Я думаю лишь о тебе

Три дня, казалось, длились вечность. Йохана перестал брать такое количество заданий, но теперь его нагружает начальник. Явно словил фишку, что Йохана кого-то избегает, а это значит, что чаще к нему заглядывает. Честно.. ему от этого мужчины мерзко до такой степени, что к горлу подступает противный ком. Нет, никто не спорит, начальник - Накамура Хиро - у них довольно молодой, едва ли старше его собственного отца, подкаченный, добрый и понимающий. Но его взгляд.. Йохана работает в агенстве сколько себя помнит. Как нашли его с сестрой и братом где-то на свалке, что-то причитая про хорошую родословную, так он с агенства до школы, домой и обратно. Сколько себя помнит учил заклинания, учился пользоваться артефактами, сражаться на различных оружиях, начиная от кинжала и заканчивая огнеметом. И, сколько он себя помнит, всегда, абсолютно всегда, у мужчины был этот взгляд. Пожирающий, желающий сдернуть всю одежду с юношеского тела, подчинить себе и без того хрупкую волю, сломать остатки того, на чем держится психика. Йохану каждый раз бьет дрожь, стоит только подумать, что слухи в один момент окажутся правдой. Он их не опровергает, ведь это вызывет еще больше подозрений в его сторону. Опровергает он их только перед отцом, которому доверяет больше, чем самому себе - пусть даже друзья думают, что хотят. И его бьет дрожью, когда за день до назначенной даты мероприятия он заходит в кабинет Накамуры, чтобы сдать последний отчет с задания. Мужчина сидел за столом, перебирал бумаги и что-то искал в своем компьютере. Но, стоило ему увидеть робко зашедшего Йохану, сразу оторвался от дел, мило улыбаясь юноше. Эта улыбка не вызвала ничего, кроме раздражения, но брюнет заставил себя улыбнуться в ответ. – Вот. Это последние бумаги, - сказал он, подходя ближе, чтобы положить стопку на стол начальника. Тот кивнул, но даже не посмотрел на белые листы. Его внимание занял убирающий за ухо пряди волос Йохана. – Ты в последнее время нервный, бледный. Хотя раньше работал в два раза больше, - чужой голос заставил подавить в себе желание съездить по лицу Накамуры кулаком. Но Йохана слишком спокойный для такого. Да и до четырнадцати он честно думал, что взгляды мужчины абсолютно нормальны, и что все хорошо. Но потом брат стал нервно выдергивать его из кабинета. Странно.. Они с Йоске близнецы, но такого внимания удостоился только Йохана. А сейчас Йоске нет - он покинул агенство еще в семнадцать, решив открыть свой бизнес. Честно, Йохана даже скучает по нему. – Просто небольшие проблемы. Они решатся в скором времени, Вам не стоит волноваться, - улыбается Йохана, отходя назад и складывая руки за спиной. Ему нельзя уходить, пока того не скажет мужчина. И это может растянуться.. надолго. Хиро встал со своего места, подходя ближе к Йохане. Пришлось поднять голову, потому что мужчина перед ним был выше на полголовы. Не очень удобно, и так юноша чувствовал себя еще более беззащитным, чем мог предполагать. Ему это не нравится. Он хочет уйти. Каждый раз, стоило начальнику вот так подойти, Йохана хотел стать маленьким и убежать к отцу. Потому что Йохана знает, что может пойти за взглядами. И Хиро заправляет оставшиеся пряди волос Йоханы за ухо, проведя пальцами по щеке. Юноша на рефлексе отпрянул от присновения. У него был где-то антисептик.. – После корпоратива я выделю тебе доволнительный день выходного. Ты хорошо старался последний месяц, - мужчина не убирал руку, положив ее на щеку Йоханы. Нервы постепенно сдают, и юноша, схватив Хиро за запястье, убирает его руку от своего лица. Но на лице сохраняется улыбка. Все-таки довольно хорошая новость для него. – Благодарю Вас за такую щедрость. И, если позволите, мне пора. Я обещал Гакко-куну помочь с выбором наряда, - просит юноша и, не дожидаясь ответа, разворачивается в сторону выхода. Все, хватит с него. Он хочет умыть лицо и руки с мылом, желательно еще белизну добавить. Но останавливается он буквально в нескольких шагах