Не бойтесь просить помощи

Женаты они были уже очень давно, настолько, что их дети уже выросли, а друг друга они знали лучше, чем самих себя.

      Одинокий мужчина шел по снегу, выпавшему двадцать второго октября – прекрасная дата, когда-то именно в этот день он познакомился со своим будущим мужем. Ни он, ни его муж не были излишне сентиментальны, но женились они именно двадцать второго октября по чистой случайности.       "Уходил ранним утром, а возвращался поздним вечером" – в последнее время это было именно про них. Несмотря на то что они смогли прожить тридцать лет вместе, вырастить детей и ни разу не поссориться, почему-то именно сейчас они отдалились друг от друга. Их не настиг кризис, когда прошли три первых года их отношений, не спорили о том, кто уйдет в декрет, они не ругались, когда уже стали родителями, финансовые трудности тоже не рассорили их. Проблемой в их отношениях всегда был только Атабек, а точнее его внутреннее состояние.       Снег оседал на черные волосы и похрустывал под ногами. Вывеска круглосуточной аптеки горела ярко-зелёным светом.       – Здравствуйте, – голос замученной женщины, которая работает здесь уже не первый год и прекрасно знает зачем зашел мужчина.       Атабек протянул ей рецепт – не больше чем формальность, ведь она знала, что у него есть разрешение, но Атабек был слишком ответственным чтобы нарушить правила.       Порывшись в ящиках женщина достала пачку антидепрессантов и протянула их мужчине, затем потыкав по экрану выжидающе уставилась на него. Терминал загорелся прося приложить карточку.       – Спасибо за покупку.       Они улыбнулись друг другу и Атабек пошел домой.

