🐲🐲 3 🐲🐲
7 апреля 2026 г., 10:40
Чимин целый день провёл на боевых учениях и практически без сил вернулся в замок. Омега очень хотел остаться в своём гнезде, как другие драконы, но старшие сообщили ему, что с окраин их земель поступила просьба о помощи и, скорее всего, именно Чимина туда отправят после того, как закончится период гнездования.
Когда же омега напомнил, что у него в гнезде имеется яйцо, старейшины лишь фыркнули на это. Чимина сильно задело такое отношение к нему и его малышу, ведь он не одну сотню лет провёл в медитации и практиках, чтобы его духовная энергия позволила появится яйцу, но для всех это было сродни какой-то шутки. Первогодки никогда не были поддержаны должным образом, вероятность сохранить потомство была мала и их никогда не брали в расчёт, но и совсем не бросали, чтобы не было бунтов.
Чимин за день сильно устал, но перед тем как уйти к себе не мог не навестить своё гнездо. Шаги омеги были тихими, почти беззвучными, охрана тоже не издала ни звука при появлении омеги. Но едва Чимин проскочил защитный барьер, взявшийся невесть откуда, то ахнул. Хосок, на котором остались лишь штаны из всей одежды, сидел рядом с его яйцом и читал древние сутры. Обе его руки были плотно прижаты к яйцу и напитывали маленького дракончика энергией альфы. Чимин даже мог видеть колыхание маны вокруг яйца. Когда Хосок закончил, оно стало малиново-бордовым, опутанным сетью золотых трещин.
— Сонхва… — омега с беспокойством смотрел на альфу и яйцо.
— Ваш сын боец, джонхасида, не переживайте, пока вас нет, я забочусь о нём.
— Он такой благодаря тебе, Хосок. Ты делаешь его сильным. Спасибо.
Чимин с нежностью прикоснулся к хрупкой скорлупе и поцеловал её. Его маленькое сокровище. Дракон испытал неимоверное счастье от вида своего дитя, но переведя взгляд на альфу, омега нахмурился. Было видно, что тот потратил очень много энергии на подпитку яйца.
— Хм… Странно это. Ни один дракон не может вылупиться без энергии альфы, но драконов-альф не существует в природе, — вслух размышлял Чимин, всё ещё поглаживая тонкую скорлупу. Он чувствовал его тепло, чувствовал жизнь внутри, и это было самым приятным ощущением для родителя.
Хосок медленно начал одеваться, насколько позволяла истощенная мана.
— Когда-то драконы были и омегами, и альфами. Но альфья гордыня взяла верх и превратила драконов в слепое оружие для утоления их военных амбиций, и когда тонкое равновесие было нарушение, драконы перестали рождаться альфами, остались лишь созидательные омеги, а в память за грехи прошлого, для появления новых драконов нужна мана альф.
— Ух ты… Не знал об этом.
Чимин медленно подошёл к уставшему альфе и стал помогать с одеждой.
— Ваша библиотека на редкость большая и древняя, джонхасида. Я иногда…
— Я совершенно не против, — омега сразу дал разрешение Хосоку ходить в его части замка. Хотя его сперва смущало, что альфа черпал знания там, где не положено, но желание любой ценой сохранить своё потомство останавливало его от резких запретов. Сейчас Чимин нуждался в Хосоке больше, чем альфа в омеге.
Сладкий цветочный аромат окутал гнездо. Альфа наслаждался им и вспоминал весну, когда прекрасные цветы азалии окутывали своим пьянящем ароматом округу деревни, где он жил.
— Ты голоден? — немного смущаясь, уточнил омега. — Я попрошу принести еды.
— Я заранее поставил вариться рагу, надеюсь вам понравится, джонхасида.
Чимин улыбнул, лишь уголком губ, но впервые за долгие сотни лет, ощущая заботу о себе, он радовался этому. Вместе они установили защитный барьер и пошли в кабинет омеги. Там уже действительно подоспел ужин, и пара принялась за еду. Чимин знал, что у Хосока тут был свой интерес, но то что он остался после снятия печати, позволяло омеге думать о том, что может быть альфа останется до появления малыша.
