День защиты

Глава Семьдесят Шестая Один внедрённый На следующее утро на улицах Тунлоуваня Сяо Ло в короткой юбочке с забавной сумочкой шла впереди, сияя и вертя головой во все стороны, с восторгом разглядывая витрины справа и слева. Она выглядела наивной, живой и беззаботной девчонкой. Следом неторопливо шагала Цуй Дундун в облегающем строгом костюме, засунув руки в карманы, с сигаретой в зубах, и по виду ничем не отличалась от праздной уличной хулиганки. Цуй Дундун затушила окурок о крышку урны и выбросила его. Подняла голову, а Сяо Ло уже нырнула в ближайший магазин одежды. Цуй Дундун скривилась и схватилась за сердце: — Опять сюда… Мать честная, да тут же всё золотое! Через полчаса Сяо Ло порхала по залу, будто танцевала. Она смотрелась как заправская богачка, которая сметает с прилавков все новинки. Она указала на вещи и сказала продавщице: — Плащ, юбка и эта кофточка... Эти три не берите, остальное всё... Она обернулась к Цуй Дундун, которая сидела в углу на диванчике, и увидела, как та, заслышав такие речи, напряглась, приготовившись к удару, и с кислой миной подпёрла щёку кулаком, склонив голову набок. Сяо Ло рассмеялась: — Остальное тоже не надо. Возьмите только ту шаль, что я мерила сначала. Упакуйте. Она подбежала к Цуй Дундун, взяла её под руку и шепнула: — Да шучу я! Испугалась! Цуй Дундун была толстокожей, но терпеть поражение не умела, поэтому с важным видом пообещала: — Дорогая, бери что хочешь. Если понравится, я тебе весь магазин куплю. Сяо Ло расхохоталась и прямо при всех звонко чмокнула её в щёку: — Ах ты сладкая! Раз ты сегодня такая добрая, пойдём потом выберем мне сумочку. — Две тебе выберу! — храбро заявила Цуй Дундун, а про себя горько вздохнула. В последнее время почти все дела Сяоцитан ушли на перестройку, братья проходили массовое обучение, и держалось всё лишь на нескольких ресторанах, мелких развлекательных точках да новой инвестиционной компании, которой заправлял Хэ Чусань. Босс урезал расходы, и помощнице Цуй тоже пришлось затянуть пояс. Она привыкла сорить деньгами и понимала, что если так пойдёт и дальше, в следующем месяце придётся продавать акции. Но Хэ Чусань строго-настрого запретил их трогать до его сигнала. Она всё думала и думала и наконец пришла к выводу: подставил её Хэ Чусань! Малец приносящий деньги! А денег-то нет! С тех пор как этот тип вошёл в банду с поклоном, прошло полгода, и за полгода она, мать её, скоро с голоду подохнет! Тут зазвонил мобильник. Она ответила, сказала пару слов и повесила трубку. Посмотрела на Сяо Ло виновато и нерешительно. — Что такое? — Босс вызвал, срочно. — Беги, — великодушно махнула рукой Сяо Ло. — Я одна погуляю. Всё равно твоя карточка у меня. — Но я же обещала весь день с тобой… — Да иди уже! — Сяо Ло вытолкала её из магазина, смеясь. — Дело важнее. Я не обижусь, я не маленькая! Цуй Дундун обняла её на улице, поцеловала, достала бумажник, вытащила пачку денег, оставила себе две бумажки, а всё остальное сунула в сумочку Сяо Ло. Сяо Ло стояла на тротуаре, улыбалась и смотрела, как Цуй Дундун бегом бросилась к машине. Когда та скрылась за углом, улыбка Сяо Ло медленно погасла, и она печально надула губы. *** Цуй Дундун гнала, как могла, и влетела в офис. Прошла в кабинет президента, закрыла дверь на замок. Она оглядела комнату. Кроме Ся Люи, в ней никого не было. Цуй Дундун подошла поближе и тихо спросила: — Босс, дядя Цяо вчера