***

      Шарф покинул смуглую шею очень быстро. Атабек стянул с себя пальто, повесил его на крючок и принялся развязывать ботинки.       – Где ты был?       Тихий голос Войцеха из гостиной едва достиг ушей Атабека.       Мужчина не знал, что ему ответить. Вроде бы ответ прост и врать не нужно ─ “на работе” ─ но только все равно горечь оседает на языке и не дает раскрыть рот.       Входя в гостиную совмещенную с кухней, он заметил одинокого человека сидящего перед камином. Судя по бутылке на стоящей на низкньком столике прямо перед ним, Войцех открыл вино – значит на ужин была рыба.       – На работе задержался, – Атабек попытался убедительно улыбнуться. Ему не хотелось возвращаться домой, в последнее время ему все сложнее было находиться рядом с Войцехом. Муж не сделал ничего, чтобы заслужить такое отношение, но Атабек не мог по другому.       – Почему ты не спишь? Тебе же завтра на работу, – проходя мимо дивана Атабек задерживается чтобы быстро чмокнуть его в висок.       – Я говорил тебе: я не работаю в этот четверг.       Атабек устал. В его голове давно сбился счет времени, он жил еще прошлым месяцем, совсем не осознавая, как время бежит сквозь него. Он помнил о выходном, но совершенно не знал когда он случиться. Со стороны Войцеха все выглядело иначе. Он воспринял все на свой счет, будто Атабеку все равно на него, и при том настолько, что ему не важно где он и что с ним сейчас происходит.       Войцех почувствовал, как ресницы слегка намокли. Рука с бокалом прислонилась к лицу. Спрятав глаза Войцех несколько секунд пытается сморгнуть слезы. После нескольких минут молчания и журчания воды он услышал вопрос:       – Ты ужинал?       Атабек открыл холодильник. Полки были почти пустые, только одиноко стоящая запеченная рыба на средней полке, разбавляла этот жутко бесящий белый свет.       – Да, – Войцех тяжело вздохнул. Он ждал, что Атабек вернётся сегодня пораньше, но тот не пришел. Совместные ужины в последнее время тоже пропали из их жизни.       – Спасибо, – Атабек достал оставленный ему кусок рыбы и, хлопнув дверцей микроволновки, принялся ждать пару минут.       Взгляд Атабека упал на большую фотографию на стене. Там они вдвоем с мужем и детьми. У них их было пятеро: Казбек, Юля, Женя, Маранда и Ашура ─ две последние близняшки. Все были приемные. По понятным биологическим причинам они с мужем не могли воспользоваться естественным способом размножения и после недолгих размышлений решили, что в самом деле совсем неважно имеют ли дети с ними кровное родство, куда важнее что они вырастят их. Все они давно разъехались от отцов и даже нашли своих нынешних супругов.       Щелк ─ еда согрелась.       – Очень вкусно, – Атабек не мог полностью почувствовать вкус еды. Тяжёлый день и некоторые другие обстоятельства почти истощили его на сегодня, силы были только на то чтобы улечься в кровать и не вставать до завтра.       Когда тарелка оказалась пуста ─ с большим трудом ─ Атабек поставил грязную посуду в посудомойку. Включил ее. Войцех все еще сидел не сдвинувшись с места.       – Пойдём спать, – Атабек догадывался, что муж ждет его.       Войцех молчал. Атабек подошел к нему и перегнувшись через спинку дивана обвил руками его плечи.       Ему было страшно говорить, но отношения трещали по швам и требовали к этому должного внимания. Они отдалялись с каждым днем и больше ждать было нельзя. Войцех сжал руку Атабека.       – Нам нужно поговорить.       Атабек вздрогнул. Он ждал этого. Муж чувствовал, что все идет не так как надо. Одно хорошо ─ Войцех очень спокоен и прагматичен. Он будет до последнего терпеливо ждать ответов от Атабека. Войцех не будет лезть в его телефон, хотя знает пароль, не перевернет его вещи верх дном ли ж бы найти доказательства измены или еще чего-нибудь. Он доверяет Атабеку, поэтому Атабек может не беспокоиться о том, что муж найдет его антидепрессанты. Это все равно случиться рано или поздно, но скандала не будет, Войцех не промолчит, но и давить на него тоже не будет, просто даст знать, что он все узнал. В этом спокойствии царящем в их отношениях Атабек чувствовал себя хорошо. Он не боялся говорить с мужем, просто сейчас не было сил.       – Я устал. Давай завтра утром.       – Хорошо, ─ притворное спокойствие было слишком заметно.       Атабек прекрасно понимал, что этот разговор очень нужен, но он не мог заставить себя держать глаза еще хоть пару минут открытыми.       В спальне он сразу уснул, не дожидаясь когда Войцех выйдет из ванной. Ждать пришлось бы долго ─ Войцех был потерян. Он стоял под душем, вода все текла по нему, а он не мог пошевельнуться и сделать хоть что-то. Придя в комнату, Войцех выключил верхний свет и накрыл одеялом мужа. Он хотел его раздеть, но не стал этого делать. Атабек очень редко не переодевался в домашнее, можно было подумать, что это обычная усталость. Но Войцех знал, что для его мужа это первый признак того, что все не в порядке. Когда он находиться в таком состоянии он мало спит и сон его становиться беспокойным ─ он просыпается от каждого шороха. Ему снятся кошмары о прошлом. Если Войцех начнет его раздевать Атабек быстро проснется и будет напуган ─ Войцех в этом уверен, потому что тот ужас прошлого Атабеку не забыть никогда.       – Я люблю тебя, – Войцех наклонился, едва коснувшись губами уха и отстранившись прошептал:       – Пожалуйста, Атабек, только не молчи. Я не знаю, что мне делать и боюсь тебя потерять.       Войцех уснул тревожным сном. Он беспокоился не об их шатких отношениях, его заботил муж. Один раз он уже чуть не опоздал, во второй ─ он может не успеть.

