Пункт назначения: Ты

Валера замер, несколько раз моргая. Пальцы сжали простынь, а сердце, непонятно от чего, колотилось слишком быстро. Совпадения были слишком напрягающими: тот же мягкий контур плеч, те же кудряшки... "Это просто недосып и игра воображения..." — убеждал себя Валера, но сердце гласило иное. — Всё нормально. Еле слышно буркнул тот, поспешно отводя взгляд и делая вид, что очень занят усмирением Палыча. — Палыч, фу! Ко мне! Пёс, вопреки команде хозяина, уже во всю обнюхивал незнакомца, преданно виляя хвостом. Предатель... Валера бесцеремонно схватил собаку на руки и усадил обратно рядом с собой. Сближаться с кем-либо, а тем более с тем, кто только что "вломился" в его сны, в планы не входило. Тем временем парень неловко улыбнулся и начал устраиваться на противоположной нижней полке. Он двигался тихо, старался не занимать лишнего места и вообще вёл себя как идеальный сосед, но Валеру это только раздражало. Чтобы отвлечься, Валера надел наушники и демонстративно уткнулся в телефон, листая старые фотографии из галереи. Прошло часа два. В купе стояла тяжелая тишина, нарушаемая только стуком колёс и частыми переговорами других соседей за тонкой стеной. Валера украдкой наблюдал за незнакомым парнем через отражение на окне. Тот же в свою очередь достал блокнот и карандаш, углубившись в рисование. "Наверняка какой-нибудь заносчивый художник", — думал Валера, хотя юноша выглядел совсем не так. Наоборот, он казался очень спокойным и добрым. Всё же раздражение начало куда то испаряться, а на смену ему пришло любопытство. Когда он увидел, как его верный пёс спрыгивает с полки хозяина и уверенно залезает к незнакомцу, Валера уже открыл рот, чтобы крикнуть на пса, но его опередили. — Он у тебя очень умный... И добрый. Убаюкивающим голосом сказал парень, начиная медленно и очень нежно почесывать Палыча за ухом. Пёс зажмурился от удовольствия и высунул язык. Валера снял один наушник, ставя музыку на паузу. — Он просто подкупается на ласку. Холодный тон куда то испарился, оставив после себя неловкость. Незнакомец наконец поднял взгляд и улыбнулся — это была улыбка, напоминающая Валере о матери и о теплом детстве. В душе разлилось что то согревающее, заставив весь негатив, накопленный за весь день к парню куда то исчезнуть. Он бы ещё долго так сидел, но из потока мыслей вырвал приятный голос: — Я кстати Андрей. — Я... Я Валера. Приятно познакомиться. — Взаимно. Я вот переезжаю в Москву, надеюсь там найти работу, которая будет мне нравиться. Валера удивлённо посмотрел на Андрея. Вся его стена, которую он так старательно строил всё утро, дала трещину. Неожиданно для самого себя, он смягчил тон и улыбнулся. — Классно. Я тоже туда переезжаю, только работу уже нашёл. А сам я из Волгограда... Слушай, а что ты там рисуешь? Андрей помедлил, а потом протянул блокнот. На листе быстрыми, но профессиональными штрихами был изображен спящий Палыч, уткнувшийся в руку своего хозяина. Рисунок был таким теплым и настоящим, что вся тоска, которая мучила его весь вчерашний день, вдруг немного отступила. — Это очень красиво. Выдохнул Валера и впервые за утро посмотрел Андрею в глаза. — У меня, кстати, кола есть. Будешь? Андрей кивнул, и в купе наконец по-настоящему стало уютно. Теперь оставшиеся пять дней казались не такими скучными. Шипение открывающейся бутылки колы стало окончательным сигналом к перемирию. Валера протянул Андрею пластиковый стаканчик, стараясь, чтобы их пальцы не соприкоснулись. Но легкое, случайное касание отозвалось в руке Валеры странным покалыванием. — Спасибо... После вокзального кофе это просто божественно. Они разговорились. Сначала это были вопросы по типу: где кто родился, кто на кого хочет поступать, долго ли собирались и так далее... Из диалога выяснилось, что Андрей едет буквально "в никуда", просто потому что почувствовал, что в родном городе ему больше нечем дышать. Валера же рассказывал о своей инженерской специальности, о серьезном контракте, о маме, которая до сих пор видит в нем маленького семилетнего ребёнка. Но чем больше они разговаривали, тем больше Валера замечал: Андрей слушал его так, будто каждое его слово имело огромное значение. Он ни разу не перебил его, не отвлёкся на телефон, а просто сидел напротив и смотрел в глаза. Уже ближе к обеду они решили поесть, на столе стояло две заварные лапши, бутылка колы, хлебцы и многое другое... Пока Андрей показывал и рассказывал Валере про свои рисунки, наглый пёс пытался незаметно стащить что нибудь со стола, в итоге каждый раз получая лёгкий щелбан от хозяина. — Знаешь... Я всегда боялся поездов. Это как маленькая жизнь, вырванная из реальности. Ты уже не там, но ещё не здесь... И это пугает. С надеждой на то, что его слова поймут, Андрей смотрел на Валеру, откладывая свой скетчбук на край стола. Валера, который в этот момент пытался распутать наушники, замер. Удивляясь собственной откровенности, он признался: — Я чувствую то же самое. Вчера, когда поезд тронулся, мне показалось, что я стал никем. Вся моя прошлая жизнь: дипломы, оценки, похвала учителей — все это осталось на перроне. Здесь это ничего не значит. Андрей внимательно выслушав собеседника, кивнул и вновь улыбнулся. Чуть понизив голос, он тихо сказал, будто это никто не должен услышать: — А знаешь что самое странное? Мне кажется, что где-то я тебя видел... Когда я зашел в купе и увидел спящего тебя, то возникло чувство будто мы знакомы с тобой сто лет. Дежавю какое-то. Сердце Валеры пропустило удар. Он почувствовал как кровь прилипает к щекам, непонятно от чего. Сознание твердило — "Скажи ему. Скажи про сон" — но Валера лишь нервно качнул головой и усмехнулся. — Наверное, просто типаж знакомый. У меня лицо обычное. — Совсем не обычное... Тихо возвразил Андрей, и в купе стало очень тихо, несмотря на всё те же чужие разговоры и шум колёс.

