Ориентировка

***

«Люблю тебя, Петра творенье,

Люблю твой строгий стройный вид,

Невы державное течение,

Береговой её гранит»

©А.С.Пушкин

Приезжие любят Санкт-Петербург до того момента, пока не познакомяться с здешней полицией лицом к лицу, а то и лицом к стене, ну, кому как повезёт из всех вытекающих. Туристы частенько узнают красоту сырого Петербурга только тогда, когда бесплатно катаются от точки N до точки отделения полиции, впрочем, красота познается в беде. Ночью вообще лучше дома сидеть, любой добросовестный родитель вам так скажет. И маленькая полицейская зарплата — уже причина. Ныне стоит опасаться именно патруль, они самые «добросовестные, сострадательные и расчётливые», но, не спорю, парочку алмазов среди, прошу прощения, дерьма уж найдется. А если не найдется — мы найдём!

***

Сотрудников ППС к данному времени выгнали с упирающихся руками и ногами в свободное уличное плавание, попросив в очередной раз подменить. Правда, конечно, у кого-то жена рожает, у кого-то гипертонический криз, у кого-то бабочка подавилась. И Денис Орлов, сержант, проклинает таких людей. Откровенно. Без цензуры. И себя также проклинает за отсутствие семьи, ой, то есть отмазки от несения службы за кого-то. И грустный и несколько облегчающий жизнь факт, но только наполовину. Денис с Васькой успели купить в круглосуточном магазине средь ночи себе чашечку кофе в бумажном стаканчике — это всё, на что хватает бедным полицейским зарплаты. Ладно, шучу, хватило ещё и на пирожное, и, собрав такое экипирование, полиция отправилась работать и патрулировать уже мокрые и переспевшие от времени и жизни улицы. Дожди идут, шли и будут идти, такова природа, таков жребий. В пафосной служебной машине с синими номерами, лентами, мигалками и прочей ерундой Денис и его помощник «Балда» увидели уже третьего одинокого человека за ночь. –Во, людям делать нечего в три часа ночи, –посмеялся Васька, разглядывая фигуру в своих очках на -5 и очень повезло, что ночью у большинства населения зрение ещё хуже, чем днём. Но вдруг тот побленднел, — Под фонарным столбом мужик похож на того, что в ориентировке сегодня проходил. –Как ты с профиля определил? — возразил напарник, — Ну, ладно, посмотрим, тормозни-ка вон там… Мужчина один стоял у парапета, от души вдыхая прохладный влажный августовский воздух вперемешку с речным. Стоит сказать частым дождям спасибо — летом не столь жарко в Петербурге, как в городах, что ближе к югу. Черная рубашка легко продувалась ветром с залива и слегка вздымалась, вызывая даже лёгкую приятную дрожь по телу, однако это всё не исправляет сложившуюся неприятную ситуацию у него, из которой выбраться будет довольно сложно, будучи пятый день на мели. Сказать, что попал — это ничего не сказать. Вася не шибко аккуратно припарковался у тротуара да так, что машину со всей страстью тряхнуло вперёд, и она заглохла. Лейтенант невинными глазами, дёрнув ручник, сказал Денису: «Иди, друг мой». На что тот лишь закатил глаза и, прихватив из бардачка папку с фото, вышел из авто. Незнакомец давно уже заметил видимую засаду и обернулся, по его взгляду сразу было понятно, что доблестная полиция появилась именно тогда, когда не надо. Взору сержанту Денису Орлову предстал мужчина, возраста на глаз ближе к 30, среднего телосложения, чистый брюнет с шикарной мужской укладкой и выразительными голубыми глаза, в которых читалась какая-то человеческая разочарованность. Орлов с ходу подметил, что он похож на того, что в розыске, то есть зрение Васи не подвело. –Сержант Патрульно-Постовой службы Денис Орлов, — представившийся человек посверкал удостоверением перед глазами гражданина, но тот смотрел в глаза сержанта, не на бумажку, –, могу взглянуть на документы? Тот как будто отомлел и растерянно вглядывался то в одного сотрудника полиции, то в другого в машине. –И вам здравствуйте, сержан… Дело в том, что документы остались дома, — несколько банально произнёс мужчина, однако чистейшую правду. У Дениса выгнулась дугой одна бровь, и он достал из папки ту самую ориентировку, заодно выхватив из пояса фонарик. Ох уж эти пытки средневековья. «Пэпс» стал светить в лицо человеку, сверяя представшую перед ним реальность с бумагой. –Товарищ сержант, ну что ж ты, зараза, мне светишь в лицо. Два часа до рассвета, уж не шей Тришкин кафтан, — он зажмурился от наглого света прямо в глаза. Сам не понял, когда успели перейти на «ты». Но спустя пару секунд молчаний лицо сержанта преобразилось, вся строгость ушла куда-то ближе к пяткам. У бездокументного Кости отлегло также быстро, как и накатило. Хотел уж было начать рутину. –Чего-й так? — уголки губ сержанта поплыли в разные стороны. Тот час фонарик и бумага отправились на свои изначальные места. Сержант подхватил папку под мышку, сверкая голубыми глазами, которые при таком освещении кажутся морским дном. Обстановка постепенно разрешается. –Опоздал на субботний концерт, который всю неделю ждал, — не понятно от чего появившаяся улыбка цепной реакций перешла к человеку напротив. Константин неловко почесал затылок. –Понимаю, что ж