Альбедо всегда горячо

Итэр уже третий день лежал в кровати, то его бросало в жар, то в холод, алхимик был не лекарем, поэтому он не мог затянуть тот час его рану. Итэр все отмахивался и говорил, что ничего страшного с ним не случилось, мол, в своих приключениях он получал раны и похуже. Альбедо сидел у его кровати и кивал, скрестив руки на груди. Рана и вправду была не смертельная, лучше всего было бы просто оставить Итэра на время отлеживаться у него. В Мондшатат идти за лекарем смысла не было, оставив больного без ежеминутного попечения, совсем одного, на целых три дня (для дороги в один конец) у Альбедо желания не было. Элементарно, он даже не сможет сам встать с кровати без боли. Поэтому Альбедо оставалось только продолжать свои бесконачные эксперименты, как обычно оно и бывало, в компании Итэра, переливая жидкости из пробирок, готовля ему еду и меняя повязки. Все было хорошо, не считая дыру в Итэре. Так шли их совмесиные часы, в тишине. Альбедо сидел у подоконника, поливал цветы. За окном, как обычно оно и бывает на Ветренном пике, шла метель. Альбедо раскочегарил очаг на этот раз посильнее, чтобы холод и не думал пробираться в дом. Итэр пригрелся в кровати, он уже третий день отсыпался. Когда Итэр только пришел на инеющий изо дня в день Ветренный пик, Альбедо был заинтересован лишь его, некой, иной природой. Где-то в глубине души Альбедо всегда донельзя завораживали эксперименты, изучение новых свойств, выявление качеств. Поэтому, увидев такую живую диковинку, как Итэр, его сердце перехватило, а дыхание замедлилось. Тогда путешественник и не знал, что Альбедо тоже другой, не совсем человек, но не то чтобы без души. Альбедо ставил на нем эксперименты, заставлял пить зелья, делал странные пометки у себя в тетради. Итэр был не из робкого десятка, раз решил выполнить все, что скажет еще малознакомый ему человек. Но доверие со временем росло. И вот уже Итэр, с дырой в животе, на грани сна, наблюдает, как Альбедо меняет ему повязку. Стирает руками тряпочку, которая лежала на его лбе, вытирает теплой водой испарину, а потом, снова ее сполоснув, ложит на лоб Итэру. В прошлый раз, когда Альбедо признался Итэру, тот, ничего не ответил, медленно моргнул три раза, смотря на алхимика, прежде чем уснуть. Похоже, и так не легкая дорога на Ветренный пик его совсем вымотала. Так что, как только тот почувствовал тепло и безопасность, сразу уснул. Только Альбедо это все равно заставило расстроится. Уже как третий раз Итэр либо не успевает ничего сказать, прежде чем уснуть, либо так получилось, что совсем не до признания, либо Альбедо, слишком взволнованный и растроганный, не может произнести ни слова. Когда Альбедо закончил с ухаживаниями, он лёг рядом с больным, не желая его как-то случайно задеть и пошевелить рану. Итэр уже снова уснул, возможно, это был его способ, чтобы побыстрее восстановить силы, потому что засыпал он, как ребенок. Вид его спящего немного его умиротворял. И, не сумев оторвать взгляда, погрузился куда-то в свои мысли. Альбедо продолжал замечать в себе все новые странности. Совершенно несвойственное ему в прошлый раз, когда он ждал Итэра при параде и свечах, поведение. Когда тот прочитал его дневник с зарисовками, Альбедо совсем не разозлился, скорее наоборот, в горле пересохло и встал такой ком, будто он уже начал что-то предвкушать. Человек, постоянно входящий и выходящий из его холодного зимнего дома, совсем не брезгал каждый раз проделывать тяжелейший путь до него, чтобы просто пожарить мясо или поесть вместе булочки. Желание нарисовать неприметные, еле различимые особенности Итэра. Желание запечатлить их в своем сердце и запрятать в самую глубь памяти. Итэр сопел, из-за раны у него поднялась температура, поэтому спать рядом с ним было всегда очень тепло. Альбедо не знал, как к этому относится, он лишь, обычно, брал его за руку ночью, потому что Итэру так спалось спокойнее. Вот и сейчас, глубоким вечером, он пригасил свет и взял его за руку. Итэр во сне никак не отреагировал, как будто так и должно быть, просто задышал ровнее. Альбедо с сожалением вздохнул. Его дом - опасное место. Хоть Итэр и очень опытный путешественник, никто не был застрахован от несчастных случаев. Он осторожно поднял его руку и поднес к губам, поцеловав. Она была такой же горячей, как и весь Итэр под одеялом. Он и не думал просыпаться. Альбедо обнял его за руку, может, так ему все же легче спать.