Ужин прошёл в тишине, но никого это не напрягало. После трапезы и небольшого разговора о мелочах Хосок вернулся в ту часть замка, где жили все альфы. Чимин же перед сном хотел погрузиться в чтение трактатов по культивации маны, но омега вспоминал, как во время ужина альфа заботился о нём, подкладывал самые вкусные кусочки мяса. Вроде и мелочи, но они заставляли сердце дракона дрожать от счастья и хихикать в подушку. Хосок нравился Чимину как альфа: тот был добрый, сильный, заботливый, с солнечной улыбкой и красивым телом. Омега понимал, что очарован этим мужчиной, но боялся в открытую показать это. Ведь Хосок был тут пленником. Что может прийти в голову старейшинам никто не знал. Ведь между магами и драконами не могло быть отношений. Чимин о таком точно не слышал. Да и стеснялся омега показать свои чувства, вдруг будет выглядеть глупо. Поэтому после долгой борьбы, Чимин решил всё держать под замком, а после появления на свет Сонхва просто помочь Хосоку покинуть замок, тем самым сохранив ему жизнь.
⟡ ─── ⪩ ꒰ ⟡ ꒱ ⪨ ─── ⟡
Утро редко бывает добрым. Чимин всегда это знал, но то, что его в ультимативном виде заставили рано утром явиться к старейшинам, порядком разозлило омегу. Да, он не был стихийным драконом, не мог управлять материями, но он был на редкость ловким воином и у него получилось то, о чём многие драконы лишь мечтали — явить миру собственное яйцо. Так какого чёрта к нему относились как к ничего не стоящему члену стаи?! Чимин постарался взять себя в руки, и в зал собраний вошёл с ледяным спокойствием в любимом чёрно-розовом ханбоке. Он поклонился старшим, ожидая причину своего срочного вызова. — Ну что ж… Раз все тут… Чимин, у тебя сейчас только один альфа остался и Юн Са Ран предложил тебе поменяться. — Что? — взгляд Чимина мгновенно стал тёмным, как безлунная ночь, а это говорило о всей его злобе и закипающей огненной силе внутри. — Да, ты верно расслышал. Великий белый дракон предлагает тебе обменять твоего альфу на двух своих, — подтвердил старейшина Ким и посмотрел на розового дракона, поджав губы. — Не стоит, меня мой альфа устраивает, — Чимин стоял прямо и сдерживал поток ругательств в себе. — Пак, прекрати, я уже… — Нет! — по залу пробежали всполохи розовых молний, заставив всех утихнуть. — Я и так терплю ваше пренебрежение ко мне, но я не потерплю, чтобы кто-то лез в моё гнездо. — Пак, не смей дерз… Договорить Са Ран не смог. Когтистая рука Чимина перекрыла ему кислород и стала с силой сжимать чужое горло. Молнии полыхали вокруг пары драконов, и никто не осмеливался подойти к ним. — Последний раз говорю, не лезьте в моё гнездо, — прошипел Чимин и с силой отбросил белого дракона к стене, а тот судорожно стал откашливаться. — Псих! — прошипел Са Ран, потирая красное горло. — Я всего лишь любящий папа, — мило улыбнулся розовый дракон, отвесил поклон и удалился в свою часть замка, не желая слушать пересуды за своей спиной. Лишь вернувшись в своё гнездо, где Хосок напитывал маной яйцо, омега успокоился. Вот то, ради чего он мог забыть обо всём. — Жасмин, — не открывая глаз произнёс альфа. — Прости, не понял. — Сонхва пахнет жасмином. Это его аромат. Чимин прижал руки к груди и глаза его засияли. — Что вас беспокоит? Ваш аромат сейчас плотный и тяжёлый, а не легкий и цветочный. — Другой дракон, видимо, прознал что ты маг и хотел забрать тебя. Точнее в качестве большой чести для меня тебя хотели обменять на двух обычных альф, — Чимин показал кавычки пальцами рук. — Я отказался и удалился. Говоря всё это, омега вновь испытал ярость. Он чувствовал как в нём ещё бурлила обида, злость и непонимание этого события. — Значит среди ваших слуг есть предатели. Они знаю обо мне. Ну что ж… будем начеку, — почти буднично произнёс Хосок. — Я могу…? — омега смотрел на своё яйцо, и альфа кивнул. Считалось, что в момент, когда альфа отдает