Будни Ковчега: Операция «Расслабление»

Был обычный будний вечер. Из тех, когда ничего не предвещает беды, ничего не случается, и ты уже мысленно сидишь дома в тишине, подальше от заводского шума и людей. Райна заканчивала свою смену на заводе. Рабочий комбинезон, пропахший маслом и металлом, полетел в шкафчик. Она переоделась в легкое платье, распустила волосы, чтобы хоть немного почувствовать себя человеком, а не винтиком в огромной промышленной машине, и уже предвкушала: тихий вечер, горячий чай, обычная скучная рутина ее жизни, которая не приносила ей никаких тревог. Ей казалось, что этот день уже ничего не испортит, но выйдя через пропускной пункт, она увидела знакомую машину и ее сердце пропустило удар, затаившись в ужасе. Рядом с машиной, облокотившись на капот с видом человека, которому принадлежит весь этот сектор и, кажется, половина соседнего, стоял комендант 161-го. В идеально сидящем кителе, который был небрежно расстегнут, и с ленивой, хищной улыбкой человека, который точно знает, что любая женщина сочтет за честь провести с ним вечер. Он явно кого-то ждал. И Райна догадывалась кого. Сегодня он решил, что в 4 счета сотрет все непонимания, что были у них с Рейн. Шаг 1. Похищение. Заозиравшись по сторонам, девушка решила незаметно взять курс максимально сбоку, подальше от машины. Она даже сделала вид, что поправляет ремешок сумки, чтобы пригнуться и стать чуть менее заметной. Пальцы нервно теребили пряжку, глаза бегали по сторонам, высматривая путь к отступлению. Жалкая попытка, но вдруг прокатит? — Райна, - раздалось сзади. Шаги. Приближающиеся. Быстрые. Уверенные. Не терпящие возражений. Только не это. Он меня заметил. Девушка замерла, на мгновение перестав дышать. Затем медленно выдохнула. И, собрав волю в кулак, обернулась с максимально равнодушным лицом, на которое только была способна. Пальцы всё ещё сжимали ремешок сумки, выдавая её напряжение. — Сегодня такой отличный вечер, и я решил подвезти тебя до дома. Обсудим по дороге дела, - с тоном будто девушка выиграла сегодня джекпот, сказал Ван Хейс, настигая ее. - Ты же никуда не торопишься? Он встал так, что солнце светило ему в спину, создавая эффектный ореол. Райна готова была поклясться, что он тренировался этой позе перед зеркалом и знал, что это работает. Потому что даже она, зная всю его натуру, на секунду засмотрелась. — У меня планы, - соврала девушка, глядя куда угодно, только не в его глаза. Потому что в глаза смотреть было нельзя, там жил гипноз, которому она не собиралась поддаваться. — Они подождут, а я нет, - подмигнул комендант, поймав ее взгляд, и приглашающим жестом подтолкнул ее в сторону машины. На секунду его ладонь легко и собственнически легла ей на поясницу. Райна дернулась, мышцы спины напряглись, но он уже открывал перед ней дверь. — Ты чего так напряжена, детка? - его голос стал ниже. - Боишься? — Я? - Райна попыталась изобразить удивление, вскинув бровь. - Я вообще-то… — Я не кусаюсь. - Он открыл дверь и добавил, склонившись к самому уху: - Если только попросишь. Его дыхание коснулось ее шеи. Райна вздрогнула. Она покосилась на него, но села. Потому что спорить с ним на проходной, где полно народу, который и так уже косится в их сторону, не хотелось. Ксандр в два быстрых шага обогнул машину и сел рядом с ней. Сел и сразу повернулся, окинул ее взглядом с головы до ног. Медленно. Смакуя. Будто оценивал дорогую покупку. Его глаза задержались на ее распущенных волосах, на вырезе платья, на том, как нервно она теребит край сумки. — Хорошо выглядишь, - сказал он просто. - Это платье тебе очень идет. Он произнес это так, будто констатировал факт, но в голосе проскользнуло что-то, от чего у Райны мурашки побежали по спине. Девушка подозрительно на него посмотрела. — Спасибо. — Скажи, ведь о таком завершении вечера ты и не мечтала? — Не мечтала, - кивнула Райна, глядя в окно. Пальцы сильнее сжали сумку. Они тронулись и поехали прочь от завода. Ксандр вел машину уверенно, одной рукой, второй постукивая по рулю в такт тихой музыке, льющейся из динамиков. Его пальцы отбивали ритм: нервный, пульсирующий. Периодически он поворачивался к ней, окидывал взглядом, улыбался чему-то своему. Райна смотрела то в окно, то на него. Ловила себя на том, что рассматривает его профиль. И это бесило. — Нравится? - спросил Ксандр, поймав ее взгляд. — Что именно? — То, что видишь. Я, машина, вечер. Можешь выбирать. — Я выбираю пейзаж за окном, - отрезала Райна, отвернувшись. — Врешь, - усмехнулся он. - Ты на меня смотрела. Я тебе нравлюсь, можешь признать. Это не преступление. — Самоуверенности тебе не занимать. На светофоре он повернулся к ней. Посмотрел долгим, тяжелым взглядом. Не отрываясь. В упор. С той особенной смесью наглости и нежности, от которой у любой женщины могло перехватить дыхание. Райна почувствовала, как щеки начинают гореть еще сильнее. Пульс участился. Она сцепила пальцы в замок, чтобы они не дрожали. — Что? - не выдержала она. — Ничего. Любуюсь, - пожал плечами Ксандр и тронулся с места, как ни в чем не бывало. - Знаешь, у тебя удивительные глаза. Когда ты злишься, они становятся почти черными. А когда смущаешься светлеют. Сейчас они как раз светлеют. — Я не смущаюсь, - отрезала Райна, но голос прозвучал неубедительно даже для нее самой. — Конечно нет, - согласно кивнул Ксандр с улыбкой, которая говорила обратное. Райна фыркнула, но промолчала. Потому что крыть было нечем. Она отвернулась к окну и видела его отражение в стекле: довольное, расслабленное, чертовски привлекательное.  