Одна неделя

Чувствую себя ужасно. Голова болит, весь дрожу и ещё мне жарко как в аду. —Кхм, должно быть просто простуда. Ничего серьёзного, — пробормотал я, однако всё-таки поплёлся к врачу. Это не было похоже на меня, так как я ненавижу больницы и всё, что с ними связано. Но мне уже который день было плохо, а это значит, нужно предпринять хоть какие-то меры.

***

На приёме старый врач сказал мне, что у меня рак четвёртой степени и осталось мне около шести месяцев. С этими словами внутри меня что-то оборвалось. Пожилой мужчина всё ещё не терял попыток что-то там мне донести, но я уже ничего не слышал. Лицо побледнело, во рту встал ком, тело пробрало ещё большей дрожью, ноги стали ватными, в голове мысли путались. Не выдержив и пяти минут после ошеломляющий новости, я вскочил и ушёл прочь из больницы, а дядечка всё также продолжил кричать мне что-то вслед. Я совсем не разбирал дороги, просто брёл куда-то. А затем рухнул посреди уже довольно старой дороги, осев на асфальт тряпичной куклой. Из моих глаз потекли слёзы.

***

После полуторачасовой истерики я нашёл в себе силы встать и пойти домой. Открыв дверь и пройдя в коридор моей обители, меня уже встечал мой дорогой кот по кличке Люк. Он довольно вытянулся всем своим тельцем вперёд и приветливо мяукнул. Я же опустился на колени и почесал его за ушком, он всегда любил, когда я так делал. Затем я бросил это дело и пошёл переодеваться в домашнюю одежду. Однако стоило мне пройти на кухню, как там меня ожидал непрошенный гость. Он выглядит прямо как и я, нас разлечало только.. —Цвет глаз: они у меня фиолетовые, а у него они были тёмно-коричневые. —Также на его лбу красовался шрам: откуда он у него? Я даже предположить не могу. —И у него была другая одежда: какие-то мешковатые одеяния; в то время у меня же была строгая, классическая одежда. —Кто вы.. — я застыл в изумлении. —О, привет. Ждать тебя, конечно, пришлось довольно долго, — он устало вздохнул, но затем заулыбался, —Угадаешь кто я? —Эм.. Не знаю. Вы, должно быть, не человек? —Ого, в точку! Я дьявол, милейший. —И зачем вы пожаловали? — я пытался понять, что вообще происходит, но, сказать честно, выходит туго. —Сказать, что завтра ты умрёшь. Я перестал чувствовать свои ноги и начал падать, но успел опереться руками о стол и предотвратить падение. Я еле хватал воздух одними лишь губами. —Перестань, я пришёл не убить тебя пораньше, а предложить кое-что. —Сделка?.. — мой надорвавшийся голос звучал чуждо. Я неверяще поднял голову на него, всё ещё тяжело дыша, но уже через нос. —Именно! — собеседник хмыкнул, —Представь, что я дам тебе ещё один день жизни, но взамен я попрошу тебя о... — он тянул слова и улыбался. —О чём? — я бессильно сел на стул, нахмурившись. Недавний приступ наконец-то полностью оставил меня в покое. —Взамен ты назовёшь одну вещь, которая безвозвратно исчезнет. Это заставило меня застыть в замешательстве. Назвать вещь, которая исчезнет навсегда и прожить ещё один день? Хм, звучит заманчиво, на самом деле. —Я могу предложить любую вещь? —О, да, конечно. —Что насчёт пыли? Лицо Кэндзяку (так я прозвал демона) перекосило от отвращения, фыркнул недовольно. А затем он опустил свой взгляд, который упал на мою вазочку с конфетами, всегда стоявшую у меня на кухонном столе из-за.. Стоп, нет. Она там стоит просто потому, что я иногда могу очень сильно пожелать скушать чего-то сладкого, вот и всё. —Что это? Может быть пусть оно и исчезнет, м? — он взял в руки клубничный чупа-чупс и с интересом стал крутить его в руках. —Это леденец со вкусом клубники. —Леденец?.. — кажется, он был в замешательстве. —Да, сладость такая. В употреблении её рассасывают. —Ха, чушь какая, — отбросил в конфетницу, но затем обратно взял, —Эм.. И вкусно это? —На любителя. Лично я ем только изредка, не сильно люблю сладкое. Его лицо выражало скептицизм, спрашивая: "—У тебя дома стоит довольно большая ваза с конфетами и ты говоришь, что не любишь сладкое? Ты что, совсем?" Потом он перевёл взгляд на сладость и, недолго думая, стал её распаковывать. Распаковав, он всё ещё не спешил кидать её в рот, но спустя секунд пятнадцать всё-таки решился, прикрыв глаза. Некоторое время он молчал, но потом, словно вынырнув из толщи воды, довольно замычал, открыв глаза обратно. —И как? Нравится? — не то, чтобы мне действительно было интересно.. —О, да! Это определённо вкуснятина, мне бы не хотелось убирать сладкое! Я бы и не позволил убрать сладости. Один дорогой мне человек очень сильно любил их, но я почему-то не могу вспомнить, кто же это был. Недолго думая, я стал предпологать дальше. —О! — моё лицо просеяло, —Может быть маленькие ручные вентиляторы? Абсолютно бесполезны и никак не помогают с жарой, — сказал я на полном серьёзе, так как действительно был разочарован неудачным опытом. —Что за бред? Нет, я.. — он не успел договорить, так как его прервала трель телефонного звонка. —Сейчас, минуту. Я взял телефон и принял звонок. Мне звонил босс и, мягко, сказать, интересовался почему я отсутствую на работе. —Прошу прощения, что не предупредил. Могу ли я уйти на больничный на всю эту неделю? Благодарю, до свидания, — я сбросил первым и вернулся за стол, напротив же уселся Кен. —Это что такое? —Телефон, довольно полезная вещь, можно писать и звонить кому и куда угодно, ну и другие там полезные функции. —Важная вещь, да? А может быть её и уберём? — он коварно улыбнулся. На какое-то время я опять выпал из реальности. Что будет если в мире исчезнут телефоны? Хм, если так подумать.. Мы ведь рабы этой техники. Она занимает слишком много нашего времени, тогда и полезность её улетучивается. —А знаешь.. я согласен. Тот заулыбался ещё шире (хотя казалось бы куда ещё?) —Ура, отлично! Тогда увидимся завтра. И исчез. Ну, а мне осталось лишь устало вздохнуть, поесть и отправиться в кровать спать.