свою ману яйцу, омеге лучше не прикасаться к нему, дабы не вызывать конфликт энергии. И вот сейчас, сидя рядом и прикасаясь к яйцу, каждый чувствовал правильность всех действий. Чимин отдавал всю свою любовь папы, Хосок отдавал силы для жизни, они ощущали жизнь их ребенка под скорлупой, и приняли тот факт, что теперь они родители. Каждый хотел искренне этого, хотел остаться вместе, но был и страх спугнуть это равновесие. Они оба боялись показать свои чувства, боялись получить отказ быть не только родителями но и парой. — Скоро он будет отзываться на ваш зов, джонхасида. Потерпите, — утешил альфа дракона. — Я надеюсь, что все наши усилия не будут напрасны, и моё дитя, наше дитя… — омега опустил голову, и волосы закрыли его порозовевшие щёки. — Всё будет хорошо, — заверил Хосок, и его смущение принесло только тепло в сердце. В свете последних новостей и в его груди засела тревога. Но, пока всё что альфа мог сделать, это просто ждать.⟡ ─── ⪩ ꒰ ⟡ ꒱ ⪨ ─── ⟡
Хосок хоть и устал сегодня, но разговор с Чимином не выходил из головы. После окончания напитки маной, за едой альфа расспросил про белого дракона Юн Са Рана, и информация об этом омеге не успокоила Хосока. Самой волнующей была информация, что у Са Рана это было четвёртое яйцо, а это означало, что этот дракон пойдет на всё, чтобы сохранить своё потомство. Вполне возможно, что это был его последний шанс стать папой. Чимин был молодым драконом, а Са Ран уже нет. Быть драконом так и не сумевшим произвести потомство, значило столкнуться с полным игнорированием, снятием всех привилегий, потерей права голоса, отнятием всех сокровищ и стать первым в бою, если случится беда. Такова была страшная правда мира дракона, никто этого не хотел, и борьба была понятна и естественно жестока. За время, проведённое здесь, он понял, что был не единственным магом в замке. Были здесь маги и подстать ему. Тогда зачем белый дракон хотел получить его? Подстраховка? Ночью, всё же поддавшись любопытству, Хосок подкупил охрану и покинул свою каморку. Чимин сам дал ему кошель с золотом, когда как-то в разговоре альфа упомянул, что за пару монет охрана и лишнее одеяло даст, и лишний кусок еды, и информацией поделится. Этим Хосок и решил воспользоваться. Он имел лишь смутные представления, где могут располагаться покои белого дракона, но заметив стяги, быстро сориентировался. Золото легко открывало все замки, и альфа быстро добрался до гнезда Са Рана. Но едва подойдя к нему, вся сущность мага встала на дыбы — мощь чужой энергии была слишком велика. Альфе потребовалось несколько минут, чтобы взять себя в руки. Он дышал глубоко, контролируя каждый всплеск своей собственной маны. Хосок попытался пройти защитные барьеры, но это у него не получилось. Рисковать обнаружением своего присутствия он не стал и вернулся в свою каморку. Остаток ночи он провёл в размышлениях, что же было не так с яйцом белого дракона, но ответ пока не находился. Утром альфа вернулся к Сонхва и постарался максимально напитать его своей энергией, страх за яйцо закрался в душу мага, ведь это уже было и его дитя. Хосок вышел в искусственный сад и постарался восстановить свою энергию, он просто лежал на земле или камнях, впитывая энергию земли, воздуха, солнца. Маги часто так действовали для восстановления своих потраченных сил, вся природа помогала им. Там его и нашел Са Ран. Белый дракон сначала долго наблюдал за альфой, а после подошёл. — Хм… Видимо Пак очень много культивировался, раз небеса подарили ему такого альфу для сохранения его потомства. Хосок лишь открыл глаза, но с земли не встал, откуда напитывался энергией. — С розовым драконом договориться не получилось, так поговорю с тобой, — Са Ран подошёл вплотную к альфе, закрыв собой солнце и край его пышной нижней юбки касался головы Хосока. — Я заплачу тебе две сотни золотых и лично отправлю