от двери. Тело словно потяжелело. Он спиной ощущал привычную ему, но такую противную опасность. Этот пожирающий взгляд, тени на лице, трескающиеся обломки терпения.. Все это ему так знакомо. Уже не должно пугать, но каждый раз Йохана замирает, как в первый. Десять секунд.. Продержаться десять секунд и убежать.. Он привык бегать. Но он не привык.. Если он начнет привыкать к мужским рукам на своей талии, на бедрах, плечах и шее.. Он точно сломается. Ему нельзя. Он обещал сестре остаться таким, какой он есть в момент ее уезда, а если.. Стоило мужской руке потянуться на внутреннюю часть бедра, у Йоханы замирает дыхание. Он уже не помнит, как вылетел из кабинета, как ноги несли его к собственному и как он чуть не врезался в Токагеро по дороге, запирая дверь на ключ, а окно плотно закрывая. И прижался спиной к двери, с замиранием сердца страшась услышать тяжелые шаги. Но было тихо. И эта тишина радовала Йохану наравне с цветами, на которые он перевел взгляд, стоило панике отпустить голову. Она стала такой тяжелой.. Пожалуй, можно прилечь. Все равно слова про Гакко были ложью, у нее есть Намаха. *** Этот день настал. От тягостных мыслей прошлого дня помогла отвлечься Гакко, что болтала и болтала, мельком поглядывая на сидящего за соседним столом Мэна, потягивающего детское шампанское. Рэн попросил ее присмотреть за ним, так как хотел провести время с друзьями. Вообще, Йохана думал, что успеет свалить. Первый тост еще когда к концу подошел. Только он собрал сумку, только пошел к выходу, как его утянула Гакко с аргументом "мне скучно, посиди со мной". Встречные аргументы, что тут еще Хана, Алюми, Намаха на худой конец, ее не убедили. Ну, ладно, девушки заняты на танцполе, Хану в целом не видно. Скорее всего ушел курить вместе с Йо. В помещении довольно душно, а на улице приятно под вечер - солнце уже не шпарит, ветерок прохладный. И Йохана надеется, что либо успеет уйти, либо шампанское сыграет свое, и они поговорят. От мыслей отвлекла мельтешащая перед лицом рука подруги. Йохана аж вздрогнул, оборачиваясь на Гакко. – Что-то ты какой-то задумчивый, - протянула девушка, смотря в запотевшие очки друга. Тот быстро среагировал, снимая их, чтобы протереть. – На то свои причины.. - хорошо, язык у него уже немного заплетается. Но он хотя бы не думает о событиях прошлого дня - уже радует. Его мысли больше занимает Хана и их возможный разговор. Сжав очки в кулаке, - аккуратно, а то только пару дней назад новые купил, - брюнет лег на стол, не обращая внимания на смех Гакко прямо под ухом. – Ебать тебя с трех бокалов развезло, - продолжает смеяться Ибуки, тыкая Йохану в бок. Тот начал извиваться, брыкаться и всячески отгонять от себя руки подруги. – Сам ты развезло.. - бурчит брюнет в ответ, мельком погладывая в сторону. Там, вместе с Хао, мирно разговаривал Хиро. Йохана спрятался в своих руках, тихо всхлипывая. – Скажи, что я трус. – Ты трус, - легко соглашается Гакко, отпив немного шампанского. – Спасибо.. А тем временем Хана выбрасывает окурок в мусорку, смотря на отца. И правда хорошо, что Йо позвал его покурить, а то духоту и пьяные тела уже было невозможно вывозить. Хана и так довольно легко одет, а все равно до невозможности жарко, душно, словно у печки в бане стоишь. Лишь бы Йохана в этой пьяной ораве не потерялся и не напился. Хана видел его - он сидел рядом с Гакко, но подойти не решился - на трезвую голову опасно о таком говорить. И получил ободряющие похлопывания по плечу. – Давай, Ромео, - махнул рукой Йо, входя в здание. Вот вообще он не помогает. Хана тяжко вздохнул и вошел вслед за отцом, сразу окидывая взглядом помещение. И вот, цель захвачена в объектив. Хана сразу двинулся к Йохане, замечая его состояние. Сколько он уже выпил - неизвестно, но точно понятно, что ему определенно хватит. Иначе Хана от испанского стыда сгорит к чертям собачьим. Да что там - из Испании будут звонить и возмущаться, что это не их стыд и пусть забирают обратно. Но среди