***

Вечер застал их игрой в карты, а именно в уно. Андрей и сам не знал, почему согласился, ведь у него проблемы с различием цветов. Наверное он думал не мозгами, а сердцем. Часто он ловил себя на мысли, что даже не играет, а просто смотрит либо на Валеру, либо на его руки. — Слушай, Андрюх, ты точно умеешь играть? Ты уже шестой раз проигрываешь. — А... Правда? Хах, я тебе просто не сказал о том что плохо различаю цвета. — Ты серьезно сейчас? — Очевидный сарказм послышался в голосе Валеры. Андрей неловко отвёл взгляд, прикусывая губу и не зная что ответить. — Слушай, ну мы можем тогда закончи-... — Нет! Давай лучше ещё раз попробуем? Я буду стараться. Они вновь начали играть. На данный момент Близился конец игры и у Андрея осталась одна карта. Сейчас цвет последней карты был зелёный, а Андрей положил сверху ту, которая не подходила ни под цвет, ни под цифру. Валера увидел столько радости в глазах, что аж сам не удержался от улыбки. — Поздравляю, ты выиграл. — Правда??? Ураааа! Андрюшка радовался как малое дитя, которому купили большую коробку конфет, а Валера не мог не посчитать это милым. Пора было собирать карты, и видимо в этом им решил помочь Палыч, который захотел вновь что нибудь стащить со стола. Большая часть времени ушла на драку с собакой за несчастную карту, в которой к счастью победил Валера. В какой то момент, когда поезд неожиданно затормозил, Валера не удержался и качнулся вперёд. Рука легла поверх руки Андрея, прижимая её к столу. Они оба замерли. Валера отчетливо видел каждую ресничку на лице парня, слышал его дыхание. Андрей не отстранился. Он наоборот слегка развернул ладонь, касаясь пальцами запястья Валеры, там, где под кожей бешено бился пульс. — Валера... — позвал он шёпотом. — А? — У тебя чай остыл. Давай новый заварим? С лимоном. Андрей улыбнулся, и напряжение, висевшее в воздухе, сменилось чем то уютным и тёплым. Весь остаток вечера они провели за чаем. Валера поймал себя на мысли, что он уже не считает часы до прибытия. Наоборот, мысль что уже через четыре дня им придется выйти из этого вагона и возможно разойтись по разным частям огромного города, начинала вызывать у него глухую тревогу. Когда пришло время ложиться спать, Валера долго ворочался. Он слушал равномерное дыхание Андрея с соседней полки и чувствовал, как Палыч довольно сопит в ногах. Перед тем как окончательно провалиться в дрему, Валера услышал тихий шепот с соседней полки: — Спокойной ночи, Валер. Спасибо, что не выгнал меня в первый день. — Спокойной ночи, я бы не выгнал. Теперь я это точно знаю. Улыбаясь, ответил он в темноту и погрузился в сладкий сон.