ответил? Он связался со Старым хозяином? Ся Люи опустил глаза и продолжал вертеть в пальцах фотографию, на которой были Хао Вэй, Цзинь Милэ и Се Инцзе. Лицо его оставалось холодным. — Этот старый подлец заинтересовался тем, что у меня есть. Дядя Цяо передал его слова: он согласен на встречу, но сначала я должен навести порядок в своём доме. Он поднял глаза на Цуй Дундун, и взгляд его был ледяным. — Он сказал, что один из наших заведующих... внедрённый. В Сяоцитан сейчас было около десятка заведующих. Если отбросить тех, кто не имел доступа к секретам, подозрение падало на пятерых старших: Цинь Хао, У Цзи, Ху Тоу, Да Се и Шэ Мэй. Цуй Дундун так и ахнула: — Не может быть! Я каждого проверяла лично, среди них нет предателей! Он не сказал, кто именно? — Нет. Возможно, он и сам не знает. Говорят, у внедрённых для безопасности только один прямой контакт с куратором. — И что теперь? Мне всех заново проверить? Ся Люи покачал головой. — Его личность наверняка подделана идеально. Сколько ни проверяй, ты ничего не найдёшь. Он снова скользнул взглядом по фотографии, задумчиво погладил её и помедлив, сказал: — Устроим ловушку и вытащим его на свет. Ты сама поедешь в Таиланд и привезёшь пару тайцев, для дела. Потом подготовим склады, причалы, лодки. Мы составим список подозрительных. Каждый из нас по отдельности подключит их к подготовке, чтобы они думали, что мы нашли новый канал для сделки. Всем дадим разное время. Кто ошибётся, тот и есть наш крот. Цуй Дундун одобрила план: — Хорошо, я всё устрою. — И ещё, — Ся Люи снова посмотрел на неё, — когда будешь в Таиланде, найми местных проводников, спустись в лес под обрывом и забери тело Сяо Ма. Не хочу, чтобы он там лежал один. И родным будет спокойнее. — Поняла. *** Цуй Дундун вышла из кабинета Ся Люи и остановилась в коридоре. Что-то её тревожило. Она настороженно огляделась. В приёмной сотрудники, обычно вечно расслабленные, теперь работали с таким усердием, будто их подменили. В этом бандитском братстве вдруг воцарилась атмосфера всеобщей гармонии и прогресса, но где-то вдалеке уже слышались раскаты грома, и это затишье казалось лишь затишьем перед бурей. Цуй Дундун решительно направилась в кабинет напротив, к Хэ Чусаню, и, не постучав, толкнула дверь. Хэ Чусань стоял у стола с бумагами и разговаривал с подчинённым. Увидев её, он удивлённо обернулся: — Сестра Дундун? Что-то случилось? — Кто это? — Цуй Дундун кивнула на парня, который показался ей смутно знакомым. — Кевин, один из менеджеров Ху Тоу, пришёл отчитаться по тренингу, — ответил Хэ Чусань. — Добрый день, сестра Дундун! — поздоровался Кевин. — Раньше я работал с братом Хао, он меня приводил к вам. — Тот самый, которого недавно перевели от Цинь Хао к Ху Тоу? — Да, я. Цуй Дундун внимательно оглядела его и кивнула. — Что-то нужно, сестра Дундун? — снова спросил Хэ Чусань. — Нет, просто заглянула на тебя посмотреть. — Пообедаем вместе? — Не могу, уже договорилась. — Цуй Дундун махнула рукой и вышла. Она ворвалась без стука и так же внезапно исчезла. Хэ Чусань и Кевин проводили её взглядом. Когда шаги за дверью затихли, Хэ Чусань вытащил из-под бумаг наушник, и они с Кевином переглянулись, открыв спрятанное за спиной оборудование. — Подготовь коробку, — негромко сказал Хэ Чусань. — Чтобы в любой момент можно было спрятать. — Понял, — ответил Кевин и спросил: — Господин Хэ, как думаете, кто этот внедрённый? — А