Развлечение для короля.

Время шло неумолимо. Стрелки часов приближались к девяти. Аластор в последний раз взглянул в зеркало, поправил галстук и, натянув свою неизменную, застывшую улыбку, вышел из комнаты. Он шел по коридору уверенно, но внутри бушевала буря. В голове билась одна-единственная мысль: «Почему я просто не исчезну?» Но контракт тянул его вперед. Через несколько минут он уже стоял перед злополучной дверью. Вздохнув и собрав волю в кулак, он постучал. — Входи, — донесся голос из-за двери. Люцифер сидел в глубоком кресле, пронзительно глядя на вошедшего гостя. Аластора вновь захлестнуло это странное чувство — смесь эйфории и липкого страха. Он замер у порога, не желая первым начинать разговор. Люцифер ухмыльнулся и медленно подошел к подчиненному. — Месяц... Целый месяц ты скитался в этом отеле, прячась под крылом моей дочери, — он хмыкнул, обходя демона по кругу. — Держу пари, ты не ожидал меня увидеть. Вдруг Люцифер поднял руку и коснулся щеки Аластора. Это неожиданное движение шокировало Радио-демона. Его улыбка на мгновение дрогнула, он смущенно отвел взгляд, надеясь, что Король не заметит его замешательства. Люцифер же, довольный реакцией, вернулся в кресло. — Ты — мой оленёнок, Аластор. И только мой. И ты должен понять это. А пока... Запри дверь. Голос Короля был подозрительно сладким, как патока. Понимая, что это приказ, который нельзя игнорировать, Аластор повернул ключ в замке. Щелчок прозвучал в тишине комнаты как выстрел. Люцифер с усмешкой щелкнул пальцами. В ту же секунду знакомая ржавая цепь материализовалась из воздуха и туго обвила шею демона. Король резко потянул её на себя, заставляя Аластора упасть на колени, и накрыл его губы обжигающим, властным поцелуем. Аластор застыл, словно олень перед светом фар. Языки переплелись в безумном танце. Это было неправильно, унизительно, но до ужаса приятно. Когда воздух закончился, Люцифер отстранился. Тонкая струйка алой крови, перемешанной со слюной, потекла по подбородку Короля. Люцифер вытер губы рукой и посмотрел на Аластора. Тот был бледен, и лишь яркие пятна на щеках выдавали его состояние. Король небрежно погладил его по голове, перебирая алые волосы. — Тебя нужно наказать, мой дорогой... — прошептал Люцифер. Аластор посмотрел на него снизу вверх, и в его взгляде смешались отвращение и глубоко запрятанная жажда продолжения. Люцифер поднялся с кресла, и атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Воздух стал тяжелым, пахнущим озоном и серой. В его руке из золотистых искр соткалась длинная тонкая плеть с рукоятью из слоновой кости. Плеть была соткана прямо из ангельской силы, была опасна... Но кого это волнует? — Тридцать один день, Аластор, — голос Короля стал холодным и ровным, лишенным прежней слащавости. — Ровно столько ты наслаждался свободой, которую я тебе не давал. Ровно столько дней ты не являлся на мой зов. Люцифер дернул за цепь, заставляя Аластора выпрямиться и опереться руками о спинку массивного кресла. — Ты будешь считать каждый удар, — приказал Люцифер, обходя его сзади. Плеть со свистом рассекла воздух, едва не коснувшись уха демона. — Громко и четко. Если собьешься — начнем сначала. Ты ведь любишь порядок, не так ли? Аластор вцепился в обивку кресла так сильно, что когти прорвали дорогую ткань. Его радио-помехи усилились, превращаясь в белый шум. — Как скажете... — прохрипел он через силу. Свист. Удар. Тонкая кожа пиджака мгновенно разошлась, оставляя жгучую полосу на спине. Аластор вскрикнул, и этот звук тут же перекрыл статический разряд. — Один... — выдавил он, чувствуя, как первая капля крови начинает свой путь вниз. Удар. — Два... — его голос дрогнул, но улыбка стала только шире, превращаясь в безумный оскал. Удар. Люцифер бил методично, не давая времени прийти в себя. Каждый взмах плети был пропитан его силой. К десятому удару дыхание Аластора стало рваным. К двадцатому — он почти перестал чувствовать собственные руки, которыми всё еще судорожно держался за кресло. — Двадцать... три... — прохрипел Радио-демон, когда плеть вновь опустилась на его спину. Люцифер остановился на секунду, тяжело дыша и глядя на кровавое месиво, в которое превращалась спина его самого могущественного слуги. Ему нравилось это зрелище. Нравилось, как Аластор, этот гордый и заносчивый Оверлорд, сейчас дрожит от боли, но продолжает считать. — Продолжай, оленёнок, — ласково шепнул Люцифер. — Еще немного. Аластор зажмурился. Боль была невыносимой, но то самое «утешение», которое он искал, начало заполнять его разум. В этом хаосе боли был смысл. Был хозяин. Была цепь, которая не давала ему упасть окончательно. — Тридцать... — голос сорвался на помехи. Последний удар. Самый сильный, оставивший глубокий след через всю спину. — Тридцать... один... — выдохнул Аластор и без сил осел на пол, когда Люцифер, наконец, отпустил цепь. Король Ада бросил плеть на ковер — она тут же исчезла. Он подошел к распростертому на полу демону и присел рядом, осторожно коснувшись окровавленной ткани пиджака. — Вот видишь, — тихо произнес Люцифер, — теперь мы в расчете. По крайней мере, на сегодня. Рухнувший от боли демон уже ничего не слышал,перед глазами появились тёмные мушки, он опустился во всепоглощающую темноту. Люцифер, ожидавший подобного, с лёгкостью поднял демона, недовольно отметив про себя худощавость парня и сделав быстрый портал, шагнул и оказался в комнате подчинённого. Там он аккуратно положил Бэмби на кровать и поцеловал в лоб. Улыбнувшись про себя он накрыл его одеялом,оставив на комоде мазь и бинты, неоткуда появившиеся из воздуха и вышел из комнаты. Вот такая вот глава вышла! Напоминаю положительные отзывы вдохновляют меня на новые главы!