Личное интервью

      Джордж механически улыбался в очередную камеру, отвечая на вопросы о Максе. Снова о Максе. Всегда о Максе. Даже если его имени не было в формулировке, для всех и так было это очевидно.       – Джордж, помимо Льюиса и Кими, кто ваш идеальный напарник по команде?       – Джордж, вы считаете Макса главным соперником на предстоящие этапы?       – Джордж, вы согласны с высказываниями Макса насчет текущего регламента?       Рассел отточенным жестом поправил выбившуюся прядь. Камера щелкнула – идеальный кадр для завтрашних заголовков.       – Макс талантливый гонщик, но я сосредоточен на своей команде, – ответ слетел с языка на автомате. – У Мерседес есть все шансы на чемпионство в этом году. Для меня это главное.       Журналисты записывали каждое слово, будто это откровение. Хотя он говорил то же самое уже в который раз.       Еще час. Еще два интервью. Еще дюжина вопросов про Макса.       Когда последняя съемочная группа наконец упаковала оборудование, британец почувствовал, как напряжение стекает с плеч. Он прошел через паддок к гаражу Вильямс, почти не замечая дороги. Тело двигалось по инерции.       У самого входа стоял Алекс, разглядывая что-то на планшете. Увидев Джорджа, он поднял голову и тепло улыбнулся.       И этого было достаточно, чтобы день перестал казаться таким выматывающим.       – Я не устаю поражаться тому, как ты водишь их за нос, – Албон отложил планшет на ближайшую стойку.       – Они ловят каждое мое слово про Макса с особым рвением. Как будто это единственное, что по-настоящему имеет смысл, – остановившись рядом, Рассел уставился на трассу.       Алекс опустил руку ему на плечо и подметил:       – Абсолютно не придавая значения тому, что мы который год говорим друг о друге.       – Вижу в этом исключительное удобство. Я каждый раз говорю им только правду, но они до сих пор не научились в это верить, – Джордж наконец обернулся, и в глазах мелькнуло что-то самодовольное. – Каждый раз, в каждой ситуации я выдавал им даже больше информации, чем они просили. Но это остается не услышанным. А потом, когда это повторяет кто-то другой, все вокруг удивляются до глубины души.       – Зато потом ты выдаешь свое коронное: «Ну я же вам говорил», – Алекс театрально развел руками. – И уходишь с таким пафосом, будто у тебя за спиной прогремел взрыв.       Пилот Мерседес развернулся к нему лицом:       – А что еще мне остается делать? Они меня нарекли Дивой, и теперь я должен соответствовать до конца.       – Да-да, прямо вижу, как ты вылезаешь из машины после аварии и поправляешь чуть растрепавшиеся волосы.       – Ой, давай не будем про аварии. – Джордж покачал головой. – Они сейчас мне точно не нужны, этот год должен быть триумфальным.       – Тоже верно, – Албон наклонил голову, разглядывая друга. – А ты чего, собственно, пришел?       Пауза затянулась. Рассел провел рукой по волосам.       – Просто… устал от всей этой показухи сегодняшнего дня.       – Главный по показухе говорит, что устал от нее, – Алекс приподнял бровь. – А это только один этап прошел. Джордж?       – Все в порядке, просто… – Британец чуть опустил голову. – Просто действительно прошел только один этап, но даже после него эффект в медиа уже ощутимый.       – Фанаты Макса переселились из-под постов Ландо к тебе?       – И это тоже, – Рассел пожал плечами. – Но это мелочи. Всегда были те, кто меня недолюбливал. Я не фунт, чтобы всем нравиться…       Алекс чуть сжал руку на его плече.       – Джо-о-орджи, переживать об общественном мнении – это нормально. Тем более в твоем случае. Просто помни, что ты не наш кучерявый друг. Ты и негатив умеешь перерабатывать в топливо.       На мгновение повисла пауза, но тут же чуть усмехнувшись Албон добавил:       – Если что, номер Ландо у тебя всегда есть. Станет совсем паршиво – попроси контакты его психолога. Если даже Норриса этот удивительный человек смог удержать в норме в конце прошлого сезона, то с тобой точно справится.       Джордж поморщился.       – Спасибо, Лекси. Буду непременно помнить об этом.       – Ладно-ладно, ты же знаешь, что я хочу как лучше, – Алекс замолчал, явно что-то обдумывая, но тут же предложил. – Может... Может, я стащу велик Джеймса, и мы навернем кружочек по трассе?       – Мы и велосипеды? – бровь Джорджа поползла вверх. – Ты хочешь устранить соперника в моем лице?       – Нет-нет, ты сходишь за своим извечным драндулетом на батарейке, а я буду крутить педали…       Сказав это Алекс уже был готов картинно заплакать, осознавая метафоричность ситуации.       