ты кого подозреваешь? — Я с Цинь Хао недолго проработал, ничего подозрительного не заметил. Ху Тоу грубый и резкий, тоже не похож на агента. Остальных я не знаю. Хэ Чусань сел за стол и снова включил прослушку. Из наушника снова полился голос из кабинета Ся Люи. — Кто бы он ни был, его всё равно можно выгодно использовать, разве нет? — спокойно сказал Хэ Чусань. *** После той громкой ссоры Хэ Чусань не просто помирился с Ся Люи, он ещё глубже и незаметнее врос во все дела Сяоцитан. Под видом консультанта он стал фактическим управляющим, пользуясь переходным периодом: перестраивал направления, расставлял своих людей, раздавал деньги, обрастал связями и потихоньку сколачивал собственную фракцию. Это и вызвало у Цуй Дундун самые серьёзные подозрения. Она от природы была очень чуткой. Сколько бы Ся Люи ни доверял Хэ Чусаню и ни поддерживал его, она всё равно чувствовала: этот парень не их круга. Злого умысла у него нет, но есть свой, скрытый интерес. Что он задумал на самом деле? Она понимала, что дело не сводится просто к отбеливанию Сяоцитан. Но обвинить Хэ Чусаня в том, что он и есть внедрённый, она не могла и даже в список подозреваемых не включила. Какой внедрённый с юных лет влюбляется в главаря триады, преследует его и идёт на всё ради любви? Подозрения оставались подозрениями, но дела требовали внимания. Через несколько дней она, выполняя приказ босса, улетела за океан в Таиланд, оставив Ся Люи одного в нежных объятиях консультанта Хэ. А Хэ Чусань, пользуясь случаем, развернулся вовсю: установил жёсткую прослушку за Ся Люи, следил за каждым его шагом и протянул свои щупальца по всей банде. *** В шумном, гремящем музыкой диско-зале Цинь Хао поднял воротник, опустил голову и быстро прошёл сквозь толпу прямо к туалету у задней двери. Он зашёл в пропитанный ароматами туалет и запер дверь. Из кабинки вышел Се Цзяхуа. Они молча и быстро осмотрелись. Никого. Тогда в углу они заговорили шёпотом. — Что-то происходит, — сказал Цинь Хао. — Цуй Дундун уехала в Таиланд. Я подозреваю, что она ищет нового поставщика. Се Цзяхуа насторожился: — Таиландскими делами Ся Люи всегда занимался сам. Почему он не поехал? — Сейчас Сяоцитан активно отбеливается. Среди братьев, привыкших к дракам, грабежам, проституции и наркотикам, растёт недовольство. Наверное, Ся Люи решил остаться и лично контролировать ситуацию. — Ты выяснил, из-за чего Ся Люи поссорился с Цзинь Милэ? — Ещё нет. Когда он говорил с Цзинь Милэ в чайной, я стоял снаружи и не разобрал слов, но было слышно, что он очень взволнован. Потом они подрались. После возвращения Ся Люи вообще не упоминал об этом. Даже в банде, кроме нас, никто не знает, что он ездил в Таиланд. И ещё. Через несколько дней после его возвращения в Гонконг старейшина Юань-шу якобы утопился из-за проигрыша в азартных играх. Я думаю, это Ся Люи его убрал. Се Цзяхуа почувствовал неладное. Ся Люи и Цзинь Милэ работали вместе много лет, что же могло их так резко рассорить? Если Ся Люи убил Цзинь Милэ, чтобы отбелиться и порвать с верхним звеном, то зачем он теперь снова посылает Цуй Дундун в Таиланд искать нового поставщика, наступая на те же грабли? Юань-шу давно отошёл от дел и не лез в бандитские разборки, зачем Ся Люи понадобилось его убивать? Неужели он узнал от Цзинь Милэ какую-то страшную тайну? Он поделился этими мыслями с Цинь Хао. Они тихо обсудили всё, и Цинь Хао добавил: — Хэ Чусань