Рецепт на ночь

Придя домой, Нам Гю сразу положил пакет на пол и скинул куртку, небрежно кинув ее на вешалку. С первого раза не получилось, куртка упала на пол. После этого Нам Гю ее поднял и уже аккуратно повесил.  Есть совсем не хотелось, поэтому, захватив пакет, Нам Гю прошел мимо кухни сразу в свою комнату. Наскоро переоделся в домашнее: футболку-мерч клуба, где он раньше работал и черные хлопковые штаны. В это время года в такой одежде было холодно, даже не смотря на отопление, но он так к ней привык, что не хотел менять ни на что другое.  В кухню заглянуть все же пришлось: взять чистый стакан и ложку. В комнате лежало еще 2, но их давно надо было помыть. Когда-нибудь он этим займется. Но не сегодня. Вернувшись в комнату, Нам Гю достал из пакета бутылку спрайта и пузырьки с сиропом. Один отложил в один из ящиков под столом, где он хранил все препараты. Один открыл и поднес к лицу, вдыхая сладкий вишневый запах. Отмерял на глаз: делал это уже столько раз, что давно отказался от мерных стаканчиков, просто лил сразу в стакан. Остальной объем заполнил спрайтом. Получилась красивая сиреневая жидкость. Нам Гю сделал глоток. Ничего необычного. Сладко, газированно. Парой больших глотков допил все содержимое стакана. Пока Нам Гю ждал наступления эффекта, он снова залип в телефон. Включил музыку на фон и открыл Pinterest, сохраняя красивые картинки и мемы к себе в профиль. Через сорок минут он начал чувствовать, как все тревоги постепенно уходят на второй план. Мысли стали медленными, тягучими, словно вязли где-то на полпути, а по телу разлилось мягкое тепло. Плечи сами опустились, напряжение будто незаметно сползло вниз, и тело стало тяжелее, лениво растекаясь по кровати. Он поймал себя на том, что моргает медленнее обычного. Веки налились приятной тяжестью, взгляд лениво скользил по комнате, ни на чем толком не задерживаясь. Где-то на фоне играла музыка, и она почему-то звучала особенно мягко — так, что хотелось просто лежать и слушать. Еще через полчаса накрыло легкой эйфорией: такой обыденный момент вдруг показался особенным, чересчур комфортным. Нам Гю лежал на кровати, иногда машинально потирая нос, и слушал музыку, чувствуя, как мысли становятся все медленнее, а тело — тяжелее. С эйфорией пришла и сонливость. В какой-то момент он понял, что почти не следит за мелодией — просто проваливается куда-то в мягкую дремоту. Проснулся Нам Гю от звонка будильника в 10 вечера. Он лениво потянулся к телефону, не сразу попав по экрану, отключил звук и снова закрыл глаза. Несколько минут он просто лежал, пытаясь собрать мысли. Вставать не хотелось совсем. Тело ощущалось вялым и тяжелым, а мысли будто застревали где-то по дороге. Хотелось просто перевернуться на другой бок и проспать до следующего утра. Желание принять снова уже было довольно сильным — навязчивым, тянущим где-то на краю сознания. Но он понимал, что если сделает это сейчас, работать сегодня точно не сможет. Все последующие действия выходили медленными и неуклюжими. Нам Гю сходил на кухню, собрал себе бутерброд и съел прямо над полом, не переживая, что он может крошиться.   Переоделся в темно-синее худи и черный джинсы, накинул куртку, обулся и вышел из дома. Придя на место, включил свет, переоделся в халат, проверил полки. Все как обычно.  Первые полчаса тишина. Никто не приходил, единственным звуком в аптеке было дыхание Нам Гю и периодически голосовые его друзей. Еще через полчаса раздался звук. Кто-то зашел в аптеку. Нам Гю встал и проговорил свое обычное “Здравствуйте, вам чем-то помочь?” — Здравствуйте. Салфетки спиртовые, ибупрофен и прегабалин 150 миллиграмм. — Рецепт на прегабалин есть? Парень протянул по стойке немного мятую бумажку, видимо, из кармана достал. Нам Гю внимательно ее рассмотрел: остановил взгляд на печати, на подписи, дозировке и сроке годности. Годен до 10 января. — Он у вас просрочен.  Парень выругался себе под нос. — Ладно, тогда ничего не нужно. До свидания. И просто ушел.