𝐶ℎ𝑖𝑙𝑑𝑡𝑒𝑙𝑙𝑒𝑟: Ꮇᴀᴧᴇньᴋᴏᴇ ᴄчᴀᴄᴛьᴇ

Когда заходила она, он знал: притворяться, что говорят не с ним, больше не получится. Она повернула стул напротив и села, аккуратно подогнув под себя юбку. ???:-Можно тебя кое о чем спросить? Саша поднял взгляд. На него смотрели небесно-голубые глаза. Я помню только то что они были голубыми, больше ничего, её лицо будто стёрлось с моей памяти. Ее идеально подстриженное светлое каре со слегка подгибаемыми внутрь кончиками, ее улыбка, огаляющая идеально ровные зубы. Света. Ему так захотелось её придушить. Саша:-Тебя же не остановишь. Света:-Как ты укладываешь волосы, чтобы добиться такого эффекта? Я пыталась начесать свои, чтобы было похоже на взрыв на макаронной фабрике, но они все равно так не торчат. Она подпёрла рукой щеку, не отведя взгляда. "Тебя действительно интересует именно это?" Света:-Прямо талант от природы! Саша:-От матери. Сказал он своим брюкам с протёртыми коленками. Девочка разразилась хохотом. Света:-Серьезно? Я тоже хочу гнездо на голове, как у тебя. И чтоб волосы жирнющие у корней, но пересушенные на кончиках. Неужели и у твоей мамаши также? Он сжал руки, ногти вбились в ткань. Плечо машинально дёрнулось. "Да насрать мне на неё и на эти ебаные волосы." Света:-Ты наверняка с ними что-то делаешь. Прошу, научи меня. Она едва удерживала смех. Телефона у нее в руках не было. Она не снимала это на видео. И он понятия не имел, что ей надо. Кто-то положил руку ей на плечо. ???:-Пошли, Литвеева, сейчас звонок прозвенит. Саша поднял голову. Очки с толстыми линзами сползли на нос, девочка поправила их. Тугой низкий хвост. Большие синяки и неухоженное лицо. Староста. Брюкова Мария. Марья. Она переключила внимание на Кудрявцева. Взгляд усталый, тяжёлый. Брюкова будто прожигала его на сквозь. Мария:-Что? Она сощурила зеленые глаза. Он отвёл взгляд. Наконец раздался звонок.

***

Саша:-"Я больше не могу... Не могу. Не могу..." Он сидел на полу, прислонившись спиной к стене и водя глазами, изучая комнату. ... ... ... ... ... ...

***

... Он не мог отвести взгляд. Окоченевшие пальцы не слушались, наровя выпустить— ???:-ДА ЧТО Ж ТЫ ЗА ТРЯПКА ТАКАЯ, ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ?! Крик раздался в оглушительной тишине, тело очнулось. В ушах зазвенело, голова вновь пошла кругом. Самочувствие сменилось на такое отвратительное, будто его только что огрели чем-то тяжелым по затылку. Сквозь образовавшуюся перед глазами пелену удалось разглядеть очертания фигуры. Одри:-Опусти. Он машинально опустил нож. Ты среагировала моментально. Подбежав и пнув его в сторону на безопасное расстояние, упала на колени напротив. Ты сидела перед ним, уперев руки в пол. Просто так, в полном оцепенении, глядя прямиком в потускневшие чёрные глаза. Предплечье обвили тонкие алые нити; они выглядели куда ярче на фоне бледной кожи. Ты взяла лицо Саши в свои ладошки и приподняла, затем обвила руками его шею, обняв, и шепнула: Одри:-Я здесь. Саша зажмурился что было мочи, перед глазами полетели цветные мушки. ... ... ... Он утёр влагу с глаз, встал, поднял нож и кинул его на стол.