Она очнулась от разглядывания его рук на руле: красивых, с длинными пальцами, уверенно держащих руль. Райна поймала себя на том, что представляет, как эти пальцы касаются... И в этот момент взгляд упал на знакомый поворот. Совсем не в сторону ее дома. Она резко выпрямилась, вцепившись в сиденье. — Ксандр, но мой дом совсем в другой стороне, - воскликнула она, глядя на коменданта. — Да, так и есть, - невозмутимо ответил он. - Я подумал, что раз ты никуда не торопишься, можем заехать, выпить вместе немного в одно заведение. И тут же, не дожидаясь ответа, его рука легла на ее ладонь, лежащую на сиденье. Легко накрыла сверху. Теплая. Уверенная. Пальцы чуть сжались, и это простое движение отозвалось где-то глубоко внутри. — Ты же не против компании? Вечер длинный, скучать одной было бы преступление. Райна дернулась так, будто ее ударило током. Выдернула руку, прижала к груди, будто обжегшись. Сердце колотилось где-то в горле. — Я же сказала, что у меня планы, - голос предательски дрогнул. — Какие планы? - Ксандр посмотрел на нее с искренним (или отлично сыгранным) интересом. - Расскажи. Может, я смогу сделать их лучше. — Я собиралась домой, - отчеканила Райна. - И без всяких приключений. — Домой… это хорошо, - кивнул Ксандр, и в его голосе появились бархатные нотки. - Очень даже хорошо. Но ты туда еще успеешь, а приключения... - он посмотрел на нее с прищуром, - бывают приятными. Он сделал паузу, давая словам осесть в воздухе между ними. — Плюс сама посуди, расслабляться тоже надо. Тем более мы с тобой команда, друзья… нужно сплочаться для более слаженной работы. Его взгляд скользнул по ее лицу. Медленно. Ощутимо. Сначала задержался на губах, потом спустился к вырезу платья и вернулся обратно к глазам. Райна физически чувствовала, как этот взгляд гладит ее кожу, оставляя за собой дорожку мурашек. Она сглотнула.  Да он меня раздевает взглядом. Прямо сейчас. В машине. Она провела рукой по шее, пытаясь унять жар. Бесполезно. Кожа горела под собственными пальцами. — Я совсем не уверена, что это хорошая идея, - выдавила она, отворачиваясь к лобовому окну, чтобы он не видел ее пылающих щек. — Не попробуешь - не узнаешь, - парировал он. И вдруг потянулся к ее лицу. Райна зажмурилась, вжалась в сиденье, ожидая... Чего? Она и сама не знала. Но он лишь убрал прядь волос, упавшую ей на глаза, и заправил за ухо. Кончики пальцев скользнули по щеке: легко, почти невесомо, задержались на секунду дольше необходимого. Потом спустились ниже, чуть коснулись шеи, туда, где под тонкой кожей бешено бился пульс. — У тебя пульс учащенный. - Его голос был тихим, почти ласковым. - Волнуешься? — Нет, - выдохнула Райна, чувствуя, как его пальцы обжигают кожу сильнее любого огня. — Врешь, - улыбнулся Ксандр, убирая руку. - Но мне нравится, как ты врешь. Мило. Он посмотрел на нее долгим, тяжелым взглядом. Взглядом хищника, который выбрал добычу и знает, что она никуда не денется. — Пара бокалов, а потом я доставлю тебя домой в целости и невредимости. Обещаю. Райна закатила глаза, но щеки предательски порозовели. Она прикусила губу, пытаясь скрыть улыбку, которая предательски пыталась выползти наружу. И где-то глубоко внутри, под толстым слоем возмущения и недоверия, шевельнулось что-то теплое, пугающее, манящее. Она покосилась на него. Он смотрел на дорогу, но на губах играла довольная улыбка. Его пальцы снова постукивали по рулю: уверенно, расслабленно. Он знал. Он все знал. И это бесило больше всего. Шаг 2. Расслабление. Они сели за барную стойку. Место оказалось уютным: приглушенный золотистый свет мягко стелился по стенам, кожаные стулья приятно обнимали спину, а тихая музыка обволакивала и располагала к неторопливым разговорам. Здесь хотелось задержаться, забыть о времени, раствориться в этом теплом полумраке. Ксандр заказал себе и ей выпить, даже не глядя в меню, просто кивнул бармену, и через минуту перед Райной появился бокал с янтарной жидкостью. Вино играло в свете ламп, переливаясь золотом. Райна неуверенно посмотрела на бокал, покрутила его в пальцах, наблюдая, как свет танцует в гранях стекла. Пункт первый в инструкции «Как не стать жертвой маньяка»: не пей то, что налил незнакомец. Но он не незнакомец. Он комендант сектора. Хоть и с сомнительной репутацией. — Не отравлено, - усмехнулся Ксандр, заметив ее сомнения. - В ином случае я их всех потом пересажаю. Он, не долго думая, отпил из своего бокала, демонстративно глотая, и поставил его на стойку. — И не бойся, - добавил он, и в его голосе появились мягкие, почти мурлыкающие нотки.