Привет, хён...

***

      Чонгук довольно потянулся, отодвигая стоящий на низком столике ноутбук, и откинулся на спину прямо на пол. Начало июня выдалось чрезвычайно жарким для побережья, и вентилятор, гонявший воздух по комнате, не сильно справлялся со своей задачей.       Парень вздохнул и оттянул футболку с живота. Последние недели были крайне насыщенными из-за сдачи экстерном экзаменов сразу по двум направлениям, но зато старательность, упорство и бесчисленные тренировки до изнеможения дали свои плоды - высокие оценочные баллы и лояльность преподавателей, поэтому присланная характеристика для поступления в Школу Искусств в Сеуле приятно грела сердце и чуточку щекотала юношеское самолюбие, куда ж без этого...       Но теперь можно было выдохнуть и наконец съездить домой. Чонгук успел даже соскучиться по улочкам родного городка, пляжу возле реки и на удивление огромному парку на окраине. А уж сколько километров было натоптано в детстве по всем окрестностям, вокруг старого стадиона и даже до железнодорожной станции...       Тихо игравший плейлист сменился, и Гук почему-то даже вздрогнул, когда услышал первые аккорды мелодии, чуть приглушенной и с легкими хрипами в записи.       Он всегда восхищался своими хёнами, увлеченными и разносторонними, и хотел быть похожими на них. Однажды Намджун, втайне мечтавший заниматься музыкой профессионально, незадолго до выпускного сочинил очень красивую лирику, а потом Юнги, что наперекор всем желаниям родителей подал заявку в Академию Искусств в Сеуле - написал к ней мелодию, превратив в потрясающую песню.       Они тогда притащили в старую подсобку возле школы, оборудованную самодельными панелями, ноутбук Юнги и самый простенький студийный микрофон, на который копили почти полгода - а после всей компанией кропотливо записывали трек почти две недели, чтобы хён мог отправить ее на вступительный экзамен.       Чонгук страшно волновался и боялся всё испортить, что старшие успокаивали и говорили, что именно его голос станет украшением всей композиции. Именно после этой записи он понял, что хочет петь всю жизнь...       Плейлист снова переключился, и юноша вынырнул из своих мыслей, где пахло летним зноем, газировкой, дешевым поролоном от стен и немного пылью. Перевел взгляд на стену, где среди множества фотографий и полароидов, прикрепленных кнопками - выделялась одна. Чонгук улыбнулся и поднялся, подходя ближе и касаясь снимка кончиками пальцев. На нем, дурачась и обнимаясь на фоне летней реки, смеялись в кадре семеро ребят.       Счастливые и беззаботные улыбки, много солнечного света и воспоминаний...       И даже, когда поезд уносил его по направлению в Тэгу - звучавшая на репите в наушниках мелодия отдавалась в унисон биению сердца и памяти. Много смеха, разговоров, прогулок, первых секретов или робкого смущения из-за понравившейся девчонки...       Первые серьезные решения о будущем...       А когда на улице его окликнул такой знакомый голос - Чонгук поначалу подумал, что ему показалось. Но из окна стоящей у светофора машины махал из-зо всех сил сияющий улыбкой хён.              Салон автомобиля гремел от гомона, смеха и удивления от череды невероятных совпадений. Парень чувствовал, как от счастливой улыбки уже даже болят щеки, и он возбужденно качал головой и прихлопывал по коленям в такт звучащей по радио песне.       А когда старшие узнали, что Гук по-прежнему поддерживает связь с негласным лидером их школьной компании - тут же потребовали немедленно звонить ему по громкой связи.       Гудки смешиваются с гулом мотора и шутками Хосока, а когда трубку наконец-то снимают - старшие утраивают полный хаос, пытаясь перекричать друг друга, смеясь и дурачась. Чонгук смеется, когда слышит недоуменное "Хэй?" в трубке и с улыбкой произносит: - Привет, хён...

***