privilegio avvocato-cliente

      Вечера в Неаполе были особым искусством, небо заливалось фиолетово-оранжевой пеленой, теплый ветер приятно ласкал лицо, а море шумело от бьющихся о камни волн.       Леоне выходил из отдела прокуратуры северного района, наслаждаясь каждой мыслью о том, как завтра он проведет свой выходной. Проснется от лучей солнца, которые разбудят его своим ярким, обжигающим лицо светом. Весь день будет принадлежать ему одному, он посмотрит новый фильм с Моникой Беллучи и выпьет любимого белого вина под Клаудио Монтеверди и весь оставшийся вечер пролежит в прохладной ванне.       Фуражка, которую когда-то он носил ежедневно, прикрывала его глаза, отчего зачастую он смотрел исподлобья, осознанно наводя на всех ужас. На работе его заставляли собирать длинную шевелюру в хвост или в пучок, поэтому переступив участок, он мгновенно распустил свои белесые волосы и голова мгновенно стала легче. Резинка слишком сжимала его волосы, от чего потом осталась приглушенная боль в макушке.       Леоне завел капризный Мазерати, который приобрел совсем недавно и помчался в свою квартирку на окраине города. Далековато он выбрал место жительства, но зато там он снимает однокомнатную квартиру дешевле, в отличие от новостроек в центре. Только на секунду заглянув в зеркало заднего вида, он осознал что забрал с собой часть его старой униформы.       Славные когда-то были времена... В полицейской академии Леоне подружился со своим нынешним близким другом. Прошло уже восемь лет с тех пор, как он выбрал факультет правоохранительного дела. После окончания учебы, быть полицейским не оправдало его надежд. Леоне, который всегда восхищался органами власти, разочаровался увидев момент получения взятки его начальником. Он помнил тот день наизусть, как в отдел пришла пожилая женщина, которую ограбили. В течении дня преступника задержали Леоне, его начальник Леонардо и еще один полицейский. Не прошло и пары минут как его скрутили, Леонардо перехватил из чужой ладони пару купюр и после этого его отпустили будто это был просто спектакль. На прощание Леонардо сказал лишь: — Впредь больше не балуйся.       Обрадовавшийся такому улову, начальник предложил поделить прибыль на всех троих, в знак молчания. Леоне был шокирован, от того, что его в это замешали и еще больше от того, что бедная старушка не получит свою сумочку обратно, и правосудие никогда не восстановится. Леоне отказался от взятки, на что Леонардо недоверчиво переглянулся с другим офицером. Как бы сильно он не уважал своих коллег, через пару дней Леоне сдал своих. Ему было больно и неприятно, но совесть не позволила ему замолчать эту ситуацию. Начальника и офицера уволили, а на Леоне ополчился весь штат, называя его стукачем и крысой. Не выдержав натиска пустых обвинений, он уволился из полиции. Пару месяцев просидев в жуткой апатии, Лоренцо - его хороший товарищ с академии, помог выйти из этого состояния, сказав что в прокуратуре найдется свободное местечко для Леоне.       Он снял головной убор и убрал его на соседнее кресло. Ветер от набирающей скорости развевал его волосы, приятно обдувая уши. Когда он приехал до пункта назначения, он прихватил фуражку с собой. Дома было пусто и прохладно, несмотря на то, что весь день была щадящая жара. Хоть Леоне нравилось жить одному, порой накатывала меланхолия и хотелось простого человеческого тепла рядом с собой. Он устало скинул с себя черную кожанку, выкинул фуражку на кровать и отправился в душ, вымывать сегодняшний стресс.       Произошла большая сделка продажи метамфетамина между итальянской мафией и мексиканским картелем, и Леоне назначили это дело как районному прокурору. Дело было не для его звания, но было поймано много понятых и самих сообщников картеля, которые готовы рассказать обо всем лишь бы не мотать срок. В деле были замешаны даже несовершеннолетние, от чего Леоне был зол больше всего.       В сегодняшние планы у него входило только посмотреть телек и выпить бутылку пива, но он никак не мог забыть об этом инциденте. Сколько раз он заводил дела против глупых наркоманов, которые в момент трипа угоняли тачки и обкрадывали пенсионеров, было не сосчитать. Или же насильников и педофилов, на них Леоне отрывался по особенному и требовал самое суровое наказание. От его настойчивости и безоговорочных доказательств преступники сами сознавались в содеянном, и вскоре от обычного прокурора он вырос до районного. Коллеги не особо любили его из-за скверного характера, но его точно уважали и зачастую делали небольшие подачки.       