Услышь меня — прими

Перемена такая длинная, совсем манящая, чтобы сделать то, что заставляет руки трястись, а сердце биться с бешеной скоростью. Только страх овладевает телом, из-за чего ноги не идут, а тело стоит неподвижно. И Арсений бы подошёл к Антону, но.. Но? Какое может быть "но", если есть вероятность растоптать, потерять ту дружбу, которая строилась годами. И Арсений не может назвать человека прекрасней Антона.. Может, его просто заворожили? Не может же он по своей воле так сильно чувствовать притяжение к этому человеку, ну нет.. Тем не менее даже отрицание в этом деле не помогает, потому что сердце кричит подойти совсем аккуратно, как мышка, может, увести, а может, просто привлечь внимание Антона, а может.. Просто признаться и больше не думать об этом? Либо сейчас, либо никогда, да? Однако, такие мысли приходят именно тогда, когда Серёжа, лучший друг Арсения, отошёл куда-то по делам. И это даже на руку, потому что Матвиенко бы дал прям хорошего пинка за это Арсению, дабы не страдал ерундой сам и не заставлял чувствовать то же самое Серёжу, тем более Антона. Но знал бы сам Попов как тяжело смотреть на него самого Сереже, когда голубые глаза горят в присутствии Антона, но и связать ничего путного иногда не получается. Ещё и отличник, ну да, конечно.. И всё же ноги ведут к Шастуну, который стоит в их общей компании.. Но она Арсения сейчас никак не интересует, даже редкие взгляды друзей, когда он подходит к Антону со спины и приобнимает за плечи, не привлекают к себе никакого внимания. Антон сразу же замечает и встречается с голубыми глазами, улыбаясь тому. Он на чужие руки свои кладёт, будто так и должно быть, будто ему это позволено.. И от этого так хорошо, что теперь хочется забыть о своём "плане" и прервать свои действия, дабы ничего не рушить.. Они же останутся друзьями, если что? Они же не прекратят дружбу, если любовь окажется безответной со стороны Антона? — Арс, ты чего? Что-то хочешь сказать? Зачем-то шепчет Шастун с улыбкой, будто чувствуя Арсения, его переживания и нервозность.. По Попову же не видно, да? Он ведь и так пытается не подавать виду.. А если Антон уже понял, тогда что делать? Господи, дай сил и смелости.. — Хочу, да.. — Так говори или что-то личное? Как соль на рану сыпет.. И ведь ни стыда, ни совести в этом дремучем лесу, который сейчас прибить хочется за его длинный язык.. Но получается только отвести взгляд в пол и сквозь шум в коридоре застыть, закрыться в своих мыслях, однако, совсем ненадолго.. И всё же под чужим взглядом, он приподнимается на носочки, почти дотрагиваясь губами до чужого уха и шепча: — Ты мне нравишься.. Арсений так и стоит, боясь даже посмотреть на Антона.. У него сейчас тремор от волнения начнётся, Арсений уверен, но благо он обнимает Антона за плечи и явно не свалится, если такое может произойти.. Но теперь мысли заполняются другим, совсем ужасным, ведь.. Вдруг Шастун молчит, потому что хочет отшить Арсения? Или Попов повременил и не нужно было этого делать именно сейчас? Сегодня? Надо было вообще не признаваться, да? Но действие уже сделано, потому Арсений принимает это, шумно сглатывает и со страхом переводит взгляд на Антона, который стоит явно в таком же ступоре и не знает, что сказать.. От этого становится совсем ужасно на душе, противно от самого себя, что посмел себе сделать такую слабость.. Он же общал, что не будет признаваться, а в итоге стоит рядом с Антоном и буквально молящим взором смотрит в чужие глаза. Но разобраться в них не получается, совсем не получается, потому.. Он отступает. Делает шаг назад — второй. Такие короткие, но совсем не уверенные. — Прости.. Я зря, я пойду, да, хорошо? Прости ещё раз.. Арсений больше не контролирует свою речь, а поддаётся эмоциям, которые буквально кричат, чтобы он ушёл отсюда, стёр этот позор и больше никогда не