теперь официально обосновался в главном офисе и уже стал чем-то вроде правой руки в Сяоцитан. Се Цзяхуа нахмурился: — Он помогает Ся Люи отмывать деньги через свои финансовые схемы? Цинь Хао покачал головой: — Я тоже сначала так думал, но он занимается только перестройкой бизнеса и обучением персонала. Всё, что касается чёрных дел, Ся Люи поручает мне и другим заведующим, а Хэ Чусаня к этому не подпускает. Финансы банды по-прежнему у Цуй Дундун. Он понизил голос: — Я узнал, что в Сяоцитан есть секретная финансовая комната. Там Цуй Дундун ведёт все подпольные счета. Скорее всего, там хранятся доказательства всех незаконных сделок и отмывания денег за многие годы. Но где именно, я пока не выяснил. — Отлично. Действуй осторожно. Найди эти документы, пока Сяоцитан не успел всё перепрятать. — Понял. Закончив доклад, Цинь Хао повернулся, чтобы выйти, но Се Цзяхуа остановил его, коснувшись плеча. — Ты в Таиланде был ранен? Серьёзно? Цинь Хао замер, потом обернулся: — Нет, пуля только задела. — Не останется последствий? — Се Цзяхуа заметил, что тот чуть прихрамывает, и в голосе его послышалась тревога. — Должно быть, нет. Се Цзяхуа серьёзно посмотрел ему в глаза: — Сяо Хао, самое главное в любом деле, это беречь себя. Жизнь дороже любого задания. Выполнишь или нет — неважно, твоя безопасность важнее всего. Цинь Хао улыбнулся: — Знаю. И… спасибо тебе, Цзяхуа-гэ. — За что? — удивился Се Цзяхуа. Цинь Хао ничего не ответил, только улыбнулся, толкнул дверь и вышел, на ходу махнув рукой. *** Чтобы не выходить одновременно с Цинь Хао, Се Цзяхуа задержался. Зажёг сигарету, но курить не стал, положил её на край раковины и дал догореть, а потом вышел. У самой двери он чуть не столкнулся с тем, кто входил. — Извините, — бросил тот небрежно. Се Цзяхуа мельком скользнул по нему взглядом. Деловой костюм, но светлые волосы, слова вежливые, а тон развязный, что-то среднее между офисным работником и уличным бандитом. По привычке профессионального оперативника он быстро перебрал в памяти все знакомые лица, понял, что видит этого человека впервые, и вышел. Кевин обернулся и посмотрел ему вслед. Подошёл к раковине, заметил окурок на уголке, поднял, проверил фильтр, но слюны не было, завернул в бумажную салфетку и убрал в карман. Он наклонился, плеснул в лицо водой и посмотрел на себя в зеркало. Нелепый, чужой, неуместный. Поправил рубашку, галстук, попробовал растрепать чёлку, но резковатые черты лица не желали принимать такое же кроткое выражение, как у Хэ Чусаня, и в них не было ни капли деловой элитности. Он вздохнул, сунул в карман ночную добычу и поспешил обратно с докладом к Хэ Чусаню. *** Поздней ночью Цинь Хао вышел из такси и остановился у своего дома. Сейчас он жил в директорском номере над рестораном. Это был целый этаж, просторный и светлый, с огромной аудиосистемой. На крыше имелась открытая веранда с навесом, мангалом и диванами. Для своих он всегда держал двери нараспашку: в свободное время братья могли заходить петь, пить, жарить мясо, травить истории. Его хорошо знали босс и старшая сестра, впереди маячило большое будущее, денег он не жалел, так что дом быстро стал местом тусовки, где за короткое время завязались пивные братства и укрепилась репутация открытого и прямого парня. Он открыл дверь. В гостиной был беспорядок, слуги убирались и доложили: — Ху Тоу и У Цзи ещё здесь, наверху. Он взял бутылку красного вина и