В виду стольких успешных дел, Леоне предложили взять инцидент картеля чтобы повысить его до областного прокурора, но с каждым повышением только тяжелее. Ответственность, тяжесть преступлений, куча угроз, морально было тяжело справляться, от этого Леоне пристрастился к выпивке и раз в неделю отдыхал в баре, в надежде подцепить интрижку на одну ночь. Сегодняшний день мог бы стать исключением, но сидя перед телевизором он ненамеренно задумывался сколько людей пострадало от рук мексиканцев. В недолгих раздумьях он все же решил снять напряжение, Леоне быстро подвел уставшие глаза черным карандашом и нанес свою излюбленную темно-сиреневую помаду на пухлые губы. Не раз начальство выказывало ему свое недовольство и проводили воспитательные беседы, но в итоге волосы он начал собирать в хвост, а макияж он смывал только в присутствии старших коллег и в суде.       Приличный бар находился в 5 минутах на машине, но он намеревался выпить, поэтому будучи законопослушным гражданином, который не пользуется своим рабочим статусом, он решил пройтись пешком. На входе в клуб его встретили знакомые фигуры. Как-то раз один из охранников попытался подкатить, но Леоне напился до состояния бревна и облевал ему пиджак в попытке помочь. Больше таких попыток со стороны охраны не было, и потому его даже не проверяли на фейс-контроль. Первый шот очень быстро ударил в голову, от чего ему показалось что он уже пьян, но последующие дали понять что он просто сильно расслабился. Выпив по его мнению достаточно чтобы легко провести ночь, он как раз был в поисках тушки для секса. Леоне и не заметил, как к нему подсел симпатичный брюнет с каре. — Ciao, Bello. Не помешаю? — парень раскинул руки по бокам барной стойки, чуть ли не разложившись на ней. В баре играла достаточно громкая музыка, поэтому их диалог быть чуть ли не ором. — Ciao, составишь мне компанию? — Леоне расплылся в пьяной улыбке, стараясь не терять время попусту на лишние разговоры. — Запросто, если угостишь меня текилой — прищурившись, незнакомец хищно улыбнулся и протянул руку, — Бруно. Я тут не часто бываю. — Леоне. Поэтому я тебя ни разу здесь не видел, далеко живешь? — Леоне пожал руку и кивнул бармену, который услышал разговор о напитке и принялся его намешивать. — Далеко, — Бруно приблизился и игриво прошептал, — Тут так шумно, может ты знаешь места потише? Кто сможет приютить одинокого, совершенно трезвого парня на одну ночь? — Знаю. — Леоне понял намек даже под градусом. Текилу поставили перед Бруно и залпом выпил алкоголь, немного поморщившись от вкуса соли и лимона. Леоне предупредил, что они пойдут пешком, чтобы немного выветриться и поболтать (не упоминая о машине и почему не поехал на ней).       Выйдя из бара, Леоне вдохнул свежего воздуха, на улице было даже посветлее, от чего он лучше разглядел лицо любовника на одну ночь. Его волосы блестели синим оттенком на свету, а еще на Бруно был необычный костюм белого цвета с вырезом на груди. Леоне сам любил подобно одеваться, но став прокурором чаще стал выбирать более формальную одежду. Бруно взял Леоне под локоть и широко улыбнулся. — Надеюсь ты не против, я думаю что еще немного и я могу упасть. — немного хихикнув, Леоне помотал головой в стороны, показывая что он не против. Пройдя пару улочек, кажется брюнету стало легче и он отпустив руку чтобы пройти ровно по плитке. — Какой твой любимый фильм? — Бруно шел немного впереди, наступая только на саму плитку, не касаясь края. — Малена. — Это же тот фильм, где все пускают слюни на Монику Беллучи? — Да, включая меня, — разоткровенничавшись, он моментально покраснел осознавая в чем признался, но Бруно на это лишь усмехнулся, — Но Малена не заслуживала этой участи. — Не совсем помню, чем там все завершилось? — Муж Малены оказался жив и приехал в город. Никто не говорил где она и что она стала проституткой, а этот пацан подкинул ему письмо, сказав куда она поехала. Спустя год они возвращаются обратно, но на этот раз ее принимают, ведь она якобы стала уродливее. — Точно, очень тяжелый фильм.       Как только они дошли до нужной квартиры, Леоне не успел толком разуться как на него кинулись с поцелуем. Бруно жадно впивался в чужие уста, прижимаясь к стенке и тем самым прижимая к себе Леоне. Тот в свою очередь хоть и растерялся, но схватил Бруно за шею, слегка надавливая на нее. Не разрывая поцелуй, они дошли до кровати и плюхнулись на нее. Под двойной тяжестью звякнули пружины, руки блуждали по чужим телам. Леоне надеялся что тело Бруно будет таким же как и его лицо, красивым и нежным. Когда они оторвались друг от друга чтобы раздеться, Бруно обратил внимание на головной убор лежащий рядом с ним и надел его. — А ты оказывается любитель ролевых игр... Ну что офицер Леоне, я нарушил закон, какое мне за это наказание? — Бруно согнул правую ногу и облокотился, упираясь головой о ладонь, позволяя второй рукой придерживать фуражку. Леоне усмехнулся, снял свою серую футболку, обнажая пресс и накаченную грудь, без одежды тело казалось еще более широким. Он без стеснения крепко схватил за руки, перевернул Бруно на живот, заламывая руки за спину и уперся затвердевшим членом в промежность. — Смотря на тяжесть преступления, в отличие от других, у меня много разных наказаний… — Может я смогу откупиться? — Попробуй.       