День защиты

День Защиты Аннотация: В Гонконге восьмидесятых годов прошлого века банды бесчинствовали и господствовали на улицах, общественная безопасность находилась в упадке, а в полицейских кругах процветала коррупция. Знаменитый район «трёх безвластий», крепость Цзюлун (прототипом которой послужила реальная крепость Коулун), представлял собой место, где собрался всякий сброд и обосновались с десяток банд различного калибра. История любви между студентом-юношей и бандитом. Пролог Будешь паинькой, вернёшься, я тебя на День защиты приглашу Мужик выглядел ходячим скелетом: редкие патлы на макушке, глаза провалились. Типичная наружность для здешних «курилен», для тех, кто нюхает «белый». Сейчас он нёсся по тёмному проулку между домами, под ногами хлюпало и чавкало. Сколько жирных мышей он по пути раздавил, не счесть. За ним, с тесаками, гнались несколько мордоворотов. Крики у них были убийственные, но на удивление банальные, такие же лет двадцать, наверное, не менялись: — Э, мужик! Стоять! Не рыпайся! Тормози, кому сказал! Урою! Впереди развилка поворачивала к шумным ларькам с собачатиной. В этом закутке воняло варёным мясом, десятки котелков булькали на огне, грязные столы были заставлены бутылками и объедками. Мужик, собрав остатки сил, сиганул прямо в гущу. Опрокинул пару столов, и началось! Визг, мат, треск, вся лавчонка превратилась в свалку из толкающихся, падающих и мелющих друг друга тел! Мордоворотов затянуло в эту мясорубку, как пельмени в кипяток. Несколько раз их выплёвывало наружу, снова засасывало, и наконец, помятые, злые, они кое-как выползли из толпы. А мужика и след простыл. — Твою мать! — выдохнул один из них, с модным зачёсом назад и шрамом на лице. — Сяо Ма*1, что делать? — загалдели остальные. — Какое, нахрен, «что»? Кучка никчёмных! Разделиться и искать! *** Мужик, чудом вырвавшийся, хрипел и задыхался на бегу. Впереди проулок уходил в бесконечную тьму. Но он знал, если прорваться здесь и выскочить за пределы крепости Цзюлун, можно будет перевести дух. Вдруг в темноте — чак! — чиркнула спичка. Мужик застыл как вкопанный, вытаращил глаза, спину мгновенно залило ледяным потом. В стену перед ним, поперёк прохода, был воткнут длинный нож. Ноги стали ватными. Острое лезвие торчало в каком-то шаге от его горла. Остановись он на полсекунды позже, налетел бы на него и лишился головы. Тот, кто чиркнул спичкой, стоял, опёршись плечом о стену, прикуривая. Склонил голову, затянулся, потом запрокинул лицо и с наслаждением выпустил дым. Тусклый огонёк высветил холодный, расслабленный профиль. Мужик грохнулся на колени. — Лю... Лю... Лю... Люи-гэ... Ся Люи опустил голову, стряхнул пепел на рукоять второго ножа, что висел в ножнах на поясе, и лениво спросил: — Убегать ещё будешь? — Не-не-не! Не буду! Я... я... я понял, что был неправ! Люи-гэ... — Хорошо, что понял, — Ся Люи лениво мотнул подбородком. — Вытащи. Мужик трясущимися руками и ногами поднялся, несколько раз дёрнул и наконец с трудом вырвал нож, глубоко засевший в стене. Затем, держа его обеими руками, протянул обратно Ся Люи. — Неси, — сказал Ся Люи, выпрямляясь с сигаретой в зубах. — Будешь паинькой, вернёшься, я тебя на День защиты приглашу. От этих слов у мужика подкосились ноги. Он снова рухнул наземь и завыл в голос: — Люи-гэ! Я ошибся! Прости! Пощади! А-а-а-а... Ся Люи уже ушёл далеко вперёд. Только рукой махнул, будто собаку подзывал. Мужик поплёлся следом, всхлипывая и спотыкаясь. И при этом всё ещё тащил его сверкающий нож. *** *1. Прозвище Сяо Ма (小马) буквально означает «Маленькая лошадь» или же Просто «Пони». *** Перевод команды Golden Chrysanthemum