- Если бы я хотел тебя опоить, выбрал бы что-то покрепче. И место поукромнее. А здесь людно, светло, прилично. Расслабься. Он сделал еще один глоток, глядя на нее поверх бокала. Этот взгляд был отработан до совершенства с нужной степенью томности и опасности одновременно. — Ну так о чем ты хотел со мной поговорить? - спросила Райна, делая маленький, осторожный глоток. Вино оказалось приятным: терпким, с легкой кислинкой, теплом разливающимся по груди. — О тебе, - просто ответил Ксандр, и от этой простоты у нее внутри что-то дрогнуло. - О том, какая ты на самом деле. Не при посторонних, не на работе. Дома. Одна. О чем ты думаешь, когда остаешься в пустой квартире? — О том, что завтра на работу, - буркнула Райна, глядя в бокал. — Врешь, - улыбнулся он. - Ты наверняка думаешь о том, что хорошо бы встретить кого-то. О том, чтобы кто-то согревал тебя ночью. Я прав? Райна поперхнулась вином. Терпкая жидкость пошла не в то горло, она закашлялась, чувствуя, как жар приливает к щекам. — Ты лезешь в личное, - выдавила она, промокая губы салфеткой. — А что мне еще остается?  развел руками Ксандр. - Ты со мной колючая, как ежик. Приходится пробивать оборону. Он пододвинулся ближе. Их колени соприкоснулись. Райна попыталась отодвинуться, но барная стойка не давала маневра. Ксандр сделал вид, что не заметил. Но он, конечно, заметил. По тому, как дрогнули его губы в довольной улыбке, она поняла: это было сделано намеренно. — Но ты же навел справки обо мне, когда нашел меня спустя год, - пристально посмотрела девушка на него, пытаясь перевести разговор в другое русло. — Райна, ну какая ты подозрительная, - он покачал головой с деланым сожалением. - Я лишь узнал несколько деталей. Где живешь, где работаешь, чем занимаешься. А то, что между нами происходит сейчас… это совсем другое. Это химия. Ты чувствуешь? Он взял ее руку, лежащую на стойке, и перевернул ладонью вверх. Провел пальцем по линиям, от запястья до кончиков пальцев. Медленно. Изучающе. — Или ты считаешь, что я поднял информацию вплоть до твоего размера бюстгальтера? - он усмехнулся и добавил, понизив голос до интимного шепота: - Такие вещи лучше узнавать лично. На ощупь. Райна подавилась вином во второй раз. Ксандр тут же оказался рядом, его ладонь легла ей на спину, поглаживая между лопаток. Тепло его руки проникало сквозь тонкую ткань платья, разливалось по телу, заставляя мурашки бежать по позвоночнику. — Аккуратнее, -  мурлыкнул он ей на ухо, склонившись так близко, что его губы коснулись мочки. Его дыхание было теплым, с легким привкусом виски. - Пей маленькими глотками. Давай я тебя научу получать удовольствие. Не торопясь. Смакуя каждый момент. — Я... я умею получать удовольствие, - просипела Райна, откашливаясь и чувствуя, как горят щеки. — Умеешь? - его бровь взлетела вверх. - Расскажешь? Мне очень интересно, что ты считаешь удовольствием. Он не убирал руку с ее спины. Наоборот, пальцы чуть сжались, очерчивая линию позвоночника, и Райна физически чувствовала, как под его пальцами загорается кожа. — Вино нужно смаковать, - продолжил он, глядя ей в глаза. - Как поцелуй… прикосновение… прелюдию… Не торопясь. Чувствуя каждый оттенок. Хочешь, покажу, как правильно? Райна смотрела на его губы и не могла отвести взгляд. Тело не слушалось.  — Нет, - выдавила она, но слово прозвучало неуверенно. — Очень зря, - скользнул скептичным взглядом по девушке Ван Хейс и убрал руку. Переместил на стойку, теперь его пальцы лежали в опасной близости от ее руки и это «почти» было хуже любого прикосновения. - Я хороший учитель. — Уверена, практики было много, - огрызнулась Райна, пытаясь вернуть самообладание. Ван Хейс промолчал, деланно улыбнувшись. Но в его улыбке не было обиды, только веселье и какая-то странная снисходительность. Он поднял бокал. — Давай выпьем за тебя. Райна чокнулась, сделала глоток. Ксандр тут же наполнил ее бокал снова. Движения были такими естественными, будто они сидели так каждый вечер. — Так не пойдет, - запротестовала она. — А кто говорит про напиваться? - удивился Ксандр. - Один бокал - ты все еще контролируешь ситуацию. Два - начинаешь улыбаться. Три - начинаешь думать: «А может, не такой уж он и плохой?» Вино легкое, тебе надо расслабиться после рабочего дня. — Я совсем все это не планировала, - пробормотала Райна, но бокал не отставила. Он посмотрел на нее с прищуром. — А чего ты хочешь, Райна? Прямо сейчас? — Домой, - быстро ответила она. — Опять врешь, - констатировал Ксандр. Девушка сердито кинула на него взгляд, но промолчала, потому что где-то глубоко внутри она понимала: он прав. И тут тишину разорвал звонкий женский голос. — Ксандр? - раздалось вдруг рядом. К стойке подошла эффектная девушка. Высокая, с длинными черными волосами, в облегающем платье, которое подчеркивало каждую линию ее тела. Она встала в опасной близости от Ван Хейса, оперлась локтем о стойку и улыбнулась ему той улыбкой, которая обычно не оставляет шансов. — Я так рада тебя видеть! — проворковала она, стреляя глазами. — Ты здесь один? Ксандр лениво повернул голову, окинул ее быстрым, равнодушным взглядом. Райна внимательно следила за его лицом. В