***

Ты сидела, вытянув ноги и положив голову на спинку дивана. Твои волосы красиво лежали в беспорядке. Одри:-И сколько это продолжается? Месяц? Два? Год? Саша:-Всю жизнь. Он сидел напротив тебя, прижав ноги к груди и тоже положив голову на спинку. Саша:-...Сколько я себя помню. Саша знал, что ты смотрела на него из под своих белых ресниц, и потому смотрел в ответ. Саша:-Я всю свою жизнь крыз ногти и кожу вокруг них до крови, а потом ещё несколько дней у меня жутко болели пальцы. Он просмотрел на свои ногти с кривыми изгрызанными ногтями и ранками от оторванных заусенцев. Саша:-Когда мама кричала на меня, я начинал плакать, и слёзы капали на мои ноги. Тогда они были мокрыми, и я царапал себя до красных следов, но огрызками это получалось плохо, а потому я только соскапливал маленькие катышки. Я часто тянул себя за волосы, когда нервничал. Часто начинал биться затылком о стену, когда было скучно сидеть, пока искры из глаз не посыпятся. Часто случайно наливал слишком горячую воду и сидел в ванне пока голова не начнёт кружиться, а я сам не становился красным. Часто щипал свои руки. Часто кусал свои щёки. Часто позволял драть свои руки кошкам в гостях... ... Бабушка говорила: "Аня!.. Аня!... Это с нервами у него не порядок!" Саша коснулся носками своих ног до твоих. Саша:-Но я не помню зачем. Я не хотел чтобы так было. Просто так получалось. Я не замечал этого. Одри:-... ... Саша:-А потом всё стало серьёзней. Я специально стал это делать. Специально брал в руки нож. Специально стал подставлять руки под горячую воду. Я не лечил случайные порезы или ободранные логти. Теперь я делал это не по своей воле, а потому что так надо. Надо себя наказать. Надо сбежать. Надо не думать... ... ... ... Саша:-До сих пор тревога сжирает настолько, что так хочеться почувствовать это вновь. Саша вбился ногтями в тыльную сторону ладони. Саша:-Я помню это сладкое чувство облегчения. Помню чувство, когда тебя отпускает, и ты попросту перестаёшь думать совсем. И единственное, что тебя заботит это только: "хоть бы никто не увидел". За этой паранойей перестаёшь думать об других вещах. ... ... ... Саша:-Я всю жизнь был один, ты же это знаешь. Я всегда был тем самым "странным ребёнком" на улице, в школе. По этому понимаешь... Я хотел просто чтобы меня заметили. Посмотрели мне в глаза. Поговорили со мной. ... Ничего серьёзного, я нашёл какой-то тупой канцелярский нож, которым казалось не пользовались лет 20. Я просто исцарапал себе кисти. Кудрявцев всмотрелся в руки, указал большим пальцем на полосу, что слегка была темней кожи и протянул к тебе. Его кисть была такой худой, что казалось кости сейчас проткнут её. Саша:-Это одна из самых видных... Он снова поднёс кисти рук к лицу. Саша:-Но если всмотреться, их тут много. И сцепил в замок, уложив на ноги. Саша:-4 класс по-моему. Никто даже внимания не обратил. Они видели, они пялилсь, они шептались, они понимали, но молчали. ... ... ... Саша:-Мне становилось мало. С каждым разом это желание становилось сильнее, сильнее, сильнее, а раны глубже, глубже, глубже... Я помню розовое мясо, когда ещё не выступила кровь. Я помню как корчился и закусывал щёки до крови. Он выдохнул. Саша:-Пока не настала конечная точка. Ты свела брови, нахмурилась. Саша:-Я даже не помню этого момента толком, не помню своих мыслей... Я не думал в тогда. Всё получилось само собой. ... Саша:-Я сделал последний... Саша стал мять кисти рук. Саша:-Меня ударил такой... страх... Не страх, что кто-то увидет... не страх разочаровать... а страх, что всё серьёзно... ... Саша:-Я подумал тогда... "Подожди, стой! Я не хочу! Я не хочу умирать!" ... ... ... Саша:-Мне до сих пор плохо. Я до сих пор борюсь с этим желанием, но проигрываю. Это продолжается, и я не знаю когда я смогу жить без этого. ... На самом деле я боюсь. Боюсь снова ощутить тот страх. Страх перебрать в один из дней настолько, что это станет точкой невозврата. Одри:-Хочу прострелить тебе мозги. ... Одри:-Но я буду скучать по тебе утром. Саша:-Я знаю, что у других всегда всё будет хуже, чем у меня.

