Всегда Малфой

—… Драко… уснул? — М? — Драко открыл глаза – день клонился к закату, когда они прибыли в маленький городок на побережье. Высоко в небе кричали чайки, пахло свежестью и солью, шумели высокие сосны на берегу… — Приехали, — устало выдохнула Изабелла, заезжая в открытые ворота двухэтажного белого особнячка. — Устал? — М-м, — мотнул головой Драко. — Сейчас умоемся с дороги, поедим и баиньки, — зажурчала Изабелла. — А потом поедем кататься на лодке. Драко пропустил мимо ушей всё, услышав только слово «умоемся». С помощью Гермионы он выбрался из машины, отметив, как незнакомый паренёк шустро закрывает ворота. Изабелла уже спешила к нему, по-матерински чмокнула паренька в щёку и что-то сунула ему в руку. Паренёк заалел и закивал, как заведённый, через секунду скрывшись за воротами. Драко выкинул парня из головы – надо будет, Изабелла сама всё расскажет, и пошёл с Грейнджер к дому. Внутри было тихо и прохладно. — Извини, эльфов тут нет, — запыхавшаяся Изабелла догнала их. — Город магловский, весь, поэтому никакого колдовства. Спальни и ванные комнаты на втором этаже. Проводишь его, детка? — Конечно, провожу! — Гермиона покрепче взяла Драко под локоть. Ступени давались нелегко, но Драко упрямо шагал, заставляя себя. — Вот, эта комната. Тут ванная, гардероб. Я принесу сюда обед, может, ты хоть что-то съешь… тебе помочь помыться? Драко протестующе замычал и замахал руками. Этого ещё не хватало! Женщина будет мыть здорового мужика! Драко заскочил в комнату и быстро закрыл дверь, благо, разобраться с магловским замком было проще простого. И тут же приложил ухо к двери – выуживать по крохам информацию было в крови. Гермиона что-то бурчала, спускаясь по лестнице. — Что ты там говоришь, детка? — раздался звонкий голос Изабеллы. — …да что я такого спросила! хотела помочь, а он дверь захлопнул, прямо у меня перед носом! — А ты что хотела? —спросила Изабелла и с нежностью добавила: — Один раз Малфой – всегда Малфой. Драко за дверью горько усмехнулся – так Изабелла говорила когда-то Люциусу, поддразнивая его. Только теперь дразнить некого… …ванная комната была чистенькой и скромной– на первый взгляд. Но, увидев бешеное количество разнообразных флаконов и бутыльков, Драко простонал – вымыться хотелось нещадно! А ещё – сбросить арестантскую робу, в которой он ехал и с которой почти сроднился, понимая, что мог и не выйти на свободу. Посмотрев на грязную кучу на чистом кафельном полу, Драко поморщился – прирождённый аристократ в нём никуда не делся. Огляделся – никакого бачка или помойного ведра. Что же теперь, бросить эту грязь посреди ванной? Неизвестно отчего – от воздуха свободы или от упадка сил, у Драко внезапно закружилась голова. Мир поплыл, сначала медленно, а потом завертелся всё быстрее. Уже теряя сознание, Драко прохрипел: — Кри-чер… Почему никакой другое имя не пришло на ум в тот момент, Драко не мог сказать. Но верещащий вихрь подхватил его, не дав упасть, усадил на пластиковую табуретку, сунул под нос нюхательную соль, от чего Драко расчихался и почувствовал себя лучше, – и всё это приправляя одной фразой писклявым голосом: — Хозяин Драко… сын госпожи Цисси… — Как ...ты… — Бывший хозяин Гарри отказался от меня, — всхлипнул домовик. — Выгнал из дому, сказал, иди куда хочешь. Я ушёл… в Хогвартс. Смилостивился директор…  Там работал…старый Кричер… а вы позвали – и я пришёл! — Вот как…по-моги… мне… — Сейчас, сейчас, хозяин Драко! — домовик помог Драко подняться на ноги. — Чего изволите? — Нож-ни-цы… Кому сказать – не поверят, но Драко мечтал об этой минуте все долгие годы в Азкабане! Кричер исчез и тут же появился с кучей разнообразнейших ножниц в руках: тут и изящные маникюрные, и щипчики, и серебряные ножнички для срезания заусениц, буде такие случатся на аристократических руках… но Драко выбрал большие тяжёлые ножницы, с широким полотном и большим захватом. Левой рукой быстро захватить