Леоне ослабил хватку, Бруно встал на колени перед кроватью, усаживая партнера напротив и расстегивая ширинку чужих джинс. Леоне в очередной раз услышал «ого» в сторону своего достоинства, поэтому просто уперся о ладони и запрокинув голову мягко улыбнулся. Алкоголь мягко убаюкивал, а рот Бруно который сейчас очень активно поглощал его нижнюю часть, возвращал в реальность. Мягко говоря, Леоне очень сильно завелся, ранее ему никогда не делали настолько хорошего минета. Каждый раз как он был готов кончить, Бруно менял технику и это немного злило Леоне. В третий раз когда Бруно так сделал, он взял брюнета за волосы и потянул на себя, заставив закашляться. — Ты издеваешься над офицером полиции? — Леоне нежно поднес ладонь в подбородку Бруно, а большой палец нежно поглаживал нижнюю влажную губу. Голубые глаза немного налились слезами от рефлекса, но молчание выдавало внутреннюю похоть. — Думаю, я все же получу наказание? — после этих слов, Леоне буквально потянул его за шиворот поднимая с колен, и не смотря на грубость, мягко уложил на кровать, снимая с него верхнюю часть и штаны, а под ними… Кружево, красивый черный топ утягивал загорелую кожу, от чего у Леоне чуть не поехала крыша. Даже женщины для Леоне не выглядели так красиво в белье, как сейчас выглядел Бруно. Он решил оставить топ на месте, навис над Бруно и стал мягко поглаживая соски через кружевную ткань. Тело Бруно задрожало, а изо рта вылетел быстрый стон. Тогда Леоне стал целовать в шею, оставляя след помады и спускаясь все ниже, пока перед ним не появился возбужденный член Бруно. Леоне медленно лизнул головку, от чего Бруно снова застонал и взял белесые волосы в свои руки. Тогда Леоне полностью поглотил плоть, жадно доходя до горла. Он провернул тот же трюк, что и Бруно, не давая закончить, но Бруно умолял, он дрожал и просил большего. Когда оба были на пределе, Леоне навис над любовником и взял в свою ладонь оба члена. Они терлись друг о друга, а рука создавала дополнительное трение после чего горячая сперма попала на живот и грудь Бруно. В эту ночь у них было несколько заходов, и уже будучи полностью обессиленными, приняли душ. - Ну как тебе? - вслед за Леоне был шлейф от пара. Он поправил полотенце на бедрах, но ответа не последовало. Бруно уснул широко раскинувшись на кровати без стеснения, что даже позабавило Леоне. Это был его лучший секс за последние полгода, Бруно был так хорош, что Леоне даже подумывал познакомиться с ним поближе. Но это значит что он привяжется, а ему совсем не хотелось этого. Крайний любовный опыт закончился плохо, поэтому последние пару лет он не встречался ни с кем, а только проводил одну ночь и на этом они прощались. Бруно словно был не таким, словно он как раз таки один из тех, кто снова разжег огонь внутри. Время было уже далеко за полночь, поэтому он улегся рядом с брюнетом и приобнял его, на что Бруно сквозь сон прижался плотнее.       Утром раздался мерзкий звук мобильного звонка, Леоне машинально поднял телефон, уже будучи готовым наорать. Краем глаза он заметил что никого рядом нет и ему стало немного грустно. - У меня выходной! Какого хрена, Лука!? - Синьор Абаккио, извините что разбудил в выходной... - Засунь свои извинения знаешь куда! - Я понимаю вас, но у Синьора Гусмана появился адвокат и он требует немедленного рассмотрения дела! - Почему это дело не возьмет Лоренцо!? - Потому что вы прокурор... - Идите в жопу! Пусть ждут час пока я соберусь!       Леоне скинул звонок, гневно вскакивая с кровати. Бруно не оставил даже записки, от чего на душе было немного поганно. Но Леоне быстро убрал из головы лишние мысли и принялся собираться в суд.       Подъехав к зданию окружного суда, он сжал руль от злости. "Ну конечно, раз уж я хочу повышения то буду прибегать по первому зову, суки!" Зайдя в здание, он быстро собрал волосы в небрежный пучок и немедленно направился в зал суда. Он встретил судью по пути и они вместе зашли в помещение. Леоне вытащил документы из своего дипломата и поднял взгляд на адвоката того самого синьора Гусмана, члена картеля. Его зрачки расширились, когда он пересекся взглядом с тем, кто вчера так сладко постанывал прямо ему в уши. Они оба были в ступоре, что пару секунд просто молча глядели друг на друга пока судья не ударил по столу. - Судебное заседание объявляется открытым! Рассматривается дело №1-245-хххх по обвинению Синьора Хорхе де Гусмана в многочисленных кражах, убийствах, а также причастность к криминальной организации. Установим личности сторон, в судебном заседании участвуют: Районный прокурор Леоне Абаккио. Адвокат осужденного Бруно Бучеллати и также установим личность подсудимого... Леоне не мог оторвать взгляд, Бруно был в официальном пиджаке с галстуком, его волосы были послушно уложены, а взгляд словно говорил "Прости что ушел...". Он не слушал судью, на уме крутилось только одно имя "Бруно Бучеллати"...