Я больше тебя не забуду

Взяла ключи? — Да. — А зарядку? — Естественно, за кого ты меня принимаешь? — Одри туго завязывала шарф на шее, отвечая на ритуальный допрос Фелонии, который ждал её каждое утро. — Мне кажется, ты все же кое-что забыла, — Фел довольно улыбнулась, ожидая, когда девушка поймёт свою ошибку. — Что?! Я всё взяла! — Оценщица встрепенулась, резко разворачиваясь к демонице. — Ты забыла меня поцеловать. Фелония одним движением притянула Одри за шарф к себе и поцеловала, не давая ей опомниться. Поцелуй был пьянящий, с явным намёком на продолжение, но выдержка Одри впервые взяла верх. — Фел… Такси ждёт, у меня сегодня долгая смена, опаздывать нельзя, — недовольно промычала девушка, лениво отрываясь от распухших губ. — Прости, что не смогла довезти. В единственный выходной я хочу остаться дома на весь день.—Демоница провела рукой по волосам, заправляя их назад, и виновато взглянула на белокурую. — Всё хорошо, отдыхай как следует, — Одри быстро чмокнула Фел в нос, выбегая из квартиры. Фелония по-доброму улыбнулась своим мыслям, предвкушая отдых с чашкой кофе, но звонок на телефон грубо прервал её планы. Нахмурившись неизвестному номеру, Фелония грубо спросила: —Кто это? — Вы знаете Одри Винчестер? — Да, я её девушка. — Произошла авария, её забрала машина скорой помощи и увезла в ближайшую больницу. Гудки телефона невинно нарушали холодную тишину. Землю словно выбили из-под ног, хотелось закричать, но девушка не могла пошевелиться. Ледяной холод обвил её шею, не давая вздохнуть полной грудью, чтобы осознать все в полной мере. Мысли лихорадочно перебирали все возможные исходы. Не помнила, как доехала до больницы, не помнила, как поднималась по лестнице, спотыкаясь через одну ступеньку, но помнила безжизненное лицо Одри, которая была вся в проводах. Панику прекратил врач только тогда, когда заверил Фел, что девушка будет жить. — Угрозы для жизни у неё нет, все органы в порядке, небольшое растяжение и порез на руке, но ничего страшного. В голосе врача демоница сразу учуяла не всё, что он хотел ей сказать. Нахмурившись, она немного отошла, чтобы не было видно, с какой силой она сжимала кулаки от злости на саму себя. — Вы уверены, что это всё? — Девушка прищурилась и скривила губы. — Кхм… Дело в том, что пациентка повредила голову во время аварии, кровоизлияние мы предотвратили. Но возможны нарушения в памяти. Амнезия. Фелония не могла пошевелиться, руки бессильно висели по бокам тела, не давая пошевелиться. Амнезия? Серьёзно? Она настолько противна судьбе, что после потери родных с такой же участью она потеряет и единственный свет в этом тёмном мире? — Фел, не накручивай себя. Я уверен, что это не более чем лёгкое сотрясение. Максимум она может за… Фел, не накручивай себя. Я уверен, что это не более чем легкое сотрясение. Максимум она может забыть, как здороваться на испанском. — На громкой связи был голос Давида, который пытался отвлечь свою коллегу не смешными шутками. Фелония, опираясь на кухонный стол бедрами, наливала себе вино, медленно смотря, как красная жидкость бьется о края бокала. Очнулась только когда вся рубашка была в жидкости и пол тоже — слишком задумалась. Быстро поставив вещи на стол, небрежно вытерла руки и подошла к телефону. — Надеюсь. — Сил не было даже подколоть Давида или продолжить разговор, поэтому она сбросила трубку. Когда экран телефона погас, девушка несколько минут стояла в темноте, закусывая губы. —СУКА! —Кулаки неконтролируемо начали бить по бедрам, столу и прочим вещам попадающихся под руку. Руки начали дрожать, как и все тело, поэтому, опустившись на