поднялся на крышу. Ху Тоу и У Цзи сидели по разным концам дивана, болтали, остальных уже разогнали. Ху Тоу был сильно пьян, и его обычно внушительное красное лицо горело как задница бабуина. Увидев Цинь Хао, он заорал: — А Хао! Иди сюда! Чёрт, куда ты делся, когда мы пели? — Мелочь одну пришлось уладить, — ответил Цинь Хао, садясь напротив и показывая бутылку. — Ху Тоу, налью? — Не надо, а то я блевану! — гаркнул Ху Тоу. У Цзи усмехнулся: — Он только что блеванул на девицу, которая у него на коленях сидела. И ещё орал, что она слишком сильно крутит задом, у него голова закружилась! — Эта дура разревелась! — захохотал Ху Тоу. Цинь Хао усмехнулся и поддержал разговор, но без лишних слов. Он вообще был сдержанным и немногословным, Ху Тоу и У Цзи на это не обижались. У Цзи поболтал бокалом, Цинь Хао налил ему, и они перекинулись парой фраз про обучение менеджеров. — Да чтоб его! Те, кого я отправил, до сих пор не вернулись! — вмешался Ху Тоу с руганью. — Хуже, чем в тюрьму попасть! — Заткнись, при боссе поменьше болтай, — осадил его У Цзи. — Хэ Чусань с боссом в особых отношениях. — Он как бы невзначай покосился на Цинь Хао: — Правда, А Хао? Ху Тоу подхватил: — Да, А Хао, ты же жил у босса. Кто такой этот Хэ Чусань? Некоторые говорят, он раньше был боссовым… У Цзи перебил его: — Да тише ты! Не ори, и так на всю улицу слышно. Цинь Хао держал бокал, спокойно глядя в сторону: — Когда я жил у босса и тренировался, я не видел, чтобы Хэ Чусань туда приходил. — Ну вот! — рявкнул Ху Тоу. — Брат Сяо Ма говорил, что босс прямой и честный, как сосна, и не занимается всякой извращённой дрянью. А этот Хэ просто подлиза… Цинь Хао спокойно сказал: — Ху Тоу, ты пьян. Может, тебе лучше отдохнуть? — Заткнись! — У Цзи встал и слегка шлёпнул Ху Тоу по губам. — Вечно у тебя язык без костей, босс тебя когда-нибудь кастрирует! Пошли, я отведу тебя домой! — Ах ты, сволочь, ты посмел меня ударить… Они ругались и переругивались, У Цзи попрощался с Цинь Хао и уволок Ху Тоу. Цинь Хао опёрся на перила, закурил и холодно смотрел вниз на улицу, выпуская дым. Только когда Ху Тоу и У Цзи появились внизу, сели в машину и уехали, он затушил сигарету и вернулся в комнату. *** В это же время в движущейся машине У Цзи пнул Ху Тоу, который развалился на нём: — Вставай! Ху Тоу пнул в ответ, резко сел и потёр онемевший после пощёчины рот: — Этот парень Цинь умеет притворяться. Ты что-нибудь заметил? — Он не близок с Хэ Чусанем, — нахмурившись, ответил У Цзи. — По-моему, он тоже его остерегается. — Босс вообще непостижимый, — Ху Тоу потёр подбородок. — При брате Сяо Ма было проще, всегда можно было спросить и узнать настроение. А теперь и Хэ Чусань, и Цинь Хао оба не подарок. У Цзи всё ещё думал: — Я, наоборот, считаю, что у Хэ Чусаня действительно есть способности. Он же университетский человек, ему не нужно продавать задницу, чтобы подняться. А вот Цинь Хао какой-то подозрительный: познакомился с боссом в тюрьме, жил у него дома, потом уехал с ним на два с лишним месяца, вернулся и сразу получил титул «красный шест». К тому же он внешне похож на Зелёного Дракона… У обоих одновременно возникла новая догадка. Они испуганно переглянулись. Ху Тоу поёжился: — Неужели босс раньше был неравнодушен к Зелёному Дракону? — Хватит, — оборвал У Цзи. — Такие шутки опасны. Я не хочу, чтобы Зелёный Дракон сегодня ночью явился мне во сне с ножом. — Кстати, эти ребята