волосы, а правой резануть по ним что было сил… длинная тощая косица грязно-серых волос упала на азкабанскую робу. Кричер застыл столбом, лупая глазами, потом снова усадил Драко на хлипкую магловскую пластиковую табуретку и вынул из чужой руки ножницы. — Хозяин Драко? — Ко-рот-ко… Защёлкали ножницы. Драко прикрыл глаза. Волосы он отращивал не просто так, не только в память об отце. Магия чистокровных требовала проводник и ничего не было лучше длинных здоровых волос… и как любил запускать в них руки один очкастый идиот… — Всё, господин… Ванну налить? Драко мотнул головой – сил совершенно не осталось. Те хрипы, что он издавал, нельзя было назвать словами, но его как-то понимали, да и надежда теплилась, что речь вернётся. В душевой кабине были скамеечки, узкие и неудобные, но сидеть под струями воды было так хорошо… Драко закрыл глаза, позволяя воде бить по лицу. И ни о чём не думал. Но стоило только пошевелиться, как в руку ткнулась мочалка, обильно выделяющая ароматную пену – и вдруг так страстно захотелось жить! Драко тёр себя мочалкой, стараясь смыть с себя всю азкабанскую десятилетнюю грязь, а когда устал – то его начал мыть домовик, старательно зажмурившись: вспенивал шампунь на волосах, тёр спину, мылил пятки, смывал водой. И полностью выдохшегося Драко Кричер выволок из ванной комнаты завёрнутого в махровую простыню и уложил на кровать. Драко лежал, таращился в потолок и пытался понять, что это за скрежещущие звуки он слышит. А потом понял – это Кричер убирается в ванной и поёт! Ещё по жизни на Гриммо Драко помнил за домовым эльфом эту особенность – он пел в отличном настроении. И голос был куда приятнее… певуче тянул мелодию, а не кричал. —…Малфой! Ты что, меня не слышишь? — Гарри кричал со всей дури, покраснел и вспотел, выбился из сил. Драко сидел с руками, прикованными к столу анти-магическими наручниками, в комнате для допросов Аврората, смотрел, как перед ним беснуется его Глава. Хвала (или нет?) Мерлину, слух не особо вернулся, зато по губам Драко читал отлично! — Почему он мне не отвечает? — зарычал Поттер на дежурного следователя, который стоял у двери и пытался не отсвечивать. — Говорите! — Не могу знать, господин Главный Аврор, — отрапортовал следователь и снова слился с тенями. — А что вы вообще знаете! Распустились тут! — Поттер ещё немного побушевал, а потом приказал: — Вызовите сюда дежурного колдомедика, быстро! Дежурным колдомедиком оказался совсем молоденький пацан, в своей лимонной мантии похожий на попугайчика. Но, в отличие от пугливой птицы, парнишка оказался бесстрашным. — Ты, это… колдомедик, что ли? — прищурился Поттер. — Джереми Смитсон, дипломированный целитель, сегодня дежурю по Аврорату, — спокойно ответил пацан. Следователь согласно угукнул от двери. — Ну ладно… Давай, проверь этого, — Поттер махнул рукой в сторону Драко. — Он мне не отвечает… ничего не говорит. — Обычная проверка или полное сканирование? — пацан вытащил палочку, в навершии которой сиял целительский кристалл. — Обычная. Чего возиться… Пацан вскинул палочку. По камере разлился свет и тут же опал искрами. Колдомедик хмыкнул. — Непонятная симптоматика… — ещё раз свет и ещё раз. — Странно… Драко сидел ровно, насколько мог. Целительские заклинания никак не ощущались на коже, словно все нервные окончания уже умерли. — Ну долго ещё? — рыкнул Поттер. — Снимите наручники, — потребовал целитель. — Ч…что? — глава Аврората опешил от подобной наглости. — Снимите наручники, сейчас же! — теперь на рык перешёл колдомедик. Поттер долго сверил его глазами, затем, видимо решив, что Малфой никуда не денется из подвалов Аврората, кивнул следователю. Тот кинулся к столу, вытаскивая палочку и проговаривая все нужные заклинания. Драко размял руки и посмотрел на целителя. Тот сразу с места в карьер засыпал Малфоя заклинаниями. Теперь тёмная камера озарилась разноцветьем, а Драко осторожно принюхался – он