нем не дрогнул ни один мускул. — Мы знакомы? - спросил он с таким искренним недоумением, что даже Райна на секунду поверила. Брюнетка замерла. Улыбка сползла с ее лица, сменившись сначала удивлением, потом обидой. — В смысле? Мы же... виделись. Месяц назад. Ты обещал перезвонить… видимо номер затерялся. Ксандр наморщил лоб, пытаясь вспомнить. Райна видела, как он напряг память, и с тем же успехом мог пытаться вспомнить, что ел на завтрак три недели назад. — Эм... — протянул он. — Приятно было повидаться? Девушка фыркнула. Перевела взгляд на Райну, окинула ее оценивающе, с ног до головы. Райна почувствовала себя экспонатом в музее. Её рассматривали, изучали, прикидывали, стоит ли воспринимать как соперницу. — Удачи тебе с ним,- бросила брюнетка и, развернувшись, ушла, цокая каблуками. Повисла тишина. Райна медленно перевела взгляд на Ксандра. Тот выглядел... озадаченным. — Что? - спросил он, поймав ее взгляд. - Я без понятия, кто это. — Ты ее не помнишь? — А должен? - Ксандр вскинул бровь, - Рейн, я многих людей вижу. Не обязан же я всех помнить. Она смотрела на него и чувствовала, как внутри шевельнулось странное, непонятное чувство. Что-то вроде: «А меня он потом так же не вспомнит?» — Рейн, - Ксандр подался ближе, и его голос стал тише, серьезнее, - тебя я запомнил прекрасно. Не переживай. Даже помню твой адрес наизусть. — Я ничего не говорила, - отрезала она, но голос предательски дрогнул. - И я не переживаю. — Я вижу. Она хотела огрызнуться, но слова застряли в горле. — Ну так что? - спросил он тихо, почти шепотом. - Будем беседовать по душам? Или продолжим играть в недотрогу? Бармен принес еще один бокал для Райны и обновил напиток Ксандру. — Не пей, если не хочешь, но мне нравится сидеть с тобой разговаривать и смотреть, как ты злишься. — Я не злюсь, - буркнула Райна. — Злишься, - улыбнулся он. - У тебя смешно морщится нос. Он потянулся и легонько коснулся кончика ее носа пальцем. Райна дернулась, но не сильно. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но от него по коже побежали мурашки. — Не трогай нос, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал строго. — А что можно трогать? - тут же поинтересовался Ксандр, и в его глазах заплясали знакомые чертики. Райна закатила глаза, но бокал взяла. Чокнулась. Сделала глоток. Потом еще один. Вино было вкусным, а разговор странным. Она ловила себя на том, что ей действительно интересно. Что она хочет узнать, что у него внутри. Под этой наглой, самоуверенной оболочкой. Она смотрела на него, на его руки, на его улыбку, и где-то глубоко внутри, под слоями недоверия и страха, разгоралось что-то, чему она боялась дать название. Что-то теплое, манящее, пугающее. Что-то, от чего уже не хотелось убегать. Шаг 3. Раскрепощение. Ксандр ленивым, уверенным жестом бросил купюры на стойку, даже не глядя на счет, просто вытащил из кармана несколько банкнот и небрежно швырнул их, даже не проверяя, хватит ли. Движение было таким естественным, таким привычным, будто он каждый день разбрасывался деньгами в барах. Повернулся к Райне, и в приглушенном свете барных ламп его глаза блеснули тем самым опасным огоньком, от которого у нее внутри всё сжималось в тугой, пульсирующий узел. Он задержал на ней взгляд на секунду дольше, чем нужно: изучающе, прицельно, и Райна почувствовала, как под этим взглядом начала закипать кровь. — Рейн, - протянул он с интонацией заботливого доктора, обнаружившего у пациента запущенную болезнь, но в голосе сквозило такое откровенное веселье, что невозможно было понять: издевается он или правда беспокоится. - Ты все-таки такая зажатая. Это надо срочно исправлять. А то еще пара месяцев такой жизни и с тебя паутину придется смахивать. — Что? - Райна подняла на него мутнеющий взгляд, пытаясь сфокусироваться на его лице. Это было трудно, он словно покачивался в такт музыке, которая все еще играла где-то на периферии ее сознания. Ресницы ее затрепетали, когда она пыталась удержать его лицо в фокусе. — Я, можно сказать, спасаю тебя от одинокой старости. - Он подался ближе, опираясь локтем о стойку, и теперь между ними было не больше полуметра. От него пахло виски, дорогим одеколоном и чем-то неуловимо мужским, от чего у Райны перехватывало дыхание. - Если ходить всегда с таким суровым лицом, можно сразу на своей личной жизни крест ставить. Ни один мужчина не подойдет, потому что подумает, что ты его арестуешь. — Может, я и хочу, чтобы не подходили, - буркнула Райна, глядя куда-то в сторону. Но вышло неубедительно даже для нее самой. Пальцы ее нервно теребили край салфетки, скручивая ее в тонкую трубочку. Потому что, когда она это говорила, краем глаза все равно смотрела на него. Ксандр усмехнулся, прекрасно слыша эту неуверенность. Он вообще слышал в ней всё: каждую ноту, каждую дрожь, каждый вдох. Его пальцы легонько постукивали по стойке: нервный, возбужденный ритм, который выдавал его с головой, несмотря на внешнюю расслабленность. — Я предлагаю заехать еще в одно место. - Его голос стал тише, интимнее, почти заговорщицким. - Чтобы снять с тебя эту монашескую личину. Радикально. Быстро. Эффективно. Он склонил голову чуть набок, ожидая ее реакции. В этом движении было что-то почти нежное, несмотря на всю его самоуверенность. Райна, в которой алкоголь уже развязал все внутренние узлы, ослабил хватку разума и выпустил наружу то, что она обычно держала под семью замками, посмотрела на него с вызовом. Щеки горели, глаза блестели, и где-то в глубине души она понимала, что сейчас творит какую-то глупость, но остановиться уже не могла. Она прикусила неосознанно губу и этот жест не укрылся от его внимания. — Ну давай, - она сама удивилась тому, как хрипло прозвучал ее голос. - Удиви меня. Улыбка Ксандра стала шире.  — Давай, Рейн. В твоем возрасте уже не стоит бояться за свою честь. Пошли развеем твои стереотипы. Он поднялся и протянул ей руку. Райна, слегка пошатываясь, оперлась на его ладонь, и он помог ей встать. На мгновение она оказалась так близко, что почти уткнулась носом ему в грудь, от чего у нее перехватило дыхание. — Надеюсь, я потом не пожалею об этом, - пробормотала она, пытаясь восстановить равновесие. — Рейн, - он усмехнулся, наклоняясь к самому ее уху, и его теплое дыхание обожгло кожу, - я же не настаиваю. Всегда можно встать и уйти. Он развернулся и направился к выходу, даже не оглядываясь. Райна смотрела ему вслед. И через мгновение ноги предательски, не слушаясь голоса разума, уже сами несли ее за ним. Через полчаса они сидели в полумраке стрип-клуба, и Райна проклинала все на свете, что согласилась на эту авантюру. Но проклинала как-то вяло, без обычной своей убежденности, будто где-то глубоко внутри уже смирилась с тем, что этот вечер перестал быть обычным. Воздух здесь был густым, тягучим, почти осязаемым. Пропитанный запахом дорогого парфюма и чего-то сладковато-пряного, от чего кружилась голова еще сильнее. Красный свет мягко стелился по стенам, выхватывая из темноты бархатные кресла, в которых утопали посетители, блеск хромированных шестов и силуэты девушек, двигавшихся в такт музыке. Музыка здесь была особенная: тягучая, обволакивающая, она проникала под кожу, заставляла сердце биться чаще, а дыхание сбиваться. Райна вжалась в кресло, как нашкодивший ребенок, которого привели во взрослый магазин игрушек. Она чувствовала себя чужой в этом мире откровенной чувственности, но в то же время где-то глубоко внутри шевелилось запретное, пугающее любопытство. В руках она судорожно сжимала очередной бокал… уже четвертый, кажется, или пятый? Она сбилась со счета. Главное, что напиток помогал делать вид, что она смотрит в бокал, а не по сторонам. Что ей все равно. Что ее это не касается. Но глаза все равно смотрели по сторонам. Предательски, жадно, не в силах оторваться от происходящего. На сцене девушка обвивала шест, двигаясь в такт медленной, тягучей музыке. Ее тело изгибалось с невероятной, текучей грацией и казалось, у нее нет костей, одна только текучая, горячая плоть. Мышцы перекатывались под смуглой кожей, блестящей от масла, и каждый этот перекат отзывался где-то в глубине сознания Райны запретным, волнующим эхом. Девушка то поднималась вверх, обхватив шест ногами, то медленно, мучительно медленно сползала вниз, проводя руками по своему телу, и в каждом движении было столько чувственности, столько обещания, что Райна поймала себя на том, что смотрит. Не отрываясь. Завороженно. Не в силах отвести взгляд. Господи, что я здесь делаю? Она сглотнула. Пальцы сильнее сжали бокал. — И зачем ты меня сюда привел? - выдохнула она, но в голосе не было прежней злости. Скорее растерянность и попытка уцепиться за что-то знакомое, понятное, свое. Ксандр сидел рядом, развалившись в кресле с видом человека, который чувствует себя здесь как рыба в воде. Одна рука лежала на подлокотнике, другая на спинке ее кресла. Расслабленный, уверенный, опасный. В красноватом свете его глаза казались почти черными, и в них плясали те самые черти, которых она так боялась. Его пальцы лениво барабанили прямо у ее затылка. — Смотри, Рейн, - заговорил он тоном лектора, читающего занимательную лекцию, но глаза его смеялись. - Ты уже знаешь, что есть мужчины и женщины. И ты должно быть в курсе, что они не всегда встречаются, чтобы только о делах говорить. Ну знаешь… они могут и приятное друг другу делать. — Ксандр... - попыталась перебить его Райна, но голос прозвучал слабо, неубедительно. — Я серьезно. - Он повернулся к ней, и теперь его лицо было совсем близко.  - Я вижу, что у тебя проблемы с раскрепощением. Ты вся зажатая, как пружина. Боишься лишний раз вздохнуть. — Как это связано с этим местом? - она кивнула на сцену, но сделала это так, чтобы не смотреть туда снова. — Ну смотри. - Он подался еще ближе, и его голос стал тише, интимнее, перекрывая музыку, которая теперь казалась частью его голоса. - Ты выпила. Немного расслабилась. Сейчас мы здесь. Обстановка подсказывает, что за пределами твоей квартиры и завода есть жизнь. И она бывает… всякая. Он сделал паузу, давая словам осесть в ее затуманенном сознании. Райна чувствовала, как его дыхание касается ее щеки: теплое, чуть заметное, от чего по коже бежали мурашки. Она поежилась, но не отодвинулась. — Вот посмотри девушка танцует. - Он кивнул на сцену, где танцовщица как раз делала особенно откровенное движение, от которого у Райны округлились глаза. - Представь, смогла бы ты так станцевать для меня? Райна поперхнулась. Напиток пошел не в то горло, она закашлялась, чувствуя, как жар приливает к щекам, заливает шею, грудь. Бокал в ее руке дрогнул, янтарная жидкость плеснулась через край. Волна возмущения прокатилась по телу, но где-то глубоко, под возмущением, шевельнулось что-то другое. Что-то горячее, тягучее, чего она так боялась. Что-то, чему она не хотела давать названия. — Что?! - выдохнула она, когда смогла говорить. Голос сорвался на хрип. — Само собой не здесь. - Его голос стал мурлыкающим, убаюкивающим, как у кота, который знает, что мышь уже никуда не денется. - Мы просто обсуждаем. Теоретически. Рука Ксандра, лежащая на спинке кресла, чуть переместилась, и его пальцы легли ей на плечо. Легко. Почти невесомо. Но она почувствовала это касание каждой клеткой, каждым нервом. Казалось, даже воздух между ними стал плотнее. Райна замерла, боясь пошевелиться. Она сделала большой глоток, пытаясь унять бешеный пульс. Вино обожгло горло, но не помогло, сердце колотилось где-то в ушах. Она поставила бокал на столик, но рука дрожала, и пришлось сцепить пальцы в замок, чтобы скрыть эту дрожь. — Видишь, ты смотришь, - заметил он, кивком указывая на сцену. - Значит, тебе в целом происходящее нравится. — Я смотрю, потому что здесь больше не на что смотреть, - огрызнулась она, но голос предательски дрогнул. Она сама не верила в то, что говорила. — Можешь смотреть на меня. - Его губы растянулись в улыбке, от которой Райну бросило в жар. — Я ближе. И намного интереснее. Пальцы на ее плече чуть сжались. Большой палец медленно, мучительно медленно провел по ключице, очерчивая линию, спускаясь к вырезу платья. Кожа под его пальцем горела, плавилась, требовала продолжения. Райна закусила губу, чтобы не издать ни звука. Она перестала дышать. Перестала думать. Перестала вообще что-либо соображать. Музыка, пульсирующий красный свет, запах его одеколона, смешанный с чем-то терпким и мужским, его дыхание где-то рядом, его пальцы на ее коже - все смешалось в один пьянящий коктейль, от которого голова шла кругом сильнее, чем от всего выпитого за вечер. Надо встать. Надо уйти. Надо прекратить это, пока... Пока что? Пока не случилось что? Но тело не слушалось. Оно хотело остаться. Хотело, чтобы его пальцы двигались дальше. Хотело узнать, что будет. Она смотрела на сцену, но не видела танцовщицу. Видела только отражение их двоих в темном стекле: его лицо рядом с ее, его руку на ее плече, свою напряженную спину, свою грудь, вздымающуюся слишком часто. И чувствовала, как внутри разгорается что-то, чему она не могла дать названия. Что-то горячее, пугающее, запретное. Что-то, от чего хотелось бежать без оглядки и одновременно прижаться к нему всем телом. — Райна, — прошептал он ей в самое ухо, и его голос прозвучал как обещание. Его губы почти коснулись мочки ее уха, и она почувствовала это прикосновение каждой клеточкой. Она вздрогнула. Дернулась. Отодвинулась, насколько позволяло кресло. Но его рука не отпустила, только скользнула с плеча на спинку кресла, но теперь еще ближе, почти обнимая. Почти прижимая к себе. Его пальцы теперь лежали у самой ее шеи, и она чувствовала их тепло даже сквозь ткань. — Я даже не знаю, что меньшее из двух зол, - пробормотала Райна, делая еще один большой глоток, чтобы хоть чем-то занять рот и руки. Она чувствовала, как дрожат пальцы, сжимающие бокал. - Это все, конечно, было познавательно. Очень. Невероятно. Но я со своей паутиной и монашеской рясой все-таки поеду домой, Ксандр. Она попыталась встать, но ноги подкашивались. То ли от выпитого, то ли от него. Скорее всего от него. Алкоголь был лишь слабым дополнением к тому, что творил с ней этот человек. — Ладно, понял, - кивнул Ксандр, и в его голосе не было разочарования. Только спокойная уверенность. Только знание того, что семена упали в благодатную почву. - Одним днем крепости не рушатся. Я тебя подвезу. В целости и сохранности. Он поднялся и протянул ей руку. Райна посмотрела на его ладонь. Широкую, теплую, с длинными пальцами, которые всего минуту назад касались ее кожи и оставили там огненный след. Она видела, как пульсирует жилка на его запястье, он тоже не так спокоен, как хочет казаться. Потом в его глаза. В них плясали черти, но было там и что-то другое. Что-то, чему она не доверяла, но что хотелось проверить. Что-то настоящее, не прикрытое маской бабника и повесы. Один раз. Просто один раз можно позволить себе слабость. Просто взять его руку. Просто позволить себя подвезти. Это же ничего не значит. Правда ведь? Она взяла его руку. Его пальцы сомкнулись на ее запястье, горячие, сильные, и этот простой жест почему-то отозвался дрожью где-то глубоко внутри. Она почувствовала, как напряглись мышцы, как перехватило дыхание. Ее пальцы дрогнули в его ладони. И он почувствовал. Она видела это