Таинственный ключ

      Притягиваю красавицу к себе и сливаюсь в поцелуе. Ее губы отдают жасмином. Ее пальцы скользят мне на грудь, чувствую, как застежки боди расходятся. Она спускает нижнее белье, высвобождая мои молочные железы, проводит страстно по ним ладонями.       Возбуждение захлестывает. Ожерелье расстегивается и скатывается на пол. Туфли спадают при первом же шаге, угадывая желание раздеться.       Мы оплетаем друг друга руками, прижимаемся обнаженными телами и сплетаем в танце губы. Мы одного роста и это так удобно. Запускаю пальцы в ее волосы, они мягкие, словно пух.       Она заставляет меня отойти назад, потом разрывает поцелуй и усаживает на пуфик. Подчиняюсь, охваченная страстью. Девушка снимаетс меня чулки. Сначала — с правой ноги, потом — с левой. Украшений уже нет. Боди исчезло. Не испытываю жалости, найду потом, если захочу еще раз примерить. Но что-то сомневаюсь из-за такого разнообразия, что захочется примерять повторно.       Незнакомка целует меня в колено, проводит языком по внутренней части бедра вверх, предлагая развести ноги, что я и делаю, пропуская любовницу к самому сокровенному.       Когда ее язык проходит меж моих половых губ, по телу проходит приятная дрожь, запрокидываю голову и откидываюсь назад. Под спиной оказывается удобная спинка, теперь это не пуф, а кресло. Ткань плотная и упругая, ее так приятно касаться, будто хочет обнять.       Улыбаюсь, когда девушка находит клитор и начинает играть с ним скользким и приятно шершавым язычком.       По моему телу разливается жар и нега предвкушения пика наслаждения. Любовница дразнит, не торопя развязку. Мне нравится, не люблю торопливости в сексе, я не мужчина. Девушка угадывает все мои желания, кажется, знает тело, будто мое.       Когда от низа живота вверх проносится волна жара и вздрагиваю в сладостной судороге, выгибая тело и испуская стон, любовница скользит языком мне во влагалище, снова и снова, вылизывая меня изнутри. Не сразу приходит мысль, что язык ее длинноват для человеческого. Но так хорошо, что не хочется ничего менять.       Внезапно на груди скользят чьи-то руки и начинают ласкать. В смутной тревоге приподнимаю голову и вижу на себе бледные женские руки с разноцветным маникюром и стразами на пластинках накрашенных в черный ногтей.       За спиной не может быть девушки, руки тянутся, будто из спинки кресла. Провожу по ним ладонями — они прохладные — приятно разгоряченному телу — и замечаю, что они скрываются в мебели. На миг вспыхивает мысль вскочить, вырваться, но вожделение захватывает тело и не хочет выпускать. К тому же странные руки нежны со мной и их ласка приятна. Расслабляюсь, и меня охватывает новая волна оргазма.       Слишком хорошо, чтобы о чем-то думать.       Любовница взбирается мне на колени и снова целует в губы. Руки из кресла вытянулись и ласкают уже нас обеих. Я обнимаю девушку и прижимаю к себе. Чувствую ее упругие груди. Близость нежного тела заводит безумно. Не хочу выпускать. Спускаю руку ниже по животу девушки и нахожу промежность любовницы. Пытаюсь нащупать клитор, но она подается навстречу, предлагая засунуть в нее пальцы. Не спорю. Ее половые губы скользкие от смазки. Два пальца скользят внутрь легко. Влагалище горячее. Любовница сама насаживается на пальцы, откидывает назад голову. Грива волос рассыпается по плечам. Груди вздрагивают при каждом движении. Она прекрасна. Само совершенство, на миг даже завидую ее красоте. Снова посещает потаенная мысль, что ни один мужчина не сравнится с девушками в красоте.       Внезапно палец в чреве любовницы на что-то натыкается. Что-то твердое. При каждом ее движении ощущается отчетливее. Приходит мысль это вытащить. Такое чувство, что она сама этого хочет, будто что-то выталкивая из себя мне в пальцы. Просыпается больное любопытство. Когда она снова насаживается на меня, сжимаю пальцами твердый предмет и, когда поднимает зад, вытаскиваю из нее нечто скользкое и твердое, напоминающее металл.       Тело любовницы вздрагивает, будто в оргазме. А затем ее кожа начинает вспучиваться, под ней отчетливо что-то извивается, словно пытаясь вырваться наружу. Она вцепляется мне в плечи, а затем хищно заглядывает мне в лицо.       Внезапно ее глазные яблоки вываливаются из орбит. Два светящихся шарика. Один падает на меня и скатывается куда-то. Второй ударяется о кресло, дальше его путь неинтересен. Жуткие руки из спинки держат меня за бока, поглаживая, будто успокаивая.       Тело девушки теряет очертания, будто пластилиновое, словно размягчились все кости разом. Изо рта и глазниц вырываются вверх черные извивающиеся отростки. Кожа трескается, расползается, выпуская десятки извивающихся змееподобных тел.       Вскрикиваю и пытаюсь закрыться руками, когда они дождем сыплются на меня. Их тела прохладные и извивающиеся, будто живые змеи. Но они не жалят, пытаются обвить в безумной страсти скользкими телами.       С отвращением скидываю с себя щупальца. Вскакиваю на ноги, вырываясь из жутких объятий рук. Отшатываюсь в сторону и оборачиваюсь.       На полу стоит милый темно-бордовый пуфик и ни намека на жуткое кресло с руками. Черных змей не видно, будто не было.       Осматриваю себя. Не пострадала.       Грудь часто вздымается от пережитого испуга.       Замечаю, что кулак сжат, а в нем что-то твердое.       Подношу к глазам и раскрываю пальцы. На ладони лежит маленький серебристый ключик.       Интересно, от какого замка?       Решаю не выбрасывать, а узнать секрет. Вдруг скрывает сокровище?       Карманов нет, поэтому оставляю ключик в руке. В халатике был кармашек, вспоминаю. Надо его найти.       Озираюсь, стараясь сориентироваться, куда идти. Вроде направо. Делаю шаг, как замечаю на полу какой-то белый шарик. Наклоняюсь и с любопытством поднимаю. Выпрямляюсь и верчу в пальцах, рассматривая. Это стеклянный глаз, который сделан под человеческий. Интересно, откуда здесь?       Иду вперед. Обхожу стеллаж с нарядами и вижу рядом манекен в виде женщины с белым париком на голове. В одной глазнице, будто в черепе, «глядит» на меня точно такой же глаз, а во второй зияет пустота. Мозаика складывается быстро.       — Это твое, — говорю манекену, подхожу и вставляю стеклянный глаз в пустую глазницу.       Входит легко и принимает точно правильное положение взгляда. При этом креплений не замечаю. В этом месте не стоит удивляться таким странностям.       Волосы манекена что-то неуловимо напоминают. Провожу пальцами и вспоминаю недавнюю любовницу.       — Это ведь ты, — узнаю «девушку», а затем приближаюсь и целую в пластиковые губы. — Спасибо.       Благодарю за удовольствие, пусть и подпорченное страхом, но сейчас уже смешно.       — Это все не взаправду? — спрашиваю манекен.       Истукан остается безответным.       Провожу пальцем между больших пластиковых грудей.       — Жаль, — отвечаю.       Отхожу и иду вдоль следующего стеллажа с нижним бельем.       Взгляд приковывает комплект, который висит первым — лифчик и трусики, усыпанные сверкающими каменьями с внешней стороны. Просто не могу пройти мимо и снимаю с вешалки.       Ключик из ладони перекладываю в зубы. Накидываю бюстгальтер, крючок на спине застегивается сам. Чашечки ровно моего размера и только подчеркивают мои прелести. Натягиваю трусики. Задняя часть из белой полупрозрачной сетки, по талии бриллианты.       Я снова неотразима! Надо обязательно посмотреться в зеркало.       Только бы найти его. Иди на свет, как говорится, и не ошибешься.       Ключик изо рта перекладываю обратно в ладонь. Пробираюсь к ближайшему туалетному столику. Оглядываю себя в зеркало. Камушки так и блистают в свете «софитов». Еще раз отмечаю, что у меня красивая грудь. Жаль, в этом зеркале толком не рассмотреть попку.       