учуял едва уловимый запах морозной свежести и по коже прокатилась лёгкая щекотка. Колдомедик долго разглядывал повисшие, как яркие шторы, разноцветные схемы и графики, хмыкал и чесал затылок волшебной палочкой. Драко скривился – что за моветон! Скорее всего, Поттер подумал то же самое, потому что заорал: — Долго я ещё буду ждать? Какой диагноз? — и яростно махнул рукой. Всё разноцветье мгновенно исчезло, а с ним, увы, и запах. — Вы говорите, он вам не отвечает? — целитель склонил голову, разглядывая Поттера как какую-то диковинку. — Да! — А как бы он вам ответил, если этот человек немой от рождения? — Чт… — Поттер запнулся и замолчал. Но, когда первый шок прошёл, он снова заорал: — Кто немой? Кто? Он? Малфой? Поттер схватил Драко за лицо, сильно сжимая пальцами щёки и заставляя раскрыть рот. — Да у него всегда язык был словно перочинным ножом подстроган! Так бухтел, что слова вставить нельзя было! А тут вдруг онемел! С чего бы? Драко медленно отклонился назад, освобождая лицо из плена когда-то любимых рук. — Пожалуй, я бы мог предположить… — медленно начал колдомедик. Поттер напрягся. Драко же старался не слишком пялиться на целителя, но ему было интересно, какой же в конце концов диагноз поставит этот желторотый юнец. — Я бы подумал, что это действие тёмных заклинаний, скажем, пыточных… Следователь у двери издал такой звук, словно он задохнулся. Поттер покраснел и цветом сравнялся со своей парадной мантией. — Да как вы смеете… Это Аврорат, а не подвалы Тёмного лорда! Мой первый указ был о запрете пыточных заклинаний! — И всё же я предполагаю, что это было пыточное… скорее всего, Круцио. Но было и что-то ещё… в добавок. — Хорошо, — вдруг покладисто согласился Поттер. — Спасибо, мистер э-э-э… — Смитсон. — Да-да, Смитсон. Мы примем к сведению ваше мнение, — Джаггерс, проводите мистера целителя на выход и сообщите казначею выдать ему премию за отличную работу, я уже распорядился. — Слушаюсь, господин Главный аврор, — следователь согнулся чуть ли пополам, стараясь услужить и угодить. — Прошу вас, мистер целитель! Юнец важно прошагал к двери, следователь кинулся за ним. Кто же знал, что было большой ошибкой поворачиваться спиной к его сиятельству Главному Аврору? Поттер выхватил палочку и мгновенно в затылки уходящих полетели заклятия. Была бы возможность – Драко бы присвистнул! Следователю в затылок прилетел Конфундус такой силы, что тот даже затормозил, озираясь и пытаясь понять, что происходит, а вот юнца Обливиэйт не застопорил – шёл вперёд, не оглядываясь. — Что, Малфой, рад? — Драко вздрогнул, услышав такое. Он поднял бровь, совсем как в лучшие времена, прекрасно зная, что это дико бесит Поттера. — Жалко стало лекаришку? Ничего с ним не случится, подумаешь, забудет визит в допросную, зато получит премию! И ты бы тут не сидел, если бы сразу сказал мне про сына! Жаркая волна гнева поднялась внутри Драко и затопила его с головой. Поттер ещё что-то бубнил, распинаясь и махая руками, а Драко немного наклонился вперёд и резким движением сорвал с шеи Поттера подвеску-амулет. Звенья серебряной цепочки лопнули и амулет – дракон с изумрудными глазами – оказался у Драко в руке. Когда-то давно, в прошлой жизни, наверно, Драко сам зачаровывал эту подвеску, влив в неё столько силы, что пару дней потом падал в обмороки от магического истощения. Потому что взрослый Поттер ничем не отличался от своей хогвартской версии, влезая в передряги и периодически валясь в Мунго. Изумрудные глаза амулета вспыхнули ослепительным огнём и тут же погасли, превратившись в простые драгоценные камни без капли волшебства. — Ты что… — начал было шокированный Поттер, а Драко сбросил подвеску на пол и потёр ладонь о мантию, словно запачкался чем-то. Поттер замолчал, бросил заклинание, чтобы руки Драко вновь сковали магические наручники, и вышел, громко хлопнув дверью. Драко посмотрел на закрытую дверь и беззвучно засмеялся.