пол, демоница с силой ударилась головой о плитку, содрогаясь в болезненном стоне. Без Одри квартира стала холодной, с мерзким запахом лишившегося вкусных духов. Тишина нагнетала обстановку. Надежда, что это все глупый сон, медленно терялась. Белокурая не зайдет в комнату, напевая под нос песню, и не испугается за Фелонию, которая свернулась калачиком, сжимаясь до крошечных размеров. — Одри… — Этих слов хватило, чтобы дрожащие губы демоницы застыли, а сознание покинуло ее. Тихий гул, который казался очень далеко, постепенно приближался, вынуждая Фелонию вспомнить про свое состояние. Девушка не спеша села, стараясь уловить источник звука. Звонок телефона был прямо над ней. Рука нащупала мобильный, отвечая на вызов. — Слушаю, — хрипло спросила она, потирая глаза ото сна. — Одри очнулась, ее состояние стабильно и… Фелония вышла из квартиры в домашних тапках, без куртки и прочих вещей. Ей нужно было увидеть Одри, убедиться, что она жива. Перед тем как зайти в палату, девушка замедлилась, держа руку на весу перед дверной ручкой. Она боялась увидеть не ее Одри. Пересилив себя и зайдя в помещение, в нос ударил больничный запах, раздражающий горло. Звуки пищащих аппаратов нагнетали еще большего страха. На больничной койке лежала Одри, поправляя пластырь на своем лице. Небольшая царапина, которая заживет за несколько дней. С виду белокурая выглядела, как прежде: осознанный взгляд, спокойное дыхание, легкая полуулыбка. Фел позволила себе облегченно выдохнуть и поверить в глупость своих предубеждений. — Вы перепутали палату? Всего три слова заставили сжать грудь демоницы до немыслимых размеров. Она ее не помнит. Вряд ли вообще понимает, что она тут делает. — Я… — Вся сдержанность Фелонии быстро пропала, и паника накрыла ее с головой. — Ты меня не помнишь? Надрывисто спросила Фел, подходя ближе. Получив невинный кивок головы, стало еще хуже. В палату вовремя зашёл врач, показывая всем своим видом, что Фелония ни в чём не ошиблась. — Что с ней? — выпалила девушка, резко отворачиваясь от Одри. — Потеря памяти. Частичная, — спокойствие врача раздражало. — Она не помнит последние пять лет. В остальном всё в норме. — В норме? Вы называете это нормой?! — Глаза демоницы вспыхнули, контролировать себя больше не было смысла.Ноздри раздувались, а рубашка неприятно прилипла к спине.Волны жара изматывали тело уже долгое время. — Я предлагаю вам успокоиться. Вы её пугаете, — шёпотом намекнул врач. Фелония замолчала, оборачиваясь на испуганную девушку. — Она меня боится?.. — промелькнуло в мыслях демоницы, отчего её плечи поникли, а спина сгорбилась. В теории, в этом не было ничего необычного. К ней в палату залетает незнакомая девушка в тапках и рубашке в пятнах от вина, а потом орёт на всех подряд. Но Фел ведь не незнакомая. — Встреча с друзьями, просмотр общих фото, привычная атмосфера — это всё должно помочь пациентке вернуть память. Но процесс долгий, либо может вообще ничего не измениться. — В норме? Вы называете это нормой?! — глаза демоницы вспыхнули, контролировать себя больше не было смысла. — Я предлагаю вам успокоиться. Вы ее пугаете, — шепотом намекнул врач. Фелония замолчала, оборачиваясь на испуганную девушку. — Она меня боится?.. — промелькнуло в мыслях демоницы, от чего ее плечи поникли, а спина сгорбилась. В теории в этом не было ничего необычного. К ней в палату залетает незнакомая девушка в тапках и рубашке в пятнах от вина, а потом орет на всех подряд. Но Фел — ведь не незнакомая. — Встреча с друзьями, просмотр общих фото, привычная атмосфера — это все должно помочь пациентке вернуть память. Но