Хочется поцеловать свое отражение. Сдерживаюсь: уже взрослая девочка.       Замечаю на столешнице потрясающей красоты бриллиантовое ожерелье на бархатном ложе футляра. Открываю полупрозрачную крышку. Аж руки дрожат от такой красоты. Осторожно беру и накладываю к шее по-привычке собираясь застегнуть. Услужливое украшение застегивается само.       Улыбаюсь своему отражению. Я — шальная императрица!       Завиваю на палец черную прядь. Неотразима.       В одной из желтых ламп внутри что-то вздрагивает. С любопытством наклоняюсь и всматриваюсь. Внутри шаров не лампочка, как ожидала, а странная жидкость цвета желтка. В ней плавает что-то розовое и пульсирующее, будто живое и отдаленно напоминающее эмбрион.       Отшатываюсь в отвращении. Очень странное место.       Ладно, пора выбираться отсюда, а то еще оживет манекен и снова придет домогаться.       Довольно быстро выхожу к центральному прямоугольному зеркалу. Не удерживаюсь и верчусь перед ним несколько секунд, рассматривая комплект. Сидит идеально.       Посылаю воздушный поцелуй отражению и отыскиваю взглядом халат на полу. Поднимаю и облачаюсь. Кармашек на правой поле находится, и прячу ключик туда.       Гм, где же выход? Если халат лежал здесь, то я пришла оттуда.       Иду навстречу темноте, внезапно она расступается овалом света. Подхожу к проему, который уже больше напоминает портал, и выбираюсь из рамы зеркала в большую залу.       За время моего отсутствия ничего не изменилось. Оглядываюсь с сожалением на гримерку. Если бы не жутковатый манекен, то осталась и все бы перемерила. Моя сокровищница.       Отхожу в сторону.       Интересно, могу вернуться домой или нет?       Почему-то не хочется. Здесь столько всего интересного. К тому же теперь я настоящая ведьмочка. Кого бы заколдовать?       Смеюсь.       А потом замечаю, что на мне только халат, а красивое бриллиантовое белье исчезло. Как жаль!       Взгляд притягивает зеркало рядом. Подхожу и заглядываю.       Еще одна комната вместо отражения. Из мрака сверху спускаются люстра под старину. Ярусы обода усеяны свечами, рассыпавшими свет на огромную кровать под балдахином из темно-красного бархата. На мягких подушках возлежит моя обнаженная копия в золотой короне на голове. Ее тело ласкают двое прекрасных мужчин, лежащих с обеих сторон. У подножия постели оказываются еще юноши один другого краше. Все обнаженные и соблазнительные. Целый гарем, который только мой.       — О! Я этого достойна, — шепчу и снова ощущаю прилив возбуждения.       Мысль о возвращении домой испаряется.       Кажется, знаю, что нужно делать.       Приближаюсь к раме, берусь за край и шагаю внутрь.       На миг охватывает темнота, а потом замечаю впереди свет и иду на него, будто мотылек. Вот только сгорать не собираюсь.       Огромная люстра не содержит цепи и стержня в центре. Круглые ярусы зависли в пустоте, нарушая законы физики. Свечи горят ровно холодным призрачным пламенем.       Огромная кровать пуста, прекрасных мужчин не видно.       На полу мягкий ковер.       Слева стоит длинный резной стол из темного дерева. На нем в узорчатых подносах и чашах фрукты всех расцветок и видов. Соблазн слишком велик, чтобы устоять. Подхожу и беру нежный персик. Пробую. Волшебный вкус. Сок течет по руке. Облизываю пальцы. Следующим отправляю в рот шарик винограда. Пробую заморские плоды, которые раньше видела только на картинках. С каждым проглоченным кусочком чарующих фруктов охватывает странный голод. Хочется съесть все до капли, но понимаю, что в меня все это не влезет. Они слишком вкусные: сочные и сладкие, чтобы остановить наслаждение. Поэтому я ем и ем, но сытости не ощущаю, желудок, будто не хочет переполняться. Когда проглатываю очередной фрукт целиком, понимаю, что делаю что-то не то. К тому же количества угощений на столе не становится меньше. Вот этот фрукт, кажется, брала и съела, а он снова на прежнем месте. И косточек нет. Странно. Я же не могла, есть с косточками!       