***

Саша:-Клянись, что никому не расскажешь. Влад:-Конечно, кому я могу рассказать? Саша:-Клянись! Влад:-Хорошо, клянусь. Саша ещё раз пробежался глазами по комнате и наконец-то отлепил от себя руки, протянув их вперёд. Оба запястья от кисти до сгиба локтя были полностью покрыты белыми рубцами, розовыми шрамами и свежими ранами, которые только дня два-три назад начали затягиваться, так в добавок, на левой, по всему предплечью растянулся ещё один большой, "перечёркивающий" все остальные. ... Парень молчал. Кудрявцев не понимал, что значит это выражение лица и только смотрел как его взгляд бегал по рукам. Саша отдёрнул их обратно, спрятав за спину. Саша:-Ладно, забудь! Неважно! Влад:-Так, подожди, успокойся. Саша:-Извини... Я не должен был... Попятившись, он впечатался спиной в стену, спустился вниз, свернулся, обхватив колени. Саша:-Извини... Влад опустился рядом. Влад:-Чем я могу тебе помочь? Саша:-Ничего мне от тебя не нужно. Я просто... Просто... ... Ты не поймёшь... Влад:-Что я не пойму? Саша:-Ладно, это неважно. Извини... Не бери в голову. Просто забудь. Это было странно. Не хочу говорить об этом... больше никогда. Саша водил взглядом то по стене справа, то по полу, то жмурился, а парень смотрел ему в глаза. Долго. Я не знаю о чём он тогда думал. Даже представить страшно. ... ... ... Но Влад наклонился ближе... ...и обнял его. ... Это не было как тогда, на крыше. Там он пытался удержать Сашу, чтоб успокоить. А сейчас он обнял крепко, но мягко, словно прямо сейчас Кудрявцев развалиться в его руках.

***

Они так и сидели какое-то время молча. В голове наступила пустота. Такая чистая и приятная. Такая спокойная, будто прохлада в летний вечер. Пустая, но не одинокая, не съедающая до костей и глубины души. Влад отстранился. ... Саша поднял на него взгляд, видимо тот этого и ждал. Влад:-Мне плевать на шрамы. Ты так же остаёшься всё тем же человеком, которого я помню в первый день. Они не уродливые. Это было. И это прошло. Мне плевать на них, но мне не плевать на тебя. По этому в любой ситуации я буду рядом и не оставлю одного, что бы не случилось. ... Саша:-Спасибо. ... И... извини за всё... это. Влад:-Я всё понимаю. ... ... ... Саша:-Знаешь, мне ужасно стыдно и страшно выходить на улицу с открытыми руками. Я чувствую себя совсем голым, а люди постоянно только и делают, что пялятся на мои руки. ... Влад поднялся на ноги, открыл тумбу у кровати и начал что-то искать. Влад:-Я могу отдать тебе кое-что. Наконец он достал пару маленьких рулонов чёрной ткани. Парень присел на колени и протянул руку. Саша поколебался, но всё же отдал левую, а Влад подвёл её ближе к себе. Карагатов зацепил петельку за большой палец, что была на конце, и стал обматывать предплечье чем-то похожим на бинт, осторожно, будто раны ещё были свежими и кровоточили. А в конце снял петельку с пальца и заправил под ткань. Сначало одну руку, затем другую. Влад:-Я давно не хожу на бокс. Можешь забирать.