домой не едешь? –Рад бы, да мосты развели. Опоздал на метро, ещё и угодил на незнакомые улицы. Костя Бирюков я, с Невского. Костя облокотился на парапет, высматривая ночное небо с фонарями в отражении реки Невы. Тяжёлый вздох донёсся с его стороны. –С Невского… О! Тебе недалеко отсюда. Вот смотри…–и сержант начинает по воздуху рисовать пальцем воображаемую карту, с ювелирной точностью помечая каждый ориентир, –… И так до проспекта. Денис обернулся к патрульной машине, к Васе, что со стороны наблюдал за сценой с кофе во рту. И только сейчас Костя начал рассматривать сотрудника. Он был одет в классическую одежду полицейского, но без «кепки». Глаза его такие же голубые, а блондинистые волосы развевались на ветру. Искренний человек — такой вывод сделал Костя. Редкая жемчужина, правда? Казалось бы, несовместимая профессиональная и характерная характеристика. –Увы, я бы с удовольствием подвёз, но маршрут — дело такое, и отклоняться от него ни-ни. — улыбка с лица Дениса всё не сходила. Такие люди ночью особенно светятся, несмотря на тёмную одежду. –До встречи, — Костя зачем-то сказал ему именно так. Полицейский развернулся и, дойдя, благополучно сел в машину. Обмякая на мягком сиденье, сержант с ходу потянулся за долгожданным пирожком и кофе. –Не наш, ошиблись. Вася лишь угукнул, допивая остатки кофе. Через мгновение мотор зарычал, словно всё ещё злится за такое небрежное обращение с ним. И УАЗ машина с громким рёвом скрылась за ближайшим поворотом. Костя проводил их каким-то более живым взглядом, словно произошло что-то, что дарит надежду в эту, как оказалось, жизнь и остался вновь один на один со своими мыслями, которые начинают журчат, словно ручей между камней на набережной. *** И вот первый розовый луч пронзает утреннюю дымку, разливаясь в самой глубине реки и оставшихся луж. Дома с каждым новым свистящим вздохом птиц оживают, становятся ярче. Одинокие травинки, просочившиеся между камней, впитывали в себя последние капли дождей. К тому времени Костя благополучно дошагал до своей маленькой квартиры и упал спать без сил уже как час назад. Квартира досталась Косте от покойного отца, всего 25 квадратных метра радости в жизни. Он не жалуется, наоборот, гордится. Много ему одному и не надо. На работе зарплата приличная, ЖКХ оплатить хватает, да ещё и себя побаловать остаётся. Внешность досталась отчественная, и с виду не скажешь, что это самый обычный человек. Немного узкие глаза, тупой нос и подбородок, густые брови. Любая девчонка бы бегала за ним, но не питерская. Работа кипит, катастрофически большие сокращения, людей совсем не осталось. Многим это знакомо, да? Вот и Костя не исключение. Будучи оперуполномоченным УР, погоны капитана в 28 лет явно жмут ему, ну, по крайней мере по мнению всех в его округе. Дело доходило до того, что он было чуть не попался в руки ФСБ, вот такие вот коллеги. И лишь благодарное спасибо начальству Палычу за понимание. Последняя встреча с тем самым приятным сотрудником ППС, кажется, Денисом оставила в душе Бирюкова капельку надежды на то, что после сокращения появятся более адекватные коллеги. Ну, или по крайней мере, менее раздражительные. –Палыч, да я разрываюсь уже! Нас трое на всю каюту, а начальник УР вообще в кабинете геморрой насиживает! Мы не тянем, а с нас требуют как с… –Капитан, попридержи коней. Отдел кадров тоже не просто геморрой насиживают. Новые орлы в понедельник появятся, раньше никак. Спасибо, что эти вообще согласились, — полковник Иван Павлович свёл брови в месте, ощущая больные слова на самой подкорке мозга. –А мы… Да ну! — и Костя, махнув рукой, буквально вылетел из кабинета и размашистыми шагами входит в открытые двери кабинета с оперуполномоченными. Бирюков с силой присаживается на крутящееся кресло у своего рабочего стола. Коллеги по судьбе переглянулись и хотели было что-то сказать, но Костя первым заговорил: –«Держитесь, орлы выйдут только в понедельник», а нам надо сказать спасибо, что они вообще согласились, — желваки Кости заметно нервно напрягаются, выдавая с потрохами бушующую ярость. –Попадуха… –Мы ж зашиваемся в этом уже, — демонстративно оперативник Юра повозился руками в бумажной кучке. –Просто ждём этот чёртов понедельник… –отозвался Костя, пытаясь выровнять дыхание. Коротко говоря, неделя началась ужасно. Массовые сокращения, так ещё и рабочая сила будет только через неделю. Кажется, эта неделя будет самой ужасной.

Понедельник, 24 июля

Вновь очередное светлое утро, но оно должно начаться намного лучше, чем было до этого. Ведь наконец сегодня приходит подмога, столь желанная и необходимая. И вот все на своих местах, будучи в полной готовности встречать новых, но они больше рады не новому сотруднику, а новому объекту, куда можно скинуть лишнюю чернильную работёнку. Наконец шаги одного из явившихся новых сотрудников, наконец-то этот обнадёживающий звук за дверью по коридору, который в интриге замалкивает прямо за ней. Три коротких робких стука. Все напряглись в ожидании. Эта небольшая, но по ощущениям самая длинная, пауза, ручка опускается и…! –…Денис?