Или это такая чудесная скатерть-самобранка — ешь, получай наслаждение, а еда в виде калорий не отложится в жир, снова на стол вернется и ее можно кушать и получать удовольствие по второму кругу. И по третьему. До бесконечности?.. Неужели, ключик вел в рай?       Беру персик, который лежал на том же месте, где некогда было пусто. Дегустирую. Тот же фрукт. Вкус божественный.       Появляется желание влезть на стол и хватать пищу ртом, как животное. Но я же девушка из высшего общества, так нельзя. К тому же хватит излишеств. Но рука сама отправляет в рот еще одну сладкую дольку. Замечаю в дальней части стола графин с темной жидкостью. Сок или вино? Надо попробовать. Подхожу. Рядом находится украшенный каменьями царский кубок. Наливаю густой алый напиток. Отставляю графин, беру кубок и пробую. Вкус одновременно напоминает букет лучших вин, но название напитка определить невозможно — не разбираюсь в алкоголе. Ничего лучше не пила. Осушаю кубок и наполняю из графина снова. Жидкость в сосуде ожидаемо не уменьшилась.       Вот бы такой столик домой захватить! Всегда свежие фрукты и напитки. Можно и друзей пригласить. Никто не останется голодным, и мои запасы не оскудеют. Только как утащить домой такую громадину? Я девушка хрупкая, не подниму.       Пью чудотворный напиток, наслаждаясь каждой каплей.       Грузчиков бригаду нанять? Привести сюда, если спуститься не испугаются. Мужики же они только на словах сильные, а как до дела доходит, так сдуваются.       Чувствую, захмелела.       Отставляю пустой кубок на стол. На дне что-то белеет. Беру и подношу к глазам. Выуживаю пальцем. Не сразу осознаю, что это зуб.       Похож на человеческий. Верчу в пальцах. Точно. Беленький, аккуратный. Почти как мой.       От посетившей неприятной догадки ощупываю языком зубы, но все на месте.       Странно.       Хочется прилечь, отдохнуть.       Как оказываюсь на постели, не помню. Рядом кто-то лежит, держит за руку и целует пальцы. Когда приподнимаю голову, вижу кудрявого черноволосого юношу. Прекрасный незнакомец обнажен и смотрит с обожанием, улыбается.       Улыбаюсь в ответ.       Поднимаю голову и пытаюсь понять, где оказалась. Все в той же комнате. Вокруг постели на подушках сидит два десятка красивых голых мужчин и смотрят на меня преданным взглядом.       Еще один забирается на постель и протягивает изящную корону, учтиво склонив голову. Принимаю с улыбкой королевы и водружаю на голову. Корона изящная и легкая, сидит на голове, как влитая.       Вырываю пальцы из рук парня и царственно сажусь.       На мне халатик и бриллиантовое нижнее белье, которое так понравилось в соседнем зеркале.       Одежда, даже такая откровенная, кажется лишней, когда вокруг столько соблазнительных молодых людей, готовых исполнить любой каприз своей королевы.       — Мальчики, кто хочет меня раздеть первым? — спрашиваю у гарема.       Поднимаются все одновременно. Поворачивают головы тоже, будто механизмы, которым отдали приказ. Глаза странные, будто пустые. И этот отблеск свечей… Или их зрачки светят желтым, как у хищников?..       Смаргиваю наваждение. Нет, просто красавчики. Все мои, все хотят доставить своей императрице удовольствие.       Улыбаюсь, когда на постель взбираются четверо юношей. Тянутся руками, сбрасывают с моих плеч халатик. Их руки касаются застежки лифчика и ловко расстегивают, выпуская мои тяжелые груди на свободу. Следом расстегивают ожерелье. Оно стекает на мягкую постель. Затем помогают снять трусики. На голове остается только корона, подчеркивая мою власть и превосходство. Чувствую, им нравится видеть меня обнаженной в естественной первозданности. Будущие любовники пожирают меня восхищенными взглядами.       Хочется сразу всех и каждого.       