Пепел воспоминаний

Свет факела в коридоре снова замерцал, и по камере забегали тени. Смена караула. Озай сидел на полу, обняв колени, и в очередной раз прокручивал в голове события последних месяцев. Когда все пошло не так? Как все дошло до этого? Было ли это случайным поражением или лишь следствием прошлых недочётов? И недочётов в чем? Озай думал об этом постоянно. Смаковал эти мысли и то, как больно они делают. Как они заставляют злиться, метаться, пробуждают желание ломать все вокруг. Сжигать. В какой то момент он стал смеяться над самим собой, потому что все это бесполезно. Он сидит на цепи, как собака. Он в тюрьме и проведет в ней остаток жизни. И он не может ничего сжечь. Последние было больнее всего, уничтожало, перемалывало. Магия была, наверное, единственным в его жизни, чем он по настоящему гордился. Единственным, что принадлежало только ему, и никому больше. А теперь он больше не может колдовать. Какой абсурд! Злая самоирония. Теперь Озаю, раньше считавшему это блажью и глупостью, нравилось унижать себя сейчас, потому что больше заняться было нечем. Ужасная самокритика и жажда порядка, с которыми он жил на воле, здесь достигли апогея, превратились в единстенное развлечение. Злость и ненависть к себе стали единственными собеседниками. Ему больше некому что-то доказывать, даже самому себе. В этом больше не было необходимости. Все, окружающее его, за исключением плошки еды трижды в день, воды для умывания по утрам и мерцающего при смене караула факела, перестало иметь хоть какое-то значение. Особенно люди и их мнение. Он и без посторонних знал, что совершил непростительную ошибку, сломал то, чтт его предки строили целый век, проиграл, когда все уже близилось к завершению и оставалось только протянуть руку и выхватить победу в этой долгой, ужасной войне. Проиграть двенадцатилетнему мальчишке. Позорище. И так по кругу: мысли снова возвращаются в привычное русло. Все это похоже на бесконечный бредовый кошмар, когда хочется скорее проснуться, но никак не получается. Когда же все пошло не по плану? Когда он поднял флотилию дирижаблей в воздух? Когда согласился на тот план? Когда изгнал Зуко, отправив его на поиски Аватара? Нет, все не то, не то. Так когда же? Озай пытался вспомнить, и у него не получалось. Когда же все произошло на самом деле? Где то событие, ставшее началом цепочки? Все это так похоже на домино: одна маленькая деталь, уничтожившая все его желания, планы и амбиции. Может, когда он убил отца? Может тот, умирая, наложил на него проклятие? Озай ловит себя на том, что смеётся. В последнее время его тело стало ощущаться чем-то неправильным и чужим. Пустой оболочкой. Он как будто бы обитал вне его. Сначала это пугало. Теперь он смирился. Оказывается, ко всему можно притерпеться. Неужели все из-за Урсы? Может, если бы Зуко вырос с матерью все было бы по-другому? Мать. Озай закрывает глаза и пытается возродить образ в своей голове. Он не помнит своей матери. Он не знал, как она выглядела э, потому что ни одного портрета не сохранилось. Он помнит, кажется, только ее голос и тепло. Больше ничего. Он помнит, что когда она была жива все было ярким и красочным, мир был огромным и ещё неизведанным, каждая новая вещь становилась великим открытием... Сколько ему тогда было? Пять? Или все-таки четыре? Нет, Озай своей матери не помнил. Он знал, что он была, помнил само ощущение ее присутствия, но не ее саму. Он даже не помнил как ее хоронили. Наверное, тогда, это было самым знаменательным событием в его жизни, но теперь он не мог вспомнить даже дату, когда все это произошло. Память милосердно стерла боль утраты, оставив только ее отзвук. Вот, что значит потерять мать. А не то, что произошло между ним и Урсой. Озай вспоминает о ней и злиться. Иногда ему хочется вернуть ее и убить. Вернее хотелось. Сейчас, сидя за решеткой он не сможет, даже если очень захочет, ничего сделать. Возможно, это и к лучшему. Мысли снова возвращаются к матери, и Озай хватается за них в надежде все-таки найти ответ на мучающий его вопрос. Что же он упускает? Он закрывает глаза, и пытается воссоздать картину того времени. Что он вообще помнит? Кажется, единственным, что было в его жизни тогда–тишина. Или это ему так кажется? Или это молчал он? Мысли текут медленно, сплетаясь, будто во сне, только наяву... Да-да, вот как было. Мать умерла, когда ему было пять (а может и четыре, не так важно). И он замолчал. Сейчас Озай может понять, почему это произошло. Может все объяснить. Но не тогда, в детстве... Озай вспомнил шум. Это были люди вокруг или его собственные мысли, не находящие выхода? Сколько же это продолжалось? Может слишком мало, чтобы взрослые что-то заметили, а может слишком долго, чтобы они перестали замечать. Обида на секунду захлёстывает его и и мысль уходит. Черт. В последнее время стало так трудно концентрироваться. Озай откидывает голову назад и пытается еще раз. Смерть матери, потеря речи, безразличие окружающих... Сад, пруд, утки-черепахи... Странный мальчик лет шести в бедной одежде. Стоп. Озай чувствует, как напрягается его тело, чувствует, что мысли путаются окончательно. В голове вспыхивают воспоминания о нем. Мальчике, вернувшем ему голос. Мальчике, ставшем его единственным другом. Мальчике, которому он отдал свой первый поцелуй. Мальчике, с которым он хотел сбежать подальше от дворца и навсегда забыть о грызне за трон, с которым он хотел просто жить. Мальчике, который бесследно исчез десять лет назад, оставив его одного. Джун Си. Вот как звали этого мальчика. Десять лет Озай старательно прятал эти воспоминания, старался забыть о нем. И сейчас они возвращались, снося все на своем пути, как вода, сломавшая плотину. Озаю казалось, что он захлебнется, но перестать думать не получалось. Вот оно. Вот, когда все пошло наперекосяк. Десять лет назад, когда мальчик по имени Джун Си внезапно исчез. Озай сжимает кулаки так, что ногти врезались в кожу. И с ужасом понимает, боль больше не помогает. Она делает только хуже. Озай опирается на стену и зажмуривается, чувствуя, как растворяется в потоке воспоминаний. Он как будто родился заново. Он снова четырехлетний мальчик, замолчавший из-за смерти матери. Он снова видит странного мальчика в королевском саду и еще не знает, как его зовут. Тот маленький Озай ещё не запятнан лживостью и притворством мира. Тот Озай еще не знает, что станет Хозяином Огня, да и вообще не хочет им быть. А тот маленький неизвестный мальчик, ещё не знает, что станет его лучшим другом, а затем и возлюбленным. Будущее сокрыто от них завесой тайны. И все начинается заново.