take a relish

      Сквозь широкие окна больницы в коридор пробивался солнечный свет. Чонгук сидел под дверьми кабинета, нервно потряхивая ногой. Он ждал Чимина уже около пятнадцати минут и после каждой пройденной минуты напрягался всё больше. Неужели там что-то настолько серьёзное, что его обследуют так долго?       Наконец дверь кабинета открылась, и Чон тут же вскочил на ноги, подходя к Чимину. Тот выглядел не очень хорошо — осоловелый взгляд устало скользил по фигуре парня напротив, а движения были немного заторможенные.       — Детка, ну что там? — взволнованно спросил Чонгук.       Чимин состроил жалобное выражение лица и ответил:       — Ангина. Сильно простудился, видимо, когда ходил гулять с Юнги и Тэхёном.       Чонгук нежно приобнял его одной рукой за талию, а второй зарылся в пушистые волосы, буквально пряча Чимина в своих объятиях. А тот был только рад — сразу уткнулся лицом в плечо возлюбленного, обвивая обеими руками его торс.       — А я говорил, чтобы ты теплее одевался, — укоризненно прошептал Чонгук. Он ни в коем случае не хотел упрекнуть Пака в безрассудстве, просто волновался за его состояние.       — Я знаю... — в голосе Чимина слышалась грусть. Он шмыгнул носом, прижимаясь к крепкому телу поближе.       — Главное, мы узнали, что с тобой, и вмиг вылечим. Зайдём в аптеку, купим нужные лекарства. Возьмёшь несколько отгулов на подработке, скажешь, что заболел.       — Хорошо, Чонгук-и.       Они немного постояли молча, наслаждаясь обществом друг друга, и вскоре уже направлялись в аптеку. Перед выходом из здания больницы Чон натянул шапку Чимину чуть ли не глаза, дабы голова оставалась в тепле.       — Врач сказал, чтобы я не напрягался эти дни, расслабился и дал о себе позаботиться, — пробурчал Пак — его было плохо слышно из-за шарфа, тоже заботливо обмотанному так, чтобы ткань закрывала губы.       Чонгук кивнул.       — Конечно. Буду заботиться о тебе, как о самом важном человеке в мире.       — Ты и так ко мне так относишься, — тихо засмеялся Чимин.       — Значит, буду относиться также, только вдвое усерднее, — Чон мягко улыбнулся и подмигнул ему.       Несколько дней прошли спокойно — Чонгук постоянно ухаживал за Чимином, лишний раз не разрешал ему даже вставать с кровати, сам кормил с ложечки. В общем, делал всё, чтобы тот чувствовал себя хорошо и его организм боролся с болезнью без стресса. И вскоре Паку было намного лучше — если в первые дни ему было сложно даже разговаривать, то сейчас Чимин спокойно передвигался по дому и гораздо больше активничал.       В один из вечеров, когда Чимин почти выздоровел, они устроились на кровати, решив посмотреть какой-то фильм перед сном. Выбрали какую-то мелодраму восьмидесятых годов и лежали в обнимку — Чимин увлечённо наблюдал за происходящим на экране, а Чонгук украдкой посматривал на него. Он всегда любовался им, особенно в домашней обстановке — Паку так шли растрёпанные волосы и румяные щёки, а если он ещё был в какой-то из футболок Чона, которые были ему на пару размеров больше, его вообще хотелось съесть. Нельзя быть таким сладким.       Вскоре фильм завернул в какое-то другое русло и скука сморила Чимина, а когда прошла большая часть фильма, он смотрел уже не так заинтересованно. Начал зевать, и под конец вообще захотел в уборную.       — М-м, поставь на паузу, пожалуйста, я схожу в туалет, — пробормотал сонно Чимин, выпутываясь из-под одеяла. Уже выходя из спальни, он услышал, что в комнате стало тихо и Чонгук зашевелился следом за ним.       Пак быстро сделал свои дела в ванной и уже собирался выходить, когда в дверь постучался Чон. Чимин открыл ему, вопросительно уставившись на парня:       — Что такое?       — Не хочу без тебя лежать, — Чонгук зашёл в ванную комнату, тут же обнимая его за талию. — Пошли в спальню...       — Ну, не надо меня целовать, ещё заболеешь вслед за мной, — поморщился Чимин, когда Чон полез к его губам. Чонгук лишь посмеялся, и всё же коротко чмокнул его в губы, после прижимая поближе к себе. Пак сердито посмотрел на него, будто пытаясь испепелить взглядом — как бы ему не было приятно такое повышенное внимание со стороны возлюбленного, он не хотел заразить его. А Чонгук вёл себя слишком безрассудно!       — Я же сильный мальчик, меня никакая болячка не возьмёт, — промурчал Чонгук, утыкаясь лицом Чимину в изящный изгиб шеи. Он дразняще провёл носом по нежной коже, вызывая приятные мурашки по телу, и нежно поцеловал его там несколько раз.       — Чонгук...       — И ещё... — Чон отстранился от него на мгновение, заглядывая в глаза Паку потемневшим взглядом, — помнишь, врач говорил, что тебе нужно быть расслабленным? Я хочу тебе в этом помочь.       — Как помочь? — тихо уточнил Чимин.       — Мы давно не занимались сексом.       Чимин нервно сглотнул слюну, чувствуя, как от его слов внутри живота скапливается тяжесть. Из-за того, что он был ослаблен во время простуды, они ограничивались только объятиями и поцелуями, но сейчас, когда её симптомы почти сошли на нет, почему бы не поддаться желанию?       — М-м... — Чимин поджал пальцы на ногах, сдерживая стон, когда Чонгук подарил ему ещё один поцелуй в шею, — хорошо. — Он огляделся, охватывая взглядом всю ванную комнату, с её холодными поверхностями. — Только мне на холодном сидеть нельзя, а у тебя такое тёплое личико...       Чон ухмыльнулся, опускаясь ладонью вниз по талии Пака и мягко оглаживая его ягодицы через мягкую ткань пижамы.       — Тогда я хочу, чтобы ты сел мне на лицо, малыш.       Тело Чимина прошило резкой волной желания — киска начала выделять природную смазку, а ноги, казалось, совсем не слушались своего хозяина. Он навалился всем телом на Чонгука, обвивая его шею обеими руками и утыкаясь лицом в его плечо, и тут же почувствовал, как его подхватывают на руки и несут в сторону спальни. Сна уже не было ни в одном глазу.       Оказавшись на кровати, Чонгук опустил Пака поверх одеяла на матрас и навис сверху, с любовью и вожделением осматривая каждый миллиметр его тела. Чимин чуть смутился, прикрывая ладонью нижнюю часть лица:       — Зачем ты так смотришь на меня?       — Любуюсь, — улыбнулся Чон. Он мягко отодвинул руку парня от его лица и, наклонившись, принялся целовать куда попало — подбородок, скулы, щёки, кончик носа. Последний поцелуй пришёлся на губы, и Чимин ответил на него с огромным желанием. Они сплелись языками, страстно вылизывая рты и терзая губы друг друга, пока поцелуй не перетёк в ленивую длительную ласку.       Чонгук, не отрываясь от желанных губ, принялся раздевать Пака — снял с него пижамные штаны и нижнее бельё, и наослеп расстегнул рубашку, тут же припадая пальцами к груди. Он нежно огладил кожу и невесомо, почти дразняще провёл пальцами по вставшим соскам, отчего Чимин тихо застонал в поцелуй. Член Чонгука ощутимо потяжелел.       Нехотя разорвав поцелуй, Чон тут же медленно и тягуче прошёлся дорожкой из мокрых поцелуев от шеи до низа живота, шепча восторженные комплименты возлюбленному, и остановился лицом напротив киски. Та призывно сжималась, будто бы выпрашивала больше внимания к себе, а половые губы блестели от смазки. Чонгук уже хотел начать, поэтому наспех оставил несколько поцелуев на бёдрах и лобке, и аккуратно поменял их местами. Теперь он лежал на спине, а Чимин нависал сверху над ним.       — Садись, — Чонгук призывно приоткрыл рот, дожидаясь, пока Пак не подвинется выше.       Чимин поднялся аккурат напротив лица Чонгука и осторожно опустился на его нижнюю часть. Немного неловко притерелся, ощущая промежностью мокрые губы парня.       Чонгук на пробу лизнул румяную киску, отчего Чимин слабо дёрнулся. Приноровившись, Чон устроился так, чтобы было удобно дышать, и буквально присосался к его промежности. Он активно вылизывал его, опускался языком к входу во влагалище, снова поднимался к клитору, и яростно и быстро двигал языком.       — Приятно... — захныкал Пак. Дырочка сжималась, будто выпрашивая себе крепкий член внутрь.       Чимин жалобно заскулил, чувствуя, как его клитор жадно облизывают, втягивают между губ и посасывают. Он попытался слезть с лица, дабы избежать чрезмерной стимуляции, но Чонгук крепко обхватил его бёдра, тем самым прижимая к себе и не давая возможности отстраниться.       Пак горел от возбуждения, и в прямом, и переносном смысле. Кажется, у него по настоящему поднялась температура. Он тяжело вздыхал и постанывал, а когда Чонгук мягко задел зубами нежную кожу, тихо вскрикнул и взбрыкнулся.       — Прости, прости, малыш... — тут же извинился Чон — его голос звучал приглушённо из-за того, что Чимин сидел у него на лице. — Буду аккуратнее, — будто в попытке извиниться он влажно лизнул пару раз промежность.       — Ничего страшного, — выдохнул судорожно Пак. Он чуть изменил позу — наклонился вперёд, хватаясь руками за изголовье кровати, и уткнулся лобком в нос Чонгуку. Тут же услышал, как Чон внизу судорожно выдохнул, а его хватка на бёдрах стала только крепче. Он буквально вжимал Чимина в себя, и тот невольно забеспокоился, дабы его парень в желании удовлетворить его ненароком не задохнулся.       От активной стимуляции хотелось кричать в голос, настолько приятно было попросту получать все эти ласки. Пак прикусил губу, объезжая лицо Чонгука и оставляя на нём свою смазку. Он тёк прямо как сучка, которую давно не трахали.       — Какое же у тебя восхитительное тело, - приглушённо простонал Чон, когда Чимин начал потираться промежностью о его губы и нос активнее. Чон весь изнывал от возбуждения, но так как он держал Пака за бёдра, он не мог к себе прикоснуться. Член выпирал и давил на ткань домашних штанов, и каждое неосторожное движение приносило лёгкое трение.       Если так будет продолжаться и дальше, Чонгук точно обкончается даже без помощи рук.       Парень приоткрыл рот шире, языком размашисто вылизывая пизду Чимина, намеренно надавливал кончиком на клитор, быстро двигал им таким образом, чтобы принести ему как можно больше удовольстия. И когда в очередной раз он прошёлся языком чуть ниже клитора ближе к мокрым половым губам, Чимин сильно вздрогнул, заскулив от гиперстимуляции.       — Ч-чонгук, я сейчас... — губы Пака приоткрылись в немом стоне, и он замедлился, боясь двинуться.       Киска буквально горела от возбуждения, и Чонгук обхватил губами клитор, посасывая и облизывая его ещё усерднее, чем до этого.       — Блять! — Чимин громко и протяжно застонал, сжимая голову Чона между своих бёдер. Он сильно задрожал, и вдруг почувствовал, как тело простреливает волна тепла, а по ногам прямо к кончикам пальцев будто разливается патока. — Б-боже...       Чимин всхлипнул от удовольствия, кончая — из-за длительного воздержания от секса оргазм был более насыщенным, чем обычно, а Чонгук, который всё ещё продолжал ласкать его киску, только продлевал наслаждение. Пак мелко подрагивал на лице парня, ненавязчиво потираясь мокрыми складочками о горячие губы Чона.       Наконец он подуспокоился, с тяжёлым вздохом слезая с лица Чонгука и ложась рядом с ним. Такой странный и неловкий контраст между ним, полностью обнажённым, и Чоном, который до сих пор был полностью одет. Чимин ласково огладил мокрую щёку парня и, приподнявшись на локте, впился требовательным поцелуем в его губы. Чонгук улыбался прямо в поцелуй, охотно отвечая.       — Тебе понравилось? — хрипло спросил он, когда Пак отодвинулся и снова лёг рядом, в этот раз положив голову на его грудь.       — Конечно, — ласково ответил Чимин. — Ты огромный молодец.       Чонгук довольно улыбнулся, услышав похвалу.       Вдруг Чимин спохватился и повернулся в другую сторону, осматривая пах Чона. Потянувшись рукой, мягко огладил полутвёрдый член через ткань одежды.       — Ты же не кончил... — надув губы, пролепетал Чимин. Он встретился взглядом с Чонгуком, который чуть смущённо покраснел. — Что?       — Ну, вообще-то... — когда ладонь Пака опустилась чуть ниже, он почувствовал едва влажное пятно, что проступило сквозь ткань трусов.       Чимин удивлённо приподнял брови, а после его губы расплылись в хитрой ухмылке.       — Ты кончил, не прикасаясь к себе?       — Ага, — казалось, Чонгук от смущения сейчас провалится под землю. Чимин умилённо засмеялся — его забавляло, что в парне уживаются та сторона, которая позволяла ему беззастенчиво приставать где и когда попало, и та, что стеснялась любого двухсмысленного взгляда. — Наверное, это странно, да?       — Совсем нет, — Пак сжал его член крепче, ощущая, как он наливается кровью от ненавязчивых прикосновений. — Наоборот, мне нравится тот факт, что я могу довести тебя до оргазма, даже не касаясь самому.       Чонгук улыбнулся, бёдрами слабо толкаясь в предложенную ему руку — только недавно кончил, а уже снова хочется. Чимин медленно поглаживал выпуклость, а сам приблизился к губам парня и перед очередным поцелуем сладко промурчал прямо в них:       — Но я хочу заставить тебя кончить ещё раз.       Этим вечером они явно лягут позже обычного.