Они подбираются ближе и начинают ласкать меня. Их руки теплые и мягкие ласкают с чуткостью и нежностью, предугадывая желания.       Охватывает возбуждение.       Один из любовников располагается между моих ног и проводит ладонями по бедрам, предлагая развести. Подчиняюсь, пропуская юношу к лону. Склоняется. Чувствую его горячий язык у входа в чрево. Клитор находит безошибочно и начинает ласкать, доставляя волны наслаждения. Выдыхаю и откидываюсь на спину. Руки мужчин страстно ласкают мое тело. Двое склоняются и берут в рот мои соски. Посасывают. Не сдерживаю стон. Расслабляюсь, отдаюсь на волю прекрасных любовников. Они чутки и предугадывают каждый мой каприз. Сливаюсь с блондином в страстном поцелуе, когда накрывает оргазм. Он пьет мои сладкие стоны, перетекает поцелуями на шею. Запускаю пальцы в его жесткие волосы, обнимаю мускулистую спину.       Чувствую, как по промежности скользит головка упругого члена. Хочу ощутить внутри любовника. Подаюсь навстречу и плавно пропускаю внутрь. На миг посещает мысль, что секс без презерватива грозит беременностью, потому что не принимаю контрацептивных таблеток, так как не хочу побочек, а я забочусь о здоровье. Но останавливаться не хочется. Все слишком странно, будто законы реальности не властны над этим местом. Гоню мысли прочь. Проблемы стоит решать по мере их поступления. К тому сейчас не боюсь забеременеть.       Любовник начинает двигаться внутри, даря приятные ощущения, которые нарастают с каждым толчком. Не скрываю стонов, отдаюсь страсти без остатка. Не помню, когда был настолько прекрасный секс. Прикрываю в наслаждении глаза.       Когда парень кончает в меня, чувствую, как вздрагивает его тело, но ни стона не срывается с его губ. Покинув мое тело и отстранившись, его место занимает следующий. Принимаю в чрево второго, ибо хочу еще большего наслаждения. Он двигается во мне так же, как первый, почти в том же темпе, так как мне наиболее приятно, даже нет смысла озвучивать желания. Таких страстных любовников у меня еще не было!       Целуюсь и обнимаюсь с одним, когда другой трахает, а третий гладит ладонью мою грудь. Мужчины кажутся одинаковыми, как одно существо. Они не произносят ни звука и это настораживает. Но слишком хорошо, чтобы отвлекаться на тревогу. Оргазм накрывает один за другим. Они кончают в меня липким и горячем семенем. Их члены именно того размера, что наиболее приятен, мое тело принимает их, будто родных.       С моих губ срываются стоны наслаждения. В порыве страсти не сразу замечаю, что тела любовников остаются сухи. Кожа какая-то странная, плотная, будто неживая…       Но прерваться нет сил, растворяюсь в волнах наслаждения.       Когда последний любовник оставляет во мне свое семя и проводит последний раз по грудям, отстраняясь, открываю глаза.       Нега разливается по телу, полностью расслабляя. Внизу живота еще пылают угли былой страсти. Провожу ладонями по своим животу и грудям. Ласкаю себя, чувствуя на теле следы их слюны и спермы.       Любовники стоят вокруг постели и, молча, смотрят на меня. Взгляды безучастны. Лица застыли, как маски. Делается не по себе. Смыкаю бедра и привстаю на локтях.       Внезапно один из мужчин кладет ладонь на лицо и мягким движением собирает кожу, будто резину, стаскивает. Давлюсь вдохом. Под ней оказывается серая в складочку кожа без намека на нос, глаза и рот, хоть что-то человеческое.       Любовники приходят в движение, срывая лица, скальпы, распарывая внезапно отросшими когтями кожу на груди, будто молнию на комбинезоне, и стаскивая так же. Смотрю в ужасе, боясь шелохнуться, как юноши избавляются от всего мужского и человеческого.       Длинные руки с тонкими пальцами, странные выросты из спины, безликие морды, ни намека на половые органы, уродливые серого цвета тела, лишенные симметрии и сексуальной привлекательности, вот что окружило мою постель.       