Рассел же наконец рассмеялся:       – Это уже звучит как описание предстоящих выходных. Ладно, благословляю тебя на обворовывание вашего руководителя, а сам пока пойду за курткой и самокатом.       Он развернулся к выходу, но замер на пороге. Обернулся.       – Ты хоть и будешь крутить педали, но тоже хотя бы накинь куртку. Все-таки сегодня довольно ветрено…       И исчез, не дожидаясь ответа.       Албон прыснул, оставшись один в гараже:       – Какой же он…       Но медлить не стал. Велосипед Джеймса нашелся быстро, и через минуту Алекс уже выруливал на пит-лейн. Джордж ждал на выезде, стоя рядом с самокатом. Заметив пилота Вильямс, он запрыгнул на электротранспорт и дал газу.       – Догоняй! – бросил через плечо.       Алекс возмущенно охнул. И начал яростнее крутить педали. Когда наконец поравнялся, Рассел чуть сбавил темп.       Небо розовело на горизонте. Ветер трепал волосы.       Взгляд Албона метался между Джорджем и закатом.       Алекс помнил этот момент до деталей. 2021 год, Абу-Даби, финальная гонка. У него не было команды. За долгие месяцы без места в пелотоне он почти поверил, что исчезает – все, ради чего он жил, оттолкнуло его. И все же он приехал, чтобы поздравить британца с предстоящим переходом в Мерседес.       Они сидели на пустом причале. За спиной извивалась подсвеченная лента Яс Марины. Джордж увлеченно говорил о первой поездки в Брэкли, о работе на симуляторах, но Албон вдруг понял, что не слушает. Он смотрел на то, как лунный свет очерчивает профиль британца – и что-то щелкнуло в груди.       «Алекс, ты меня вообще слушаешь?» – Рассел повернулся.       И Алекс поцеловал его. Просто так. Потому что не смог не поцеловать.       – Что случилось? – Джордж заметил, конечно.       – Да просто думаю… – Албон отвел глаза на трассу. – Завтра всего одна практика, потом сразу квалификация к спринту. И все идет не то чтобы гладко в команде.       Слова вылетели торопливо, будто таиландец хотел поскорее от них избавиться.       – Алекс, это не то, что ты хотел сказать на самом деле.       – Боже мой, ну зачем ты так хорошо меня знаешь.       Пилот Вильямс поморщился и резко ускорился.       – Нет-нет. – Джордж легко его догнал. – Ты не можешь просто уехать от неудобного разговора, который сам же хотел начать.       – Ты становишься просто невыносимым в такие моменты. Ты знаешь об этом? – Алекс бросил на британца неодобрительный взгляд.       – Конечно знаю. Так что не так?       – То, что ты говорил… – Абон сжал руль крепче. – Про Макса. Мне же правда не стоит об этом волноваться?       Джордж практически рывком затормозил и сошел с самоката посреди трассы.       Алексу понадобилось время, чтобы это осознать. Он сделал полукруг, развернулся, остановился рядом.       – Ты действительно хочешь услышать мой ответ на это?       На лбу Джорджа пролегла тонкая морщинка.       Тревога разлилась в груди таиландца. Может, не стоило спрашивать. Но он кивнул, стараясь выглядеть уверенно.       – Алекс Албон, – Рассел покачал головой с притворным изумлением. – Ты правда сейчас, посреди пустой трассы, на закате, спрашиваешь меня про Макса? При том что буквально вчера вечером ты...       – Не надо! – Алекс торопливо поднял руку оглядываясь. – Не надо заканчивать эту мысль вслух. Тут могут быть посторонние.       – Вот именно, – коротко усмехнулся Джордж. – Так что можем ли мы закрыть тему Ферстаппена раз и навсегда и вернуться к гораздо более приятным занятиям? Например, к тому, чтобы ты не сможешь догнать меня до следующего поворота?       Он вскочил на самокат и дал по газам.       Албон возмущенно выдохнул и бросился следом, неистово работая педалями.       – Я победил! – через минуту британец обернулся, торжествующе вскинув руку.       – Какой же ты… коварный! – выдохнул Алекс, поравнявшись с ним.       – Еще скажи, что ты не знал, с кем связываешься, – рассмеявшись Джордж послал ему воздушный поцелуй.       – Извини уж. Хоть сейчас я и нахожусь под эффектом влияния Мерседес, начинал-то я с Быками, – Алекс закатил глаза, но оторвал руку от руля, изображая, будто ловит поцелуй. – И в их справочниках по поведению не было целого раздела, посвященного тому, как излучать превосходство в каждом движении.       – Ну их справочник ты, видимо, никогда и не открывал. Потому что там явно на первой же странице должно было быть написано, что все, кто относятся к Мерседес – главные враги и первостепенные оппоненты.       К этому моменту они подъезжали к пит-лейн. Шутки пришлось отложить.       