громкой музыки и болтовни рядом он смог услышать: "Я хочу с ним свадьбу..". С ним.. это с кем? С Ханой? Или с Хиро? Да определенно с Хиро. Мужик красив, перспективы с ним хорошие. Йохана бы такого получил, носи он парные кольца с Накамурой, что даже самому Хане будет завидно. Или он такого плохого мнения о напарнике.. – Понятия не имею, что у вас тут происходит, но Йохане хватит, - подошел ближе блондин, убирая бокал подальше от рук напарника. Гакко подняла на него веселые глаза, пытаясь не щуриться от ярких огней. – Тут есть что-то типа комнаты отдыха? А вот тут Ибуки задумалась. Им рассказывали план здания, им говорили, где и что находится.. – Где-то на втором этаже.. Вроде, - подает признаки жизнедеятельности и умственной активности Йохана, вставая со стола и надевая очки на свое место, надеясь, что теперь они не запотеют. – Отведешь его, Хана? Мне Рэн-сан вообще за Мэном сказал присматривать, - лыбится Гакко. И этот взгляд брюнета из-под челки.. Ничего страшного, Йохана ей еще спасибо скажет. – Я сам в состоянии.. – Язык развяжи сначала, - прервала его Ибуки, отпив еще немного шампанского. Вот она пьет пятый бокал, но гораздо трезвее своего друга. И это красное лицо Йоханы, когда его, как пушинку, подхватили на руки.. Хана решил, что так будет легче, чем тащить напарника с рукой через плечо - проверено с отцом. А Гакко давит в себе смех, встав изо стола, чтобы составить Мэну компанию. А то сидит совсем один, никто на него внимания не обращает. Йохана, на удивление, сидел на руках спокойно. Даже не пищал, не пытался сказать, что он сам может идти. Казалось, он даже наслаждается этим - теплом чужого тела, сильными руками, обхватившими за талию и под коленями, совершенно не похожими на руки Накамуры.. Надежные, которым не страшно отдать себя. Глаза закрывались сами собой. Рядом нет Хиро, который успел проследить за ними взглядом. Рядом нет друзей, коллег, музыка постепенно затихала, голову отпускало. Йохана даже осмелился положить голову на плечо напарника. Дверь открылась. Не комната отдыха, но караоке-комната тоже неплохой вариант. По крайней мере тут хорошая шумоизоляция, нет алкоголя, и Йохана тут сможет отдохнуть. Усадить прибалдевшего брюнета на диван было не сложно. Сложнее его отцепить от себя. Тот явно уже засыпал, а почувствовав, что грелка пытается сбежать, вцепился мертвой хваткой в него. – Йохана, я сейчас за шампанским себе сгоняю и приду, - пытался вразумить его Хана, отцепить, но все безуспешно. И откуда в этом теле столько сил?? В конечном итоге Хана проиграл. С треском. На лопатки его, очевидно, не уложили, но на узком диване они смогли уместиться в лежачем положении. Йохана даже в пьяном состоянии позаботился, чтобы он не упал, и сам лег у края.. И снова этот взгляд, от которого у Асакуры дрожь по телу пробежалась. Йохана находился слишком близко, слишком плотно прижимался, обхватив рукой за талию. Вторая рука, прижатая телами, пальцами аккуратно касалась большого пальца блондина. Лицо вспыхнуло, хорошо контрастируя красным со светлыми волосами. Хана не понимал: он сейчас больше возмущен или смущен, но мог сказать, что его сердце такого не выдержит. – Я понимаю, что вместе мы быть не можем.. - большая часть букв была проглочена пьяной речью, но суть Хана все равно уловил. Краска пошла на шею, в которую уткнулся Йохана, обжигая горячим дыханием чувствительную кожу. – Но я так хочу быть с тобой.. – Йохана.. - голос должен быть грозным, угрожающим, но вместо этого вышел какой-то сдавленный хрип. Кончик носа прошелся по артерии вверх, к челюсти. – Прости, что веду себя, как ублюдок.. Но и ты не вырываешься.. Нет. Это не была реакция "замри", которая знакома Йохане. Это скорее.. некий трепет, ожидание чего-то, чего от самого себя не ожидаешь. И, подняв взгляд, Йохана подтвердил это. Лицо Ханы было все красным, глаза плотно зажмурены, а губы поджаты. Не видно, что бы ему было противно.. Но и не видно, что приятно. Скорее Хана сам не