процесс долгий, либо может вообще не измениться. Эти слова засели в голове Фелонии, и всю дорогу до дома они ехали молча. Одри с интересом рассматривала дорогу, машину, а главное — саму Фел. Ей было некомфортно, неловко, но подсознательно она доверяла демонице. Зайдя домой, Фел занесла сумки в коридор, пропуская Одри вперед. Несколько раз она набирала воздуха, чтобы поговорить с ней, но постоянно запиналась. — Ты, наверное, хочешь в душ?.. — только и выпалила Фелония, нервно выламывая пальцы. Получив утвердительный ответ, демоница провела девушку в ванную, показав все ее полочки. — Это точно все мое? — в шутку спросила Одри, смотря на количество косметики в шкафу. — Да… ты любила подобные вещи, —Монотонным голосом проговорила Фел, смотря на бездушные банки и ища в них прошлую оценщицу. Пока белокурая принимала душ, демоница устало сидела на стуле, совершенно не соображая, что будет завтра. Из ванной послышался глухой звук, сопровождающийся падением других вещей. Быстрым шагом, больше похожим на бег, Фелония залетела в комнату, осматривая помещение. В углу ванной сидела Одри, глубоко и испуганно дыша. По глазам было понятно, что она поскользнулась явно не успев понять этого.Не раздумывая ни секунды, демоница схватила полотенце, становясь на колени перед девушкой. — Ты как? Сильно ударилась? Ничего не болит? — судорожно спрашивала, осматривая тело белокурой. Задержавшись на лице, увидела, как Одри покраснела и тихо выругалась под нос. Конечно, она стесняется ее, ведь они, блять, до этого никогда не видели друг друга голыми. Бережно закутав девушку в полотенце, Фел помогла ей подняться и довести до кровати. — Голова сильно закружилась, и я упала… — неуверенно ответила белокурая. — Сейчас не болит? — с холодным тоном спросила демоница, доставая из шкафа фен. Она решила не показывать свои эмоции, а дать девушке освоиться. Ее чувства подождут. — Нет… что ты делаешь? — удивленно спросила Одри, смотря, как Фелония садится сзади, включая фен. — Сама ты сейчас не в состоянии себя обслуживать, позволь это сделаю я. Ответ Фел не подразумевал никаких протестов, и она начала мягко расчёсывать волосы. Белокурая нашла их отражение в большом зеркале, подметив, с какой нежностью и осторожностью Фелония старается помочь ей. От этого сердце забилось чаще, а щёки снова покраснели, но уже от стыда перед девушкой. Было стыдно ничего не помнить, видя, как Демоница страдает от этого. Память не выдавала ничего, что было бы связано с ней. Мимолётное воспоминание мелькало перед глазами, не давая ухватиться. Спустя время Фелония оставила Одри наедине, уходя в гостиную.Сейчас ей нужен был полный покой, а не прерывистое дыхание Фел, которое раздражало. Злость никуда не ушла, наоборот, её стало ещё больше. Демоница злилась на себя за то, что не подвезла Одри в то злополучное утро, на Одри за то, что та всё забыла, на Давида — которого совершенно не волнует все это. Фел перенесла переднюю часть корпуса на колени, подёргивая ногой. Представлений о дальнейшей жизни у неё не было. Строить всё заново? А сможет ли она открыться кому-то снова? Пусть даже Одри, но не той, какой она была прежде.