Вернув транспорт в гаражи, они уже направлялись мимо моторхоумов, выстроившихся ровной линией, к выходу из паддока. Но вдруг Джордж воровато оглянулся и поспешно одарил Алекса искусительной улыбкой. После чего дернул за руку в закуток между гостеприимствами Макларен и Мерседес.       Албон недоуменно охнул, оказавшись лицом к лицу с британцем.       – Джордж, ну что за игры на острие ножа?       – Извини.       Рассел тихо рассмеялся, утыкаясь лбом в плечо Алекса.       – Я просто не смог отказать себе в этом удовольствии после этой безбожно романтичной поездки по трассе. Поцелуешь меня?       Пилот Вильямс на мгновение замер. Сердце билось так громко, что казалось, его слышно по всему паддоку. Они были в нескольких метрах от основного прохода. Любой мог пройти мимо. Любой мог увидеть.       Но Джордж, подняв голову, смотрел на него так... Уставшие глаза. Уязвимая полуулыбка. И Алекс вспомнил, зачем они вообще рискуют.       Не для медиа. Не для драмы. А для этих украденных секунд, когда можно быть собой.       – Когда я мог тебе отказать?       Румянец тронул щеки Алекса. Он осторожно коснулся ладонью щеки Джорджа, притягивая ближе. Их губы встретились в мягком, но глубоком поцелуе. Рассел издал тихий звук – между удовлетворением и облегчением. Его пальцы сжались на талии Албона, притягивая ближе. Алекс чувствовал, как напряжение дня покидает тело британца. Как он расслабляется в его руках. Он погрузил пальцы в темные волосы пилота Мерседес.       Поцелуй углублялся. Становился более требовательным. Наполнялся всей той нежностью и страстью, которую приходилось скрывать от посторонних глаз.       Запах геля для волос Джорджа смешивался с вечерней прохладой. Где-то далеко хлопнула дверь, прокатился чей-то смех, но все это было в другом мире. Здесь существовали только они двое.       А мир вокруг не имел значения.       Но рядом кто-то многозначительно кашлянул.       Алекс дернулся, но Джордж перехватил его затылок, не давая отстраниться. Несколько секунд спустя он сам завершил поцелуй. Когда Рассел отстранился, таиландец почувствовал, как лицо пылает. Не от поцелуя. От того, что их застали. Он инстинктивно сделал шаг назад, но британец перехватил его запястье – короткое, успокаивающее сжатие. Его взгляд был холоден, когда он обернулся к незваному гостю.       До этого ему даже смотреть не надо было. Джордж и так знал, кто это.       – Ландо, я не пойму, у тебя радар на чужие личные моменты? – пилот Мерседес скрестил руки на груди. – Почему ты не подле своего напарника?       – Оскар… Оскар занят, – Норрис на мгновение опешил, но быстро опомнился. – Эй! Не переводи тему, я вас вообще-то застукал. Как вообще дела? Все нормально? Вы бы еще прямо посреди паддока встали…       – Ландо, если бы не ты, никто другой сюда бы не полез. Потому что это территория исключительно наших с тобой команд, – ни один мускул на лице Джорджа не дрогнул.       – Но да, но…       – Все-все, закрыли тему. Не тебе нас поучать, – Джордж очаровательно улыбнулся. – Я тебе могу поминутно рассказать, где и чем вы занимались с Оскаром в прошлом году. А если это знаю я, то может узнать и кто-то другой.       – Так, достаточно, парни, – Алекс встал между ними. – Давайте не будем переходить на угрозы. Лан, ты чего хотел-то? Зная тебя, ты вряд ли бы просто шел мимо и решил побеспокоиться о нашей безопасности. Значит, зачем-то целенаправленно искал.       – А, да, – Норрис поспешно кивнул. – Ну я в целом вам уже и сказал: Оскар занят. Не хотите вместе поужинать?       Алекс бросил оценивающий взгляд на Джорджа. Рассел тяжело вздохнул и подтолкнул их обоих в сторону выхода из паддока.       – Ландо, вообще за то, что ты влез, по-хорошему надо было бы тебе отказать.       – Но? – Норрис широко распахнул глаза.       – Никаких «но». Иди отвлекай своего Оска.       – Джордж, ну не кипятись. На самом же деле он прав – это было очень рискованно, – попытался выступить примирителем Алекс.       – Ой, делайте что хотите. Я буду ужинать в отеле с Кими.       Джордж прибавил шага и махнул рукой.       – Мы терпим его уже скоро 10 лет как, – Ландо наклонился к Алексу, шепотом добавил. – Напомни мне. Зачем?       Но тут же выпрямился.       – Ах да, забыл, у кого я это пытаюсь спросить…       – Я вообще-то все слышу, – Рассел остановился возле командной машины Мерседес и открыл дверь. – Ладно, запрыгивайте. Все вместе поужинаем в отеле, где мы с мелким остановились.       Ландо с Алексом переглянулись. Албон перехватил взгляд Джорджа в зеркале заднего вида – британец закатил глаза, но губы дрогнули в полуулыбке.       Они знали, что Норрис все равно останется с ними.       Как и всегда.