He couldn't

Держа в руках камеру, Дилан не мог понять: он сошёл с ума или... Или быть не могло, он действительно сошёл с ума. После ухода Лололошки его мир опустел. Тоска по этому придурку была неимоверная, как бы он не бесил автоматона. Даже Ричард уже смирился с его уходом, а если это было не так, то он очень умело это скрывал. Хоть они и дружили втроём, они никого не обделяли внимаем, если это можно так назвать. Каждый день проводили время вместе, как могли. То презики водой заполняли и кидали во всех подряд, то опять в какую-то передрягу попадут. Хотя, чего сейчас соску мусолить? Дилан уже давно всё понял. Лололошка, его самый лучший друг... Не был объектом его страданий. Это было альтер эго его друга, его создатель - Джон. Да, Джон был не самым приятным человеком на свете. Тот ещё придурок, который мог оскорбить одним взглядом, матерился без матов, обижал всех своей горькой, но правдой. Да, звучит банально, но а как по-другому? Дилан и сам не понял, когда ему понравился его создатель. Это было так.. неожиданно что ли? Или его так запрограммировали, хоть и код не менялся. А может ли он вообще чувствовать? Не навязал ли он себе это чувство? Дилан не мог этого знать, от того и страдал. Мысли постоянно крутились вокруг этого, и вот тогда, лёжа на кровати и чуть ли не глотая солёные слёзы, понимал: это всё взаправду. Он и сам не знал откуда, но у него были видео с его владельцем, которые в данный момент просматривались. Где тот просто глупо лыбился, делал какие-то очередные эксперименты, это что, влог? Даже было интересно. И знаете... Это чувство было отпадным, особенно учитывая 3д проектор, который заодно испытывал в данный момент. Было весело смотреть за суетящимся Джоном, что бегал по своей лаборатории в поисках чего-то, что ему было не известно. В проекции тот листал какие-то бумажки, хотя на деле трогал стенку или же что-то другое, Дилан на это внимания не обращал. Только на лицо Джона, который так старательно высовывал кончик языка, что-то вычерчивая. — Какой же ты странный, Джон Дейви Харрис... — пробурчал Дилан с усмешкой, вставая со своей кровати. Он начал медленно подходить, в страхе, что может нарушить проекцию. Подойдя почти что вплотную к Джону, он начал разглядывать его лицо. Да, хоть и было сейчас так, будто он в какой-то игре, а создатель - тестовая модель, что обведена голубым цветом. Это даже было странно в некоторой степени, но по-другому никак не разглядеть клона. Даже в этой голубой симуляции только очки были своего цвета. Как будто везде будет выпендриваться, или же это прихоть его очков. От этой мысли даже стало смешно на долю секунды. Дилан осторожно протянул руку, укладывая её на лицо проекции. Та немного подёргалась из-за того, что её целостность нарушили, а после и вовсе пропала. Ди уже успел испугаться, как вновь увидел Джона, что стоял напротив него, с руками за спиной. Широко улыбаясь, тот уложил руки, будто вставал в стойку для вальса. Рука на талии, а вторая отведена в сторону. Будто имея свой разум, а это было не видел, Джон, как истинный джентльмен, начал стоять некоторое время, будто кого-то ожидал. Дилан же, решая не терять времени и поддаться порыву, встал, как под шаблон и уложил свою руку на плечо Джона, так же отводя руку в сторону. Через несколько секунд проекция зашевелилась. Автоматон даже не сразу включился, вновь задевая собой проекцию, но на второй шаг уже мог уверенно поспевать за цифровым создателем. У того на лице, как всегда, была довольная и широкая улыбка, как будто тот кот, что налакался молока. Даже так... Это было приятно. Смотреть в голубое лицо с единственной оранжевой оправой, было как отдушина. Будто камень с души на время спал, принося сладостное облегчение. Дилан, как мог, шёл вслед за проекцией, где-то на корке сознания продолжая держать мысль "это же не на долго", хотя она почти сразу же забывалась, как вспоминалась. И не прогадал. На очередной шаг он задел свой проектор и что-то повредил, раз проекция и звук пропали, а сам автоматон свалился на пол на зад. Как только он соприкоснулся с полом, то сразу же прижал колени к груди, утыкаясь в пол глазами, полными слёз. Его не вернуть. Он всегда был не доступен, а сейчас так вообще, отголоски памяти. — Я тебя так же ненавижу, как люблю, Джон Дейви Харрис, — дрожащим голосом прошипел Дилан, пряча лицо в пространстве между коленями и грудью. Он попытался глазами уткнуться в джинсу штанов, чтобы промокнуть слёзы, то только тыкнул себе в глаз тканью, от чего разревелся ещё сильнее, — Гандон... Взял и свалил... Сука... Было грустно осознавать это, но он не мог по-другому.