Увидь этот мир моими глазами

      В бескрайнем космосе самой близкой по соседству к перенаселенной и граничащей с катастрофой планете Земля была расположена звездная система Альфа Центавра.       Там и находилась удивительная зеленая луна газового гиганта Полифема. Проще говоря Пандора.        На этой дикой, невероятной и определенно ужасающей спутнице Полифема, чем-то схожей на Землю действовали свои законы. От своей удивительной гравитации и полезных ископаемый до генетических особенностей жителей Пандоры.        Для местной флоры и фауны был присущ гигантизм, а для крупных позвоночных животных — эффективная дыхательная система и гексапедность, то есть наличие шести конечностей для лучшего контакта с почвой.        Также на Пандоре атмосфера плотнее: она богата кислородом, как и на Земле, но в ней содержится повышенный процент углекислого газа, ксенона, метана и сероводорода.       Люди таким воздухом свободно дышать не могут без дыхательных масок, которые чистят воздух от тяжелых примесей. Аналогично и для жителей зеленой луны. Земным воздухом на постоянной основе дышать они не могли.       Ночью жизнь как и днем кипела красками, но совсем иначе, чем днем. Вся флора и фауна светилась биолюминесценцией. Даже на теле местного населения, оно же на’ви, располагался свой уникальный узор из светящихся точек, разбросанных по всему телу.       Этот витиеватый узор даже мог отражать эмоциональный настрой своего носителя и является важной частью местной культуры.       Так при сильных эмоциях и возбуждении точки светились ярче обычного.       Величайшим отличием этой уникальной зеленой луны от своего аналога из Солнечной системы был пронизывающий весь спутник мицелий или проще говоря — взаимосвязь между всеми живущими на ней существами. Как некая форма коллективного разума, который на’ви называют «Эйвой» или «Великой Матерью».       При помощи особых нервных отростков, некоего «второго спинного мозга», все живые существа могут подсоединяться к коллективному сознанию всего мира, отдавая или, наоборот, принимая из него необходимые знания своих предков.       С помощью этого дара на’ви даже способны напрямую контролировать своих зверей, после прохождения длительного процесса обучения. Обычно это были такие звери как лютокони и банши.       Через Эйву Пандора осуществляет постоянный контроль за природным равновесием, не допуская нарушений.       Также у на’ви была своя особенность: помимо основного полового признака был еще и вторичный.        Различались такие подвиды как: Альфа, Бета или Омега.       Вторичный признак у на’ви не был столь критичным в распределении обязанностей в племени, но благодаря ему имелись некие особенности при взаимодействии между членами клана и варьировались цели и род деятельности того или иного звена в племени.       Обуславливало это природой и предназначением каждым дитя Великой Матери.       В племени Оматикайя не было строгого разделения в зависимости от вторичного признака, тем не менее многие жители клана потакали ему.        Альфы зачастую выбирали путь воинов и охотников. Выступали в роли защитников племени, как и беты, но последних было в меньшинстве, в отличие от альф. Омеги наоборот зачастую выбирали занятие собирательством, пряжу, рукоделие и многие менее опасные занятия. Даже не смотря на особую природу вторичного признака в клане были омеги охотники и воители. К ним относились с уважением и наравне как и к остальным.       За исключительной особенностью, омеги воины следили за своим природным циклом и подстраивали под него охоту и патрулирование на период течки.       Обычно вторичный признак раскрывался к 17 летию подростков, перед инициацией или как называло его лесное племя - обряд инкимайя, когда юные на’ви становились воинами и были признаны кланом как взрослые.       Это был один из самых важных обрядов у подрастающего поколения и относились к этому обряду с нетерпением и трепетом. В особенности юношам хотелось хвастать, что они прошли свою инкимайя с первого раза. Но это удавалось не многим.        Обряд можно было повторять на следующий год, когда навыки подростков оттачивались со временем до следующей попытки.       Иногда инициацию переносили, когда вторичный признак задерживался с раскрытием у юных на’ви. Его раскрытие было важным наличием при прохождении обряда взросления.       Когда вторичный признак задерживался в раскрытии, тсахик лесного клана Мо'Ат помогала соплеменникам обрядами. Как правило они помогали раскрытию вторичного признака через небольшое количество времени.       Тогда юные на’ви могли пройти обряд наравне с остальными соплеменниками.        