***

Парень протянул Саше телефон. На разбитом экране высвечивался плакат. "Открытый фестиваль-конкурс молодых рок-поп-групп. 18 мая / начало 16:00 г. ### , ДК Булат " Кудрявцев поднял на него взгляд. Саша:-И что? Влад:-Погнали, Сань! Саша:-Я ни на чём играть не умею. Влад:-Да не играть! Посмотрим просто. Раз в 500 лет в нашей деревне чё-то проходит! Саша:-М, не.

***

И вот они уже поднимаются по лестнице к залу. "И нахер я пошёл..." Концерт уже начался, они сильно опоздали. Саша потянулся, чтоб открыть ручку, но Влад остановил его. Влад:-Нельзя входить, пока идёт номер. Саша:-А... Ну... Хорошо. Кудрявцев облокотился на перилла. Если взглянуть через них, был виден гардероб. Саша сощурился. Надя сдавала свою обувь в гордероб. Саша:-"А она что здесь делает?" Музыка стихла. Влад сразу схватился за ручку и распахнул дверь. ... ... ... Они сели на третьем ряду у стены, хотя Саша предпочёл бы какое-нибудь самое дальнее место, тёмное... Саша:-"И чтобы не так музыка долбила..." Кудрявцев прикрыл уши руками и посмотрел на друга. Как-то Влад уже говорил, что сам одно время играл на пианино, но разучился, и не особо хотел снова играть. А сейчас он сидел такой восхищённый, будто на сцене выступало не несколько школьников, приехавших с деревни, а какие-то успешные музыканты. Саша:-И как только это может нравиться?..." По центре сцены стоял рыжеволосый парень, он играл на гитаре. Справа стоял длинноволосый, тёмный, высокий и тощий. А дальше... Взгляд ненароком ушёл за кулисы. Кто-то прямо сейчас уже давно разглядывал его в ответ. Саша пригляделся. ... Опухшие глаза... Тёмные длинные волосы... Саша:-"Как я мог забыть!?" Он тут же отвёл взгляд и накинул на себя капюшон дождивика, будто с ним его не узнают. Точно! Где Надя, там же и Егор!... Из головы вылетело, что он тоже играет в группе! Кудрявцев снова искосо глянул на то же место. Лагунов, узнав наконец одноклассника, помахал ему, ступил сначала в одну сторону, заколебался, развернулся и ушёл вообще в другом направлении. Саша:-"Чёрт..." Музыка стихла. Зал опладировал. Дыхание стало чаще, сердце снова стало отбивать в висках, ладони вспотели и стали ледяными. В глазах заребило. И сердце снова стучит. Стучит. Стучит... А потом он выдохнул. Саша:-"С чего я вообще должен переживать по этому поводу? С чего его вообще должно волновать, что я сижу здесь?" Ведущая:-А сейчас у нас на сцене Авария! Давайте встретим их бурными опладисментами! Саша вновь посмотрел на сцену. Из кулис вышел высокий тощий парень со светлыми короткими волосами. Он улыбался широко, глаза большие. После вышла девушка, чуть ниже парня. Длинные, чёрные, как уголь волосы, бледная кожа, чёрные тени на глазах. А её костюм... Чёрная многослойная юбка в пол, сверху синяя рваная, карсет, бесчисленное колличество браслетов на двух руках, а в руках синяя гитара... Она явно долго думала над этим образом. Следом вышла ещё одна девушка. Белые короткие волосы, красная помада. На ней была чёрная майка, клетчатая мини-юбка, рваные колготки в сетку, перчатки без пальцев почти полностью закрывающие руки и высокие массивные ботинки. И вместе с ней вышел Егор со своей красной гитарой. Он как всегда был в безразмерной футболке с логотипом какой-то группы и старых, явно не специально рваных джинсах. Его волосы теперь полностью закрывали лицо.