Часть 2. Осознание.
С рассвета часть на взводе:
Совсем скоро приедет воевода,
Чьи заслуги выше всяких хвал.
Его зовут по чести — генерал.
Он на брешь в защите указал,
Самолично на коня вскочил,
На поле боя войском руководил,
Жертвуя собой,
Вражескую оборону прорубил,
Презирая начальство своё,
Напивающееся в штабе сейчас в забытьё.
Люд зовёт его Герой,
А Гарри будем мы с судьбой.
Вернувшись с заметной сединой
Сияющей луной, нагрянул в дом,
Что стал ему как родной.
Цепкий взгляд и тяжёлый шаг
Приветствовал серый марш.
Брюнет спешился с коня,
У самого спустился огня…
Солдаты стол накрыли,
Погибших почтили,
Отличившихся наградили
И праздновать приступили.
Огонь горел, воздух грел.
Наслаждаясь соком,
Наблюдал он взглядом глубоким.
Наступала мгла, сумерки сгущались,
Ночные бабочки просыпались:
Девчушки, мальчишки…
Некоторые сторонились, колебались,
Над совсем младшими стебались,
Между собой те лишь шептались, унижались.
Изумрудный взгляд скользил,
Пресекая сильные издевательства громил,
Он требовал быть при нём честным.
Раскрепощалась часть,
Дисциплина начинала хромать:
Звенела посуда, вздыхали слуги,
Начинался беспредел,
и тут вдруг Гарри оцепенел…
Костёр пылал, перед ним,
Подавая еду, раб петлял:
Кожей щеголял, глаза прикрыв,
Шёпотом поздравлял, но
Не этот факт Гарри взволновал.
Не сдержавшись, резко встал,
Рукав взметнулся и пальцы сомкнулись,
С хрупкой шеей соприкоснулись.
Другие на них не оглянулись.
Алые глаза не скрывали отвращения,
Смешавшегося с возмущением.
Гарри осознал, где же лицо это видал:
В нём он врага своего будущего узнал.
Он замирает.
За мальчишку он не платит,
Как трофей его присваивает.
Хозяйка, зовущаяся мадам,
В платье Тома рядит, его насилу в карету сажают:
Генерал в свой дом его забирает.