понимает себя. Что должен чувствовать? Это приятно или нет? А главное.. Почему же не хочется оттолкнуть? Знал бы сам Хана ответы на эти вопросы, жизнь была бы гораздо легче. Но он не знает и мучается от странной дрожи во всем теле, заставляющее сердце гулко стучать по ребрам. Ладонь на спине двинулась по пояснице вверх, посылая мурашки по всему телу, и остановилась между лопаток. Йохана прижался плотнее. Очки немного мешались, но сейчас ему очень не хотелось отстраняться от напарника. Хотелось еще немного погреться, пока его не скинули с дивана. Но Хана не скидывает. Только кладет руку на шею Йоханы, зарываясь пальцами в вороновы волосы на затылке. От такого жеста брюнет почти мурлыкает, закрывает глаза. – Ты.. разве не с Накамурой-саном?.. - осторожно спрашивает Хана, и холод быстро пробирает Йохану по спине. Будто фантомные руки начали блуждать по телу. Пару вдохов, пару выдохов, и Йохана поднимает глаза. Хана почти сразу пожалел, что спросил. Йохана и так пьяный, ему эмоции держать сложнее, а сейчас он будто заплачет в одно мгновение. С каких пор Хану волнует, затронул он чувства Йоханы или нет? Но Йохана только вздыхает и садится, убирая челку назад. Стало сразу так холодно, что захотелось вернуть брюнета на место, лишь бы согреться. Недавно Хане было душно. – Я понимаю, какого ты мнения обо мне.. - даже как-то горестно говорит брюнет, почесывая затылок. Хана сглатывает и тоже садится, поправляя футболку. – Нет, просто.. У вас с Накамурой-сан такие теплые отношения. Я думал ты с ним мутишь, вот и.. Он не смог договорить. Сначала он думал, что Йохана заплачет. А сейчас он понимает, что тот зол. Впервые он видит Йохану злым. И поцелуй, кусачий, немного болючий заставил шестеренки в голове поскрипывать. Йохана так разозлился из-за того, что Хана слухам верит? Ну простите, что он не как отец, которому нужны железо-бетонные доказательства, чтобы поверить чему-то. Йо ведь даже с самого начала не верил, что Рэн начал встречаться с Жанной в их подростковый период. Лучше уж такое доказывать не всякими поцелуями, в котором уже привкус крови ощущается! Хана уперся руками о плечи Йоханы, пытаясь его оттолкнуть от себя, привести в чувства. Но вместо того тот придвинулся ближе, почти прижимаясь к нему. Пальцы сжались на тонкой рубашке, и Йохана еле слышно зашипел от боли, пытаясь повалить Хану обратно на диван. Ничего, кроме поцелуя. Но удержаться, когда тебя начали толкать более ощутимо, но уже в бок, сложно. Благо брюнет успел ухватиться за Хану, и на пол они упали уже вместе: Йохана умудрился приложиться затылком о пол, а Хана упал сверху, придавив напарника. Короткий стон сорвался с губ блондина, но сразу же был прерван. Юноши замерли, уставившись друг на друга. У каждого в голове, - а у кого-то и на, - бардак, который сложно должным образом разгребсти. Хана хорошо так упал, что пахом уперся о бедро Йоханы. Кто ж знал, что вид и ощущение злого напарника могут завести.. Хана уже устал самому себе удивляться. Скоро он будет как отец, которому, вроде, было в кайф под лезвием ножа трахаться. Йохана только глазами хлопает. Злость быстро его отпустила. Он на пробу двинул бедром, заставляя Хану вздрогнуть и сжаться, кусать щеку изнутри, чтобы не застонать. – Ты так из-за..? - договорить ему не дали. Хана явно берет с него пример, затыкая поцелуем, немного приподняв напарника за воротник. Рука брюнета сама потянулась к затылку Асакуры, зарываясь пальцами в золотые волосы, притягивая ближе, целуя глубже. Бедро снова двинулось, посылая по спине блондина дрожь, заставляя прижиматься плотнее к Йохане, кусать его губы, сдерживая похабные звуки. Это не было противно, как он ожидал.. Скорее, волнующе из-за своей непонятности в собственных чувствах. Что там Йохана говорил про просто поцелуи? Забудьте эти слова также, как он сам про них забыл. Другая рука проникла под футболку напарника, кончиками пальцев оглаживая бока, впитывая тепло мягкой кожи. Она не была похожа