возвращался обратно к этим манящим зелёным глазам... Но когда он быстрым шагом уходит назад, то его сразу же ловят за запястье, заставляя остановиться. Его держат. Держат и стоят, будто у них есть время. Хотя на самом деле у них его нет, потому что до звонка на урок осталось всего пару минут, которые решат сразу две судьбы.. Но Арсений не успевает сориентироваться как его уже куда-то ведут, держа крепким хватом. И только стоя в пустом кабинете, а после слыша щелчок входной двери, Арсений понимает одно — он больше никогда в жизни не будет делать что-то первым.. Только главное правило жизни — никогда не говорить "никогда", да? Арсений его успешно провалил, удивительно прям.. Однако сейчас, когда Антон подошёл к нему слишком уж быстро, то пришлось сделать несколько шагов назад, удариться о парту, остановиться и.. А что делать дальше, когда Шастун смотрит на него, как на последнего выжившего? Как будто нет больше людей на Земле, а есть только они? Что делать, если зелёный взор явно с губ на глаза, с глаз на губы переходит поочерёдно, да так быстро? А если ничего не слышно из-за звона в ушах? — Повтори ещё раз, Арс.. — Что?.. — Повтори ещё раз, пожалуйста, что ты сказал в коридоре.. Или мне послышалось? Арсений пытается что-то сказать, может, как-то схитрить, потому мямлит, да так, что его совсем не слышно, а всего лишь можно различить некие очертания подобия на правду. И даже не понятно, с какого момента щёки стали такими горячими и явно красными, от чего еще больший стыд и смущение на подходе новыми красками.. И всё же даже на такое молчание Арсению отвечают тем же шёпотом: — Ты мне тоже нравишься и очень сильно, Арс.. Антон целует. Звонок звенит. Арсений не реагирует на трезвон, зато ещё как на прикосновения чужих губ к своим. И этот звонок как белый шум, как телевизор на фоне.. Его совсем не слышно, потому собственное сердце бьётся даже в висках, пока руки совсем не уверенно ложатся на чужие, которые взяли Арсения за лицо. Они разрывают поцелуй, но расходиться не торопятся.. Так и стоят, совсем аккуратно, тихо смотря друг на друга, разглядывая с такой дистанции. И это ощущается очень странно, но так желанно, что и шутить не хочется, смеяться, а только наслаждаться моментом, надеясь, что не последним.. — А я уж думал, что ты не услышал меня.. — Шепчет Арсений в самые губы, нерешительно беря руку Антона в свою и переплетая их пальцы воедино. Так гораздо лучше. — Не знаю.. Это к лучшему, что ты услышал, да? — Если ты хотел получить положительный ответ, то определенно.. И это было смело, знаешь? Вот так посреди коридора меня выводить на чистую воду. — Всё равно всем плевать. Мы неинтересны им, зато.. — Попов будто хочет поддаться своим мыслям и словам, просто-напросто с хитрой улыбкой мелко целует в губы, будто понимая, что ему теперь.. Можно же, точно? — А ты мне — да.. И не думаю, что их пофигизм сравнится с моим интересом. Арсений застывает, когда Антон начинает тихо смеяться, смотря ровно в глаза. Но это действие совсем не понятно, ведь, что произошло? Или эти поцелуи были ложными? — Прости, но я просто задумался.. Ты когда стоял в коридоре, был таким запуганным, осторожным в своём действии, а сейчас твою речь даже не остановить. Прям как котёнок, честное слово. Но смех со стороны Шастуна так и продолжается, даже когда его в плечо пихают, чтобы отлип наконец. Однако зелёные глаза лишь только пристально следят за такой прекрасной реакцией, в принципе, таким прекрасным человеком, которого изучить хочется поперёк и вдоль, внутри и снаружи, в плохом и хорошем настроении. Почему-то хочется быть рядом, видеть такие неосознанные решения, принимать его и просто быть рядом. Потому он не отлипает, а заглушает чужое смущение новым поцелуем, а после объятьяими и разговорами на этой самой парте, пока не прозвенит очередной звонок на перемену.