Память в вязком омуте

      Темные подворотни, словно лабиринт для спутанного сознания. Я бегу, параллельно цепляясь за каменные стены, чтобы не упасть. Мозг кипит и вот-вот взорвется от стресса и адреналина. Сердце колотится, будто пытается успеть отбить все удары перед смертью. Зрение сжимается, будто на мои глаза применили фильтр с виньеткой, затемняя все, кроме того, что впереди. Я уже не могу дышать нормально и кажется, что скоро просто откинусь здесь и сейчас. Прерывистое дыхание, сбивающееся на хрип, наверно слышно даже на другом конце этого города. Я замечаю, как окружающие меня звуки становятся глухими, будто мою голову запихали в бочку, да еще и в придачу ебнули по ней кувалдой. Мои вансы цепляют асфальт..  Ноги путаются.. Я больше не могу.. Удар.. Еще удар и я падаю на мокрый асфальт, царапающий мое лицо. Мое сознание отключается и я тону, медленно опускаясь на дно липкого тянущего болота. Я больше ничего не слышу и не вижу..       Я пришел в себя в какой-то больнице под звуки пищащего аппарата. Как в кино, бля.. Моя голова идет кругом, когда я смотрю на стерильно белые стены палаты. Глаза показывают картинку размыто и мне приходится щуриться, чтобы разглядеть детали комнаты. Краем глаза я замечаю движение. — Вы очнулись! Погодите, сейчас вызову доктора, — я слышу голос медсестры (?) и удаляющиеся шаги, отбивающие ритм по кафельному коридору.       Странное чувство. Будто мой мозг совсем чист. Не возникает никаких посторонних мыслей. Может так и должно быть? Хрен знает.. Этот врач пытал меня, кажется, вечность. Он задавал мне вопросы, связанные с причиной моей травмы, как я себя чувствую и помню ли вообще свое имя. Понимаю, что ему важна эта информация, но я нихрена не помню, черт возьми.. Меня зовут Данила. Придется запомнить. А еще он сказал, что моя мать хотела зайти ко мне. Пусть заходит, я вроде никуда не тороплюсь в ближайший месяц так точно. — Привет, родной, как ты? — Спрашивает меня мама дрожащим голосом, поглаживая мою татуированную руку. Ее глаза на мокром месте, они красные и полны боли. Мне ее жаль, но почему-то я не испытываю никаких теплых эмоций. Мне даже мерзко от себя. Надеюсь, что она сможет это понять.. — Привет, мам, — отвечаю я спустя пару минут. Время пролетает так быстро или это я так долго думаю? — Ты обязательно поправишься, все будет хорошо, — говорит она и смахивает слезы, которые катятся по ее впалым щекам.  Я не отвечаю ей. У меня нет сил на это, как бы я не пытался. В груди мерзкое чувство стыда и отвращения к себе. Кажется, меня сейчас стошнит.  — Ты позеленел, я сейчас позову медсестру, хорошо?  — Мам, всё в порядке, — я останавливаю ее, взяв за руку. Кажется, мое тело само знает, что нужно делать, а мозг просто находится на стадии загрузки. — Точно? Я принесла тебе апельсины и еще кое-какие вкусности. — Мама слегка улыбается мне и я чувствую как от нее исходит тепло и оно такое родное? —Обязательно пиши мне или звони, если что-то нужно. Хорошо?  — Ладно, спасибо.        Она все равно уходит, так как ее торопят, заглядывая в палату каждую минуту. Кажется, если бы не назойливые медсестры, то она осталась бы надолго. Я слышал, как они объясняли ей, что сильно нагружать мой мозг нельзя и мне нужен отдых. Черт знает, наверно они в чем-то правы. Мне ставят капельницу с каким-то препаратом. Глаза слипаются и оставшийся день я просто теряюсь из реальности, просыпаясь лишь ночью.Приоткрыв глаза, я замечаю свет фонарного столба, пробивающегося через бумажные жалюзи, и приоткрытое окно. Я чувствую чье-то присутствие. Справа в углу раздается шелест бумаги и резкий звук колесика зажигалки. Дым и запах табака заполняют комнату.  — Привет, Дань, — говорит незнакомый мне человек, сидящий недалеко у окна. — Привет. Знакомы? — Если честно, то мне даже не интересно. — Ты не помнишь? — Голос искренне удивляется. — Доктор сказал, что у меня потеря памяти, из-за травмы головы. — Ясно, — отвечает человек и выпускает дым из легких. Этот запах заставляет меня поморщиться. — Почему ты куришь здесь?  — Потому что у меня нога сломана, — тяжело вздохнул парень, указывая на свою ногу, — тащиться в курилку у меня нет желания. Извини за неудобства. — В его голосе не прослеживается искренности в извинениях, ему плевать. — Ничего, мне знаком этот запах. Кажется, я тоже раньше курил, — отвечаю ему, внюхиваясь в запах сигаретного дыма. Я чувствую какую-то угрозу от этого парня. У меня неприятное чувство в груди, какой-то животный страх. Ощущение, что вот-вот должно произойти что-то страшное. Но ничего такого не происходит.  — Меня Руслан зовут, — говорит парень, однако в полумраке я не вижу его лица. — Приятно познакомиться, — отвечаю я, понимая, что скорее всего его имя не запомню, — мне представляться не нужно, я так понимаю. Мы были знакомы?  — Мы знакомы. — Понятно.       Больше мы не говорили. Все оставшееся время он сидел возле окна и куда-то смотрел.  Запах никотина потихоньку выветривается через щель приоткрытого окна. На улице, кажется, был дождь и я чувствую запах сырой травы и асфальта. Веки становятся тяжелыми, будто весят тонну. Я снова проваливаюсь в сон, но слышу возню в другом конце комнаты. Не могу открыть глаза.. Да и не сильно хочу.       Утро началось так же, как и вчера. Меня разбудила медсестра, которая ставила иглу мне в руку. По венам и капиллярам растеклась холодная жижа. Это даже в каком-то роде приятно. Мне принесли поесть, но я не притронулся. Тошнит.. Поэтому просто мерзко смотреть на еду, хоть и выглядит аппетитно. Осмотревшись, я не заметил Руслана. Соседняя койка была пуста. Почему я не слышал, как он уходил?  Сегодня никто не пришел навестить меня. Если честно, то это даже к лучшему, потому что желания с кем-то трещать у меня попросту не было. В течении дня меня несколько раз рубило в сон, но я просыпался из-за капельниц. Как они меня заебали.. В подсознании было желание поскорее все вспомнить и свалить на все четыре стороны из этой палаты, напоминающей психушку. Я бы просто хотел в один день проснуться и чтобы по щелчку пальца все воспоминания загрузились в мою опустевшую башку. Я чувствую себя ужасно и одновременно никак: не помню моментов из своей жизни, родителей и друзей. Не понимаю, что я вообще представляю из себя. Белый шум разъедает мое сознание, словно паразит поселившийся в моем мозгу. Иногда посреди дня я чувствую запах табака, но видимо это всего лишь глюки..        Руслан говорил со мной каждую ночь, потому что мы оба не спали. От него я узнал многое о себе.. Или не о себе(?). Мой мозг впитывал то, что он говорил насчет меня, но я не знал достоверна ли эта информация, может мне просто в уши ссали, хуй знает. На протяжении всего месяца моя жизнь выглядела так: капельницы, еда, сон. В общем полная хуйня и ощущение «дня сурка» с этой злоебучей зацикленностью. Единственное, что меня спасало - разговор с моим собеседником.        Время тянулось долго, но меня наконец выписали. С памятью так же туго, но в любом случае я вспомнил многие вещи о себе, родне и друзьях. Оказалось, что мы с Русланом дружим уже 8 лет. Так-то это дохера по моим меркам. Забавное совпадение, что мы оказались в одной палате и выписали нас в один день. Точно best friends, бля. — Дань, зайдем купим сиги? Только у меня денег нет сейчас, я скину, чес слово, — попросил Руслан во время того, как мы шли по ночному Питеру с очередной попойки, уже ставшей привычным нашим досугом. Его просьбы никогда не напрягали меня, я вполне понимал, что у человека могут быть трудности с финансами. Теперь каждый день я покупал по две пачки сигарет. Себе и ему. Мы часто тусили вместе на моей хате: пили пивас под какое-нибудь дурацкое шоу на ютубе или курили на балконе, смеясь над разборками алкашей, сидящих на скамейке возле падика. Руслан и впрямь был хорошим другом, настолько, что на других своих корешей я просто забил. Да и они особо не интересовались моим самочувствием, а я на таких «друзей» болт клал. Почему друзей нет тогда, когда мне хуёво? Это всегда оставалось загадкой. Зато Руслан был со мной практически всегда. Учитесь, суки.       Все было заебись на протяжении двух месяцев после моей выписки, но в один из дней Руслан пришел какой-то пиздецки счастливый. Я подождал пока он разуется и мы отправились на кухню, где я налил ему чай. Руслан протянул мне какую-то бумажку в которой был завернут пакетик с белым веществом.  — Эт чо такое? — спросил я, всматриваясь в содержимое прозрачного пакетика. — Кокс, Дань, — улыбнулся Руслан. — Ахуенно, да?  — Так это ж наркота, блять. Ты где достал? — Ну-у, скажем так.. Кореша подогнали. Дальше все как в тумане: он рассыпал порошок на кухонный стол и сформировал ровные дорожки с помощью пластиковой банковской карты, а потом протянул мне свернутую купюру.  — Ну чо, попробуем? — улыбнулся Руслан, хлопнув меня по плечу. Мне было стремно. Пальцы охладели и тело покрылось мурашками, но я все равно принял купюру и сделал вдох. Это был просто пиздец. Сначала моя носоглотка и ротовая полость онемели, словно их обожгло холодом. В горле ощущался горький химозный вкус порошка. Но спустя некоторое время возникло чувство эйфории, плавно растекающееся по всему моему телу. Цвета стали ярче и четче, как-будто мне вместо глаз заебашили камеры, снимающие в качестве 4к. Звуки стали громче. Настолько громче что, кажется, я стал слышать малейший шелест травы на улице. Продолжили мы уже в гостиной, растекшись на полу, словно лужи. Нам хотелось просто кайфовать и ни о чем не задумываться. Мы долго болтали обо всем и одновременно ни о чем. Кажется, что я почувствовал себя самым счастливым человеком на планете, впервые за долгое время. Я наконец понял, кто я такой и чего хочу в этой жизни.       Таким образом мы быстро переключились на кокаин заместо пива или сигарет, хоть последние я изредка, но покуривал. Я начал замечать, как мое тело трясет если Руслан приходит позже, чем обычно. Меня начали мучить частые кровотечения из носа, которые происходили в любое время, даже во время сна. Но единственное, я знал точно —  мне больше не хотелось ничего, кроме этого порошка.. Моя жизнь стала крутиться вокруг этого ощущения эйфории.. — Бля, Дань, я не могу достать больше. Меня самого ломает, я уже хуй знает что делать, — застонал Руслан, накрыв лицо руками, лежа на полу моей гостиной. — Это полный пиздец. Меня трясет как стиральную машину. Руслан, придумай что-нибудь. — Да я, блять, пытаюсь. Моему мозгу нужна была новая доза дофамина. Мир стал серым и до омерзения противным, звуки превратились в глухие выстрелы по вискам, а тело казалось инородным и тяжелым. К горлу периодически подкатывал рвотный комок. В таком состоянии я проходил примерно неделю, полностью возненавидев себя и свою жалкую жизнь. Я отсчитывал минуты до прихода Руслана, но без толку, он приносил «ничего». — Руслан, я не протяну еще неделю. — Мои зубы скрежетали от невыносимой ломки, а под кожей ощущались тысячи щекочущих движений. — Бля, Дань, — он положил мне руку на плечо, с сочувствием выдавив эти слова. — Барыгу взяли, я хуй знает чо делать. Постараюсь найти новую дозу. — Его глаза были залиты кровью, он явно давно не спал, как и я..       Прошла еще неделя и мой мозг окончательно поплыл. Забавно, что мои друзья, ранее не интересовавшиеся мной, вновь объявились.. Им сто пудово что-то от меня надо, но они не знают, что все свои бабки я слил на кокс.. Да и похуй. Iskan: Привет, Дань. Ты давно не выходил на связь. Все в норме? Dk: Нихуя не в норме. У меня мозг плавится. Руслан не приходил уже пару дней.. Iskan: Руслан? Dk: Ага, он самый.  Искандер что-то долго печатал, но я вышел из сети не завершив диалог. Мне сейчас не до ламповых бесед. Под кожей что-то ползало, не давая покоя.  — Блять, я уже не могу..  Все тело чесалось. Хотелось просто избавиться от этой гадости внутри меня. Мои ногти корябали мою плоть, оставляя бордовые борозды, в попытках выскоблить «нечто», находящееся под кожей. Бесполезно. Это ощущение не исчезает. — Как же мерзко, сука. Я поправил свои волосы, упавшие на лоб и вышел на балкон, чтобы покурить и успокоиться. Исцарапанные руки дрожали, не давая нормально зажечь сигарету. Чувствую себя самым ущербным человеком на планете. Забавно, ведь мне показалось, что все начинает налаживаться, но я ошибся. Пиздец как ошибся.. Почему именно сейчас все пошло по пизде? Мое тело словно разрывает рой пчел, я чувствую себя гнездом для этих тварей. Недавно восстановившийся мозг снова сходит с ума. Почему Руслан не приходит? Наверно вкидывается там в одиночку, сукин сын. Мое сознание совсем спуталось, мозг перестал различать реальность и вымысел. Я не ел уже неделю и мне не хотелось. Я просто хотел быть счастливым.. Мысли сменялись с бешеной скоростью. Черепная коробка просто плавилась, будто была сделана из пластилина, таявшего на горячей батарее. Вскоре в моих руках оказался нож. Больше невозможно было терпеть эти ощущения в венах, они сводили меня с ума.. Я сидел на полу в углу комнаты и наблюдал за своими порезанными и исцарапанными руками из которых сочился гранатовый сок. Кажется, отпускает. Я больше не чувствую этих пчел под кожей. Наконец-то.. — Дань, ты ебнутый? — рядом послышался обеспокоенный голос Руслана. — Где ты пропадал, гнида?  — Ты чо творишь, блять? — Руслан начал обматывать мои руки бинтами.  — Ты как будто готовился. Ждал моей смерти, мудень?  — Завали ебало, — прошипел Руслан, продолжая наматывать бинты, но кровь все равно просачивалась через их белизну.   — Просто дай мне сдохнуть. Если правда хочешь помочь, то насыпь на раны кокс. Хоть под кайфом умру.. Телефонный звонок прервал напряженную обстановку: — Тебе Искандер звонит. Возьми, —сказал Руслан тыча мне в морду телефоном. — Пошел он нахуй. Я бы не ответил, но мне насильно впихнули телефон, не оставив ни малейшего шанса отказаться. — Да? — Даня! Блять, ты куда пропал? Прочитай то, что я тебе написал, — отозвался басистый голос из динамика телефона. — Это так важно?  — Это пиздец как важно, не отключайся просто прочитай. Я открыл тг и начал читать сообщения: Iskan: Дань, о каком именно речь?  Iskan: Дань?  Iskan: Кашин, блять, ответь! Iskan: Тушенцов умер от ножевого ранения еще 3 месяца назад.. Он был рядом с тобой в день случившегося. В смысле он к тебе не приходит, ты чо гонишь что ли? Ты под чем там?  — Дань? Ты прочитал? — раздался голос Искандера.       В комнате стало тяжело дышать, будто бы воздух выкачали невидимым насосом. Сердце пропустило удар. Холодный пот скатился по спине, оставляя за собой след из мурашек. Хотелось закричать, но тело застыло, будто бы его прибило гвоздями к полу. Зрение стало четким, а в ушах резко зазвенело. Пульс с бешеной силой отдавал в виски. Картинка реальности поплыла..        Я поднял глаза на Руслана.. Его не было. Бинты лежали рядом со мной, промокшие от алой жижы подо мной. На полу был рассыпан белый порошок, рядом с ним лежали пластиковая карта и купюра; возле дивана валялись пустые жестянки из под пива и открытые пачки сигарет. Я чувствовал что вот-вот отключусь.. Сейчас мой мозг вспомнил абсолютно все, только вот это «все» стало совершенно ненужным. Конченый мозг воспроизвел картинку, как какой-то мудак забивает Руслана ножом и как я абсолютно ничего не могу с этим сделать, оглушенный тупым ударом в голову.. Понимание того, что я сам сделал с собой все это дерьмо шарахнуло меня, словно током в 220 вольт. Я жил эти три месяца в иллюзиях, как придурок. Сам подсадил себя на запрещенку. А в больнице мое больное воображение спроецировало картинку в которую я сам же поверил. Кажется, на подсознательном уровне я просто боялся признать тот факт, что не смог помочь другу, поэтому ассоциация с Русланом и вызывала у меня панику и страх. Сейчас он появился, потому что я испугался. Я просто хотел, чтоб меня кто-то остановил. Мои мозги реально расплавились от наркоты.. Не хватит слов, чтоб описать насколько я мразотно ощущаю себя.. — Кашин?  — Искан, мне кажется, я сейчас сдохну, — сказал я, посмотрев на измазанные руки. — Что случилось?  — Вены вскрыл. — Ебаный в рот, я звоню в скорую. Жди. Искан завершает звонок, и я мысленно прощаюсь с ним. Я знаю, что скорая не успеет ко мне.. Да это и не нужно.. Звуки проезжающих за окном машин, крики детей, играющих в догонялки на улице, биение моего сердца - все это сливается в единый симбиоз, и их невозможно больше разобрать по отдельности. Зрение тухнет, словно прием «fade to black» в старом кино. Руки и тело холодеют от животного страха смерти и большого количества пролитой крови.       Я чувствую свой постепенно пропадающий пульс и как мое сознание отключается. И я снова тону.. Тону в болоте из оставшихся мимолетных мыслей и своей крови, опускаясь все глубже и глубже в эту липкую торфяную кашу своего сознания.. От которого скоро ничего не останется. Темнота. Кромешная холодная темнота и вакуум. — Привет, Дань, — я слышу знакомый мне голос, отдающийся эхом в моих перепонках.. — Привет, Руслан, давно не виделись. Наконец-то этот пиздец закончился. Я о многом тебе хочу рассказать.. — Не торопись, у нас теперь будет много времени..  Целая вечность в темных коридорах Пустоты..