Однако, что касалось искусственно созданных людьми из пробирки тел аватаров, у нее было больше вопросов, чем ответов. Симбиоз генов человека и жителя Пандоры имели свои особенности, так она отзывалась о Джейке Салли. И призывала только ждать раскрытия вторичного признака мужчины.       Тем не менее эта задержка не мешала ему создать семью с альфой Нейтири, дочерью тсахик.       Поломка в теле капрала не мешала быть полноценной частью племени, даже стать оло'эктаном после определенных событий.       Статус Торука Макто этому напрямую способствовал и старейшины одобрили Джейка Салли, несмотря на отсутствие у него важной детали.       Шли годы, вопрос по вторичному признаку отца семейства Салли периодически поднимался Нейтири на обсуждение с Мо'Ат, который совсем не спешил раскрываться и как-будто бы спал. Она переживала за свою пару, не представляя, как эта поломка могла сказаться на ее любимом муже. Но Джейк физически и морально не подавал никаких признаков, что в нем что-то не так.        — Ма'Жейк, — тихо позвала супруга Нейтири, подходя к нему со спины и мягко обнимая его плечи своими руками. Она прижалась к сильному телу и вдохнула такой родной древесный пряный аромат тела своего мужчины — Прошу, помолись еще раз Великой Матери, дабы она помогла раскрыться тебе.        — Хорошо, детка. После ужина, — тихо ответив, Салли напрягся от просьбы своей пары, но не подал виду, продолжая заниматься обточкой наконечников стрел.        Удовлетворенная ответом, альфа кивнула в знак благодарности. После Джейк получил как обычно мягкий поцелуй между лопаток.       Нейтири никогда прилюдно не устраивала скандалы, не требовала пройти старый, но жестокий обряд по принудительному раскрытию вторичного признака. Она периодически, когда на нее накатывал страх за свою пару мягко просила помолиться Великой Матери.       Джейк не мог ей отказать. И не отказывал. Принимая и понимая ее чувства. Тем более зная норов своей жены, это было самым безопасным, что он мог сделать в своей непростой ситуации. Даже, если бы она попросила пройти обряд, он бы на это тоже согласился.       Салли был готов на многое, ради нее и ради детей, которых она ему подарила.        После ужина в кругу племени, оло'эктан смиренно направился к Древу Душ на молитву. Он всегда держал свое слово и не хотел лишний раз нервировать свою женщину. Альфа ему нравилась спокойная и удовлетворенная.       Нейтири молча проводила мужа взглядом, благодарно смотря ему вслед. Ее успокаивало, что вождь не спорит с ней и периодически молится о помощи у Великой Матери.       Мо'Ат всегда замечала этот негласный ритуал между своей дочерью и оло'эктаном и прекрасно понимала, почему Джейк один иногда уходит в сторону Древа Душ после ужина или в ночи, когда поселение мирно спало. Когда никого не было у чертогов священного места.       Тсахик как очень тактичная и мудрая женщина не лезла в семью своей дочери с советами и не настаивала на проведении ритуалов. На самом же деле Мо'Ат сама не была сторонницей насильственных методов, поэтому приняла позицию мягкого направления.       Ступая по мягкому и влажному мху, Салли медленно подошел к Древу Душ.       Сегодня, как он и предполагал, здесь никого не было. В глубине души было страшно от ответов, на вопросы, которые не хотелось задавать даже самому себе.       Несколько лет назад, капрал уже смирился с тем, что ему досталось бракованное тело. Никто не мог дать ответ, почему его вторичный признак неизвестен. Как правило, аватаров выращивали специально либо бетами, либо альфами. Технологи на начальном этапе создания закладывали ген насильно, для военных целей.       Поэтому еще много лет назад этот вопрос вызывал недоумение у генетиков, почему ген Джейка Салли не активировался.        — О, Великая Мать... — вздохнул тяжело оло’эктан, опускаясь на колени около камня у подножия корней Древа Душ — Что ты мне уготовила? Дай знак. Прошу. Услышь меня... — прошептал тихо Салли и взял свою нейрокосу, мягко провел пальцами по туго сплетенным локонам, до самого конца, чтобы соединиться с Эйвой для молитвы.        Нервные окончания на конце косы мягко обвили лиану и вождь блаженно прикрыл глаза, молясь.       Капрал обычно долго молился, принимая любой уготовленный ему путь. Так он думал все эти годы. По крайне мере успокаивал себя этим. Но видимо за это долгое время он все же действительно смирился со своей особенностью.       После сегодняшней молитвы вождь вернулся поздно в их семейное гнездо.       Дети спали, Нейтири же ждала своего возлюбленного, мастеря с любовью для него украшение на шею.       Услышав тихие шаги, она обернулась и увидев смущенное выражение лица своей пары поднялась, медленно направляясь к нему на встречу.       — Ма'Жейк? Что случилось? —обеспокоено спросив, мать семейства мягко коснулась щеки супруга, проверяя температуру и не замечая никакого дисбаланса, убрала руку.        — Все хорошо, детка. Не беспокойся. Чего не спишь? — Джейк улыбнулся, стараясь не тревожить своим непонятным состоянием свою пару.       Что-то явно произошло в сегодняшней молитве, но что, он не понимал. А раз не понимал и с ним все нормально, нечего пугать родных лишний раз.       Эта простая логика капрала более чем устраивала. Тем более беспокоить жену итак трепещущим ее вопросов просто так не хотелось. Просто потому, что ему показалось, что что-то не так.       — Я за тебя беспокоюсь. Не смогла уснуть, — тихо ответила Нейтири.       Альфу тут же притянули сильные руки мужчины, приподнимая над полом и потащили в их часть хижины, скрывая родителей за шкурой от так называемой общей комнаты.       В свое время капрал настоял на разделение их хижины на несколько частей. Дети были в одной части, родители в противоположной, а между ними общее пространство очага. Нейтири не спорила и легко согласилась с мужем. Позже такая расстановка понравилась ей, увидев в таком расположении массу преимуществ.        В моменты, когда его бешеная альфа не могла успокоиться, вождь знал, куда поцеловать, как потрогать, где и когда, чтобы та невольно начала расслабляться.       Особенно ему нравилось ее метить, заявляя на нее свои законные права.       Хотя Нейтири давалась редко и метила на правах альфы только Джейка.       Чувствовать свой древесно-пряный аромат на ее сладком цветочном - было верхом блаженства для мужчины. Запах кружил голову и дурманил.       Когда его пара выпускала свои возбуждающие феромоны - стояло у капрала по стойке смирно и набедренная повязка болезненно сдавливала возбужденную плоть.        Нейтири же без зазрения совести пользовалась всеми благами, что наградила ее Эйва и даже не скрывала этого.        Однако, все же стоит отдать дочери тсахик должное, она никогда не злоупотребляла своими феромонами в ущерб своей паре.       Как будущую тсахик Мо’Ат готовила свою дочь углубленно рассказывая все возможности и тонкости физиологии альфы и как они могут влиять на остальных. Нейтири не нравились эти уроки, но перечить тсахик она не могла.       Углубленная программа противоречила сути учения Великой Матери и пути на’ви. Единственное, что ей не давало отказаться от уроков, это понимание, в каком мире они стали жить и какие опасности могут их поджидать в будущем.        Что касается Джейка, альфа рассказывала ему о своих углубленных уроках, чтобы предупредить и защитить своего мужа. Но это было их секретом. На удивление, ее муж даже попросил какие-то уроки практиковать на нем. Нейтири долго отказывалась, но в итоге согласилась, когда ее убедили, что это только ради защиты от потенциальной опасности в бою.       Альфы в действительности не могли причинить реальный вред своей паре на уровне инстинктов. Но причинить боль, конечно могли. В теории. На практике пары относиться друг к другу с трепетом и почтением.       Так вождь учился справляться с выбросом феромонов альфы в бою. Эти уроки ему давались с трудом, но со временем ему удавалось с переменным успехом чуть быстрее реагировать под действием феромонов, чтобы успеть отбежать, заблокировать удар или увернуться. На большее его не хватало.       Природа брала свое - заставляя подчиняться.       Но даже такие успехи удивляли Нейтири и заставляли уважать свою нераскрытую, но поистине сильную пару. Она считала это за гранью разумного. Даже альфам было трудно справиться с выбросом феромонов другого альфы. Не говоря уже о других вторичных признаках или же их отсутствия.       Еще одним жестоким уроком было выдерживание подавляющих феромонов. Джейку пришлось долго уговаривать на эти занятия свою любимую.       Это было опасно, стоило ей выпустить их чуть больше, чем нужно для подчинения. Салли специально несколько раз ее выводил, и несколько раз чуть не задохнулся во время их тайных уроков.       После второго такого опасного урока альфа наотрез отказалась так издеваться над своим мужем. И больше не соглашалась возобновлять уроки.       Салли поняв, что дело гиблое, решил не перегибать палку и оставить первый урок, практикуясь хотя бы в нем. Для боя это было нужнее. Тем более ему не хотелось казаться слабым и получить отказ в еще одном тайном уроке.        Тренируясь необычными для на’ви способами капрал ощущал свою силу, компенсируя свой дефект выдержкой, дисциплиной и холодным расчетом.        Чтобы быть оло’эктаном могучего лесного племени и вести за собой клан, а тем более горячих альф нужно было что-то большее.       За этим чем-то большим Великого Торука Макто и уважали соплеменники.