на женскую, покрыта шрамами, не краснела, если еще сжать пальцами. И Хана так мило покрывался мурашками, вздрагивал, особенно когда пальцы переместились на спину, пересчитывая позвонки.. Да к черту. Будь что будет. Хана, не отрываясь от губ Йоханы, принялся расстегивать подрагивающими пальцами его рубашку. И сейчас он проклинает напарника за то, что тот постоянно их носит. Да, выглядит красиво, утонченно, аккуратно, но, блять, как не порвать эти чертовы пуговицы?! Еще и Йохана замер, не ожидая того, что его будут раздевать. Он хотел оторваться, что-то спросить, но Хана решил: или сейчас все расставить по полкам методом практики, или потом ему смелости не хватит отдаться в руки парня. Так что он немного сместился, двинул бедрами, глотая и свой, и чужой стон, чтобы брюнет наконец-то перестал брыкаться. Одна пуговица все же улетела под стол. Конечно, это не первый раз для Ханы. Он с Алюми сколько спал, даже порой соглашался на ее сумасшедшие эксперименты (кроме маниакального покушения на свою задницу). Но, судя по неуверенным действиям Йоханы, который явно не знал, что делать, но все равно заставлял вздрагивать.. Хана проклял тот день, когда все-таки поверил слухам, увидев мельком на запястьях Йоханы во время задания следы от пальцев. Стоп.. тогда.. Подумать об этом не дали губы на собственной шее, заставляя ее выгнуть, откинув голову назад. Хана облизнул пересохшие губы, снимая с плеч напарника рубашку, чтобы провести руками по оголенной коже, случайно надавливая на все еще незажившие синяки и ссадины. Но вместо шипения от боли Йохана тихо застонал, мелко вздрагивая каждый раз, стоило усилить нажим. Хана заставил Йохану сесть, зарываясь пальцами в его волосы, чтобы утянуть в еще один поцелуй. Все-таки целоваться с этим парнем блондину определенно нравится. Это уже не кажется чем-то странным, порочным для собственной ориентации, что трещит по швам. Создалось ощущение, что Хана обманывал себя в собственном выборе партнеров. Хотя, это ощущение должно было появиться еще тогда, когда отец мужика привел в дом, а не женщину. И при этом губы Йоханы, его руки, оглаживающие бока, спину, грудную клетку, задевая соски.. Его движения приносили удовольствие, хотя раньше любой подтекст на это от других парней вызывал отвращение. Хана вздрагивал, цеплялся за плечи, на которых будут синяки после этой ночи, тихо постанывал в губы Йоханы. Бедра уже двигались сами. Тело пыталось найти способ избавиться от возникшего напряжения, болью скапливающегося внизу живота. Буквально силой Хана заставил себя остановиться, подрагивая в плечах, вздрагивая, когда вместо тяжелого дыхания напарника услышал его стон у самого уха, и ответные толчки бедрами, от которых сам блондин вздрогнул, вновь подавляя в себе желание начать двигаться. – Надо.. раздеться.. - еле смог выдавить из себя Асакура, отворачивая голову в сторону, когда на шею посыпались поцелуи и легкие укусы. Кажется, его не услышали, но спустившаяся со спины на ремень ладонь, вынимающая застежку из пряжки, говорила об обратном. Хана вздрогнул, когда его вновь усадили на диван, складывая джинсы в стороне. Чертов перфекционизм и чистоплотность Йоханы. К счастью брюнет быстро понял свою ошибку. И прямо так, на коленях, задрав футболку Ханы, он начал выцеловывать его грудную клетку, гладить бока и обнаженные ноги, невзначай подцепляя пальцами резинку трусов. Провел языком по соску - Хана выгнулся, задышал чаще, тяжелее. Черт, и какого черта он течет от прелюдий с парнем больше, чем от прелюдий с девушкой? Хотя.. С Алюми не было столько нежности, что сейчас давал Йохана. Алюми любила резче, жестче, сама этого просила и часто брала его на слабо. Но сейчас, стоило Йохане вновь подцепить резинку трусов, поднимая глаза в безмолвном вопросе.. Хана с готовностью кивает, приподнимая бедра. Трусы остались вместе с джинсами в стороне. Йохана поднялся, чтобы вновь начать выцеловывать шею Ханы, пока его пальцы обхватили стоячий член. Большой