За кадром

      — Выходи за меня — произнёс Джаст и замер в ожидании ответа.       Голос его звучал спокойно и уверенно, хотя, казалось, даже собственный скелет внутри трясется в мандраже. Черепки вокруг летают с неугомонной скоростью, пища всякое. В последнее время эти маленькие наблюдатели особенно радовались, когда Джаст и Секби случайно или задумано встречались, оказываясь рядом. Черепки тогда начинали кружить и вокруг ящера, называя его вторым отцом и просто радуясь. Именно этот факт стал показательным для черта — его подопечные, можно сказать, одобрили его выбор.       Сейчас этот «выбор» стоял чуть нахмурившись с округленными от непонимания глазами. Вокруг и по нему скакали маленькие ящерицы, что-то стрекоча — Джаст так и не научился разбирать их разговоры.       — Солнышко, я понимаю шутки шутками, но я блять сейчас не в той ситуации — восклицает главный ящер, когда в голосе слышатся истеричные нотки, — я с событиями прошлой недели не разобрался, а тут…       Секби многозначительно промолчал, махая рукой на испорченную статую. Ящерки вокруг него от такого ответа запротестовали — начали стрекотать громче и кусать его клетчатую накидку. Они так часто делали, выражая свой протест или негодование на отца. Тот, в прочем, на этот раз проигнорировал это. Черепки, подобно маленьким чешуйчатым, заносились вокруг с удвоенной скоростью, пища радостно «он не сказал нет!»       «Но он ушёл от ответа» — пронеслось в голове Джаста.       Повторять предложение не хотелось, так что черт, скрепя сердцем, позволил увести тему. Он ничего не говорил, просто слушал. В груди, по ощущениям, образовалась пустота. Огромная чёрная дыра, которая поглощала не только тело, но и душу, с каждой секундой оседая всё большей тяжестью. Всё это пришлось спрятать за привычной маской заинтересованности и озорства ведь впереди были разборки, дискуссии и заключение одного убийцы в тюрьму — впереди был лор, в простонародье.       В конце этого дня Джаст просто завалился к себе на базу. Черепки давно разлетелись кто куда, оставив черта отдыхать. Тот без задней мысли рухнул за стол для гостей, не найдя в себе сил даже добраться до кровати. В голове, несмотря на кучу всего произошедшего, крутилась неудачное предложение брака — Джаст старательно отгонял эти мысли, стараясь игнорировать ноющую боль в груди.       Звук фейерверков вовремя привлёк его внимание. Черт было уже обрадовался, но на летающую тарелку залетел Секби.       «Совершенно не вовремя» — подумал Джаст, даже не вставая.       Гость, заметив друга, сначала чуть замялся у входа, а затем всё же подошёл ближе. Выглядел он ещё более нервным, чем с утра. Ящериц видно не было, но Секби тревожно теребил клетчатую накидку вместо них.       — Привет. Что-то нужно? — устало проговорил Джаст, положив руки на стол, а поверх них и голову.       Настроение было отвратительное. Хотелось забраться в самый дальний угол базы и уснуть на денек другой в надежде, что память за это время сотрет болезненные воспоминания.       — Нет, то есть да. Тяжело объяснить — смято ответил ящер.       Взгляд его метался по всему, что только мог увидеть, а хвост за спиной нервно раскачивался из стороны в сторону.       — Ну а ты попробуй — фыркнул Джаст, — сложи буквы в слова, слова в предложения, предложения в те…       — Я согласен — выпалил ящер, зажмурившись.       Джаст несколько раз моргнул, садясь прямо.       — Согласен на что? — спросил тот, — Ты такими словами не разбрасывайся.       — Согласен на твое предложение — в голосе прозвучала смесь смущения и раздражения.       — Легче не стало — закатил глаза Джаст.       Подтрунивать над ящером было его любимым развлечением, особенно сейчас с таким поганым настроением.       — Джаст, блять, ну ты умный мальчик! — возмущенно воскликнул Секби, наконец посмотрев прямо в глаза собеседнику, — Я согласен на предложение о браке! На твое предложение, если тебе так нужна конкретика.       Теперь уже молчал черт. Не от удивления или нахлынувших чувств — всё казалось глупой шуткой или просто издевательством.       — Тяжело… — пробормотал Джаст.       — Серьезно?!       — То есть тебе можно, а мне нельзя? — спокойно произнес черт.       Только в эту секунду он заметил, что Секби перед ним стоял донельзя смущенный, а сейчас и вовсе краснел от стыда.       — Я… Окей, прости. Я дурак — вздыхает он, — в своё оправдание могу сказать только то, что растерялся. Мы буквально стояли на испорченной статуе, обсуждая какой у меня в жизни пиздец!       Секби казалось хотел что-то продолжить, но молча опустил голову, поясницей облокачиваясь о край стола.       — Я испугался — уже тише добавил он, — решил, что это шутка. Просто розыгрыш, чтобы опять позлорадствовать надо мной… А потом уже подумал, что так шутить для тебя было бы глупо, да и ты не смеялся. Ты подгонял быстрее чужую свадьбу, лишь бы от Алфедова отделаться. Рядом весь день был, а я повёл себя как идиот. Прости.       — Рад, что ты это понял — спокойно произнес Джаст, снова чуть ли не укладываясь на стол.       — Ты получается передумал на счет своих слов? — спросил Секби, хотя это походило больше на утверждение.       — Почему же — фыркнул черт, — нет. Мое предложение в силе.       Ящер резко развернулся лицом к говорящему, напомнив жука, что наконец встал на ноги.       — Свадьба в Верстании или в ГНДР? — протараторил Секби, будто боясь, что Джаст передумает и откажется от сказанного.       — В ГНДР — улыбаясь, ответил черт с нарочитой медлительностью, — а медовый месяц в Верстании. У тебя же там отдельный дом, так ведь.       — А тебе это месяц прям так нужен? — смутился ящер.       — Требую как моральную компенсацию за сегодняшнее — ухмыляется на последок черт.