***

      – Минем җаным, пора вставать, – уставший, тихий голос Атабека медленно вытягивал Войцеха из сна.       Мужчина по видимому давно встал: он уже переоделся в домашнее, а с кухни летел запах горячего завтрака. Войцех полусел оперевшись об изголовье. Взгляд прошелся по комнате и остановился на часах ─ 9:30.       – Ты же опоздаешь, – Войцех потер глаза.       Атабек промолчал в ответ. Войцеху такая тишина не понравилась, он нахмурился.       – Я договорился, меня опустили на две недели.       Муж пристально посмотрел в его глаза, Атабек не выдержал и отвел взгляд. Войцех знал, что Атабеку не дали бы отпуск так резко. Его работа требовала ответственного подхода к графику. Он тренировал будущих чемпионов по скачкам, просто так исчезнуть на целых две недели тренер не мог. Атабек не позволил бы себе подвести всю команду, из чего напрашивался вывод ─ отдых был запланирован заранее.       Войцех вздохнул и направился в ванную ─ давить на мужа Войцех не собирался.

***

      На кухне царила тишина. Атабек не решался заговорить, Войцех не торопил его.       – Я должен тебе признаться, – Атабек замолчал, не зная, как подобрать слова – мне стало хуже. Я уже был у психиатра, мне поменяли рецепт. Не хотел лишний раз тревожить тебя из-за этого.       Войцех оторвался от еды. Замер. Побелел. Атабек сидел перед ним беззащитный. Выглядел виноватым. С ним могло случиться все что угодно. Сам он не всегда мог помочь себе, но даже зная, что Войцех никогда не перейдет границы, все равно порой молчал. Это всегда пугало Войцеха. После сеансов Атабека они обсуждали, что для Атабека будет лучшим проявлением заботы и поддержки, Войцеху трудно было принять то, что Атабек не всегда хотел помощи. Он пытался спасти себя сам, а когда понимал, что уже не выходит, обращался к нему. В самом начале их отношений было так же ─ Войцех узнал о том, что Атабеку нужна помощь, только когда он был при смерти. Но даже в тот момент он не просил его помочь, только звонил попрощаться.       И после того как он чуть не потерял его в тот день, ему огромных усилий стоило сейчас сидеть прямо, а не кидаться с бесполезными расспросами о том, что же произошло.       Зная, что муж в панике, Атабек поспешил его успокоить:       – Все не так плохо как тогда, честно. Мне опять сняться кошмары и я не могу нормально спать. Это все на этот раз.       Атабек потер запястья. Старая привычка. Он не мог смириться с тем, что он опять нуждается в чьей-то помощи. Войцех уже когда-то вытащил его из депрессии, и все стало хорошо ─ уже много лет о его проблемах напоминали только антидепрессанты. Но все началось снова.       – Покажи руки, – Войцех произнес это очень мягко, будто сейчас они не обсуждали столь серьезные проблемы.       Он верил мужу, но все равно не мог не спросить. Они имели несовместимые на первый взгляд представления о заботе, однако копнув глубже пришли к решению: Войцех никогда не пытаеться узнать о ментальном состоянии больше чем хочет Атабек, но все что касается физического состояния, Атабек от него не скрывает.       Атабек заказал рукава ─ запястья были чистыми.       Войцех знал, что могло спровоцировать проявление депрессии снова ─ только отец Атабека. Полиция, следственный комитет, патологоанатомы, судмедэксперты с кем они только не встретились, кто только не допрашивал и не осматривал их. Куча медицинских заключений, судов, несколько адвокатов бросивших дело. Сколько раз Войцеху пришлось в подробностях рассказывать кто они друг другу, как познакомились, как в тот день Войцех оказался в доме отца Атабека, зачем напал, откуда узнал о подвале. Он был на грани срыва, недавно оставшись сиротой, он попал под опеку родного отца, от которой мечтал сбежать. Мужчина не желал с разбираться с тем во что влез сын и просто нанял адвокатессу ─ единственное за что Войцех ему благодарен. Руслана, имевшая огромный опыт, оправдала его, доказав, что это была самооборона, помогла Атабеку избежать психиатрической больницы и где-то между всем этим добилась разрешения на заключение брака между ними, хотя им было всего семнадцать, что давало им возможность не свидетельствовать друг против друга в суде. Войцеха это спасло, Атабек видел до мельчайших деталей, что на момент последнего удара Войцех уже не защищал себя – он вполне мог бы остановиться, но все равно ударил.       