Первый камень в фундаменте хаоса

— Выпускной день, 30 мая. — Актовый зал был полон. Яркий свет, шары, ленты, цветы на сцене. Девятые классы сидели слева, одиннадцатые — справа. В проходах толпились родители, учителя, кто-то с планшетами, кто-то с телефонами. Сурталоги же стоял у микрофона говоря коротко, но с искренними пожеланиями. Пожелал не теряться, не сдаваться, помнить школу и добиться успехов в будущем. Ведрфёльнир стоял рядом с ним и иногда кивал. Чжун Ли с Райден сидели в первом ряду спокойно наблюдая. Эи поправила воротник, а Чжун Ли взглядом поймал стоящую в далеке рыжую макушку. Мавуика утирала слёзы, улыбалась, махала кому-то в зале. Компания мародеров сидела где-то в середине между одиннадцатыми и девятыми классами. Люмин с Итэром поздравили брата с окончанием школы, после чего старшего позвал Фёльнир. Кинич и Муалани стояли рядом с Чаской и Ахавом, что-то бурно обсуждая. Учителя ходили туда-сюда. Кто-то фотографировался с учениками, кто-то обнимался, кто-то просто стоял и смотрел. Вдруг Синьора подошла к своему классу, встала напротив, и посмотрела на каждого. Долго. Будто запоминала. — Желаю вам удачи, — Сказала она — В жизни, в учёбе, в любви. Чтобы вы не делали делайте с умом. Но если очень хочется делайте с душой. Она замолчала. Отвернулась на секунду, и незаметно вытерла глаза. Потом повернулась снова, улыбнулась. — И знайте. Некоторые из вас будут учиться в том же университете, где я сейчас доучиваю шестой курс. Так что я вас ещё достану. Тарталья улыбнулся крепко её обняв, после с ним подошли ещё и Кавех с Эолой, Дилюк, Лиза..почти весь класс кроме Аль-Хайтама и Скирк которые помогали Шилонен перетащить колонки. Потом играла музыка, кто-то танцевал, кто-то плакал. Мародеры стояли в стороне и смотрели на зал, на одноклассников, на учителей, которые махали им руками. Всё кончалось…или начиналось. Как посмотреть. Теперь они останутся без родного школьного совета который будет за всем присматривать, их не будут вызывать чтобы отругать за прогулы…странное это чувство. Привязываешься к чему-то а после понимаешь что пора прощяться. Люмин и Фишль стояли у окна, смотрели, как на улице садится солнце. Фишль поглаживала Оза, тот дремал, уткнув клюв в её плечо. Как ворон вообще умудрился уснуть в такой шумихе? — Как думаешь, Люми — Вдруг сказала Фишль. — Что будет потом? Люмин улыбнулась ей, и отпив воду из бутылки, закрутила крышку обратно. — Дайн планирует любым способом уговорить нашего немца оставаться у него почаще. О! И ещё он иногда Паймошу будет с нами оставлять Эми весело засмеялась, прикрывая рот рукой и подбадриваясь. — Это будет эпично! — И не говори, Они стояли так наблюдая за танцами, весело спорящими Скарой с Тартальей, переписывающейся с кем-то Сандроне, и даже умудрились поймать на себе взгляд ухмыляющейся Розарии. — А ты не боишься? Что всё изменится. Мы будем реже видеться со старшими. В универе работы много, учёбы, прочей хуйни… Готка выдохнула, переведя взгляд на спящую ворону. У неё в мыслях был полный бардак. — Не знаю…Но уверена, что всё с нами будет хорошо, — С искренней улыбкой произносит девушка — Откуда такая уверенность? — Потому что мы Мародеры, — Даже после школы? — Даже после жизни родная, Они пошли к толпе из своих друзей, увлекшимися танцами. Такие дни как выпускной нужно запоминать навсегда, с самыми яркими моментами какими только можно! Впереди была жизнь. Долгая, разная, но своя. И они были готовы к ней, уже очень давно.