Они сейчас растерзают меня? Но существа не думают нападать. Пятятся прочь, а затем растворяются во мраке комнаты, покинув зону света под люстрой.       Становится крайне не по себе. Сажусь. Сбрасываю корону с головы, предварительно выпутав из волос, и швыряю в темноту. Звука падения не слышу, будто она просто исчезает.       Не хочу быть королевой уродов!       В промежности скользко и липко, но от секса я получила удовольствие, что даже странно. Неужели, они хотели сделать мне приятно?       Вопрос остается без ответа.       Сползаю к краю кровати и только сейчас замечаю: стол изменился. Там возвышается груда отвратительных внутренностей, а не фрукты. А на верхнем ярусе блюда бьется человеческое сердце.       Заинтересовавшись, спускаюсь к кровати и иду к столу, перебарывая брезгливость.       На полу валяются сброшенные кожи. Стараюсь не ступить. Особенно запоминается лицо, незряче смотрящее вверх.       Интересно, кожи принадлежали настоящим мужчинам или это копии? Подхожу к столу и с изумлением смотрю на сокращающееся сердце. Вдруг, замечаю, что из обрубка артерии свешивается серебристая цепочка. Наверняка что-то интересное. Осторожно подхватываю пальцами и тяну, но цепочка не проходит через сосуд. На другом конце явно кулон и он не проходит в отверстие аорты.       Как же достать?       Взгляд натыкается на нож, которого раньше тоже не видела. Или лежал для фруктов? Не помню.       С опаской беру. Сердце продолжает сокращаться. Если этим убью его? Вот дилемма… Можно оставить и уйти, но любопытство слишком сильно. К тому же оно могло появиться здесь именно для меня, а то, что бьется — привлекает внимание. Вполне логично.       Ох, я даже курицу разделывать боюсь. Поэтому покупаю готовую. Все же набираюсь решимости, и спускаю сердце на край стола. Оно теплое и скользкое.       — Прости, — шепчу.       Втыкаю острие в орган. Судорожно сокращается, будто ему больно и замирает. Режу неумело, кровь брызгает на груди, живот, пачкаю руки, но извлекаю твердый предмет из камеры сердца. Это оказывается полупрозрачный, будто из стекла, красивый ключ на серебряной цепочке.       Чем бы протереть находку?       Салфеток не оказывается, да и содержимое стола вызывает оторопь. Гашу тошноту сглатыванием и возвращаюсь к постели. Покрывалом промокаю руки, ключ и брызги на теле. Полностью не вытирается, часть размазываю по коже.       Не важно, должна же здесь где-то быть вода, отмоюсь. Хочется уйти из жуткого места быстрее.       Ищу взглядом бриллиантовое нижнее белье, но не нахожу. Только халат. Беру и облачаюсь, завязываю пояс. Ключ опускаю в карман: рассмотрю в другом месте. Что-то подсказывает, что в этом помещении замочную скважину искать бесполезно.       Поправляя халат, замечаю, что молочные железы стали заметно больше. Провожу по ними ладонями, ощущая легкую болезненность при прикосновении, будто перед месячными. Предчувствуя недоброе, распахиваю полы на груди. Ареолы сосков заметно потемнели, будто при беременности.       Но ведь такого не может наступить настолько быстро! Или существа из гарема все же осеменили меня?       Накатывает тревога. Положение дел не радует. Не хочу рожать непонятно кого.       Луиза, не накручивай себя, все хорошо. Здесь такое освещение непонятное. Лучше подумай, куда пойдешь дальше.       Завязываю халат, прикрыв груди.       Обхожу на полу сброшенную мужскую кожу и иду искать раму на выход. Светящийся овал зеркала быстро бросается в глаза. Бегом, придержав рукой груди, чтобы не подпрыгивали, покидаю зазеркалье. Пролезаю через раму и оказываюсь в той же зале.       Осматриваю себя. Пятная крови исчезли, грудь прежнего размера. Только в кармане лежат два маленьких ключика. Похоже, все просто привиделось!       Озираюсь по сторонам. Я здесь так же одна. На миг забываю, откуда пришла. Но длинный коридор справа подсказывает, куда идти. Домой пока не хочу. Ведьмочка я или кто?