один за другим все не простые, — вздохнул Ху Тоу. — Слушай, ты тоже довольно симпатичный. Почему не попробовал соблазнить босса? — Пошёл ты на хер! — Ха-ха-ха! Они ещё немного подрались в машине, когда у У Цзи вдруг зазвонил телефон. Он ответил, сказал пару слов и отключился. — Кто звонил? — с любопытством спросил Ху Тоу. — Не твоё дело! — огрызнулся У Цзи, но увидев, что Ху Тоу собирается его схватить, добавил: — Старшая сестра вернётся через несколько дней и велела мне заранее кое-что подготовить. — Какое совпадение! Сегодня днём она и мне звонила, тоже велела кое-что сделать. Они снова переглянулись. Ху Тоу подозрительно спросил: — Что она тебе поручила? — Не могу сказать. А тебе? — Тоже не могу. Они опять уставились друг на друга. Ху Тоу задумчиво произнёс: — Может, она решила, что мы с тобой слишком близки, и хочет нас поссорить, развести? — Да пошёл ты, кто с тобой близок! *** Пока они дрались и ругались в машине, Цинь Хао тоже получил международный звонок от Цуй Дундун из Таиланда. Цуй Дундун загадочно поручила ему несколько мелких дел и сказала, что через несколько дней вернётся и лично обсудит с ним что-то серьёзное. Закончив разговор, Цинь Хао отпустил всех слуг, разделся догола и вошёл в ванную. Под шум воды он погрузился в глубокие размышления. Он поблагодарил Се Цзяхуа за то, что тот дал ему волю жить дальше и помог выжить в той кровавой, дождливой тайской погоне, выбраться из врат ада. И ещё за то, что дал ему веру в справедливость. Ся Люи действительно относился к нему хорошо, они не раз спасали друг другу жизнь, поддерживали друг друга, и Цинь Хао не мог отрицать, что это его трогало и даже заставляло колебаться. Но они всё-таки стояли по разные стороны баррикад. Дружба и верность не могли изменить того факта, что этот главарь триады совершил преступления, которые нельзя искупить. Человек должен платить за свои преступления. В последнее время он часто думал: если бы его тогда спас не Се Цзяхуа, а кто-то вроде Зелёного Дракона, стал бы он другим Ся Люи и пошёл бы совсем иной дорогой? После душа он подошёл к зеркалу, внимательно осмотрел шрам от пули на плече, потом сел на край ванны и помассировал ногу, которую тоже задела пуля. Рана уже зажила, но при ходьбе всё ещё оставалась небольшая хромота. Он прекрасно понимал, что в таком состоянии не годится для смертельных схваток. Но глядя, как Сяоцитан шаг за шагом отбеливается и уничтожает все следы прошлых злодеяний, он чувствовал: сейчас, возможно, последний шанс привлечь их к ответу. Он должен рискнуть. Но Се Цзяхуа был прав, здесь что-то не так. Если Ся Люи действительно решил завязать, почему он снова суёт ногу обратно в грязь? В маленьком тайском храме Цинь Хао прожил с Хэ Чусанем больше месяца и понял: этот человек не злодей, он искренне и полностью отдаёт себя Ся Люи. А во время побега в ночном лесу Ся Люи тоже явно тосковал по Хэ Чусаню. У них такая глубокая привязанность. Если в Ся Люи осталась хоть капля совести, он не должен снова возвращаться на старый путь, скрывая это от Хэ Чусаня. Но тогда зачем Цуй Дундун сейчас поехала в Таиланд и только что звонила с таким странным поручением? Набросав столько «но», он и сам запутался в собственных мыслях. Он вошёл в спальню, сделал растяжку, лёг в постель и решил просто ждать развития событий. Увидится с Цуй Дундун, тогда и разберётся. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum