Объект обожания

***

Ноли не было дома уже несколько дней. Мать сначала злилась. Ещё бы! Сорвался, нахамил, вылез через окно, как какой то бомж. Она обзвонила его редких друзей, ну точнее позвонила одному. Шанс ответил, сказал, что не знает, где Ноли, но голос у него был странный. Слишком спокойный. — Если узнаешь, скажи ему, чтоб возвращался. — сказала она. — Хорошо хорошо. — ответил Шанс и сбросил тут же Она ходила по пустой квартире, смотрела на закрытую дверь его комнаты. Заходить не хотелось. Всё равно там бардак. Всё равно он ничего не меняет. Всё равно... "Всё равно!." — думала она. И сама не понимала, что имеет в виду.. На следующий день злость прошла. Осталась пустота. На третий день она напилась. Купила бутылку вина в магазине у дома. Продавщица посмотрела на неё с пониманием, у самой, наверное, дети сволочи. Дома она выпила первый стакан залпом, второй медленно, третий уже не помнила, потом еще... Телефон лежал на столе. Она смотрела на него и ждала. Звонка. Сообщения. Хотя бы чего то... но была лишь тишина. — Тварь... — сказала она в пустоту, сжимая стакан – Выродок неблагодарный... Встала, пошатываясь, подошла к его комнате. Дёрнула ручку... закрыто. Вспомнила, что он всегда закрывался на щеколду. С каких лет? С двенадцати? С тринадцати? Она не помнила. — Открой.. — пробормотала она, хотя знала, что дома никого кроме ее самой. Она ударила кулаком в дверь. Было больно, конечно, но алкоголь притуплял это чувство. Потом сползла по стене на пол, прямо в коридоре. Села, обхватив колени. Слёзы потекли сами, не от жалости к себе и не от злости. От того, что она вдруг поняла: она не знает своего сына. Вообще не знает. Его любимая еда? Не помнит. Что он смотрит? Не в курсе. С кем дружит? С этим странным сероволосым и с тем мальчиком, фотками которого была увешана стена в его комнате. А больше никто не звонит! Никто не приходит! Только мать — и та не приходит, потому что вечно на работе, в делах, в поисках кого-то, кто заполнит пустоту. Она закурила в коридоре, хотя раньше никогда не курила дома. Сигареты купила вместе с вином. Затянулась, закашлялась, выронила. Пожалела, что нечем затушить. Придавила подошвой тапка. — Господи.. — прошептала она. — Господи, прости меня... За что простить? Сама не знала. Она вспомнила его маленьким. Как он боялся темноты, приходил к ней в кровать, утыкался носом в плечо. Она тогда работала в две смены, но всё равно находила время обнимать его перед сном. А потом... А потом появились какие то мужики. Один, второй, третий... Она искала "любовь", а не сына. Искала того, кто скажет "ты красивая", "ты нужна". А Ноли просто был как сажитель.. Всегда. И куда то вдруг делся. Она не заметила, как. — Дура. — сказала она себе. — Старая, эгоистичная дура. Телефон завибрировал. Она схватила его, разблокировала, уронила, подняла. Не Ноли. Шанс. – Вы там ес чо не волнуйтесь. Он в безопасности, с ним все ок (20:34) Она долго смотрела на экран. Потом написала

(20:34) Где он? –

Шанс прочитал и не ответил. Она напилась до чёртиков, уснула на полу в коридоре, а утром проснулась с больной головой... Какой то там по счету день. Она не пошла на работу. Сказала, что заболела. Начальница что то там буркнула про ответственность, но отстала. Она вошла в комнату Ноли, открыв ее еле как с помощью ножниц. Там пахло пылью, и может, старыми духами, может, чипсами. Стол завален бумажками. На стенах пустота... Раньше там висели фотографии, она помнила отчетливо. Все с одним и тем же парнем, ак уже упоминалось очень много раз. Сначала бесило, потом стало привычно. А потом она выбросила их. В тот день, когда пришли те гости с девочкой, имя которой она толком даже не знала. Или уже забыла... Она села на его кровать. Обвела взглядом комнату. Увидела принтер, заваленный хламом. Увидела на полке потрёпанную коробку с какими-то старыми блокнотами. Протянула руку, но не взяла. "Не лезь..." — сказала она себе. — "Не имеешь права, блять." Она встала, вышла из комнаты, закрыла дверь. Вечером позвонила подруга. — Ты чего такая кислая? Случилось что? — спросила та. — Ноли ушёл из дома... — сказала она. Голос дрожал. — О, господи... Куда? — Не знаю. К друзьям, наверное. — Может, к тому Севену? Она вздрогнула. — Откуда ты знаешь про Севена? — Ты сама же рассказывала. Ну, когда жаловалась, что он с мальчиками дружит "не по нормальному". — Я не жаловалась. — Ну, как бы то ни было. Ты звонила Ноли то? — Нет. — Почему? Она не знала, почему. Боялась? Гордость? Или понимала, что он не захочет с ней говорить? — Позвони, — сказала подруга. — Поговори. Извинись хотя бы. — За что извиняться? — За то, что ты всё время пропадала. За то, что не видела его. За то, что он, в отличие от тебя, не выбирал, где ему быть. Она молчала. — Я позвоню, — сказала она наконец. Не позвонила.