по тому, как дрогнули его глаза, как чуть заметно расширились зрачки. Как дернулся кадык, когда он сглотнул. — Пошли, Рейн. — Голос его стал ниже, хриплее. — Домой так домой. Шаг 4. Подкинуть до дома. Ксандр и Райна вышли на улицу, и ночной воздух ударил в лицо: резкий, холодный, отрезвляющий. После душного, пропитанного страстью полумрака клуба, после оглушающих басов и запаха разгоряченных тел, он показался почти ледяным. Контраст был настолько сильным, что у Райны перехватило дыхание, а кожа покрылась мурашками: то ли от холода, то ли от перепада температур, то ли от того, что его рука все еще сжимала ее ладонь. Его пальцы чуть заметно успокаивающе поглаживали тыльную сторону ее ладони. Райна чувствовала каждую линию его руки, каждую мозоль, каждый миллиметр тепла, и это простое прикосновение говорило больше, чем любые слова. Она сделала шаг и поняла: земля качается. Сильнее, чем должна. Намного сильнее. Вино + стрип-клуб + его близость = гремучая смесь, с которой ее организм категорически отказывался справляться. Голова кружилась, ноги стали ватными, а мысли путались, цепляясь друг за друга. Мир вокруг плыл, терял очертания, и только его присутствие рядом было единственным якорем в этом шатающемся пространстве. Она ухватилась рукой за стену, пытаясь удержать равновесие, но стена тоже, кажется, решила покачаться. Или это просто реальность решила проверить ее на прочность после всего, что случилось сегодня вечером. Пальцы скользнули по шершавой поверхности, царапая кожу. — Осторожнее, - Ксандр мгновенно оказался рядом, подхватил ее под локоть. Его рука уверенно обхватила ее предплечье, и это прикосновение почему-то отозвалось дрожью там, где, ей казалось, не могло быть никаких чувств. Но они были. И с каждой секундой их становилось только больше. Его пальцы чуть сжались, фиксируя ее, не давая упасть. Райна постояла минуту, пытаясь справиться с головокружением, глубоко вдыхая холодный воздух. Но организм, который и так уже получил сегодня слишком много впечатлений, решил, что хватит. Ее начало тошнить. — О нет, - выдохнула она, чувствуя знакомый спазм, подкатывающий к горлу. - Только не это. Только не здесь. Только не при тебе. Она зажмурилась, надеясь, что это просто показалось. Но спазм повторился. — Кто-то, кажется, не умеет пить, - усмехнулся Ван Хейс, но в голосе не было насмешки. Только спокойная, уверенная забота. Только готовность помочь, несмотря на весь абсурд ситуации. Он уже разворачивал ее к себе, готовый подхватить. Он придержал ее за плечи, и в следующую секунду ее уже выворачивало. Ксандр стоял рядом, не отпуская. Одной рукой придерживал ее за талию, другой аккуратно убрал волосы с лица, чтобы не испачкались. Его пальцы мягко сжали пряди, убирая их назад, и это движение было таким заботливым, что у Райны защипало в глазах. — Всё-всё, дыши, - бормотал он, поглаживая по спине. Его ладонь скользила между лопаток, и это было странно... успокаивающе. Несмотря на унизительность момента, несмотря на то, что ее сейчас выворачивало наизнанку, его прикосновения дарили какое-то странное, непонятное тепло. - Дыши глубже. Сейчас пройдет.  Его рука на ее спине двигалась не переставая. Ровные, успокаивающие круги, от которых дрожь постепенно отступала. Райну отпустило. Она обессиленно прислонилась к нему, уткнулась лбом в его плечо. От него пахло запахом, от которого внутри все сжималось в тугой узел. И сейчас, в этом состоянии полной беспомощности, хотелось дышать глубже, вдыхать его, несмотря на тошноту, несмотря на все запреты, которые она выстроила вокруг себя. — Голова кружится, - шепнула она куда-то в ткань его рубашки, чувствуя, как губы касаются теплой ткани, как под ними угадывается жар его тела. — Сейчас поедем домой. Я отвезу. Потерпи немного. - его голос был тихим, почти нежным. Таким она его еще не слышала.  Райна с трудом подняла голову, посмотрела на него мутным, расфокусированным взглядом. Сквозь пелену опьянения она видела, что его лицо было серьезное, без привычной наглой ухмылки, без этой вечной игры в самоуверенного парня. Его брови были чуть сведены, в уголках глаз залегла непривычная мягкость. — Ты... специально меня поил? - выдавила она, сама не веря в то, что говорит. Это было глупо, но язык не слушался, а мысли путались. Уголки губ Ван Хейса дрогнули, но в глазах не было обычной насмешки. — Ты думала, я буду спаивать тебя и воспользуюсь потом моментом? - он покачал головой. - Ну это перебор, Рейн. Я не настолько козёл, как ты думаешь. Если между нами что-то и будет, то я хочу, чтобы ты была в сознании, сама этого хотела и помнила все, что происходит. Иначе какой смысл? И прежде чем она успела что-то ответить, он подхватил ее на руки и понес к машине. Райна даже ахнуть не успела, как оказалась в воздухе, прижатая к его груди. — Ты чего? - воскликнула она, инстинктивно обхватывая его за шею. Ее пальцы сомкнулись на его затылке, касаясь волос, и это прикосновение отозвалось дрожью уже в нем, она почувствовала, как он чуть заметно напрягся, как дернулись мышцы под ее рукой. — Так быстрее, - его голос звучал глухо.  