Открывать едва затянувшиеся раны снова… Тук-тук По дверному проходу тихо постучали, обращая на себя внимание. В проходе стояла Одри, виновато поджав губы, её руки гладили какую-то книжку, а тело слегка потряхивало. — Занята? — Приподнимая брови, спросила девушка, подходя ближе. Фелония вздрогнула, поворачивая голову в её сторону и провела рукой по взъерошенным волосам, судорожно уступая белокурой половину дивана. — Нет. Нет, я не занята. Одри медленно села, явно не зная, как начать разговор. — Кхм… я была в нашей комнате и нашла это… Пальцы Фелонии аккуратно забрали книгу, проведя по ней с особой любовью, на её лице появилась мимолётная, вымученная улыбка. Она откинула голову назад, тяжело выдыхая. — Это наш… Можно сказать, мой фотоальбом. — Демоница вспомнила, как Одри вручила ей пустую книгу на их первую годовщину, говоря, что в будущем они будут показывать его своим детям. Фелония не любила фотографироваться, можно сказать, ненавидела, но устоять перед грустным видом белокурой было невозможно, поэтому снимков накопилось много. Каждый раз Фел наклеивала новую фотографию и прятала альбом, не желая, чтобы Одри знала о её маленьком хобби. — Можно его посмотреть? Из мыслей её вывела Одри, с любопытством смотря на обложку книги, где был отпечаток губ Фелонии. Конечно, это будет тебе полезно. Открыв первую страницу, показалась картинка с наигранной улыбкой Фелонии и счастливым лицом Одри. Девушки стояли в новой съемной квартире, а позади стола — гора коробок, из которых вываливались вещи. — Мы тогда съехались вместе. Я до сих пор отхожу от такого количества вещей и тяжести, — Фел ухмыльнулась и перевернула страницу. Фотография была немного потекла, а на фоне девушки целовались на фоне пестрого заката. Белокурая обвила ногами талию Фел, заваливая ее на песок. «Черт», — по-доброму выругалась Фелония. — После этого снимка ты начала бегать по пляжу и случайно упала в воду вместе с этой фотографией. Рассказывая историю каждого снимка, Фелония не уследила за временем и даже не почувствовала тяжесть на своем плече. Перевернув последнюю страницу, в горле демоницы образовался комок предвещающий слезы. «Фел, я редко тебе говорю это, но ты самая лучшая девушка на свете. Я буду любить тебя вечно». Над подписью была прикреплена фотография Фелонии, когда она заснула в своем кресле на работе. — Значит, ты все же знала про альбом… — загадочно проговорила девушка, смотря красными от стресса глазами на спящую оценщицу, которая обхватила руку Фелонии своей. — Прости меня, — тихо прошептала, поцеловав девушку в макушку. В глаза неприятно били лучи солнца, вынуждая демоницу открыть глаза. Она резко подорвалась, осматривая себя и комнату в надежде, что это был сон. Кто-то заботливо укрыл ее пледом, оставив досыпать. Шею неприятно ломило после вчерашней позы, в которой девушка, по-видимому, уснула. Ленивой походкой демоница прошла на кухню, откуда доносились звуки. Одри стояла у плиты с пучком на голове и в пижаме. Она легко улыбнулась Фел, ставя завтрак на стол. — Ты же любишь омлет? — немного испуганно спросила девушка, пододвигая тарелку ближе и похлопывая по стулу рядом с ней. Фелония послушно села, осматривая еду. — Да, но, честно говоря, я не очень люблю есть по утрам… Будто не слыша последние слова, белокурая с трепетом взяла демоницу за ладонь, пряча взгляд. — Фел… я понимаю… нам сейчас трудно, я будто едва знаю тебя, — Одри развела руками, с дрожащей улыбкой на лице. Оценщица явно была напряжена, а демоница, наоборот, растаяла после того самого обращения, которое Одри всегда использовала: «Фел». — Я к тому, что в моей памяти больше нет прошлого. Мне не вспомнить, как ты любишь есть, как мы перевозили вещи, но это ведь не важно? Я хочу с тобой будущее, я хочу помнить настоящее… — девушка запнулась, смотря на реакцию Фелонии. — Так что, может, попробуем попытаться измениться? Врач говорил, что есть шансы на мое восстановление… — Конечно.Конечно, Одри, — демоница резко перебила белокурую, буквально вжимая ее в себя. —Я больше тебя никогда не забуду.