палец прошелся по головке, размазывая выступающую смазку, а после ладонь начала двигаться вверх-вниз. Хана зажал рот ладонью, чтобы позорно не застонать. Он реально течет, как сука весной.. Это смущает, но как продолжать смущаться, когда снова начинают терроризировать его соски? Тело выгнулось само, и с губ сорвался тихий всхлип. Пока что Хана не жалеет. Правда в голове мелькнула мысль, что жалеет. Посмотри он на Йохану раньше, может, не завидовал бы предкам, когда с Алюми расстался.. Бедра сами начали подмахивать движениям чужой ладони, пока Йохана слышал треск собственных самообладания и терпения. Хана слишком красив, издает слишком красивые звуки и выглядит чертовски соблазнительно.. Йохана честно не хочет его пугать. Не хочет, что бы этот единственный шанс, который ему вручили, просто разлетелся на осколки. Но это выше его сил. – Ты не будешь против, если я..? - Йохана приподнимается выше, к уху Ханы, останавливая свои движения, чтобы блондин смог различить его вопрос и дать ответ. У того перед глазами плывет, в ушах звенит, а его еще о чем-то спрашивают.. И запоздало он понял, о чем именно. Страх смешался с любопытством. У Йоханы же явно нет цели проверить его задницу на прочность, как у Алюми, которая не побрезгует проверить миф про двух енотов и конфетку. Хана сглатывает, поднимая глаза на напарника. В них не было надежды, что блондин даст согласие. Да - да, нет - нет. Любой ответ устроит, просто Йохане будет тяжелее сдерживаться в случае отказа. И Асакура, окончательно попрощавшись со здравым рассудком, моральными устоями внутри и анальной девственностью (кто там клялся, что не даст себя трахать?), кивает. Брюнет откладывает очки на столик, заставляя Хану лечь на диван, и сам расставляет его ноги. Непривычно. Хочется прикрыться. Но Хана только закрывает глаза свои предплечьем, чувствуя, как вновь рука на члене пришла в действия. У них нет смазки, нет презервативов. Все-таки Йохана не Хао, который их вечно с собой где-то носит. Даже в бардачке машины! Аргумент мужчины: "Я не знаю, когда у Йо либидо подскочет". Весомо. Напряжение вновь начало расти, несмотря на засевший в грудной клетке страх. Да, Хане страшно. Он не увлекался тем, как этим занимаются парни, не знал тонкостей. Все, что он знал, так это то, что происходит это в задницу, а свою задницу он, до нынешнего момента, оберегал. Видимо, раз как для этого момента и берег. Руки за секунды сменились. Теперь Хана чувствовал не только пальцы на своем члене, но и возле анального отверстия, поджимая губы. Но Йохана пока что не входил, размазывал смазку, массировал, и приносило это.. странные ощущения, на самом деле. Брюнет наклонился, чтобы вновь начать целовать шею блондина, но тот перехватил юношу, целуя в губы. Это успокоит лучше, чем прикосновения к коже. Первый палец остался почти незамеченным, пока Йохана целовал его и надрачивал. Только когда от усилившегося напряжения в паху Хана сжался - почувствовал, и это заставило всхлипнуть, вбиться ногтями в чужую спину. Странно, непривычно, но не так уж и плохо. Еще далеко до приятного, но и Йохана действует аккуратно.. Даже мелькнула мысль, что со знанием этого дела. И резкий ток, прошедший от паха к голове, заставил подавиться стоном, выгнуться и откинуть голову, широко распахнув глаза. Хана сам испугался своей реакции, что уж говорить про Йохану, который боится причинить боль. – Все нормально? - на всякий случай уточняет брюнет, останавливаясь. Он уже ожидает, что ему дадут по голове за то, что он как улитка или того хуже. Даже для самого себя он сейчас медленный. С собой он справляется куда быстрее.. Или же выпнут с дивана и скажут проваливать. – Не томи.. Боже, Йохана, пожалуйста.. - и своего голоса Хана испугался. Такой хриплый, жалобный, почти молящий.. Йохана аж в ступор впал, раскрыв глаза. Он впервые видит Хану.. таким. Всегда гордый юноша, с высоко поднятой головой.. сейчас буквально растекается под ним, молит о большем. Ком в горле