Она прижалась щекой к его груди и сквозь тонкую ткань рубашки слышала, как бьется его сердце чуть быстрее, чем нужно. Неужели он тоже волнуется? Неужели эта железная уверенность: только маска, за которой прячется кто-то другой? Он пахнет так хорошо, - мелькнула где-то на периферии мысль, прежде чем Райна успела ее прогнать. - И руки у него сильные. И ... Она зажмурилась, приказывая себе не думать. Не чувствовать. Не замечать. Но тело жило своей жизнью, и каждая клетка тянулась к нему, впитывала его тепло, его запах, его близость. Ее пальцы гладили его волосы. Он аккуратно уложил ее на заднее сиденье, подложил под голову свою куртку, которая пахла им и этот запах окутал ее, как одеяло, и стало так хорошо, так спокойно, что глаза закрылись сами собой. Она вздохнула, сворачиваясь калачиком, утыкаясь носом в его куртку. Она уже проваливалась в сон, но успела поймать его руку, когда он попытался убрать ее. Пальцы сомкнулись на его запястье. — Ксандр... - прошептала она, с трудом ворочая языком. — Что? — Ты... ты странный. — Это комплимент? — Не знаю, - ее голос звучал сонно, еле слышно. - Но... спасибо. За то, что держал волосы, пока меня тошнило. Наверное, это самое романтичное, что со мной случалось. Он растерянно на неё посмотрел. — Рейн, у тебя очень странные представления о романтике. — Я знаю, - прошептала она, засыпая. Ее пальцы разжались, отпуская его запястье. Она уже не видела, но чувствовала, как он задержал ее руку в своей на секунду дольше, чем нужно. Как его большой палец погладил ее ладонь перед тем, как отпустить. Он смотрел на нее без своей обычной ухмылки, без игры, аккуратно высвободил руку, закрыл дверь. Сел за руль. В зеркало заднего вида было видно, как она уже дышит ровно, отключилась. Спящая, растрепанная, с размазанной тушью, с влажными от пережитого ресницами. При всем при этом она была прекрасная, беззащитная, настоящая. Не та колючая Райна, которая огрызалась на него весь вечер. Не та, что сжималась от его прикосновений. А просто она. Он вел машину медленно, осторожно, стараясь не делать резких движений. Ксандр то и дело бросал взгляд в зеркало заднего вида, проверяя, все ли с ней в порядке. Дышит ли. Спит ли. Не стало ли ей хуже. Когда они подъехали к дому, он заглушил двигатель и несколько секунд просто сидел. Смотрел на нее в зеркало. На ее лицо, расслабленное во сне. На то, как вздрагивают ресницы. Как чуть приоткрыты губы. Как тихо, почти по-детски, она посапывает, уткнувшись носом в его куртку. Одна прядь волос упала ей на лицо, и он физически чувствовал желание убрать ее. Вышел из машины. Аккуратно открыл заднюю дверь. Она даже не пошевелилась, сон был крепким, глубоким. Он достал из ее сумки ключи, нащупал в темноте замок. Вернулся, бережно, будто она была сделана из хрупкого стекла, поднял ее на руки. Она что-то пробормотала во сне, прильнула к нему теснее, уткнулась носом в шею. Ее дыхание щекотало кожу, тепло губ отдавалось где-то в самом сердце. Он замер на секунду, закрыл глаза, чувствуя, как внутри разгорается что-то, чему он не мог дать названия. Держи себя в руках, Ван Хейс. Ты - комендант. А она просто пьяная девушка, которую ты должен доставить домой. И только. Открыл дверь. Включил свет. Осторожно, едва касаясь, опустил ее на кровать. Она вздохнула, перевернулась на бок, поджала ноги к животу, инстинктивно сворачиваясь в клубочек. Он постоял, глядя на нее. Потом наклонился и аккуратно снял с нее туфли. Его пальцы коснулись ее щиколоток, и даже сквозь сон она чуть заметно улыбнулась. Укрыл пледом, заправив края, чтобы ей было тепло. Убрал прядь волос с ее лица, заправил за ухо. Кончики его пальцев скользнули по ее щеке невесомо, почти благоговейно. Она была такая... маленькая. Беззащитная. — Сладких снов, - прошептал он, не в силах отвести взгляд. Его пальцы еще раз коснулись ее волос, просто чтобы почувствовать. Просто чтобы запомнить. Постоял еще секунду. Вдыхал запах ее комнаты, смешанный с ее запахом. Тот самый, который преследовал его весь вечер. Тот, от которого сносило крышу. Тот, который он уже никогда не забудет. Вышел, прикрыв дверь. На улице прислонился к стене, закрыл глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Перед глазами стояло ее лицо: спящее, беззащитное, прекрасное. Он провел рукой по лицу, стирая наваждение. Пальцы дрожали. — И кто кого сегодня очаровывал? - пробормотал он себе под нос. - Я планировал снять девушку, а в итоге таскал ее на руках и держал волосы, пока ее тошнило. Гениально, Ван Хейс. Ты просто образец для подражания. Сел в машину. Посмотрел на свои руки, еще помнящие тепло ее тела. На пустое пассажирское сиденье, где совсем недавно сидела она, огрызалась, краснела, смущалась. На заднее сиденье, где она спала, уткнувшись в его куртку, и где до сих пор пахло ею. Машина завелась с тихим рычанием. — Твою мать, - сказал он сам себе, глядя на окно Райны. - Кажется, ты влип. По самые уши. Машина скрылась за поворотом. А в комнате на первом этаже спала Рейн, и ей снилось что-то хорошее впервые за долгое время. И снился ей он.