Голос шторма

Она не должна находиться здесь в такой сильный шторм. Жабр знал это так же точно, как знал расположение каждого подводного течения вокруг Летнего дворца. Принцессе не место у поверхности в такую ночь, когда волны поднимались выше скал, а ветер выл с невероятной силой. И всё же мерцание её синей чешуи определённо промелькнуло среди бушующих волн. Жабр ударил крыльями и рванув вверх сквозь толщу воды. Течение пыталось швырнуть его обратно, но он упрямо пробивался к поверхности. Он нёс ответственность за безопасность королевской семьи. Всех её членов. Даже тех, кто, казалось, совершенно не заботился о собственной безопасности. Его голова вырвалась из воды за долю секунды до того, как очередная волна обрушилась на него, ослепляя солёными брызгами. Ветер вцепился в его крылья, пытаясь перевернуть, но Жабр уже заметил её. Принцесса Коралл висела в воздухе в нескольких драконьих хвостах от него, расправив крылья навстречу урагану. Она выглядела так, будто позировала для портрета, который назвали бы «Буря и величие». Её чешуя, мокрая и блестящая, отражала вспышки молний где-то за горизонтом. Глаза были широко распахнуты, но не от страха, а от восхищения. — Ваше высочество! — Жабр подлетел ближе, стараясь держаться так, чтобы заслонить её от самого сильного порыва ветра. — Что вы здесь делаете? Коралл повернула голову, и на её морде появилось выражение, которое он уже научился распознавать за те два года, что служил в страже Летнего дворца. Это было выражение дракона, которого поймали за чем-то восхитительно-запретным, и который ни капельки не раскаивается. — Я собираю материал, — объявила она. Её голос, несмотря на ветер, звучал отчётливо и гордо. — Для новой поэмы о силе океана! "О силе океана," — мысленно повторил Жабр, чувствуя, как очередная волна пытается сбить его. — "Она что, шутит?" — Ваше высочество, здесь опасно, — сказал он максимально мягко, насколько позволяли обстоятельства. — Течения непредсказуемы, а ветер... — А ветер поёт, — перебила Коралл. В её глазах вспыхнул тот самый огонёк, который Жабр видел у неё только во время чтения новых свитков. — Ты же тоже это слышишь? Голос океана, разгневанного и величественного! Жабр открыл пасть, чтобы возразить, и в этот момент очередная волна окатила их с головой. Когда они вынырнули, Коралл звонко рассмеялась. — Ты только посмотри на это! — воскликнула она, указывая крылом на горизонт, где молния расколола небо пополам, на мгновение высветив беснующиеся волны. — Разве это не прекрасно? — Это опасно, — упрямо повторил Жабр, хотя в глубине души не мог не признать, что зрелище действительно завораживало. — Ваше высочество, ваш отец... королева... — Моя мать сейчас на Совете в Глубоком дворце, — отмахнулась Коралл. — Она даже не узнает. А отец... — она запнулась. — Отец понимает. Жабр знал, что король действительно понимал свою дочь лучше, чем кто-либо во дворце. Возможно, именно поэтому Коралл чувствовала себя достаточно свободной, чтобы устраивать такие безумные вылазки. — Я просто хочу запомнить это, — продолжила Коралл, и её голос вдруг стал тише, почти задумчивым. — Чувство, когда воздух дрожит от напряжения и когда волны вздымаются так высоко, что кажется, они могут коснуться неба. Как передать это словами? Жабр молчал. Он не был поэтом. Он был стражником, сыном военного, и его дело заключалось в защите, а не в сочинении стихов. Но когда Коралл говорила о своих работах, когда её глаза загорались этим светом, то он понимал, почему придворные так легко прощали ей все капризы. — Я читал вашу последнюю поэму, — вырвалось у него прежде, чем он успел подумать. Коралл резко повернулась к нему. В её взгляде мелькнуло удивление. — Правда? И какую? — «Коралловый сад», — Жабр почувствовал, как его чешуя нагревается от смущения, и порадовался, что в темноте этого не видно. — Та часть, где старые кораллы тянутся к свету сквозь трещины в скалах... Это... это было красиво. Коралл моргнула. Впервые с момента их встречи она выглядела не надменной принцессой, а просто удивлённой. — Ты читал мои работы? — переспросила