Во все это их втянул отец Атабека.       – Он снова звонил тебе?       – Нет. Звонили из больницы, он умер.       Войцех подошел к нему и положил руку на щеку. Погладил смуглую кожу. Чуть улыбнулся, показывая, что все в порядке и спокойно, не вызывая лишнего волнения, спросил:       – Когда?       – Месяц назад.       Войцех пришел в ужас.       ─ Почему ты молчал?       Атабеку было стыдно. Муж был единственным человеком который заботился о нем по настоящему. В тяжелые моменты он всегда был рядом, поддерживал, помогал, если Атабек просил его. Ни разу муж не осудил его за любой выбор или мысль. Но все же то о чем он хотел сейчас ему рассказать наверно было чересчур.       Вопрос был риторическим. Атабек мог не отвечать на него. Войцех все правильно понял, тревожило Атабека не только это, поэтому он и молчал, снова пытаясь в одиночку справиться с проблемами.       ─ Войцех?       ─ Да, ─ мужчина сильнее прижал руки к щекам, показывая, что он рядом и готов выслушать.       ─ Мы можем не ехать? Я знаю мы давно им пообещали приехать и я бы с радостью, правда, ─ Атабек немного всхлипнул ─ когда угодно, но не сейчас.       Смерть отца плохо на нем сказалась. Она четче чем что-либо другое напомнила о событиях тех лет. Страх. Отчаянье. Секунды, что казались последними в его жизни. Внезапно появившийся Войцех. Слишком долгие минуты, пока Атабек не мог пошевелиться, а Войцех рисковал жизнью ради него.       Атабек хотел сидеть на месте. Остановить время. Скрыться от кошмара.       Дни ужаса вымотали его, он боялся выходить из дома. Весь страх сейчас был здесь в его голове. Он не оставлял его не на секунду. Он не хотел чтобы дети видели его таким. Он не хотел чтобы они знали об этом. Все что произошло на самом деле должно было остаться только между ним и мужем. Втянув больше воздуха Атабек решился взглянуть на Войцеха.       Войцех был немного удивлен, но все еще не разочарован или зол. Атабек продолжил:       ─ Я не думаю, что готов, поехать куда-то. Я слишком устал. Честно, я не хочу сейчас никого видеть, кроме тебя.       Дальше Атабек не мог смотреть на мужа, ему было страшно увидеть разочарование или что-то в этом роде. Да, он еще два месяца назад был полон радости, хотел приехать к их младшей дочери и зятю. Ашура должна была скоро родить. Он обещал ей смотря прямо в глаза, но сейчас не мог найти сил чтобы действительно сделать это. Ему было ужасно стыдно. Он смог отказаться от семьи, что породила его, но не может вот так предать ту, что построил сам. С детства Атабек воспитывался в консервативной восточной семье, это значило, что семья для него это самое важное. Вот так бросить своего ребенка по собственной прихоти ─ недопустимо.       Войцех облегченно улыбнулся ─ все что тревожило его мужа на этот раз не так уж тяжело решаемо.       ─ Хорошо, я позвоню Ашуре.       Войцех по привычке начал перебирать волосы мужа. Они всегда путаются после долгого сна, Атабек даже не расчесал их сегодня. Но винить его нельзя ─ он действительно слишком устал. Войцех подумал, что после нужно будет сходить за расческой и привести их в порядок. Наверно заплести их в косички Атабеку нравиться, как Войцех плетет: его руки не дергают волосы, он нежен, но косы получаются тугими. В этот раз Войцех оставит их едва затянутыми. Атабек наверняка не будет их расплетать перед тем как уснет, а уснуть он может когда угодно ─ Войцех даже заметить не успеет.       ─ Спасибо.       Атабек улыбнулся. Все оказалось не так уж и страшно.