Я ищу таких как я

Я ищу таких, как я — сумасшедших и смешных,

Я ищу таких, как я — отлетевших и больных,

Я ищу таких, как я, я ищу таких, как ты

Чтоб расшевелить планету и топтать до хромоты.

Йост прилетает в Германию в смешанных чувствах — в прошлый раз он был здесь два года назад с Августом. Это были счастливые деньки, много прогулок, хорошее время, но воспринимать его так стало невозможно после того, что произошло после. Он выходит из самолёта, вспоминая как в прошлый раз его выловили из толпы, обняли крепко, а после они стояли и целовались, как будто больше никого не было. «Вокзалы видели больше любви чем ЗАГСы» — эта любовь подернула дымчатую невинность аэропорта, окрасила его из неловко-шумного в ярко-влюбленные цвета, сделала таким культовым местом что Йост скорее забудет как выглядит его квартирка, чем этот высокий потолок, диванчики и приёмные столы. Все здесь отдаёт тем тёплым и болезненным чувством ностальгии, какое бывает когда приезжаешь в город детства. Только Йост сейчас в городе юности, где эта юность получила свой финал.

***

2 года назад

Они с Аггу гуляют по парку, взявшись за руки — неспешный разговор ни о чем и обо всем расслабляет наравне с тёплой темнотой и фонарями, вокруг много людей и все они также тихо счастливы, как они сейчас. Вдруг к ним подлетает низенькая блондинка — яркие накаченые губы, огромные голубые глаза, округлые черты лица, бесконечное множество расплывчатых светлых веснушек по всему лицу. — Простите, где Луиза? — спрашивает она на английском, смотря на них обоих. Бровки домиком мило изогнуты в выражении беспокойства, будто она уверена что ее сейчас пошлют. Йост готов уже неловко признаться, что не знает никаких Луиз, но Август хмурится, кивает коротко, сжимая его руку: — Пойдём, мы тебя проводим. Они все еще держатся за руки, но рядом с Августом идет эта девушка. Все молчат и атмосфера немного выжидающе-неловкая, но эта тёплая ночь не становится хуже. — Вот, — кивает Август на большое здание с множеством вывесок — от гипермаркетов до тату-студии. — Если нужно, мы вызовем тебе такси… — Нет, меня заберёт подруга, — улыбается неловко девушка. — Спасибо вам большое! Не дожидаясь ответа она ускользает из виду за стеклянную дверь в щедро освещенное помещение. Видимо, ей и самой неловко. — Что это было? — недоуменно спрашивает Йост, когда они неспешно возвращаются к парку. — Что за Луиза? — Кодовая фраза, означающая что к девушке кто-то недвусмысленно домогается а она не может защитить себя сама, — вздыхает Август. Он довольно мрачен. — Обычно так говорят барменам и официантам, на улице, тем более такой людной, это непринято, но, видимо, ситуация была действительно страшной. Йост кивает. — Бедняга… У вас так часто происходят изнасилования что девушкам нужна отдельная фраза для этого? — В последнее время частенько, — дергает головой Аггу. Разговор постепенно возвращается к расслабленым, ничего не значащим темам.

***

Я ищу, таких, как я

Сумасшедших и смешных

Сумасшедших и больных, е-е…

А когда я их найду

Мы уйдем отсюда прочь

Мы уйдем отсюда в ночь

Мы уйдем из зоопарка

Мы уйдем из зоопарка

У Йоста концерт завтра, так что он торопиться из аэропорта сразу в мотель. В такси открывает телегу — от нечего делать, ведь иконка приложения вверху экрана раздражает. Кучу уведомлений из новостных групп он пролистнул, не читая — там было что-то о политике, судя по мелькающим тут и там именам президентов США и Украины, что-то про погоду в Берлине (он подписался на канал этого города незадолго до вылета, чтобы примерно понимать, что его ожидает) и какие-то совсем уж бессмысленные сплетни. Зато много времени Кляйн потратил на ответы близким — сестра интересовалась, как он долетел, брат скинул список небезопасных мест в Берлине и умолял не искать приключений на задницу. Написал Томми. В прошлый раз они болтали по звонку позавчера, обсуждая его победу в национальном отборе. До этого созвониться никак не получалось — поездки, «занят», разные часовые пояса, «пррсти, я уже спал». Поэтому не говорили они довольно долго, не считая одного созвона. — Я выиграл-выиграл-выиграл! — счастливо вопил Кэш в трубку а Йост не мог сдержать смеха. — Сейчас, осталось только само евровиденье нагнуть и отыметь! — Отомсти за меня, дружище! — сквозь слезы хохота попросил Йост. Эта радость выглядела так невинно и мило, что неловко замолчать было невозможно — Томми иногда вёл себя на тринадцать, а не на тридцать лет. — Обязательно! Сейчас Томми желал удачи на завтрашнем концерте. На неловком мутном кружочке он зевал широко и показывал пальцами сердечко на фоне потолка. Йост почувствовал как губы сами по себе растягиваются в тёплой улыбке, он сейчас заплачет. Какая же у него замечательная семья… Расплатившись с таксистом, Йост подхватывает рюкзак и идет к отелю. Тёмные улицы снова пробираются в мысли счастливым покоем — сейчас чуть холоднее, чем в прошлый раз. Всё таки начало марта, а с Аггу был май, с Аггу был шум, с Аггу были теплые слова и немного приятного сумасшествия. Сейчас холодно, тихо и обычно. С Аггу вместо двух дней в Берлине было две недели… В прочем, так даже лучше. Не зачем мучить себя воспоминаниями о прошлом и сравнениями с ним неидеального настоящего, это не приносит ни радости, ни пользы. Случайная прохожая заставляет сердце биться чаще — светлые волосы, в которых будто запутались солнечные лучи, низкий рост, тонкая фигура. Она оборачивается, со смехом зовет подругу и Йост выдыхает — глаза карие, кожа чистая и светлая, никогда не знавшая веснушек, губы пухлые и красные, такого яркого насыщенного цвета, что это выглядит даже немного неприлично. Не та… Йост не боится встретить ту девушку, которую они тогда проводили через парк. Йост боится вспоминать, что было после этого, и сейчас чуть было не начинает прокручивать в голове неприятный момент. Нет! Он дергает головой, перехватывает рюкзак удобнее и спешит через улицу — от парковки до отеля не так далеко. В здание кремового бежевого ему без лишних проволочек подтверждают бронь, выдают ключ — девушка с ресепшена и сама уже очень хочет спать, ее смена подходит к концу. Ночь без происшествий, выступление ближе к вечеру, и вот Йост уже, перекидывая рюкзак через плечо, снова спешит в аэропорт. Его ждёт Кёльн, потом Франкфурт и Вена. Хочется плюнуть на все и купить билеты в Эстонию — там Томми готовится к евровидению, ему тоже скоро вылетать. Они давно не виделись, давно не творили вместе какой-нибудь херни. Но Йоста ждёт Кёльн. Йост подходит к креслу в зоне ожидания с намерением только упасть и вырубиться — проснуться за полчаса до вылета, выпить кофе из автомата и снова вырубиться уже на борту. За спиной, совсем близко, раздаются поспешные шаги, кто-то закрывает ему глаза. — Угадай кто? — голос с милым акцентом заставляет что-то в груди загореться. Пора сотворить что-то сумасшедшее.