она. — Стражник? — Я много читаю, ваше высочество, — ответил Жабр, чувствуя себя ужасно неловко. — Когда не патрулирую. А ваши свитки... они есть в каждой библиотеке королевства. — Я знаю, — Коралл искренне улыбнулась. — Но я почему-то думала, что их читают только те, кто, ну, обязан делать это. — Я читаю потому, что нравится, — смущённо сказал Жабр. Очередная волна ударила в скалы где-то внизу, и холодные брызги долетели до них. Коралл вздрогнула, и только сейчас Жабр заметил, что её крылья слегка подрагивают — то ли от холода, то ли от напряжения. — Ваше высочество, нам действительно пора возвращаться, — мягко сказал он. — Шторм усиливается. Я не смогу защищать вас здесь вечно. Коралл посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. — Как тебя зовут? — Жабр, ваше высочество. Капитан стражи Летнего дворца. — Капитан, — повторила она, словно пробуя слово на вкус. — Ты первый стражник, который не потребовал, чтобы я немедленно вернулась. — Я не смею приказывать принцессе, — ответил Жабр. — Я только могу просить. В темноте сверкнула ещё одна молния, и в её свете Коралл вдруг показалась ему не грозной наследницей трона, а просто молодой драконихой, замёрзшей и продрогшей, но слишком гордой, чтобы признать это. — Хорошо, — сказала она неожиданно. — Я вернусь. Но только потому, что ты прав. Если я простужусь, мать устроит такой скандал..! Она развернулась и грациозно скользнула в воду. Жабр последовал за ней, чувствуя, как волны шторма пытаются утащить их в разные стороны. Они погружались всё глубже, и хаос поверхности оставался где-то далеко наверху. Здесь, в глубине, было почти спокойно. Течения всё ещё боролись друг с другом, но уже не так яростно. Свет молний едва проникал сквозь толщу воды, превращаясь в смутные всполохи где-то высоко над головой. Коралл плыла рядом с ним, и Жабр заметил, что она то и дело бросает на него быстрые взгляды. "Ты правда думаешь, что мои поэмы красивые?" — спросила она вдруг, мигая полосками на теле. "Правда," — ответил Жабр, не раздумывая. — "Особенно та часть про свет, который пробивается сквозь расщелины и касается самых глубоких рифов. Как будто даже в темноте есть место для жизни." Коралл плыла молча ещё несколько мгновений. "Знаешь, капитан," — полосы на плечах и крыльях Коралл замигали. — "Никто из придворных никогда не говорил мне ничего подобного. Они все восхищаются, но я никогда не знаю, насколько это искренне. Они улыбаются мне, потому что правда любят мои стихи, или только потому, что я принцесса?" "Я не придворный, ваше высочество," — напомнил Жабр. "Это я уже поняла," — усмехнулась Коралл, выпуская пузыри в воду. — "Ты бы не выжил при дворе с такой честностью." Она резко свернула в сторону, указывая крылом на тёмный вход в подводный туннель, ведущий к Летнему дворцу. "Но знаешь что, капитан?" — полосы на её морде вспыхнули ярче. — "Мне кажется, при дворе не хватает именно таких, как ты."

* * *

Утром, когда шторм утих, оставив после себя чистое небо и спокойный океан, Жабр стоял на своём посту у входа в личные покои принцессы. Внутри кто-то быстро скрёб пером по свитку. Когда дверь открылась, Коралл появилась на пороге с таким сияющим видом, что Жабр невольно вытянулся по стойке смирно. — Капитан, — объявила она, потрясая свежим свитком. — Я закончила «Голоса шторма». И знаешь что? — Что, ваше высочество? — Там есть строчки, которые я не написала бы без тебя. Она протянула ему свиток, и Жабр растерянно посмотрел на него. — Я... ваше высочество, я не могу... — Можешь, — перебила Коралл. — Я приказываю тебе прочитать это. А потом скажешь мне, что думаешь. Честно. Она развернулась и скрылась в своих покоях, оставив Жабра стоять с драгоценным свитком в когтях и чувствовать, как его сердце колотится. — "Когда волны встают стеной, и небо падает в пучину..." — прочитал он первые строки шёпотом, и ему показалось, что он снова слышит тот самый ветер и видит ту самую молнию, отражающуюся в глазах принцессы. "Это начало чего-то нового," — подумал он, сворачивая свиток. — "Я не знаю, чего именно, но это только начало."