огромная труба. - Хоть бы в машину влезла, зараза такая. Зачем ему "это" на работе, он понятия не имел, сейчас главным было просто утащить подальше. Гук обнял плакат и собрался нести его в машину, как вдруг за спиной прозвучало. - Помочь? Омега чуть не подпрыгнул от неожиданности. Чёрт, никого же не было рядом. Надо же было спалиться так по глупому. Он медленно обернулся. Рядом стоял альфа и ослепительно улыбался. Молодой и красивый до чёртиков, гад. И настойчиво протягивал руки к ненавистному плакату. - Нет, нет, нет, я сам. Он не тяжёлый. Чонгук вцепился в рулон, как во что-то самое родное в его жизни и решил, что лучше падёт смертью храбрых, чем альфа увидит то, что там написано. Надо было отвлечь настырного красавца. - Красивый костюм. Ляпнул Чонгук первое, что пришло в голову, а альфа вопросительно поднял брови, потом вдруг кажется что-то понял и улыбнулся. - Я тебя раньше здесь не видел. - продолжал тарахтеть Чонгук и неловко продвигался к машине. - А я недавно здесь живу. Вон мой дом. Альфа показал на дом, который стоял как раз напротив дома Гука. Чон покраснел, как маковка в самый яркий летний день и ужаснулся. - А вдруг он раньше прочитал? Бляяя, мне стыдно. Он поудобнее перехватил рулон и уверенно понёс к машине. - Спасибо, что предложил, но я правда сам справлюсь. До свидания! - До свидания! Нараспев протянул альфа и загадочно улыбнулся. - До скорого свидания!