Юные

5 июня. 2001 Мне было 11 когда родилась моя младшая сестра и когда я переехал в эту дыру, мне было здесь скучно и плохо, я впал в депрессию, переехав сюда. Мой отец умер когда мне было 2 года, я не знал как он выглядит, только видел с фотографий, а как отец моей младшей сестры выглядел я знал наизусть, у него очень странные глаза, и зеленого и карего цвета, нос картошкой, пухлые губы, и простое телосложение, мама говорила, что он сможет вытащить нас, но по итогу когда сестра родилась, он тоже умер. Когда он умер мама плакала, а потом перестала, и через три месяца мама собрала свои, и мои чемоданы и сказала: « Артем, мы уезжаем отсюда. »  И мы переехали сюда, в двухэтажный старый дом, дом моей тёти, тёти Тани, она умерла, и её дом достался маме. моя комната была на втором этаже, не самая большая, но мне она нравилась. в моей комнате стояла люлька сестры, и шифанер с её одеждой и всеми её вещами. Моя сестра очень часто плакала, очень, даже чересчур часто. Меня это доставало, но приходилось её успокаивать… 2 сентября 2001 Я пошел в школу, эти 3 месяца прошли незаметно быстро, я пошел в единственную школу здесь, и мне было жутко от того, что все в школе меня знали, и я всегда мог встретить кого то, из моей школы. В школе я был самым тихим, характером я пошел в маму, она была очень пассивным человеком. Она могла часами сидеть курить и читать книги, или просто сидеть и курить. Мама не любила готовить, поэтому чаще всего я ходил кушать к Нане. Нана — это баба Вера, я любил её, она была доброй и помогала маме, мама говорила, что она мама моего папы, поэтому мы с наной были похожи, у меня миндалевидные глаза, глубоко карего цвета, худой нос с горбинкой (горбинка досталась от мамы) и смуглая кожа, всем этим описанием, я был чем то похож на индейца, как говорила мама, поэтому она говорила чтоб я отращивал волосы. «Так красивее» говорила она. Нана — алтайка, и мой папа тоже алтаец, мама у меня метиска, как и сестра. Папа моей сестры — русский, хоть по нему и не скажешь, мама вышла за него замуж, потому что он был богатым, и он был её одноклассником моя сестра пошла внешностью в маму, но что то взяла и от своего отца, но её характер тоже был пассивным, она не любила разговаривать, молча играла на улице или дома. в этой школе - все очень странные, они вечно донимали меня вопросами о том откуда я и почему я сюда приехал. пока я с ними разговаривал, уже устал… В этой школе, я познакомился с одним мальчиком, мы были соседями по парте, он был моим ровесником, загорелый, русые волосы, и небесно голубые глаза он был самым активным в классе, спортсмен, веселый и душа компании, он нравился многим девочкам, и это было хорошо видно Его звали Андрей, Андрей Синкó. Иногда я, вспоминая его фамилию, впадал в депрессию еще сильнее, его фамилия была намного интереснее моей, он будто по жизни герой книги, а я, второстепенный персонаж Моё ФИО — Артем Меткечеков Оскарович, и в правду не самые интересные инициалы. У него же ФИО — Андрей Синко Александрович, звучит очень красиво и как из книжки… Андрей стал моим единственным другом, он был единственным кто вытаскивал меня на улицу из личной библиотеки в доме. — Ну тёма! пошли-и-и! — бесишь ты меня уже! Но он знал, что я ему никогда не откажу. так и проходили дни, я гулял с андреем, ходил в школу и приглядывал за сестрой, сестра росла, и в один день, она начала ходить. Знаете какого это когда твой младший брат или сестра начинает ходить? это непривычно, непривычно видеть как маленький человек научился ходить, и мне также было непривычно, мне становилось страшно и я пугался когда она прибегала ко мне в комнату и несла не смыслосвязную чушь. когда она научилась ходить — мама стала чаще за ней следить, и она начала спать не в моей комнате, а в комнате мамы. У Ксюши комнаты своей еще не было, она была слишком маленькая для собственной комнаты, но мама уже знала какая у неё будет комната Она, хоть и умела ходить, ходила редко, зато грызла все подряд, на перилах, на столе, даже на тумбах были следы от её маленьких зубов, было конечно мило, но думаю, скоро придется менять всю мебель. Я научил Ксюшу читать и писать, и первым что она написала, это было слово жопа, я пропущу историю о том как она научилась этому слову мама и Ксюша знали о Андрее и относились к нему нормально, когда я пытался отмазаться от Андрея что должен посидеть с мелкой, он говорил брать её с собой, но после этого она обязательно случайно показывала мне средний палец, прям возле мамы. Маме на самом деле, было плевать, она смеялась с этого и гладила Ксюшу по макушке. Каждый будний день Андрей названивал на наш домашний телефон и умолял меня пойти погулять с ним, приходилось идти, иначе Андрей бы побежал ко мне под окна орать. — что за ящик пандоры я открыл… — ворчал постоянно я, когда собирался на прогулку с Андреем. Обычно прогулки с ним заканчивались тем, что я приходил с разбитыми коленками и с занозами в пальцах. Мне не нравились эти прогулки с Андреем, но Андрей мне нравился, наверное в романтическом плане тоже, но я всегда отрицал это и говорил что только как друг. мы с Андреем постоянно гуляли после школы, у Андрея было много друзей, у меня же из друзей был только он со мной не пытались знакомиться, я для них был странным, не таким как они или Андрей… У Андрея была полная семья, у меня же в семье была только мама и сестра. Но это не мешало ему дружить со мной, я нравился его родителям, когда Андрей убегал в комнату переодеться, его мама постоянно говорила что очень хотела чтоб Андрей подружился с таким как я, и просила меня, чтоб я приходил почаще. Моя мама же, чаще всего не мешала нам, когда Андрей приходил ко мне, она сидела и читала какую нибудь очередную умную книгу по медицине, или газету, или просто смотрела какой нибудь сериал попивая кофе или выкуривая очередную пачку сигарет, а возможно, даже самокрутку Ксюша же никогда рядом с ней не сидела в такие моменты, если она и приходила в такие моменты к маме, она начинала громко чихать и кашлять от дыма сигарет или терпкого запаха кофе. Андрей всегда хотел поиграть с Ксюшей, не знаю в кого он такой упертый, но мелкая козявка была не против такой компании, ну и я не особо был против, ведь в те моменты когда они общались, я искал диск с южным парком или какой нибудь интересный фильм, который я еще не смотрел. когда мы смотрели что то, Андрей всегда тянулся прижаться ко мне, и сильно нуждался в тактильности, я же в свою очередь пытался тактично отодвинуться, не любил объятия и любую тактильность, ну кроме мамы и сестры конечно!  Но тактильность от него была чем то странным, это выглядело будто мы общались всю жизнь, а по факту общались всего то, пару месяцев.