еле как удалось сглотнуть, чтобы снова припасть к чужим губам. И Хана готов поклясться, что он пал в Круг Похоти в Аду, потому что невозможно чувствовать столько всего и сразу. Он много моментов пропустил. И когда в нем оказалось три пальца, - понял он это только по небольшому дискомфорту, что сразу пропадал при точном попадании на простату, - и когда рука с его члена пропала, и когда он начинал уже молить, буквально молить. О чем - и сам не представлял, но выносить тяжесть в паху, дрожь по всем теле было невыносимо. Вся спина Йоханы была покрыта царапинами, что быстро наливались кровью, но это заставляло брюнета только больше расходиться. Хану почти подбросило, когда пальцы покинули его тело. Стало пусто. Блондин быстро моргал, пытаясь избавиться от капель слез, что скопились на рестницах, пока Йохана спускал свои штаны вместе с нижним бельем. Пересекаться взглядами было стыдно, и Хана снова закрыл глаза изгибом локтя, пытаясь выровнять дыхание. Сердце гулко стучало о ребра, отдавало в уши. Страха уже не было, было лишь предвкушение. Если Хану так размазало от пальцев, то что будет.. Но он явно не ожидал, что одну его ногу закинул на плечо, а вторую согнут в колене. Слюну, что скопилась во рту, пришлось сглотнуть. Ну, зато он теперь узнает, почему Алюми нравится эта поза.. Первая мысль - неудобно. Напряжение большое на спину, хоть бы подушка была какая.. И было неудобно, когда Йохана начал медленно входить. Брюнет кусал свои губы, явно пытаясь сохранить остатки своего самообладания, пока жар чужого нутра окутывал его не только вокруг члена, но и, казалось, вокруг всего тела целиком. Было жарко. Юноши покрылись потом, пока пытались прийти в себя, привыкнуть друг к другу. Йохана припал губами к коленке блондина, позволив себе укусить его. Легонько, но и этого хватило, чтобы Асакура с тихим стоном сжался, от чего выбил стон и у брюнета. Поступательное движение, и Хана клянется, что увиделся с прадедом. Тот явно был недоволен поведением правнука, но как же.. плевать. Плевать, когда ток буквально проходит через все тело с каждым толчком Йоханы, выбивая стоны из обоих. Руки некуда девать. Хотя, нет, есть. Одной рукой Хана вцепился с бедро Йоханы, а другой прикрыл себе рот, чтобы не кричать. Господи.. Господи, почему ему так хорошо? Голова опустела, а все тело дрожало от каждого толчка Йоханы, что так хорошо проходился по комку нервов, заставляя выгибаться до хруста в позвонках. Кажется, он вправил себе позвоночник, потому что тот стрельнул резкой болью, что почти сразу прошла. Движения становились более быстрыми, рваными, а всхлипы Ханы, заглушенные рукой, более частыми. Йохана, не отводя взгляда, видел, как закатываются под веки потемневшие карие глаза блондина. Кажется, он сейчас прожжет в напарнике дыру, но просто не мог оторвать взгляд от столь соблазнительной картины, что предстала под ним. Вторая рука резко опустилась, сжимая другое бедро брюнета, и теперь с губ Асакуры сорвался натуральный крик. Ему стало почти больно, когда сперма брызнула на живот. Дыхание затаилось, отказывалось возвращаться в норму, пока движения внутри не прекращались. Кажется, Хана сейчас с ума сойдет, и ему уже абсолютно, простите за французкий, поебать, что сейчас он похож на течную омежку из яойных манг, которые могла читать Алюми и показывать ему угарные моменты. Йохана вышел резко, даже не предупредив, и на животе стало еще более влажно. Ноги упали на диван, пока брюнет, оперевшись руками по обе стороны от головы Ханы, пытался привести дыхание в норму вместе с ним. И смотрел прямо в глаза, будто искал в них что-то. Но Хане даже объяснять ничего не хочется. Он лишь притянул Йохану ниже, целуя медленно, сбито, все еще стараясь дышать. Поцелуй не продлился долго, и Йохана без сил упал на Асакуру, уткнувшись носом в его шею. Пальцы напарника приятно легли на голову, зарываясь в волосы на затылке. Этот вечер точно удался. И пусть начинался он погано. Но нужно встать, чтобы