за границу Драконьих чертогов после того, как моё дитя вылупиться. Тебе хватит для безбедной жизни. — Я, пожалуй, откажусь, — Хосок смотрел прямо в глаза этому существу, замечая, как резко до отвращения белый дракон пахнет. — Тысяча золотых монет! — жестче сказал Са Ран. Альфа больше не мог терпеть давящего омежьего феромона, резко оттолкнувшись ногами от земли он практически подлетел, сразу вставая в стойку. Слишком приторно-сладкий аромат персика вызвал сильную головную боль. Хосок был на пол головы выше белого дракона и с высоты своего роста пристально разглядывал Са Рана. Как бы драконы не молодились, но всё же отпечаток прожитых лет был виден на его лице, как и беспокойство в глубине глаз, которое не смогла сдержать печать холодности. — Оставьте свои жалкие подачки себе. Может кто-то за тысячу и предал бы, но не я, — тихо, но с явной угрозой произнёс альфа, начиная давить своим феромоном сандала. Если обычно аромат Хрсока был чуть пряным и тёплым, то сейчас, альфа намеренно вызывал чуть ли не удушье у стоящего рядом омеги. — Ну и сдохнешь с Паком. Скоро я заставлю вас молить меня о прощении на коленях. Белый дракон грозно рыкнул и бросился прочь, а Хосок задумчиво смотрел ему вслед. Альфа после раздумий решил утаить эту встречу от Чимина, не стоило волновать его раньше времени, но всё же Хосок решил усилить защиту вокруг гнезда. Вечером того же дня после того как альфа закончил практики, и они ужинали в кабинете, и омега неожиданно огрошил его новостью о том, что теперь альфа будет жить здесь. — Что? Но почему? — Формально, чтобы ты в любой момент мог стать источником маны для Сонхва. — А неформально? — Я знаю, что к тебе приходил Са Ран. И я боюсь, что он подкупит стражу, чтобы тебя убить. — Белый дракон, конечно, безумен, но не до такой же степени. — Хосок, Ми Нам, голубой дракон тоже отказал Са Ран в передаче мага-альфы. Так ночью его настолько сильно избили, что он не может больше отдавать свою ману. Яйцо Ми Нам пока держится, но там сильный откат из-за недостатка подпитки, — с горечью констатировал Чимин. Для него все яйца имели ценность, и омега понимал, что шансов у дитя водного дракона на удачное вылупление минимально. — Я понял, джонхасида. Похоже, Са Ран собирает именно магов для напитки маной своего яйца. Ему простые альфы не нужны. — Хочет сразу получить сильное потомство, — задумчиво произнёс Чими, постукивая пальцем по губам. — Его можно понять, это естественно для любого родителя. — Я уловил в аромате белого дракона нотки мяты. А это аромат альфий, а не омежий. — Может… Са Ран так купил чью-то благосклонность. — Я боюсь худшего. Слишком много альфьей маны именно от магов могут породить дракона-альфу. А не такое ли потомство культивирует Са Ран? — Он не пойдёт против клана и традиций, Са Ран… Хосок приподнял бровь, давая подумать и оценить Чимину все события, и только сейчас омега понял и признал, что этот дракон может попрать законы мира. Беспокойство еще больше разлилось в его душе, это ощущалось в густом аромате, в испуганном взгляде, в бледности лица. Альфа не мог допустить слёз и отчаяния, он просто обнял обеспокоенного омегу, и Чимин не отпрянул, а лишь сильнее прижался. Это было как молчаливое предложение альфы принять его как пару и молчаливое согласие омеги на этот союз. — Чимина, пока я здесь, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить тебя и Сонхва, — Хосок нежно поглаживал омегу по спине и пытался успокоить своим ароматом. — Спасибо, — просто ответил Чимин и заурчал, укрывшись в этих объятиях. Он так давно хотел в них очутиться, вдохнуть и дышать полной грудью аромат, чувствовать тепло тела, чувствовать прикосновения. Альфа понял, что сейчас действительно лучше быть рядом с Чимином и дитём, чтобы у Са Ран лишнего повода не было как-то навредить им. Но беспокойство за будущее было сильным.