попросить кого-нибудь принести салфетки и воду, потому что после такого секса ужасно хотелось пить. Да и убраться надо. Буквально силой Йохана заставил себя встать и потянуться за телефоном в сумке, чтобы написать об этом Гакко. Та точно сейчас либо с Мэном общается, либо в телефоне залипает. И, судя по тому, что сообщение прочитали почти сразу - второе. Йохана отложил телефон в сторону, стараясь хотя бы себя в порядок привести - натянуть штаны, застегнуть рубашку. Про Хану и говорить нечего - тот засыпает прямо, пытаясь прийти в себя. И вот, стук в дверь. Ноги еле держат, дрожат, идти не хотят, но нужно идти. И Йохана идет, специально встав так, чтобы полуголого Хану не было видно в коридоре. Дверь открыл, но немного, чтобы было только его и немного помещение, но не диван. И.. лицо Гакко нужно видеть. – Я думал мне Хана с твоей мобилы писал.. - Гакко даже не пыталась скрыть свое удивление, когда увидела одетого, но взъерошенного, потного, усталого и явно, черт возьми, счастливого Йохану. – Каюсь, я поставил на то, что трахать будут тебя. Уже даже Хао сказал, что бы он готовился тебя либо в пьяной истерике везти, либо с больной задницей. – Спасибо за воду и салфетки, - Йохане пришлось выхватывать из рук подруги то, что он попросил принести, и быстро закрыть дверь, через которую почти сразу послышалось отчаянное: – Я Йо сотку проебал! Сука! И только-только пришедший в себя Хана подскочил, ошарашено смотря на дверь. – Они ставили на..?! – Ну, а что ты хотел, - пожал плечами Йохана, поставив воду на стол и достав салфетки, чтобы убрать следы их общего безобразия на животе блондина. Хана поджал губу, отводя взгляд в сторону. Все еще неловко. Где-то минуту была тишина с тихими "спасибо" и "да не за что". Парням правда было неловко, а Хана еще свою спину щупал, пока ему воду дали. И правда не болит.. Секс не только приносит удовольствие, но и позвоночники вправляет. – Давай будем любовниками? Хана чуть водой не подавился, когда услышал такие смелые слова от застенчивого и скромного напарника. Пришлось откашляться, чтобы перевести взгляд на брюнета, что нервно крутил чистую салфетку в руках. – Я не могу заставлять тебя быть моим возлюбленным, но только что тебе, вроде, понравилось.. Вот я и спрашиваю, можем мы..? - Йохана перевел взгляд на Хану. Лицо красное, в глазах страх. А Хана все еще не решил, не понимал, что конкретно чувствует. Да, заниматься сексом с Йоханой, определенно, кайфово.. Но с его чувствами играть не хочется. А не будет ли Хана играть, согласившись стать любовниками? Между ними будет разве что секс, возможно Йохана будет оказывать знаки внимания, но и с таким раскладом Хане будет легче понять себя. С губ сорвался судорожный вздох. – Можно попробовать, - Хана старался выглядеть непринужденно, только получилось ой как плохо с учетом напряженных плеч и все-таки дрогнувшего голоса. Но даже такого ответа хватило, чтобы Йохана чуть ли не просиял. Неужели ему все равно, кем быть, лишь бы рядом с Ханой? Напарники, любовники.. враги? Все может быть.. *** Йохана закинул рюкзак на заднее сиденье, а сам сел на переднее, пока Хао стоял на улице, докуривая честно украденную у мужа сигарету. Мужчина сам вызвался отвезти сына домой, пока Йо отвозил пьяную ораву из своих друзей по домам. Единственными адекватными там оказались как раз Йо и Рэн, и то Йо нужно быть осторожным - бокал шампанского за первый тост тоже заметен. Хао сел в машину, проверяя, прогрелся ли двигатель, пока Йохана смотрел вперед, скрестив руки на груди. – Признаюсь, я в тебя не верил, - первым начал Хао, меняя передачу и выруливая в сторону проезжей части. – Да я по довольному лицу Йо уже понял, - вздохнул Йохана, прикрывая глаза. Он устал. Он хочет домой, спать. Пара секунд молчания, а после такой гордый вздох. – Сука, как я тобой горд. Такую язву нагнул! - в голосе Асакуры прямо слышалось, что он правда горд за своего сына, пока брюнет смотрел на него, как на идиота какого-то.